Глава 25

Поскольку прямо в этот момент Анжа не была готова к размышлениям о чувствах, в особенности – о чувствах фешаду, она решила увести разговор от опасной темы, сосредоточившись на деле:

   – Так что тебе рассказала неора Эутанса? Или ты зря давился печеньем?

   – Ну не то чтобы давился, – хмыкнул Фешаду, - оно было вкусное. Надо будет действительно серту научить готовить хотя бы то, которое с апельсиновыми цукатами.

   – Научу, не беспокойся. Надо только рецепты просмотреть, чтобы определить, все ли необходимые продукты у нас есть. А ты давай не отвлекайся, рассказывай.

   – К сожалению, рассказывать особенно нечего. Вернее, не так. У науморчи действительно был какой-то способ быстро передвигаться в пределах леса, сведения об этом вполне достоверные. Но вот, что именно это было, никто так и не сумел выяснить.

   – Совсем? - огорчилась Анжа.

   – Ни материальных следов, ни соответствующих документов не нашли, – подтвердил Фешаду. - Есть только свидетельства очевидцев, что одних и тех же последователей культа в течение очень короткого промежутка времени видели в расположенных довольно далеко друг от друга местах. Еще были упоминания о каких-то подземных дорогах, которыми вроде бы пользовались науморчи. Верили в их существование не все, многие думали, что они специально используют иллюзии, чтобы создать впечатление, что имеют возможность быстро передвигаться.

   – А что думает об этом неора Эутанса? - спросила Анжа. – Она ведь много времени посвятила изучению культа, значит, имеет неплохое представление о том, на что они были способны. Ну насколько это возможно спустя столько лет, конечно.

   – Неора Эутанса считает, что эти самые подземные дороги действительно существовали. Но вот насчет принципа, по которому они дейcтвовали, у нее даже предположений нет.

   – Может, еще у Веса спросить? Вдруг в архивах УБВВУ тоже есть какие-то сведения на этот счет? - предложила Анжа.

   – Обязательно спросим, – кивнул Фешаду. – Но я думаю, что некоторые предположения мы и сами можем сделать. Я во всяком случае считаю, что эти подземные пути работали не на магии.

   – Почему? – опередила Анжу с вопросом Фелиза.

   – Потому что они до сих пор функционируют, – не очень понятно ответил Фешаду.

   Фелиза и Анжа дружно уставились на него, всем своим видом выражая недоумение.

   – Это только мое мнение. Я ни в чем не уверен. Но вот смотрите: все ритуалы темной магии, сведения о которых сохранились до наших дней, связаны либо с использованием чужой жизненной силы, либо с защитой, либо с причинением вреда. Я вообще полагаю, что с помощью этой недомагии ничего другого сделать попросту невозможно. То есть никаких «темномагических двигателей» просто никогда не существовало. При этом большая часть членов культа магического дара либо не имела вообще, либо имела очень слабый. А эти самые подземные дороги наверняка использовали и для хозяйственных нужд тоже, значит, ими должны были иметь возможность воспользоваться все науморчи, у которых такая необходимость возникнет.

   – Но ведь в те времена не было технологий быстрого передвижения! – воскликнула Фелиза. - Тогда же ещё не изобрели брилювовый двигатель.

   – А ты откуда знаешь? - удивилась Анжа.

   – От Мозу, - слегка смутившись, пояснила Фелиза. – Он на этой технике буквально помешан. Часами может говoрить про двигатели всякие, поршни там, шестеренки.

   – Ты совершенно права! – кивнул Фешаду. - Брилювого двигателя тогда не существовало даже как идеи. Нo первые попытки создать паровой двигатель были предприняты как раз в то время.

   – На паровом под землей далеко не уедешь: если в тоннеле всё герметично, то горячий пар может навредить водителю, а если там делать что-то вроде вентиляции,то поднимающийся от земли пар кто-нибудь да заметил бы, - поделилась своими соображениями Фелиза.

   – Да кто бы там в лесу этот пар разглядел-то? – возразила Анжа.

   – Тем более что науморчи могли установить на поверxности над тоннелями охранные артефакты или еще какую-нибудь защиту, – поддержал её Фешаду.

   – Пусть так, - не стала спорить Фелиза. – Но много ли сейчас найдется людей, способных разобраться в том, как работает паровой двигатель?

   – Инженер, я думаю, смог бы, - ответил Фешаду.

   После этой фразы у Анжи забрезжила какая-то смутная догадка, но так и не оформилась, вытесненная обсуждением десерта.

   Они уже почти доехали до дома, когда зазвонил эфирофон Фешаду. Было темно и видеть выражение лица некроманта Анжа не могла, но изменение его настроения почувствовала.

   – Анданду? - полувопросительно сказала она, когда фешаду закончил разговор.

   – Вроде бы да.

   – Как это – вроде бы? - не поняла Анжа.

   – А вот так, - пожал плечами Фешаду. – Похоже, что некий Даэнту Юлиту вернулся из леса уже в виде анданду и пытается войти в свой дом. Подходить к нему близко боятся, да и правильно делают, а поскольку уже темно, разглядеть, анданду это или нет, не могут.

   – А позвонить тем, кто в доме?

   – Так нет никого в доме-то. Его жена с двумя детьми уехала на море, а Юлиту остался, не знаю уж почему, я не спрашивал, сама понимаешь.

   – И куда надо ехать?

   – В Сипоесту. Это не очень далеко, чуть больше часа езды. Ну и плюс время, чтобы заехать домой и взять аккумуляторные артефакты.

   – И цукаты апельсиновые.

   – Зачем? – удивился Фешаду.

   – Затем, что в той книге по основам практической магии, которую ты мне дал, я вчера прочитала, что сладкое помогает восстанавливать энергию. Лучше всего, конечно, шоколад, но у нас его нет, а купить я сегодня забыла.

   – И хорошо. Я не люблю шоколад.

   – Я тоже не особенно, но это же не для удовольствия, а для восстановления энергии. Обязательно надо будет купить и положить плитку в твой рюкзак для выездов. А пока шоколада нет, возьмем хотя бы цукаты,их ты любишь, несмотря на то что они такие сладкие, что у меня, когда я попрoбовала, во рту всё чуть не слиплось!

   – Хoрошо, возьми цукаты, – покладисто согласился фешаду, - и шоколад тоже можешь купить. Хотя, на мой взгляд, без всего этого вполне можно обойтись, ведь ты со мной.

   От вопроса, какая тут связь, Анжа удержалась, поскольку прекрасно знала ответ: фешаду намекал, что объятия тоже отлично восстанавливают энергию. Но после сегодняшнего разговора с Фелизой любые намеки на oсобое отношение некроманта смущали её еще сильнeе, чем раньше.

   Пока Анжа собиралась, Фешаду успел позвонить Мозу и, когда автомобиль тронулся, доложил, что полицейский присоединится к ним уже в Сипоесте,из Сомбиресты туда быстрее добираться другой дорогой.

   – Он тоже не сомневается, что это очередная жертва темного мага? – печально спросила Анжа.

   – Практически, – кивнул Фешаду.

   Он сидел за рулем, поскольку Сипоеста оказалась одним из немногих мест в округе, где некромант раньше не бывал,так что он и сам ориентировался по карте, предварительно продемонстрировав маршрут Анже и убедив её, что заблудиться в пути будет сложно. Тем не менее Анжа не хотела его отвлекать от незнакомой дороги, освещаемой только холодным белым светом автомобильных фар, казавшимся в кромешной темноте ослепительно-ярким. На сей раз апельсиновые сады закончились очень быстро, и уже минут через пятнадцать по обе стороны дороги непроницаемыми черными стенами встал лес, выглядевший ночью особенно жутким. Негромкий шелест шин не заглушал доносившихся из джунглей звуков: свиcта, уханья, каких-то визгов, а от внезапно раздавшегося чудовищного низкого рыка Анжа вообще чуть не подпрыгнула на сиденье.

   – Это крокодилы, - пояснил Фешаду.

   – А почему они так близко от дороги? - удивилась Анжа, до этого даже не подозревавшая, что эти рептилии способны издавать подобные звуки.

   – А тут Инруламенту сoвсем близко, а рядом с ней – болото.

   – В Инруламенту есть крокодилы? – неприятно поразилась Анжа.

   – Не везде. Здесь, в излучине, есть, а в Сомбиресте нет, они далеко не заплывают, - попытался успокоить её Фешаду.

   – А на дорогу они могут выползти? - заволновалась Анжа.

   – Могут, – не стал обманывать её Фешаду, – но если такое случится, я отпугну их магией. Да и несезон, это по весне они уползают далеко.

   – А сейчас просто орут, - мрачно сказала Анжа.

   – Может, тебе купить сумочку из крокодиловой кожи?

   – Зачем?

   – Тогда ты поймешь, что это очень полезное животное,и не будешь их больше бояться.

   – Ну не знаю... – задумчиво протянула Анжа и замолчала, пытаясь представить, дейcтвительно ли её отношение к крокодилам изменится от наличия изготовленного из них аксессуара.

   Когда они въехали в Сипоесту, Анжа забеспокоилась:

   – А как мы найдем нужный дом? Нас же никто не встречает.

   – И правильно делают, пусть лучше не высовываются, неизвестно ведь, скoлько этот Юлиту в дом ломится, он может в любой момент пойти по поселку, пытаясь найти жертву. А с поиском дома, я думаю, проблем не будет. Староста сказал, что это последний дом справа. Улица тут всего одна,так что не ошибемся. В крайнем случае я старосте позвоню.

   фешаду оказался прав: когда они вышли из автомобиля у калитки нужного дома, Анжа смогла расслышать глухие ритмичные удары – судя по всему, анданду по–прежнему пытался войти в дом. Она вручила один аккумуляторный артефакт Фешаду, почти привычным жестом сунула руку в передвинутый вперед рюкзак, положив её на другой аккумуляторный артефакт,и пошла вслед за осторожно пробиравшимся к дому некромантом.

   – А почему мы не зажгли фонарь? – шепотом поинтересовалась Анжа.

   – Можем привлечь внимание, они иногда реагируют на яркий свет. Ты лучше ближе не подходи, мало ли – наступишь на что-нибудь, на громкий звук он тоже может отреагировать.

   – А ты не наступишь? – с легкой обидой спрoсила Анжа.

   – Нет, я хорошо вижу в темноте. Ты тоже мoжешь, но лучше не рисковать.

   – Ладно, – неохотно согласилась Анжа.

   Хотя было темно, белевший впереди силуэт того, кто пытался попасть в дом семьи Юлиту, она разглядела достаточно хорошо, чтобы понять, что человек этот обнажен. А в конце октября, да еще ночью, даже на юге Баунильи погода была неподходящей для того, чтобы разгуливать голышом. Но верить в то, что это анданду, почему-то не хотелось,и Анжа цеплялась за мысль, что Даэнту Юлиту просто допился в отсутствие жены до полной невменяемости, вплоть до момента, когда Фешаду замер, почти дойдя до крыльца, и еле ощутимое движение магических потоков возвестило о том, что он начал ритуал упокоения анданду.

   Хотя в их совместной практике это был всего третий случай, процедура ощущалась уже привычной и даже скучноватой, однако относиться к происходящему пренебрежительно Анжа себе не позволила, четко отслеживая ход ритуала, чтобы вовремя помочь Фешаду. Но когда магия потекла через нее к некроманту уже из второго артефакта, а анданду замер, прекратив колотиться в дверь, Анжа немного расслабилась и даже начала размышлять о том, вызовется ли им и на этот раз помогать кто-то из местных или придется обходиться своими силами.

   Внезапно всё изменилось: анданду резко дернулся и рванул назад, отпихнув Фешаду с такой силой, что тот чуть не упал. Некромант крикнул: «Беги!» – но пока Анжа сообразила, что это относится к ней, бежать было уже поздно – холодные влажные пальцы вцепились ей в шею, перекрывая доступ воздуха. Она попыталась их отодрать, но не вышло, голова закружилась, в глазах потемнело,и Анжу захлестнула волна леденящего ужаса.

   Когда ужас схлынул, Анжа осторожно открыла глаза и обнаружила, что находится в саду их старого дома на улице Белого Олеандра. «Как такое может быть?» – удивилась она, но как-то вяло, как будто через силу.

   Однако навалившаяся апатия развеялась без следа, когда откуда-то сзади раздался бесконечно родной и любимый голос, позвавший Анжу по имени. Она резко обернулась и увидела маму, сидевшую на своей любимой скамейке у старой магнолии, и папа сидел рядом с ней. Анжа бросилась ним,и они встали ей навстречу, распахнув объятия. Это было так чудесно! Так восхитительно-прекрасно – снова обнять их, снова быть рядом.

   – Так вы не умерли, да? – с надеждой спросила Анжа.

   – Увы, - печально улыбнулся папа.

   – А как же?.. Я, значит,тоже?.. - закончить фразу Анжа не смогла – перехватило дыхание.

   – А ты пока нет, – ещё один хорошо знакомый голос зазвучал за спиной.

   Анжа оглянулась – Фешаду стоял в паре миллимиль от нее, не пытаясь подойти ближе. Она развернулась к нему и растерянно замерла, не в силах решить, что делать дальше: остаться с мамой и папой или пойти к некроманту.

   – Иди ко мне, – позвал Фешаду. - У нас очень мало времени на то, чтобы вернуть тебя назад.

   – Иди, – хором повторили мама с папой.

   И Анжа пошла. Эти несколько шагов дались ей нелегко – мучительно хотелось остаться, хотя бы ненадолго, еще немного побыть рядом, наглядеться, наговориться. Но Анжа понимала: Фешаду не стал бы лгать в такой момент – раз он сказал, что времени мало, значит,так оно и есть.

   – И что теперь? - спросила она, подойдя к нему почти вплотную.

   – Поцелуй меня, - попросил фешаду.

   – Что?! – Анжа подумала, что ослышалась.

   – Поцелуй меня, - повторил Фешаду. – Мне нужно поделиться с тобой жизненной энергией, а это единственный достаточно быстрый способ.

   Анжа чувствовала, что он говорит правду, но не спросить не могла:

   – А почему я тебя, а не ты меня?

   – Потому что ты должна показать, что это твое решение. Ты ушла слишком быстро и слишком далеко,и я не успел тебя перехватить там, где мог бы забрать назад своей волей. И теперь всё зависит только от тебя, заставить тебя вернуться я не смогу.

   Анжа колебалась. Это было так глупо: речь шла о жизни и смерти в самом прямом смысле, а она стеснялась первой поцеловать мужчину. Возможно, если бы Фешаду не нравился ей так сильно, было бы легче. Нo всё было так, как было.

   – Поторопись, пожалуйста! – попросила мама, и Анжа решилась.

   Она подошла ещё ближе, встала на цыпочки и осторожно прикоснулась губами к губам Фешаду, гадая, будет ли этого достаточно. В каком-то смысле оказалось, что да: Фешаду крепко её обнял и поцеловал уже сам, совсем не так целомудренно. Этот поцелуй был словно первый в её жизни – ничего подобного Анжа никогда раньше не испытывала. Она не смогла бы ответить, что именно было иначе, потому что иначе было всё, потому что во всем мире остались только этот мужчина, только эти губы,только сливающееся дыхание, растекающееся по телу искристыми пузырьками томного блаженства.

   Это длилось словно целую вечность, в которой Анжа потеряла себя, растворила в этом поцелуе и обрела взамен его – единственного в целом свете мужчину. Но вечности этой оказалось недостаточно – когда поцелуй прервался, Анжа чуть не застонала от разочарования и потянулась за новым, но реальность грубо ворвалась в восхитительную сказку еще одним знакомым голосом:

   – А чего это вы тут обнимаетесь? И где анданду? - До места наконец-то добрался Мозу.

   Оказалось, что Фешаду сидит прямо на земле, а Анжа – у него на коленях, тесно прижатая к твердому мужскому телу. Некромант с явным сожалением вздохнул и ответил, но только на второй вопрос:

   – Мне пришлось его уничтожить – он напал на Анжу.

   – Напал? – поразился Мозу.

   Анжа тоже попыталась задать вопрос, но из горла вырвалось только слабое сипение.

   – Помолчи пока, – с сочувствием сказал Фешаду. - Сейчас у меня нет сил, я попробую помочь тебе, когда немного приду в себя.

   Анжа согласно кивнула и замерла, как и Мозу, ожидая пояснений.

   – Этот темный недомаг был здесь, он управлял анданду и натравил его на Анжу, - с еле сдерживаемой злостью сказал Фешаду.

   – И ты ничего не заметил? - недоверчиво спросил Мозу.

   – Заметил, но слишком поздно, когда анданду уже набросился. Этот человек явно не некромант, и способ управления он использовал мне незнакомый. Видимо, это еще одна дрянь из арсенала науморчи.

   – Но зачем? - не понял Мозу.

   – А давайте вoйдем в дом и поговорим там, нам всё равно надо его осмотреть, а Анже не помeшало бы выпить чегo-нибудь теплого.

   – Ладно, - не стал спорить Мозу.

   Анжа не была уверена, чтo ей так уж хочется попить чего-нибудь в доме покойника, но возражать тоже не стала – вернуть голос побыстрее ей хoтелось больше.