Глава пятнадцатая

— Иди сюда, малыш, — бархатные нотки в его голосе так и манили.

— Максим, я… Не уверена.

Во мне снова боролись чувства. Хотелось подчиниться, но не быть шлюхой. А кто я, если предаюсь разврату с боссом? Господи, сколько же у меня мусора в голове. Что плохого в том, чтобы попробовать нечто новое? Когда-то я выйду замуж и захочу порадовать своего мужчину подобными ласками. Я вроде не ханжа. Хотя что я на самом деле о себе знаю?

Максим пристально, с лёгкой улыбкой наблюдал за моими эмоциями. Белая рубашка была расстёгнута, он уже достал её из брюк, сидя в кресле. Такая сильная грудь. Так и хочется прижаться. Что я должна сделать? Сесть у его ног?

Я соскользнула с подоконника и двинулась к нему. На моей талии до сих пор болталось платье, он стянул его вниз, когда я оказалась рядом. Я переступила через него и отбросила ногой.

— Умница, — похвалил Макс. — Ты ещё не делала этого?

Я покачала головой.

— А хочешь?

Кивнула. Щёки горели, но я не могла отвести от него взгляд. Максим будто загипнотизировал меня. В нём было столько желания и восхищения! Это поразило и завело меня.

Я опустилась на колени. Максим перебирал мои волосы, не торопя, дал возможность начать самой. Он тяжело дышал, но терпел. Я потянулась к молнии, расстегнула медленно, боясь за что-нибудь зацепить. Его реакция мне понравилась. Дыхание стало шумным. И это ощущение, что от меня что-то зависит, дико будоражило.

Он не отводил от меня взгляд, и я впервые чувствовала себя по-настоящему красивой и желанной. Потрясающее ощущение. Я говорила, что не хочу быть его игрушкой, ещё одной в списке, и всё же сама иду в расставленные сети.

Я освободила член, достав из брюк, и впервые увидела его так близко. Массивный и ровный, с крупной головкой, он так и манил поцеловать его, прикоснуться губами. Максим по-прежнему не торопил меня, только дышал тяжело и не сводил с меня глаз. Взглянув на него, я наклонилась и дотронулась до головки губами. Он сглотнул, а я продолжила. Я смотрела на него снизу вверх, следя за реакцией, пока Максим накручивал прядку волос на палец.

Я облизала член снизу вверх, провела кончиком языка по стволу и снова вернулась к головке. И, вспоминая, что раньше видела в порно, принялась повторять. Я делала это неумело, но Максим не критиковал, а только подсказывал.

— Сожми покрепче, не бойся, помогай рукой.

Я принялась двигать рукой вверх-вниз, посасывая головку. Постаралась вобрать член глубже, прислушиваясь к сдавленным стонам. Рука Максима легла на мой затылок, мягко подталкивая. Я с удивлением понимала, что мне совсем не противно.

— Поласкай себя, — хрипло приказал он.

Я послушалась и запустила руку между ног.

— Умница, — он двумя руками взял меня за голову, притягивая к себе, но вовремя останавливался, когда мне становилось некомфортно.

Внутри разгорался пожар. Пальцы быстро порхали над клитором, я истекала влагой, послушно беря в рот его член. В комнате раздавались непристойные звуки, которые заводили ещё сильнее. Я чувствовала, как Максим напрягся, его дыхание стало рваным, я сама уже находилась на пике, ещё несколько движений, и мы кончили. В рот брызнула струя спермы, я дёрнулась, но Максим продолжал придерживать меня рукой. Я судорожно глотала, с удивлением понимая, что мне нравится.

Откинувшись на спинку кресла, Максим ласково гладил мои волосы. Я облизала губы, глядя на него, отчего его зрачки расширились. Он подтянул меня к себе на колени и обнял.

— Ты просто прелесть, малыш, — похвалил он, проводя рукой по моему бедру. — Вот видишь, нам хорошо вместе, так что больше не бегай от меня.

Я передёрнула плечом. Проблема никуда не делась. Он предлагает мне выбор: или стать его секс-подружкой, или ничего. А чего хочу я сама? Моё тело точно жаждет его. И дурацкая влюблённость никуда не делась. Она-то и мешает. Если бы это было просто желание, то и наплевать на какие-то древние установки, которые вкладывала в меня мама. Я и так уже нарушила все запреты. Но ведь я его люблю. Я не хочу, чтобы он спал с другими. Не хочу, чтобы он на кого-то смотрел так же, как на меня.

— Максим, — начала я несмело. — Я не говорю, что хочу замуж или каких-то гарантий… Но я не хочу спать с тобой, сразу зная, что у нас не будет ничего серьёзного.

— Ты опять об этом? — раздражённо спросил он.

И это его раздражение мне не понравилось. Я встала с его коленей и взяла халат, лежащий на кровати. Завернулась в него, сразу почувствовав себя в безопасности. Он уже поправлял брюки, отвернувшись ко мне спиной.

— Я уже говорил, что не буду ничего обещать. Я не терплю подобного давления.

— Почему ты злишься?

— А ты как думаешь? У меня подобных разговоров было… дай-ка сосчитать.

— Не надо, — раздражённо бросила я. — В таком случае ничего не изменилось.

— Кроме того, что ты мне отсосала, — он повернулся и с ухмылкой взглянул на меня.

— Зачем ты так? — я задохнулась от обиды.

— А как, по-твоему, это называется?

— Хотя бы не так грубо.

Он стал перечислять всё, что мы делали, специально выбирая самые грязные слова. Мне захотелось зажмуриться и закрыть уши. Он будто бил меня этими словами, подтверждая моё собственное мнение о себе.

— Значит, по-твоему, я шлюха? — я задрала вверх дрожащий подбородок.

— Глупая, я не говорил ничего подобного! Я просто хочу, чтобы ты расслабилась, перестала притворяться, что не любишь секс, и бегать от меня! — он подошёл ко мне и взял за плечи, приподняв меня на носочки. — Я дико хочу оттрахать тебя! Прямо сейчас! Я здесь, ты здесь, вон кровать, чего мы ждём?!

— Уйди, — прошипела я ему в лицо.

— Дура! — бросил он зло. — Чем я тебе плох?

— Ты — грубое животное! Мужлан!

— А, так всё дело в цветах и конфетах? В цацках? Ты только после этого ноги раздвинешь?

— Уйди, — слёзы брызнули сами собой, не сдержалась.

— Я понимаю, — ехидно ответил Максим. — Ты девушка молодая и красивая, отбоя от мужиков нет. В Ярославль возвращаться не хочется, надо в Москве как следует устроиться, — своими словами он вызывал всё большее отвращение. — Хорошо. Я тебя понял. Завтра пройдёмся с тобой по магазинам. Будут тебе и цветы, и платья, и брюлики. Всё, чтобы поближе подобраться к твоей киске.

Мне хотелось стереть с его лица эту противную гримасу. Как будто он всё понял обо мне. Придурок!

— Если ты немедленно не уйдёшь, я закричу.

Молча он развернулся и свалил к себе, хлопнув дверью так, что бра на стенах задрожали. Жалко, он не мог забрать с собой все эти отвратительные слова.