Глава 33

Лоранд

Викс костерит демонов на чем свет стоит и расхаживает по кабинету ритуальной магии. Помощи от него никакой, только фоновый шум.

В нашем случае низменные существа не особо виноваты. Они отвечали на призыв. Не могли нарушить контракт, составленный темной магией и подписанный кровью. Образно, конечно.

— Значит, мисс Юита Андервуд… — задумчиво тянет разбуженный посреди ночи и прибывший из самой столицы дознаватель.

Драглорд Исидор Шахзаар все никак не разберется в деле о несчастном Грегори, погибшем в окрестных лесах. Подписывать заключение и закрывать следствие ему не только интуиция не позволяет, но и одна очень важная улика — амулет-ловушка, найденный у мертвеца в башмаке. И как только адептка ее туда подсунуть смогла?.. А главное, почему?

— Зачем она это делала? — задает Исидор мучающий меня вопрос. Поднимает глаза от личного дела Андервуд и добавляет: — Какой ей резон? Девчонка не глупая, судя по оценкам. В конфликтах не замечена. И вдруг натравливает демона на двух своих кураторов подряд.

Я заканчиваю чертеж пентаграммы и особо не вслушиваюсь. В голове тикает одна единственная мысль: поскорее вытащить эту Юиту из низменного мира и задать все эти вопросы ей в лицо. И пусть только попробует увиливать или врать! У меня уже подготовлены специальные артефакты, реагирующие на обман. Да еще Шахзаар с собой притащил специальный детектор лжи, с помощью которого дознаватели допросы проводят.

Леди Беррингтон все сокрушается о несчастной девочке и порывается вызвать ее родню. Но я не позволяю. Чтобы они забрали ее тут же без выяснения причин? Мисс Андервуд уже совершеннолетняя, присутствие во время допроса родителей не обязательно.

Быть может в другой обстановке я не впадал бы в крайности, но сейчас… Девчонка покушалась на жизнь Рамоны! И не просто так, а с помощью темной магии. С помощью демона! Чем больше думаю об этом, тем ярче представляю мою хрупкую беременную женщину в лапах низменной твари. И тем громче и яростнее во мне рычит дракон.

— Эй-ей, Мортен, этот мел ни в чем не виноват, — слышу, будто из-под толщи воды. — Начертил уже, поднимайся.

Мотаю головой и стряхиваю с пальцев меловую пыль. Руны и правда уже все написаны, причем обведены несколько раз. Ну, зато призыв сработает на все сто процентов.

Поднимаюсь с колен и смотрю на Викса.

— Проверял полигон? Застрявшие в ловушках адепты еще не вернулись?

— Там Томмиан дежурит. Бессонная ночь у парня, придется тебе на премию раскошелиться.

— Так что, какие мысли насчет мотивов Андервуд? — снова подает голос дознаватель.

Я перевожу на него хмурый взгляд.

— По мне видно, что у меня есть ответы? Давайте уже покончим с этим.

Закатываю рукава и беру книгу ритуалов. Мантия моя уже сброшена — кучей валяется на одной из парт. Рубашка расстегнута на две верхние пуговицы, одно из окон аудитории распахнуто настежь. И все равно мне жарко.

— Давай ка я, — подходит Алисаро. — К демонам нельзя в таком раздрае. Эти товарищи сразу слабые места выискивают и играют на них потом, как на струнах скрипки.

Тут с ним соглашаюсь. Передаю книгу, а сам отхожу в сторону. Опираюсь на подоконник, прикрываю глаза и вдыхаю холодный воздух осени. За спиной раздаются первые звуки ритуального заклятья.

Когда Викс доходит до середины, отталкиваюсь от своей опоры и закрываю ставни. Оборачиваюсь, складывая руки на груди, и не моргая смотрю в центр пентаграммы.

Дознаватель откладывает папку с личным делом адептки и тоже напряженно следит за магистром.

Мы возвели два круга дополнительной защиты, но все равно ожидаем от демона нечестной игры. В истории не раз бывало такое, что призванный взламывал пентаграмму и убивал мага. А потом жил в его теле, веселясь на полную. К сожалению, веселье в представлении низменной сущности не может обходиться без жертв.

Алисаро заканчивает начитывать заклинание и захлопывает книгу. Какое-то время ничего не происходит, но это лишь видимость. Амулеты, разложенные вокруг пентаграммы, загораются красным, сигнализируя о прибытии.

— Мы знаем, что ты здесь. Покажись! — рявкает Викс.

Я прищуриваюсь, не сводя глаз с пустоты в центре пентаграммы, и подхожу ближе. Вот, воздух начинает дрожать, как над камнями в летний зной, а спустя пару минут на том месте проявляется высокая краснокожая фигура. Она быстро меняется, приобретая человеческие черты. Совсем скоро перед нами стоит черноволосый мужчина в строгом костюме, и его происхождение можно понять лишь по красным глазам, да острым когтям на руках.

Он медленно оглядывает нас, затем описывает взглядом дополнительный рунный круг. Усмехается, на секунду показывая заостренные зубы. И только потом начинает разговор:

— Чего надобно, мальчики?

Скрип зубов Алисаро слышен даже мне, хотя стою я дальше всех. Но держится он максимально отстраненно и холодно.

— Девчонка сегодня к вам попала. Нам бы ее назад заполучить.

Губы демона растягиваются в улыбке. Он не моргая смотрит на Викса, словно считывая все его мысли.

— Что попало, то пропало, суровый старый маг.

— Я знаю правила. До полуночи мы можем ее вытащить. Если поступит запрос, вы обязаны отпустить.

Демон демонстративно поднимает руку к глазам, отодвигает край манжета и смотрит на часы.

— Не шибко вы торопились. Начало двенадцатого. Но это в нашем случае и не важно.

— Что ты имеешь в виду?

Я напрягаюсь, Алисаро тоже, и это очень заметно. Красноглазый пожимает плечами и морщит нос.

— Экземплярчик — просто находка! Столько ярости в девице, столько злости. М-м-м-м… Вкуснятина.

— Слушай, рогатый, есть закон…

— Законы для того и нужны, чтобы с весельем их нарушать!

— Мы обратились вовремя, — стоит на своем маг. — Будь добр исполняй свою часть.

С губ демона не сходит улыбка, взгляд скользит от Алисаро к дознавателю, затем ко мне. Задерживается. В зрачках вспыхивают огоньки пламени.

— О-о-о… Да вот же ты. Во всей красе. Плод девичьих мечтаний. А ты знал, что готовила для тебя милая девочка Юита? А, дракон? И ведь у нее получилось бы. Ты даже не представляешь, на каком волоске ты висел…

— Хватит! — рявкает Викс. — Обращайся к тому, кто тебя призвал! Возвращай девчонку, иначе останешься запертым в этой пентаграмме, пока связь с домом не прервется.

— Погоди, — заговариваю я.

Подхожу ближе, не сводя с демона глаз. Улыбка того становится шире, демонстрируя заостренные зубы.

— Мне нужны подробности.

— О, с удовольствием!

— Лоранд, у нас мало времени…

— Говори, — приказываю красноглазому, не обращая внимание на Алисаро.

— Девка помешалась на тебе, дракон. Хотела опоить и оседлать. Ты бы наскочил на эту кобылку за милую душу! То зелье, что она собиралась изготовить, превратило б твои мозги в манную кашу.

Стискиваю зубы, пытаясь уложить в голове сказанное. А демон продолжает, наслаждаясь эмоциями, что считывает с меня.

— Она ревновала тебя. И желала убрать с пути соперницу.

— А предыдущая ее жертва, — вдруг вмешивается дознаватель. — Какой мотив?

— Месть. Дурень распускал руки, да влез не под ту юбку.

Прикрываю глаза, пораженно выдыхая. Я и не подозревал, что подобное могло происходить в моей академии. Но даже эта новость не способна перекрыть планы Юиты Андервуд на меня и Рамону. У девочки явно не в порядке психика. Ее нужно лечить. А уж после путешествия вниз… Даже представлять не хочется, какими методами из нее добывали информацию о преступлениях.

— Спасибо за увлекательный рассказ, —  снова заговаривает Алисаро, переключая внимание демона на себя. — Наше требование прежнее. Верните девчонку.

— Нет.

В этот раз ответ звучит серьезно, без улыбки. От взгляда низменной сущности бежит по спине мороз.

— Нет, — повторяет он и сбрасывает человеческий облик.

Вместе с тем его настоящая внешность за пару секунд растворяется в воздухе. Амулеты гаснут.

— Виверна тебя загрызи! — ругается Алисаро, раскрывая книгу. — Как у него то вышло?!

Я снова берусь за мел, вырисовывая свежие руны по старым. Мы еще успеваем провести повторный ритуал.

Викс читает заклинание вызова, но ничего не происходит. Минутная стрелка стремительно приближается к двенадцати.

— Еще раз, — напряженно проговариваю я.

И Алисаро повторяет в третий раз.

Безрезультатно. Нас словно заблокировали с обратной стороны.

Часы бьют полночь.

Магистр опускает книгу, молча глядя перед собой.

Какое-то время в аудитории стоит звенящая тишина.

— Что ж… — нарушает ее дознаватель Шахзаар. — Думаю, дело можно закрывать.

Мона

Первое, что слышу — голос Лоранда. Размеренный, глубокий, негромкий. Он где-то недалеко. Слов не разбираю, но тянусь именно за этим звуком, постепенно выбираясь на поверхность из немой темноты. Делаю глубокий вдох и распахиваю глаза. Зажмуриваюсь от яркого света, а затем открываю веки медленнее, привыкая к солнцу.

Тут же обхватываю руками живот, ощупываю себя. Боли не ощущаю, она осталась в воспоминаниях, как и страшный вечер в лесу. Подумав о муже, резко сажусь и озираюсь по сторонам. Боюсь увидеть вокруг деревья, а неподалеку — Рэйзора с искаженным яростью лицом. Но вижу только Лоранда и Мелиссу, разговаривающих у выхода из палаты.

Я в лазарете академии.

Лорд Мортен оборачивается, будто почувствовав мой взгляд. Слегка меняется в лице, нарушая маску холодного безразличия, и быстрым шагом идет в мою сторону. Целительница тоже замечает, что я очнулась. Подбегает ко мне, опередив дракона.

— Наконец-то! Как самочувствие? Где-нибудь болит?

Я качаю головой, лишь мазнув по ней взглядом. Все внимание перетягивается к мужчине, замершему в шаге от койки. Не понимаю, что изменилось, но это нечто невероятно важное. Хочется протянуть к нему руку, дотронуться, оказаться ближе. Этот один шаг между нами ощущается целой пропастью.

— Очень хорошо! — восклицает целительница, прикладывая к моему лбу ладонь. — Ребенку больше ничего не грозит, господин ректор согласился на один очень древний ритуал. Теперь именно его магия поддерживает вас и малыша.

Я моргаю, не сразу понимая суть ее слов.

— Как такое возможно?.. — получается несколько хрипло, и я прочищаю горло. — Что за ритуал?

— Магическое усыновление. Это, кстати, окончательно сломало темные чары на метках истинности.

Хмурюсь, все еще пребывая в какой-то прострации. Мелисса улыбается и добавляет:

— Рамона, вы теперь не связаны с лордом Грайборгом.

— Это дело еще в процессе, — вставляет напряженным тоном Лоранд. — Мисс Амбер нуждается в порции восстанавливающих зелий.

Целительница отходит от меня и кивает.

— Тогда… я, пожалуй, схожу за всем необходимым.

Она немного мешкает, сначала поворачивая в сторону подсобки, а потом передумывая и торопясь на выход.

— Вернусь минут через пять… или десять.

Ее шаги еще слышны в палате, но для меня присутствие кого-то третьего уже теряет всякий смысл.

— Лоранд, ты не обязан был это делать…

Сердце бьется где-то в районе горла, щеки горят от смущения. То, что сказала Мелисса — никак не укладывается в голове.

Дракон опускается на колено у койки и берет мою ладонь. Чуть сжимает, подносит к губам, целует. Под его прикосновениями кожа становится горячее. Я сажусь, спуская ноги на пол. Он опирается на матрас, чуть задевая кончиками пальцев мои бедра. Смотрит снизу вверх, обнимая взглядом черты.

И я вдруг понимаю: именно этот человек мне жизненно необходим, именно этого взгляда так долго не хватало.

Протягиваю руки, беру его лицо в ладони и веду подушечками больших пальцев по скулам. Скольжу вниз, к шее и плечам, затянутым в плотную ткань ректорской мантии. Лоранд подается навстречу и заключает меня в объятия. Вдыхает мой запах у ключицы, щекочет дыханием кожу и прижимает к себе так крепко, что становится трудно вдохнуть.

— Моя истинная. Мое сокровище.

У меня вырывается смешок.

— Кажется, в тебе прямо сейчас говорит огнедышащий крылатый зверь.

Чувствую его улыбку на своей коже в изгибе шеи.

— Я полюбил тебя еще до того, как этот зверь очухался.

Замираю на мгновение, потом отстраняюсь и смотрю ему в глаза. Темные, с золотыми искорками в радужке.

— Я чужая жена… и ношу чужого ребенка.

Лоранд отклоняется назад и ведет ладонью вверх по моей руке. Приподнимает рукав больничной сорочки, в которую меня переодела целительница. Останавливается, когда достигает рунной вязи на плече. Сжимает пальцы ровно под браслетом истинности.

Я опускаю глаза и пораженно выдыхаю.

Метка больше не двойственная. Руны, которые всегда были тусклыми и чуть заметными, теперь горят ярким золотом, затмевая еле-еле видимую темную полосу рядом.

Вот, что имела в виду Мелисса. Колдовство моей бабушки и леди Грайборг разрушилось. Настоящая истинность взяла верх, а ложная…

— Вы не чужие, — слышу, будто со дна колодца. — Вы — мои. Оба.

Встречаюсь взглядом с драконом.

В груди становится горячо-горячо, и все прочее превращается в ненужную пыль. Но я все равно спрашиваю:

— Рэйзор, он…

— Почти мертв.

— Почти?

— Мы еще поговорим об этом, но позже, хорошо? Вообще, нам много чего нужно сделать: снять остаточный след темной магии с твоей метки, тем самым доказав виновность леди Грайборг; разорвать брачные узы, навязанные обманом, — Лоранд замолкает, и глаза его слегка светлеют, обретая глубокий чайный оттенок. — Принять несколько непростых решений… Но это все подождет.

Он встает на ноги, увлекая мое расслабленное тело за собой. Притягивает ближе за талию, проводит теплой ладонью по щеке. Задерживает взгляд на губах, а в следующую секунду — целует. Так просто и естественно, словно делает это сотни раз на дню.

Я приникаю к нему, вставая на носочки. И отдаюсь поцелую, уносящему сознание высоко-высоко. К самому солнцу.