Глава 6

Егор Уезжаю, сильно хлопнув дверцей машины. Почему я так нервничаю? Наташка заводит, причем боюсь во всех смыслах этого слова, включая сексуальный. Что она для меня значит?       Эти мысли меня бесят. Зачем ее было бросать тогда, если оказывается она мне все еще нравится? Ну да, я переехал, познакомился с дамой на работе. И закрутилось. Дама была моей начальницей. Старше. Помогла мне с карьерой, а потом и с собственным бизнесом. Мы по сей день дружим, но ни о каких отношениях речь давно не идет. Любви-то особой с моей стороны не было. Но расстались мы из-за ее мужа – дама дорожила браком. Наташка никогда бы не поняла отношений ради дела. Она у нас слишком правильная в этом плане… Мы подъезжаем к моему дому. Когда я выхожу из машины, меня снова оглушает грохот строительных машин. В кабинете сосредоточиться на делах сложно. Постоянно лезет в голову Наташка. Она вызывает во мне злость и страсть одновременно. А дел много и понимаю, что придется уехать в город. Вызываю Виктора. – Значит, смотри. Надо срочно установить новые камеры. Проверь лично, – отдаю я распоряжения. – Чтобы они захватывали всю территорию и за ее пределами. То есть, если человек подходит к моему забору, охрана должна его заметить на своих мониторах. – Понял. – Если считаешь нужным, найми дополнительных охранников. Далее. Установить освещение. У нас есть темные участки территории. Надо их осветить. И также дать свет на пространство снаружи. – На территории садового товарищества фонари как раз выкопали… – задумчиво произносит Виктор. – Значит вкопайте обратно! Или установите новые. Короче, подробности меня не волнуют. Твоя задача обеспечить охрану, чтобы мышь не проскочила. Не то, что какая-нибудь более крупная размером… Наташка. – Это все-таки была она? – Не сознается. Говорит, что дома телек смотрела. Поди докажи обратное. Но я условно говорю «Наташка». Чтобы ни-кто не проскочил. – Понял. Виктор уходит. А я собираю нужные бумаги, кладу в портфель ноут, чтобы ехать в Москву. Ясно, что за день Виктор не сможет организовать все, что я ему велел сделать. Но пусть хоть пошевелится. Говорят, слона надо есть частями. Вот так и с Наташкой поступим. Первым делом перекроем ей доступ на мою территорию. А потом отхапаем ее. Будем вежливы. По-хорошему. Наберемся терпения и, как те аристократы, сделаем все, не замарав условных белоснежных перчаток. Наташа В голову ничего такого ужасного не лезет. Слышу странный звук. Поднимаюсь на второй этаж и смотрю, что там происходит у Егора. А происходит следующее. Вертолет садится на специальную площадку. К нему идет Егор со своими верными телохранителями. Залезает внутрь. Вертолет поднимается в воздух и улетает. – Ага, Коржик, хозяин-то улетел. Не думаю, что надолго. Но если на вертолете, то, наверное, хочет пробки миновать. Значит, в Москву. Неважно. Надо воспользоваться его отсутствием. Как я буду пользоваться Егоровым отсутствием, пока сама не в курсе. Смотрю в подзорную трубу. У Егора ничего нового не происходит. Вожу трубой туда-сюда. Вдали виднеется кромка леса. В голову приходит идея! – Коржик, вперед! Риск – дело благородное. Мы бодро скачем по лестнице вниз. Я достаю свой светло-бежевый комбинезон, перчатки, секатор и лопатку. Чуть подумав – а не нужно ли чего еще, опять бегу наверх… Перед выходом убираю все волосы в пучок, заматываю косынку и для надежности натягиваю сверху капюшон от комбеза. Коржика снова приходится оставить дома. Он является моей заметной приметой. Если заметят с ним, то все – сто процентов поймут, что это я. Конечно, Коржик недоволен. Если бы я не запирала дверь, он бы смирился со своей участью. Точнее, как раз наоборот – не смирился и побежал бы вслед за мной. Именно поэтому приходится закрыть его в доме. Слышится недовольное поскуливание. Иду в сторону леса. Осторожно выкапываю прекрасные, но жутко противные сорняки. Это растение быстро распространяется, хотя на вид представляет собой пышный куст с огромным белым цветком. Через свой лаз проникаю на участок Егора. Вокруг – тишина. На сей раз я внимательно смотрю, где расположены камеры. Выбираю небольшой участок газона – шикарного газона, надо отдать ему должное – и выкапываю ямку для сорняка. – Простите, а что вы тут делаете? – раздается голос за моей спиной. – Сажаю, не видите? – я выпрямляюсь и боковым зрением вижу охранника. Слава богу, не из тех, которые меня поймали с плакатами. – Просто нас не предупредили, что придет садовник… – виновато бормочет мужик. – Работайте, не буду отвлекать. Красивые кустики. – Спасибо, – и я наклоняюсь, чтобы продолжить «садовые работы». Дело нехитрое, и я быстро заканчиваю вкапывание «красивых кустиков». Сорняки нередко красиво цветут. Хотят замаскироваться под хороших и полезных. Интересно, когда настоящий садовник Егора обнаружит подмену. Быстро ухожу обратно к своему заборчику и возвращаюсь в дом. – Готово, Коржик. А ты боялся. На самом деле, Коржик, в отличие от меня, не боится, а возмущается попранием своих прав и свобод. Но он – парень отходчивый, и через минуту уже радостно виляет хвостом. Я переодеваюсь, и мы с Коржиком усаживаемся обедать. Нашу трапезу неожиданно прерывает какой-то страшный вой. Мы вздрагиваем. Коржик лает и скулит. – Пошли. Посмотрим, что там происходит. Может, пожар? Надо быстрее сматываться? Вой нарастает. На втором этаже, уставившись в подзорную трубу, я понимаю, что происходит. – Коржик, они устанавливают сигнализацию. Думаю, моя вылазка сегодня стала последней. Если так выть будет, когда чужой проникнет на Егорову территорию, я сама оттуда убегу со всех ног. Весь день, до самого вечера сигнализация то затихает, то снова начинает выть – аж уши закладывает. Коржик добавляет в это звуковое сопровождение свой голос: бодро подвывает, скулит и тявкает. Ни его, ни тем более сигнализацию угомонить не получается. К их оркестру постоянно присоединяется строительная техника. Когда наконец сигнализация замолкает, я уже сижу с больной головой. Звук роющего землю экскаватора кажется ласкающей ухо мелодией. Тихой, такой, тихой. Хочу посмотреть, не собираются ли уезжать мужики, которые сносят наше садовое товарищество. На улице обнаруживаю, что исчезнувшие фонари появились снова. Не все, но странный факт остается фактом – установлено четыре фонаря. Неужели меня раздумали выселять? Вряд ли… На высоченном Егоровом заборе сидит мужик и явно монтирует камеру. Вот и ответ! Сигнализация, фонари, дополнительные камеры – Егор решил себя обезопасить по максимуму. Наверное, хотел уже все вместе с нашей землей благоустраивать, но из-за моих набегов ускорил процесс. В какой-то момент слышу жужжание вертолета. В ночном небе видно, как он садится. Лопасти медленно перестают крутиться. Егор идет к себе домой. Он сам-то вообще заметит сорняки? Или примет их за новые элитные сорта растений? Хотя если он их увидит сейчас – в темноте, то неизвестно, что подумает. Егор Устал. Из Москвы летели над пробками. Деньги часто позволяют избегать многих неудобств. Сел в вертолет и считай дома. В городе оставаться не хотелось – жара, дымка какая-то… Да и последить надо как там дела идут в моем поместье. Проходят столетия, а народ все такой же – строптивый. Вот чего Наташка уперлась? Я о ней постоянно вспоминаю, и это мешает. А вот съехала бы она, тут же, как говорит русская народная поговорка: с глаз долой – из сердца вон. И можно было бы отвлечься с Ксю, но надоела она – жесть! А Наташка все туда-сюда перед глазами мелькает… Выхожу из вертолета. Непроизвольно смотрю в сторону ее домика. Горит свет. В другой ситуации даже может зашел бы в гости. Но сейчас расслабляться нельзя. Нельзя ей показывать свои чувства. Возомнит бог весть что. Таковы женщины – им палец в рот, они по локоть отшмякают. Навстречу идет Виктор. Не уезжал – дожидался хозяина. Это правильно. – Егор Павлович, установили пока четыре фонаря. Обещали завтра довезти. Начали устанавливать по периметру камеры. Сигнализацию испробовали – орет со всей мочи. Короче, хорошо работает. – Отлично. Поезжай домой. Я тоже отдохну. – Тяжелый день выдался? – Да, нелегка доля простого олигарха, – шучу я. Поднимаюсь наверх. Ольгу прошу накрыть мне легкий ужин в кабинете. Пока в плане аперитива наливаю коньяк. У меня настоящий, французский. Других не признаю. С бокалом встаю у окна – никак не перестану любоваться на свои… как это в старину говорили – угодья. Хм, что-то не так. Вроде справа от дома до начала парковой зоны был газон. А тут какие-то высокие растения. Типа, кусты. Я вроде не распоряжался. У меня ведь порядок – садовник все работы заранее оговаривает с Виктором и с Ольгой. Те утверждают у меня. Но главное не это. Мог и высадить сам – мало ли. Главное, что здоровые цветки светятся. Ага, загадочным таким голубовато-зеленоватым светом. Как в фантастических фильмах. Неестественным. Инопланетным. Это что ж, пока меня не было, сюда летающая тарелка прилетала? Сомневаюсь. Спускаюсь вниз. Иду к загадочным кустам с фосфоресцирующими цветами. Естественно, это краска! А вот с кустами надо разобраться. Мне кажется или это сорняки? Смотрю на Наташкин дом. Такое впечатление, что он надо мной насмехается вместе со своей хозяйкой и вредным Коржом! – Ну, Наташка, ну погоди!