Глава 9 Счастье

У меня все тело болело. В особенности руки от того насколько сильно я ими била по металлу. Костяшки пальцев вовсе горели и я не была уверена, что не разбила их до крови.

Делая судорожный вдох, я опять закричала. Громко. До срыва голоса, тут же закашлявшись. Горло царапало. Жгло. Я вообще была в крайне паршивом состоянии. На грани панической истерики.

Затихнув, я попыталась сделать несколько глубоких вдохов. Мысленно кричала себе о том, что мне следует успокоиться. Жизнь уже давно научила, что эмоции совершенно не способствуют правильному принятию решений. Они скорее душат. Разрывают мысли.

Вот только, сейчас я никак не могла взять их под контроль. Вся моя жизнь к чертям разрушилась. И настолько резко, что сознание плавилось, словно от мощного яда.

Все к чему я все эти годы шла. Все чего добивалась – все это теперь сыпалось как чертово битое стекло. Как пыль, которую не склеить клеем.

- Почему?.. Почему?.. – я ногтями впилась в тыльную сторону ладони. В багажнике было слишком темно. Я не видела метку, но легче от этого не становилось.

Я чувствовала то, что Асманд меня куда-то везет, но не понимала куда именно. Он собирался меня убить? Наверное, да. Он давно этого хотел. Теперь, уверена, – тем более.

Это, конечно, на него не похоже. Слишком опрометчивые решения, сделанные под срывом самоконтроля. Я не та, которую он может просто так украсть с улицы и заставить исчезнуть. Меня будут искать и, скорее всего, выйдут на него. Если Асманд хотел меня убрать, ему следовало это делать более тонко.

Но… какое это, черт раздери, значение имело сейчас?

Реальная угроза жизни тревожила не так сильно, как то, что теперь все к чертям загублено. И, конечно, я не отрицала того, что сейчас, возможно, в первую очередь беспокоюсь не о том, о чем нужно. Но, чем больше я думала о последствиях происходящего, тем сильнее кровь в жилах кипела. Эмоции менялись. Раскалялись.

Прошло около получаса прежде чем машина остановилась. Я, практически не дыша, замерла и сильно вздрогнула, когда багажник открылся. Меня ослепило ярким светом, из-за чего я толком не рассмотрела Асманда и не смогла вовремя среагировать на то, что он схватил меня за шиворот, после чего буквально выволок на улицу.

Я не смогла удержаться на ногах и рухнула на траву.

Откуда в городе трава?

- Черт, отпусти меня, - я попыталась вырваться. Асманд так и не отпустил шиворот моей кофты. Наоборот, сжал его сильнее и куда-то потащил.

Продолжая изо всех сил вырываться, я быстро, лихорадочно оглянулась по сторонам. Это не город. Вокруг лес. В нескольких метрах от нас - двухэтажный дом. Явно старый и уже давно не используемый, ведь его окружала трава достающая чуть ли не до колен. И белоснежные стены позеленели. Поросли мохом.

Дверь оказалась не заперта. Асманд просто ее толкнул, после чего заволок меня внутрь дома.

Я опять закричала, прося кого-нибудь мне помочь, вот только, казалось, в этом месте нет ни души. Внутри дома пыльно. Пахло сыростью. На окнах висели тяжелые занавески, из-за чего казалось, что сейчас не день, а поздний вечер.

Несмотря на мои попытки вырваться, Асманд снял свой ремень и им привязал меня к деревянному подлокотнику дивана. Сама себе напоминая загнанного в капкан зверька, я начала изо всех сил дергать за руки. Диван хоть и немного сдвинулся с места, но явно был намного тяжелее, чем могло показаться на первый взгляд. И Асманд, ублюдок, явно знал, как следует ремнем связывать руки, ведь теперь мои запястья были намертво «прикованы» к подлокотнику.

Тяжело дыша, я перевела взгляд на Асманда. Сейчас он сидел в кресле. Достав сигарету, подкурил ее и смотрел на меня так, словно предполагал, каким способом лучше разделать меня на части.

- Ты не можешь меня убить, - повторила, на срывающемся дыхании. – Меня не станет и метка убьет тебя.

Я не очень много знала про истинность. Лишь то, что известно абсолютно всем. То, что истинность огромнейшая редкость и неописуемое счастье.

Ага. Счастье. Сейчас прямо обосусь от радости.

Но много кто говорил – истинные друг без друга долго не живут. Умирает один и это же происходит со вторым из пары. Правда это или нет, я не знала, но пока что это было моей единственной защитой.

Асманд ничего не сказал. У него под кожей проступили вены и глаза были такими, словно он действительно жаждал крови.

Я тоже притихла. Опустила голову и закрыла глаза. Нервно поерзала на месте, чувствуя, как моя одежда пачкалась в пыли.

А ведь когда-то я шутила, говоря, что Коул никогда не найдет себе омегу.

Только, это была не шутка. Я серьезно так считала.

Как давно мы знакомы? Наверное, лет с пяти, когда начали посещать подготовительную школу, что было лишь формальностью, так как все мы – дети состоятельных родителей к школе готовились с репетиторами.

Но так получилось, что мы с Асмандом знаем друг друга большую часть жизни. И, более того, мы находились рядом друг с другом во время тех лет, когда мы формировались. И, естественно, на этот период попало и половое созревание. Время, когда мы все начинаем понимать, что такое симпатия и влюбленность. Альфы начинают посматривать на омег, а омеги на альф. Это же случилось и со мной. Я влюбилась в альфу, учащегося на два года старше меня. Позже, конечно, я узнала, что он не моется после занятий на стадионе, из-за чего моя влюбленность прошла, но все же я знала, что такое симпатия.

Чего нельзя сказать про Асманда. Думаю, он считал омег бесполезными существами. Теми, на кого он никак не реагировал. Даже, когда они начали на нем виснуть. Период всеобщей заинтересованности в противоположном поле, прошел мимо него.

Позже, кажется, он все-таки начал спать с омегами, но исключительно, как удовлетворение физических потребностей. И то, это ему требовалось намного реже, чем остальным. Асманд был заинтересован в жутких, страшных вещах, но никак не в ласках.

Господи, почему именно я стала той несчастной, на которой появилась его метка истинности? Мы ведь никогда и ни за что не смотрели друг на друга, как альфа на омегу и наоборот. Нас иногда передергивало просто от нашего общения.

Я никогда… Никогда! Не смотрела на него, как на альфу. Он же считал меня бесполым существом. И это в самые безмятежные периоды нашего общения. Позже естественно все стало хуже.

В таком случае, что это за проказа сейчас на тыльной стороне моей ладони?

Что-то затрещало и я, испуганно открыв глаза, быстро перевела взгляд вправо. На окнах тяжелые занавески, но я была уверена, что это трещали стекла. И, кажется, пол дрожал.

От осознания этого по коже волной скользнула удушающая паника. Навряд ли это землетрясение. Линии Асманда уже воздействовали на неживые предметы? Господи…

Я быстро перевела взгляд на альфу. Он уже не курил. Неподвижно держал тлеющую сигарету пальцами и смотрел на меня тем взглядом, в котором чувствовалась моя собственная боль. Много боли.