ГЛАВА 7
Люба
– Кисонька, хватит спать, открой уже свои глазки.
Мурчал кот мне на ухо. Я и сама была не против открыть глаза, но у меня ничего не получалось. Пошевелится – нет, сказать хоть слово – нет. Единственное, что я могла, это слышать и думать, а еще, я очень боялась того, что теперь останусь такой на всю свою жизнь. Ведь кот сразу предупреждал, или энергия или смерть. Но я даже сейчас считала, что поступила правильно. Всегда считала, что надо жить по совести и твердо следовала этому убеждению. Стоит один раз оступиться и считай, ты начал свою кривую дорожку, причем, с каждым разом, становится все легче находить оправдания своим нелестным поступкам.
– Любонька? Люба? Любка! Слышь, хватит прикалываться! Не нервируй меня! Открой свои бесстыжие глаза!
Все сильнее орал Колючка мне на ухо. Ощущения непередаваемые, хотя… наденьте кастрюлю себе на голову и вручите железную ложку своему маленькому ребенку, вот тогда вы меня поймете!
А я лежу и даже не морщусь, потому что не могу и это реально бесит!
– Отстань от нее.
Раздается тихий, спокойный голос справа от меня, на некотором расстоянии и я искренне ему благодарна.
– Сам отстань! Она уже третьи сутки не просыпается! Моя девочка никогда столько не спала!
От новой порции воплей, утихающая боль вновь ввинчивается прямо мне в мозг.
– Или затыкаешься и сидишь смирно, или я выкину тебя за дверь.
– Не посмеешь!
– Проверь меня.
Почему-то, кажется, что мой суровый инопланетянин слабо улыбается и нагло приподнимает бровь. Кажется, Колючка нашел себе достойного противника, который может его хоть ненадолго заткнуть.
– Вот что ты тут торчишь над душой у моей девочки? – тихо шипит обиженный кот. – Тебе разве не надо идти и управлять своим звездолетом, а то не дай боги какой астероид снесем, на комету нарвемся, в чужой корабль врежемся?
– Автопилот звездолета прокладывает маршрут, облетая все крупные тела и отталкивает энерго волной более мелкие, при большом их скоплении. Так же, при приближении какого либо летательного аппарата, система пошлет мне уведомление. Так что, можешь не переживать за свою кошачью жизнь. У меня все под контролем и уходить отсюда я не собираюсь.
Становится все интересней и интересней. Выходит, мы уже не на планете, а в космосе, летим… куда?
Вопрос задать не удалось, мое состояние все больше раздражало. Если мы покинули ту, не гостеприимную планету, то остается радоваться тому, что я все еще жива и надеяться на то, что мы успеем долететь до другой планеты богатой энергией. Тогда кот сможет меня спасти. Надеюсь, еще не поздно для перерождения.
– Я есть хочу!
Снова взвыл кот и вот честно, в тот момент я как никогда была близка к убийству с особой жестокостью!
– Иди и поешь, автомат с едой работает.
Показалось или голос инопланетного гиганта стал ближе и даже чудится его приятный, мужественный запах. Так пахнет гроза, когда напряжение сгущается в воздухе и вот вот польется дождь.
– Ты правда думаешь, что я оставлю тебя со своей Любкой наедине? Ты и раньше на нее слюни пускал, даже чуть не сожрал! А после того как она переродилась и стала такой красавицей, я и на метр от нее не отойду!
Перерождение. Я прошла перерождение! Но как? «злая и беременная, злая и беременная». Зазвучали в голове слова кота. Неужели..?
– Я сдержался и пальцем ее не тронул при перерождении! Сдержусь и сейчас!
Выдохнула от облегчения и даже захотелось смеяться. Видимо, нервное.
– Ты сдержался только благодаря мне! И где твоя благодарность спрашивается? Батареи ему зарядили под завязку, от ошибки уберег, а ты меня голодом моришь!
Дернулась от новой порции боли и мысленно взмолилась всем неизвестным силам о том, чтобы они вышвырнули моего кота за двери иначе я за себя не ручаюсь!
– Достал, – выдал Айд с тихой злостью.
Я почувствовала легкое дуновение воздуха, возмущенный мяф, который оборвался вместе с шипением закрывающейся двери.
Хотела от души поблагодарить мужчину, но смогла только тихо мяукнуть не хуже своего кота.
– От его криков тебе больно. Не переживай, ничего с ним не случится, – по своему понял мой стон Айд.
Кивнула, показывая, что понял его и снова застонала от боли, а когда с трудом открыла глаза и по ним резанул яркий свет, тихонько всхлипнула. Боли было слишком много, так плохо мне не было даже тогда, когда я первый раз выпила сразу восемь разных коктейлей в баре напротив дома.
– Сейчас.
Голос мужчины приблизился, кровать подо мной прогнулась, а на лоб легла прохладная ладонь.
– Сейчас станет легче, глаза пока не открывай, вылечу тебя и приглушу освещение.
Боль действительно медленно отступала и я со стоном блаженства, наконец-то смогла расслабиться. Хотя до этого, даже не понимала насколько была напряжена.
– Можешь открывать, – вырвал меня из блаженного состояния расслабленности, хриплый голос.
Наслаждаясь отсутствием боли, я пропустила тот момент, когда широкая ладонь исчезла с моего лба, а сам мужчина отошел от кровати.
Было страшно. А вдруг я снова ничего не увижу? То, что меня ослепило ярким светом, еще не значит, что я буду хорошо видеть.
– Все еще больно?
Спросил Айд, так и не дождавшись от меня никакой реакции. Поразило то, что в его голосе слышалась неподдельная тревога.
– Все в порядке, – поспешила ответить и потихоньку открыла глаза.
Я находилась в довольно просторной комнате или каюте? Отмахнулась от ненужных сейчас мыслей, кому какая разница, как я буду называть помещение в котором нахожусь? Тем более, если я буду делать это мысленно.
Поражали не только размеры спальни, но и мягкость кровати. Размером она не сильно уступала комнате, быть может по этому, кроме кровати здесь ничего больше не было? В каждом из четырех углов висело по не большому, светящемуся шару. В одном из углов и стоял инопланетный гигант, закрывая светильник своими широкими плечами. Из-за выбранной позиции, я не могла разглядеть его лица и чувствовала, что сделал он это не просто так.
– Почему ты прячешься?
Вопрос сорвался с губ прежде, чем я успела как следует его обдумать. Если смотреть со стороны, то я не была особо тактична, но любопытство было сильнее меня. К тому же, я могла найти как минимум несколько оправданий своей наглости.
– Привычка, – пожал он плечами.
– Это не ответ на вопрос, – еще раз осмотрела спальню, но так и не нашла заветной дверцы.
– Ответ тебе не понравится, как впрочем и моя внешность, – еще немного и его голос мог бы меня заморозить.
– То называешь шпионами и угрожаешь, то печешься о моих чувствах. Раздвоение личности?
Рагон
Она язвила и пыталась уколоть меня. Что ж, я мог ее понять. Растерянность и уязвимость неосознанно заставляют ее нападать. Ну, и я сам далеко не был душкой, при нашем знакомстве.
– Убедился в твоей невиновности, когда ты предпочла умереть, но не тронула чужое.
– Подслушивал?
– Слышал все, почти что с самого начала, – не стал ничего от нее скрывать.
– Мог бы об этом и не говорить, – буркнула моя лайса и ее кожа на щеках и шее чуть порозовела.
– Предпочитаю не начинать семейную жизнь с недомолвок и обмана, – сказал то, что думал на самом деле, но судя по всему, с откровеньями я поторопился.
Маленькая лайса крепче вцепилась в одеяло и хватала ртом воздух. Я не обольщался, знал, что как только она придет в себя, выволочки мне не миновать. Что ж, к отказам и отвращению я привык, главное, чтобы она не начала меня жалеть.
– Так мы… ты все же… – не могла связно говорить, но то, как она накрыла ладонью свой живот, сказало мне о многом.
– Ничего между нами не было, – поспешил ее успокоить.
Она выдохнула с явным облегчением, а я вдруг остро пожалел, что не воспользовался случаем, когда еще была возможность. Теперь же, добровольно связать свою жизнь со мной, она вряд ли согласится, не вышел я рожей для такой красоты. А отдавать ее своему двоюродному брату, я не хотел. Я в принципе не хотел ее отдавать кому бы то ни было! Только кто ж меня спросит? Лайсы не рождались слишком давно и за последнюю, тем более такую красивую, начнутся не шуточные сражения.
– Расскажешь?
Попросила, в который раз осматривая комнату. Ее нервозность усиливалась и я пытался понять, что не так. А когда понял, подошел к нужной стене и провел по ней рукой, от моих действий, проявилась дверь ведущая в очистительную комнату. Все это я проделывал так, чтобы по прежнему держаться в тени. Сейчас она мило со мной общалась и даже улыбалась, я не хотел лишиться всего этого, когда она увидит мое уродство.
– Иди, – кивнул головой на дверь. – Я включу динамики и все тебе расскажу.
Не отрывал взгляда от девушки, точнее от ее одежды, которая была в очень плачевном состоянии. Я мог бы предложить ей стандартный комбинезон, который подстраивается под нужный размер, но сочтет ли лайса это уместным? А впрочем…
Она согласилась и даже поблагодарила меня от чистого сердца, а не по тому, что так принято. Хотя, могла бы закатить мне истерику по поводу отсутствия не синтетической одежды. И тут же напомнил себе о том, что она с другой планеты. Что ж, если опираться на то, что я уже успел о ней узнать, девушка совсем не избалованна вниманием, что в реальности Айдов считается чудом.
Люба взяла, оставленный у дверей комбинезон и тихо поблагодарив, скрылась в очистительной комнате, пока я прятался в своем темном углу. Сел прямо на пол, активировал динамики и принялся рассказывать о том, что произошло после того, как она уснула на лестнице, обнимая своего вредного хранителя, который сейчас со вкусом уплетал что-то в кухонной зоне.
Я слышал когда включилась вода и на несколько секунд замолчал посреди рассказа, пытаясь заставить себя не думать о том, что она сейчас близко, за дверью, совсем…
– Если бы не твой хранитель, мы бы не сдержались, – поспешил продолжить рассказ. – Я как и ты, был не совсем вменяем, а когда пришел в себя, ты спала на полу, под полностью заряженными батареями. Понятия не имею как ты это сделала, но хочу сказать большое спасибо.
– Я тоже понятия не имею как это сделала, – послышался нежный голос, когда стихли звуки воды. – Это я должна тебя благодарить.
Я не знал, что на это ответить, по этому, просто решил представиться, она ведь интересовалась моим именем.
– Рагон, – сказал и тут же себя обругал. – Ты хотела знать мое имя. Меня зовут Рагон.
– Очень приятно, – откликнулась лайса и даже в ее голосе слышалась улыбка. – Мою историю ты знаешь. Расскажешь, что приключилось с тобой?
Воспоминания накрыли разом, я смотрел на себя со стороны и то, что видел, мне не нравилось. Да, я был в своем праве, сомневался в ее честности, ведь происходящее вокруг меня было очень подозрительным. Да, я пострадал, эта планета вымотала мне все нервы, особенно ее агрессивные обитатели. Но что бы со мной не происходило, я не имел никакого права срываться на девушке.
Мне было стыдно за свое поведение. Стыдно и горько от того, что теперь у меня точно нет ни одного шанса ей понравиться. Урод с поганым характером и замашками психа. Будь я на ее месте, точно бы отказался.
– Прости, – прохрипел, по привычке пряча свое обезображенное лицо в тени.
– За что? – смешно округлила глаза, выходя из очистительной комнаты.
Уставился на нее во все глаза. Такая маленькая, хрупкая, а в широком комбинезоне с подвернутыми рукавами и штанинами, она больше походила на растерянного подростка.
– На плече есть уплотнение, нажми на него и комбинезон подстроится под твой размер.
Следил за тем, как тонкие пальцы с неровными, короткими ногтями, пытаются нащупать кнопку и видя, что у нее не получается, дернулся помочь, но заставил себя оставаться на месте.
Еще совсем немного, но я хотел с ней поговорить, хотел чувствовать ее интерес, а не жалость или отвращение.
– Так за что ты просил прощения? – пропыхтела, ощупывая пальцами плечи и даже руки.
На ее лице явно отражалась досада, но сдаваться она не спешила. Маленький боец. Во мне всколыхнулась гордость. А вот то, что Люба не привыкла просить о помощи, неприятно кольнуло в груди.
– За то, как обращался с тобой, за мои необоснованные подозрения, за грубость, за…
– Эй, эй! – воскликнула с улыбкой, не давая мне заговорить. – Как по мне, так ты слишком сильно заморачиваешься. Не спорю, ты был немного груб, но если бы мне на голову неожиданно свалилась беспомощная девчонка, ее вредный кот и куча проблем, я бы не только рычала, но и вполне возможно, даже кусалась. Так что, не стоит. Ты нас спас и поверь, я это очень ценю.
– Я хотел оставить тебя себе, даже если бы ты была против, – решил быть честным до конца.
Видел, как от моих последних слов, лайса замерла, нахмурилась и закусила нижнюю губу, что-то обдумывая.
– Не знаю, что на это сказать, – слабо улыбнулась и принялась искать кнопку на втором плече. – Я просто рада тому, что твое признание прозвучало в прошедшем времени. Надеюсь, ты оставил эти мысли так же, в прошлом. Да где же эта чертова кнопка!?
Она была раздражена, а я уже почти решился выйти из тени. Что-то во мне тихо уговаривало меня довериться этой девушке. Подсказывало, что она не такая избалованная как остальные лайсы, что возможно, только она и сможет принять меня в свое сердце, не смотря на внешность. Сейчас может быть и примет, но что будет потом, когда я привезу ее на Риву и она наконец-то поймет, насколько ценна?
Чтобы узнать ответ, надо задать вопрос. Что ж, я готов рискнуть.
Мой нерешительный шаг, совпал с ее тихой просьбой о помощи. Теперь я просто не имел права струсить, отступить в тень означало проигнорировать ее потребность во мне, пусть это всего лишь не значительная помощь.
Я шел к Любе, смотря на ее плечо, точно на то место, где была кнопка. Чувствовал ее пристальный взгляд, но боялся открыто посмотреть в ее лицо, на котором сейчас выражение… Нет, не сейчас.
Продка )
Остановился в нескольких десятках сантиметров и медленно, боясь ее напугать, потянулся к ее левой руке. По хорошему бы стоило объяснить, что прежде чем подгонять комбинезон под носителя, его стоит расправить, но я не мог. Я великий воин, один из сильнейших, наследный принц Ривы, боялся быть отвергнутым до того сильно, что горло сжало спазмом. Скажете бред? Такое поведение недостойно мужчины. Вот только гордость и чувство собственного достоинства не спасут вас от разъедающего душу одиночества.
Мне уже более двухсот лет и я в полной мере ощутил все грани убивающей пустоты. Хоть и слабо, но спасала семья; отец, дядя и братья. Несмотря на то, что Нарс сын дяди, мы с Сативом, всегда считали его родным братом. И теперь, кто-то из родных предал меня, скинул на дрейфующую планету и после, попытался убить.
Моя сила, оставшись без поддержки, сама нашла себе якорь, осталось только придумать, как удержать ее рядом хотя бы несколько недель… неделю… да хоть пару дней! Что бы узнала меня с другой, лучшей стороны, чтобы прониклась, полюбила, а я… я сделаю для нее все. Если она впустит меня в свое сердце, я положу к ее ногам всю свою жизнь, в которой каждый вдох только ради нее. И быть может тогда, вселенная сжалится надо мной и однажды, я услышу звонкий плачь, оповещающий всех о том, что на свет появилась моя маленькая частичка.
Люба сама вложила свою ладонь в мою руку. Оказывается, задумавшись, я потянулся к ней и замер. А теперь, ее тонкие пальцы слегка подрагивают, касаясь моей кожи.
Молча принялся расправлять рукав. Когда оба были освобождены, я опустился на колено и снова протянул раскрытую руку, давая ей выбор. Теперь только так. Всегда.
Голая ступня опустилась на мою ладонь. Я смотрел и не мог поверить своим глазам. Ее нога меньше моей руки. Да мне теперь даже обнять ее страшно!
– Ты прятался в тени из-за своих шрамов?
Вздрогнул от тихого, мелодичного голоса. Нет, не от него, а от искреннего недоумения прозвучавшего в ее голосе. По крайней мере она со мной говорит.
Молча, кивнул и принялся расправлять штанину на второй ноге. Голос все еще мне не подчинялся, но страх уже потихоньку отпускал.
– Ты же мужчина, воин в конце концов. Мне кажется, шрамы в твоей профессии неизбежны и стесняться их как-то… глупо.
– Шрамы неизбежны. Но когда половина всего твоего тела обожженное месиво, это уже уродство. А оно, знаешь ли не красит. Проще скрывать шрамы, чем видеть жалость, брезгливость и не здоровый интерес от окружающих меня существ. Им страшно смотреть на мои увечья, но их взгляды то и дело возвращаются, против воли. Интересно же каково это, – выдал быстро, без запинки и твердым голосом, чего сам от себя не ожидал. – Ну, вот и все.
Нажал на уплотнение и комбинезон сел точно по фигуре лайсы. И вот честно, лучше бы я этого не делал! Меня всего буквально перекосило от осознания, что я только что, сам себе, создал новую проблему. С тем же успехом, Люба могла ходить совсем без одежды.
Я ожидал от девушки возмущений, благодарностей, но уж точно не ее звонкого смеха.
– Тебя сейчас так знатно перекосило! Думала, убьешь меня взглядом! Но знаешь, злым, недовольны и раздражительным ты мне нравишься намного больше, чем… ну… С момента моего пробуждения, ты сам не свой. И я очень рада, что мое изменившееся тело привело тебя в чувства! Открою маааленький секрет, – зашептала, подавшись ближе ко мне. – Сама от себя обалдела, когда в зеркале увидела.
Быстро прошептала и снова засмеялась, смотря на меня сверкающими от радости глазами. Я же хмурился все сильнее. Мне было непонятно ее поведение и я всерьез опасался, что трудное перерождение, могло сказаться на ее сознании. Но прежде чем тащить ее в медкабинет, решил задать Любе несколько вопросов, от ее ответов будут зависеть мои дальнейшие действия.
– Почему ты улыбаешься мне, смеешься, радуешься, когда должна злиться на меня, кривиться от моих шрамов и требовать компенсацию за причиненные тебе неудобства?
И снова она меня удивила.
– Кому должна? Тебе? Нет, ну если ты конечно хочешь, то я закачу тебе истерику, могу даже повизжать от души, а если хорошо напрягусь, то и слезу пущу. Хочешь? – открыто посмотрела мне в глаза.
– Нет, – для верности еще и головой мотнул. – Но твое поведение все равно странное.
– Я попрощалась с жизнью, там, сидя на ступеньках и обнимая своего вредного кота. А потом вдруг проснулась. Жива, здорова, красива и я вижу! – пожала плечами, улыбнулась и добавила: – Правда кушать сильно хочется.