23

На следующее утро я чувствовала себя странно: вроде спала плохо, но энергии было хоть отбавляй. Наверное, это под впечатлением от встречи с прошлым.

Удивительная штука наше подсознание! Всю ночь мне снились сны, в которых Ярик бросал меня снова и снова. Я уже очень хорошо изучила это сновидение, ведь оно преследовало меня несколько лет подряд. Мой мозг моделировал какие угодно обстоятельства, декорации и детали, но суть оставалась прежней: если Ярик в моем сне хотел поцеловать меня, обязательно возникало что-то ему мешающее – от мужика, внезапно толкающего меня в плечо на выступлении «Purple Eagles», до мерзко хихикающей Янки, скрипучим голосом твердящей: «С тобой? Никогда!»

А потом я неизменно бежала на каблуках и в дурацком платье по темной улице, врывалась в подъезд, быстро-быстро взбиралась вверх по лестнице и пулей забегала в свою квартиру. Там я садилась на пол, зажмуривалась и зажимала себе уши ладонями, чтобы не слышать стук в дверь. Но даже сквозь них слышала его голос: «Дашка, я ведь тебя люблю!» А когда вдруг понимала, что нужно выйти и посмотреть ему в глаза, резко просыпалась.

Клянусь, этот сон был моим проклятием. Ловушкой, из которой не выбраться. И я не понимала, почему мой собственный мозг заставлял меня проживать это снова и снова? Это же так тяжело!

– Уже уходишь? – бабушкин голос остановил меня в прихожей.

– Да, бабуль! – Я замерла на пороге, злясь, что придется ждать, пока она доковыляет, чтобы попрощаться со мной.

– Хорошо, ступай.

Шагов не было слышно. Наверное, она была занята, поэтому не собиралась выходить из комнаты.

– Ба? – позвала я.

Скинула туфли и прошла к ней.

Бабуля уже оделась, но все еще лежала на кровати поверх покрывала.

– Тебе плохо? – Я присела рядом.

Она посмотрела на меня ласково и улыбнулась:

– Наверное, давление пошаливает. – Взяла мою руку и сжала в своей. – Немного полежу и пройдет.

– Таблетки свои принимала сегодня?

– Да. Все по списку.

– Не хочешь вызывать врача?

– Нет надобности. Все хорошо, Дашенька. – Она вздохнула. – Иди, не переживай за меня.

– Хорошо. – Я поцеловала ее в лоб и встала. – Только на днях все-таки съездим вместе к врачу, ладно?

Бабушка с улыбкой отмахнулась:

– Доживем – увидим.

– Если что, – я указала взглядом на сотовый телефон, лежащий на тумбочке, – сразу звони.

Рабочий водоворот затянул меня с головой.

Поставщики, заказчики, переговоры с партнерами, ресторанная суматоха! Открытие клуба планировалось уже на следующие выходные, а тут внезапно обнаружилось, что ремонт в туалетах вряд ли успеют закончить к сроку. Я ругалась с подрядчиками, требуя, чтобы ускорили ход работ. Но вместо того чтобы нанять еще рабочих, они обязались работать в две смены. И к обеду, когда мне нужно было проводить собеседования с кандидатами на должности в новом заведении, у меня буквально пар шел из носа от перенапряжения.

– Дарья Александровна! – В дверях показалась Аглая, старший администратор.

– Да? – Я подняла глаза от резюме.

Парнишка, который мечтал устроиться к нам барменом, все еще сидел в кресле напротив и продолжал мне улыбаться. Искусством красноречия он явно не обладал, а вот глазки строил весьма профессионально.

– К вам приехали, – сообщила девушка.

– Кто? – устало спросила я.

– Алеся Владиславовна, – замялась она. – Леся. Вы договаривались.

– Ох! Точно. Скажи, что я уже иду. – Я подскочила с кресла, убрала листок в папку и вернула парнишке его широкую улыбку: – Мы свяжемся с вами.

– Точно? А когда ждать звонка? – Он нехотя приподнялся. – Это значит, что я вам подхожу, да? Или есть еще кандидаты?

Я прошла мимо него к выходу и распахнула дверь:

– Мы с вами свяжемся.

Обычно эта фраза ничего не означала и ничего не обещала, но сейчас она еще и намекала: «Выметайся поскорее».

– Всего доброго! – Продолжая растягивать губы в улыбке, паренек вышел.

Я прошла в зал.

– Добрый день! – поздоровалась я с Лесей.

Интересно, почему внешность этой девушки действовала на меня таким образом? Хотелось тут же поправить узкую юбку, втянуть живот и расчесать волосы – выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Может, потому, что Леся смотрелась идеально? Как сияющая витрина: все на своих местах, все свежее, упругое и подтянутое. А красная помада на ее губах – как обещание неземного удовольствия. Она притягивала взгляд, заставляя забывать даже о ее груди, облаченной в кожаный пуш-ап и прикрытой лишь тонкой вязаной черной сеткой.

– Привет! – бросила она мне небрежно. – Ну что? Показывай!

И, не дожидаясь ответа, двинулась по коридору, соединявшему ресторан с клубной зоной.

– То есть вы еще не видели помещение, в котором придется работать? – семеня за ней, поинтересовалась я.

– Мельком, – жуя жвачку, пропела она, – но Тима так красочно рассказывал, что я развесила уши и повелась на его уговоры.

– Вот как! – Мне казалось, что если я пройду за ней еще несколько метров, то насквозь пропитаюсь ее духами. – Сюда, пожалуйста.

– Вау! – присвистнула она, спускаясь по ступеням.

– Здесь основной зал, там сцена. Главный вход, гардероб и туалет в той стороне, – объясняла я.

– Можешь вырубить свет? – Леся сняла с плеча сумочку и швырнула на один из диванов. – Включай иллюминацию, я хочу увидеть, как все будет смотреться ночью!

– Тут еще не до конца все отрегулировано…

– Включай!

Я погасила свет, и зажглось ночное освещение: яркое, динамичное. В тишине, конечно, смотрелось странно, но красиво.

– Для каждой функциональной части своя аппаратура и свет, соответственно: танцпол, барная стойка, места отдыха, диджейская площадка…

Но в эту секунду дамочка уже запрыгнула на сцену и затянула во все голосище:

– Птица! Я из неба и огня.

Я – птица. Опалила крылья-я.

Это моя вина. Огонь внутри меня!

И эта боль. За что тебя любила я…

Вот это энергетика! От ее голоса у меня лед спустился по позвоночнику и отнялись ноги. Перед глазами все замелькало. Я больше ничего не чувствовала, кроме эха от этих звуков, забравшихся мне под кожу и путешествующих сейчас по кровеносной системе.

– Неплохо! – Она спрыгнула и по-разгильдяйски взъерошила волосы. – С хорошей аппаратурой звучание будет просто бомба!

– Да… – Меня все еще не отпустило.

Дыхания не хватало, по рукам бежал прохладный ветерок, а на лице, могу поспорить, было написано нешуточное замешательство.

– Совсем недурно, – раздался за спиной бархатный голос с хрипотцой, – но кое-где ты все-таки сфальшивила.

Я обернулась. Ярик! Как давно он здесь появился, и почему я этого не заметила?

– Зануда! – рассмеялась Леся, направляясь к нему.

Парень не улыбнулся. У него лишь вежливо приподнялись уголки губ.

– Привет! – Он кивнул мне.

И его глаза на секунду засветились загадочной улыбкой? Или мне показалось?

– Как тебе здесь? – спросила Леся, повиснув у него на плече.

Я поспешила коснуться выключателя и вернуть дневной свет в помещение. Заморгала, пытаясь привыкнуть.

– Прекрасно! – Ярик тоже щурился, взмахивая своими невероятными ресницами.

– Я рада, что вам нравится, – проговорила я, стараясь не смотреть на него.

Выдержать еще мгновение, глядя, как она жмется к нему, мне было не по силам.

– Ого! Как здесь круто! – с этими возгласами ворвались в помещение и остальные парни.

– Просторно!

– Нехило!

– Даша, знакомься, – отлепив Лесю от своего рукава, обратился ко мне Ярик, – это Ник.

– Привет! – Кудрявый парнишка энергично пожал мне руку.

– Это Майк.

– Здоро́во. – Худой рыжий парнишка кивнул, оценивающе оглядел мою фигуру.

– Это Паша. Он тоже иногда выступает с нами.

– Как дела? – улыбнулся мне шатен с колечком в носу.

– А это Боря. Его ты знаешь!

– Какие люди! – Приземистый конопатый Борька с радостью заключил меня в объятия. Сжал со всей силы, отпустил, а затем припал губами к моей руке. – Дашка, ты стала такой…

– Привет, Боря! – смущенно улыбнулась я, выдергивая руку.

– Если у тебя никого нет, то я за тобой приударю! – подмигнул он. – Так и знай!

Я откашлялась и поспешила перевести тему:

– Идемте, покажу вам помещение, которое отлично подойдет для репетиций. – Обошла их и показала на дверь возле сцены. – Мы установим там необходимое оборудование. Кстати, вы привезли свое?

Дружное:

– Да-а-а!

– Отлично. – Я провела их по коридору мимо гримерной и подсобного помещения. – Здесь достаточно места, чтобы вы устроились с комфортом. – Открыла дверь ключом и пропустила их вперед. – Сюда можно пройти также и другим путем – через ресторан, если вы опасаетесь назойливых фанатов. Если комната вам не подходит, то репетиции можно перенести на сцену – в зале утром обычно никого не бывает, заведение в эти часы закрыто.

– Ого! Как уютно! – Первой вошла Леся.

– В общем, здесь все в вашем распоряжении. Тимофей просил не стеснять вас.

– О, светлые стены, – усмехнулся рыжий Майк. – Я так привык к подвальному трауру, что мне не по себе.

Следом за ним, присвистывая, вошли Паша, Ник и Боря.

– Правда, еще не завершен ремонт в туалете клуба, но зато в ресторане с этим все в порядке. Можно ходить туда. – У меня сбилось дыхание, потому что Ярик теперь стоял прямо напротив меня и не спешил входить в комнату. – Думаю, мы что-нибудь придумаем насчет того, чтобы обеспечить вас горячими напитками. Я знаю, как это бывает важно, если репетиции затягиваются…

– Спасибо, – сказал Ярослав, опираясь на дверной косяк.

Я покосилась на ребят, исследующих помещение. Боря плюхнулся на диван, Пашка внимательно разглядывал себя в зеркале, а Майк положил руку на талию Леси и притянул ее к себе.

– Вы всегда можете обратиться ко мне с любым вопросом, – подытожила я, снова отважившись посмотреть в глаза Ярику.

Он продолжал сверлить меня самоуверенным и открытым взглядом. Даже не пытался скрыть от своих друзей свой интерес.

– Мне надо идти, – произнесла я тихо. – Администратор вам все покажет. Сейчас я ее позову.

И пошла.

– Даша! – Ярик нагнал меня в два шага.

Схватил за локоть, развернул к себе и приблизился почти к самому моему лицу. Я вжалась в стену. От его горячего дыхания по моей шее побежали мурашки.

– Что? – спросила почти шепотом.

Его друзья в этот момент притихли, явно прислушиваясь к разговору.

– Даш… – Ярослав нервно облизнул губы.

На его лбу рядом с маленьким шрамом, оставшимся с детства, пролегла глубокая, напряженная бороздка, как будто он злился. Но злость его была щедро приправлена болью.

– Не сейчас, – попросила я шепотом, указывая взглядом на приоткрытую дверь.

Еще пару секунд он продолжал смотреть на меня молча. Похоже, что мы оба не знали, что делать со всеми невысказанными словами. Да и с высказанными тоже. Неожиданно он смутился.

– Хорошо. Позже. – И, нежно проведя ладонями по моим плечам, Ярик опустил руки.

А я, развернувшись, побрела прочь на негнущихся ногах.

Мне теперь предстояло решить, что делать с отчаянно бьющимся сердцем и с ожогами на коже, оставшимися после его горячих прикосновений.