Глава 7

Дрегарт Катуаллон

– Серьезно? Недо-Ривелен и перебежчица от целителей?!

Фил распылялся уже второй час. Начал он перед завтраком и продолжал даже сейчас, когда мы ждали недостающих членов команды. На мою удачу, он действительно был возмущен, а потому не лгал ни единым словом.

– Что она умеет такого, что ее взяли? – выдал он в итоге и глумливо осклабился.

– Странно это слышать от того, кто под победоносный салют подлетал к луне, – усмехнулся Фраган.

– Решение ректора не подлежит пересмотру, – хмуро произнес я. – И ты кое-что упускаешь, Фил.

– И что же?

– Мы все равно вытянем дуэльный круг, – я усмехнулся. – Просто пересмотрим тактику. Против нас будут целители и стихийники, Фил. Да, Волькан и Маэлин не усилят нашу боевую тройку. Но и не ослабят.

– Ты понимаешь, что теперь за ними придется присматривать? – с отвращением спросил Филиберт. – Им не простят такого легкого проникновения в турнирную команду. Когда участие в турнире из привилегии стало наказанием?

– Тогда, когда военка пыталась устроить бунт, – пожал плечами Фраган. – О наборе в турнирную команду объявили еще весной. Но никто, никто не подал заявку. Думаю, ректор оценил.

– Заявок было много, – нахмурился я.

– После того, как пришел ты, – кивнул Фраган. – Ты показал высший класс на вступительных экзаменах. Плюс у тебя есть реальный боевой опыт. У нас появился шанс выгрызть второе место у стихийников, и люди захотели участвовать. До этого заявок не было.

– Вот оно что, – медленно произнес я. – В таком свете многое становится понятным.

– Впрочем, – Фил сально усмехнулся, – зато синеглазка и ее подружка будут в доступности.

– Ты давно перестал чесаться? – с интересом спросил Фраган своего брата-близнеца. – Маэлин Конлет была лучшей ученицей на курсе. Каким ветром ее занесло сюда – неизвестно. Но у нее есть жених, и он тоже в турнирной команде.

– Ей устроят темную, – констатировал Фил. – Откуда ты столько знаешь?

– А мы на что? – резонно возразил Фраган и добавил: – Получил пару писем.

«У Маэлин есть жених. Впрочем, умные и красивые девушки редко остаются в одиночестве», – пронеслось у меня в голове. Осознание, что ласковая синеглазка не свободна, разозлило меня. Взбесило, если быть точным. Но я взрослый человек и способен держать себя в руках. Тем более что Мэль всего лишь часть турнирной команды. Просто студентка и…

– Гарт! Ты горишь!

Мои ладони были объяты фиолетовым пламенем. И я совершенно его не контролировал…

Прикрыв глаза, я начал дышать на счет. Все, как учил тот старик, жрец Отца-Хаоса. Вдох, задержать дыхание, медленно выдохнуть. Вдох-выдох. Не обращать внимания на невнятные звуки – это сейчас неважно.

«Ты часть меня», – повторял я про себя. И пламя, непокорное, бушующее, успокаивалось. Ластилось к рукам, как добрый щенок.

Открыв глаза, я столкнулся взглядом с Фраганом.

– Я узнаю о ней побольше, – медленно произнес мой друг.

– А где Фил?

– Отправил его встречать девчонок. И Ривелена. Хотя он тоже та еще девчонка, – усмехнулся Фраган. – Гарт, у нас проблемы?

– Не сейчас, – покачал я головой. – Это может быть случайностью.

«Фраган сказал о женихе Мэль, и я потерял контроль над пламенем. Это не может быть случайностью», – подумал я. Но признать это вслух… Немыслимо. Просто немыслимо.

Все это время Фраган внимательно на меня смотрел, и в итоге я не сдержался:

– Я не влюблен в нее.

– Я молчал, – усмехнулся мой друг.

– Слишком выразительно молчал, – укорил я его. – Я не могу любить. Я умер. Понимаешь? Три года назад меня не стало. Я не способен чувствовать. Это просто какой-то сбой.

– Как скажешь, – кивнул Фраган. – Как скажешь. Может, не стоит их защищать? В стычках с другими студентами девчонки станут сильней. Все же до смерти их не «зашутят».

– Маэлин под моей защитой, – отрезал я. – Но знать ей об этом не нужно.

Фраган только понимающе усмехнулся и едва слышно произнес:

– Ага. Она под твоей защитой, но ты не влюблен. Я понял. – Затем он куда громче добавил: – Оставить их один на один с шутниками я предложил не всерьез. Просто хотел кое-что проверить.

– Проверил?

– Да.

– Вот и помолчи, – приказал я.

По смешливому взгляду друга я понял, что ему еще есть что сказать. Но в этот момент открылся портал, из которого вышел Волькан. Следом на песок спорхнула Маэлин. После нее появилась Нольвен, и замыкающим стал Фил.

– Доброе утро, – мягко улыбнулась Мэль. – Как ты?

Она явно намекала на мое позорное отключение. Хаос, что она теперь обо мне думает?! Не боевой маг, не защитник, а тряпка. Пациент.

– В норме, – коротко произнес я. – Сегодня мы посмотрим на вас в бою.

Подруги переглянулись, вздохнули, и Мэль прямо спросила:

– Ты будешь выбирать?

Такая прямота была неприятна, ведь я не мог солгать:

– Да.

– Ясно, – кивнула Маэлин. – Спасибо за честность.

Потянувшись к охранному контуру полигона, я открыл проход к дуэльной площадке. После чего дал девчонкам пару минут – осмотреться. Они так явно восторгались этим, в сущности, обыденным местом, что я и сам посмотрел на площадку иными глазами. Оценил полупрозрачный купол – защиту зрителей от шальных заклятий. Вспомнил, как трудно было привыкнуть к пружинящему покрытию под ногами – чтобы не травмировать упавшего. И как трудно было привыкнуть к отсутствию этого самого покрытия на дуэльных площадках вне военки.

– А это что? – Мэль подошла к столбу с кристаллом для вызова целителей.

– Ты не знаешь? – удивился Фил и встал рядом с ней. – Ты же целитель. Эта штучка вызывает красавиц-лекариц к телам пострадавших бойцов. Если бы я был ранен в сердце, ты бы меня исцелила?

Маэлин тонко усмехнулась:

– Нет, это не мой профиль. Но я бы остановила кровотечение, стабилизировала общий магический фон и передала бы тебя в заботливые руки дежурного по хирургическому отделению.

– Держи себя в руках, – спокойный голос Фрагана взбесил сильнее, чем назойливость его брата.

– Я в норме, – отрывисто бросил я и понял, что повторил свои же слова, сказанные для Мэль.

– Фил не способен на длительные отношения, – так неспешно произнес Фраган. – Ни одна девушка в трезвом уме с ним не свяжется. Если только не захочет приятно провести выходные.

– Оставь эту тему. Маэлин просто часть турнирной команды. Пока ещё часть команды.

– Ты всерьез думаешь заменить ее на её подругу? – нахмурился Фраган. – Не лучшая идея.

– Я исхожу из интересов академии. – Собственная ложь болезненно продрала горло. Во рту появился неприятный кровяной привкус.

Я просто хочу, чтобы эта девушка, чужая, толком незнакомая и непонятная, продолжала улыбаться. Чтобы она была в безопасности. Турнир не место для таких, как она. Да, ее подруге там тоже делать нечего, но…

– У целителей дуэльная площадка выглядит иначе, – со знанием дела произнесла рыжекосая подружка Маэлин. – Вместо этой забавной штуки – камень. У нас считалось, что ты должен страдать, если хочешь изучать дуэлинг сверх необходимого.

– Интересный подход, – разулыбался Фил. – Это ужасно, что вам приходилось падать на жесткие камни. Вы созданы для другого!

– Для чего же? – заинтересовалась Нольвен.

– Как минимум для очистки гнойных ран, – задумчиво произнесла моя синеглазая целительница. – Если кто-то дуэлировал сверх социально одобряемой нормы, то его сразу же отправляли под крыло квэнни Шелрон. Ох уж эти белесые червики! Magia vermis est specialis, если использовать Старый Язык.

Филиберт с опаской покосился на Маэлин и отошел в сторонку. Да, с этим видом червей сталкивался каждый боевой маг – они гнездятся в сырых, насыщенных магией местах. И этих тварей ничем нельзя диагностировать! А также невозможно предугадать их нападение – шестеро бойцов пройдут мимо, а седьмой будет атакован.

«Моя целительница хороша», – промелькнула у меня в голове коротенькая мыслишка. Промелькнула и исчезла, а я остался стоять. Ошеломленный и взбешенный. Моя?!

Эти глупости необходимо выбросить из головы. Квэнти Маэлин Конлет не свободна. Хоть и странно, что ее помолвка длится так долго. Обычно утром пара решает пожениться, а к вечеру для них разжигают костер. Не в нашей ситуации разбрасываться временем. Да, после битвы у Серых Скал нападения духов получается спрогнозировать. Но есть то, что предсказать нельзя: человеческая дурость не поддается никаким расчетам. Только в прошлом месяце одному из сильных духов удалось добраться до столицы! А все потому, что молодому боевому магу взбрело в голову поймать духа и принести любимой женщине. Чтобы она могла его изучить. Что ж, поймать тварь он смог. Смог и от товарищей по отряду утаить. А вот удержать в ловушке не вышло. Дух завладел его телом и затаился. Спасибо Теням, стоящим на страже вокруг столицы, – вычислили, спровоцировали и уничтожили.

– Осмотрелись, и будет, – громко произнес я, отбрасывая в сторону лишние мысли. – Волькан и Фраган, к бою.

Бледный Ривелен и смиренно-огорченный Гильдас подошли к центру площадки, а после разошлись в противоположные стороны на семь шагов. Плохо, на турнире это будет десятка. Ну ладно, для первой пробы подойдет.

– Использовать низкоуровневые заклятья, – четко произнес я. – Сейчас я хочу видеть вашу скорость и изворотливость.

Фраган посмотрел на меня с отчетливо видимой насмешкой. В его глазах читалось: «Будто ты не знаешь мою скорость и изворотливость». Да, ему удавалось вырвать у меня две победы из семи, что весьма неплохо.

Первые же минуты боя показали: Волькана не зря считают несчастьем рода Ривелен. В нем не было ничего от его талантливейших братьев. Видно, что его учили. И видно, что наука не пошла впрок. Он знал слишком много и тратил бесценные секунды на подбор идеально подходящего заклятья.

– Достаточно. – Я махнул рукой, останавливая бой. – Десять минут отдых, затем Фраган и Маэлин.

– К чему мучить моего братца? Я с удовольствием проверю верткость прекрасной целительницы, – тут же отреагировал Фил. – Или ты боишься, что я безвозвратно покалечу Мэль?

– Меня зовут Маэлин, – отчеканила моя целительница.

– Как скажешь, – широко улыбнулся Фил. – Гарт, я уже давно курирую первачков, в отличие, к слову, от Фрагги.

– Кто повторит это следом за моим полоумным братцем, – тут же вскинулся Фраган, – тот пойдет сращивать кости к целителям.

– Так что, Гарт, – Фил пристально посмотрел мне в глаза, – доверишь мне проверку? Или будем ждать, пока Фрагги ошибется и случайно размажет девчонок по защитному куполу?

Маэлин Конлет

«Филиберт Гильдас, для вас просто Красавчик Фил», – именно так представился нам этот боевик. Что, как по мне, не пошло ему в плюс. Во-первых, не такой и красавчик, хотя сочетание чистой светлой кожи, серых глаз и вьющихся каштановых волос всегда в выигрыше, а во-вторых, никого не красит чрезмерная самоуверенность! Вот удивительно, но его спокойный брат-близнец пришелся мне по душе куда больше. А от слащавых улыбок и назойливого внимания «Красавчика Фила» хочется сбежать куда подальше. Но некуда.

Бой Волькана и Фрагана закончился. Уставший, помятый и грустный Ривелен вышел с площадки и ушел в сторону, к скамейкам. К нему тут же направилась Нольвен. Она, как и я, отметила пару вывихов и несколько качественных ушибов. Конечно, боевые маги не считают это за травмы, но раз уж мы здесь, то все будет по правилам. А не как обычно!

Я хотела диагностировать Фрагана, но услышала неприятный диалог.

– К чему мучить моего братца? Я с удовольствием проверю верткость прекрасной целительницы, – оживленно произнес «Красавчик Фил». – Или ты боишься, что я безвозвратно покалечу Мэль?

– Меня зовут Маэлин, – взбесилась я и заслужила странный взгляд Дрегарта. От этого взгляда мне стало не по себе и щеки отчего-то загорелись.

– Как скажешь, – широко улыбнулся Фил. – Гарт, я уже давно курирую первачков, в отличие, к слову, от Фрагги.

– Кто повторит это следом за моим полоумным братцем, – тут же вскинулся Фраган, – тот пойдет сращивать кости к целителям.

Я с трудом подавила смешок. Фрагги. Не особенно мужественное прозвище. И очень забавное. Но я не рискну так его назвать, хоть и хочется.

– Так что, Гарт, – Фил продолжал занудствовать, – доверишь мне проверку? Или будем ждать, пока Фрагги ошибется и случайно размажет девчонок по защитному куполу?

Мне хотелось, чтобы Гарт согласился. Нет, я не рассчитываю перебороть Фила. Во мне нет столько безнадежной дурости. Но есть некоторые нюансы, некоторые приятные мелочи, которые могут осложнить ему жизнь. Мне удалось поймать на это дядю Нольвен. А значит, и Фил купится. Ну же, Дрегарт, дай своему другу то, что он хочет!

– Я сам выйду в круг, – неожиданно произнес Дрегарт. – Так или иначе, а именно мне предстоит решить, заменить ли Маэлин на Нольвен.

А я вдруг отчетливо поняла: он этот выбор уже сделал. Он уже решил, что заменит меня на мою лисоньку. И я… Не то чтобы я настолько хотела участвовать в турнире, нет. Просто как он посмел списать меня заранее?! Что ж, ему предстоит ощутить то, из-за чего дядюшка Нольвен шарахался от меня несколько недель. И пусть мне уже стыдно, но я не отступлю. Я не позволю ему считать себя слабосилком!

Дрегарт направился к центру дуэльной площадки, и я, под встревоженным взглядом Нольвен, последовала за ним.

– Десять шагов, – коротко отрезал наш капитан. – Стандарт для турнира.

– Хорошо, – кивнула я.

Десять шагов – это хуже, чем семь. Сложнее попасть и проще увернуться. Но я постараюсь. Я приложу все усилия, чтобы неприятно поразить Дрегарта. Поразить и остаться в команде. В конце концов, во время круга дуэлей у меня будет законный повод проклясть Стевена так, что уже ничто и никогда ему не поможет!

Защитный купол развернулся вокруг нас с мягким приятным звоном. Развернулся, замерцал и приобрел молочный непрозрачный цвет. Вот как? У нас этот купол был прозрачным.

– Низкоуровневые заклятья, – напомнил мне капитан.

– Поняла, – кивнула я.

У меня все заклятья низкоуровневые. О, и, пожалуй, стоит использовать огненный шар. Это и правда мое «коронное» заклятье.

Вот только он был беспредельно быстр. Мне пришлось выставить щит и полностью за ним скрыться – капитан выпускал заклятья с какой-то нечеловеческой скоростью. Да, проиграть такому бойцу не стыдно. Но… Но я хочу остаться в команде! А значит, придется рискнуть.

И я рискнула. Рискнула не жизнью, что уж там. Даже здоровьем не рискнула: мягкий пол не позволил бы мне переломать кости. Но одно-единственное пропущенное заклятье гарантированно лишит меня сознания. Гарантированно лишит меня возможности остаться в турнирной команде.

Наращивая щит, я истово благодарила бабушку за ее науку. Стандартный низкоуровневый щит давно бы разлетелся, а этот держался. И при этом оставался простейшим заклятьем, что не позволит Гарту обвинить меня в жульничестве.

Так, пока я криво и неловко перемещалась, отвлекая внимание Дрегарта, мои гусенички-проклятья подобрались к нему вплотную. Готова поспорить, что он обнаружит первые два, а вот третье… Третье подберется достаточно близко, чтобы сработать! А все почему? Все потому, что я вижу в его глазах снисхождение. Он слишком сосредоточен на том, чтобы меня не пришибить. Ну и плюсом идет то, что эти гусенички – моя личная разработка. Пришлось постараться, чтобы получить свой кусок именинного торта. Было обидно смотреть, как бабушка ест, а у нас с лисонькой пустые тарелки. Особенно обидно было оттого, что это был мой день рожденья! Возможно, именно поэтому проклятья вышли такими.

Да! Две огненные вспышки, и мои гусенички погибли смертью храбрых, одновременно прикрыв третью красавицу. И, как мне показалось, уже только это заставило Дрегарта посмотреть на меня иначе.

Третья гусеничка сработала, капитан неловко дернулся и на мгновение сбился! Так что я успела скастовать несколько огненных шаров и вновь укрыться за своим модернизированным щитом.

Мои шары заставили Гарта выругаться: он не смог просчитать их траекторию. «Не переживай, мой капитан, – хотелось сказать мне. – Никто не может просчитать, куда они полетят». Но я промолчала.

Мне удалось подпалить ему рукав, а после… Я даже не поняла, что произошло, а Гарт уже стоит у меня за спиной и кладет ладонь мне на горло.

– Вы проиграли бой, квэнти Конлет, – хрипло выдохнул он мне на ухо.

Собрав все силы в кулак, я, не поворачиваясь, сдержанно ответила:

– А вы ожидали иного?

Он только неопределенно хмыкнул и исчез, чтобы появиться уже у края площадки.

– Квэнти Лавант, – Гарт церемонно кивнул моей лисоньке, – прошу на дуэльную площадку.

Присоединившись к зрителям, я с легкой грустью наблюдала за тем, как неспешно разворачивается защитный купол. Нольвен всегда была сильней меня в дуэльном плане. Нет, не думаю, что ей удастся одолеть Дрегарта. Но она по меньшей мере не будет отсиживаться за модифицированным щитом.

– А ты молодец, – задумчиво произнес Фраган.

– Сарказм? – Я повернулась к нему.

– Дрегарт… Никто не знает, с чего он решил вернуться в военку. – Парень задумчиво прищурился. – Его уровень существенно выше нашего. Ты знаешь правила? Он должен был доказать, что он лучше всех. Быстрее, сильнее, опаснее.

– Да, я знаю правила.

Купол замкнулся, по нему пробежала искра, и я невольно вспомнила, как мы учились взламывать такие купола. Потому что зачастую только целитель может остановить вошедших в раж дуэлянтов. На последнем зачете я показала рекордное время – четыре секунды. У Нольвен было восемь, а у Стевена двадцать семь. Он так и не научился быстро ломать чужие щиты.

– Низкоуровневые заклятья, – напомнил Гарт Нольвен.

Та загадочно улыбнулась и кивнула:

– Я помню. Я вообще хорошо запоминаю, особенно с третьего раза.

Моя лисонька подняла перед собой руки и замерла, вытянувшись в струну. Она не вызвала щит, что было бы логично. И что она всегда делала ранее.

– Что-то мне это не нравится. – Я подалась вперед.

Может ли Нольвен подставиться под удар, чтобы меня не выкинули из турнирной команды?

«Может», – ответил внутренний голос. Может. Хотя бы потому, что я бы именно так и поступила, если бы мы вдруг поменялись местами. Если бы именно ей хотелось пройти вперед, чтобы сразиться с предателем и делом доказать, кто тут лучший выпускник, а кто кусок подлого де…

Она это сделала. Даже не ослабив оглушающее проклятье Гарта. Моя лисонька просто приняла удар на себя и сломанной куклой отлетела к барьеру.

А я поставила новый рекорд. Этот защитный купол я разнесла на осколки за две секунды. И за одно мгновение оказалась рядом с подругой.

– Ты ненормальная, – сквозь зубы процедила и, ухватив ее за тонкое запястье, принялась с каждым ударом своего сердца вливать в ее бессознательное тело энергию.

– Упрямая. – Гарт опустился рядом со мной. – Она подставилась.

Мне было не до светских разговоров: если вовремя оказать помощь, то оглушающее заклятье не окажет на пострадавшего особого влияния. Если пропустить момент, то может вылезти что угодно. От недолеченных проклятий до сотрясения головного мозга.

«Если он, конечно, есть», – сердито подумала я.

Ну почему она хотя бы слабенький щит не выставила, чтобы ослабить заклятье? Что за дурость пополам с храбростью?!

– С тебя сахар, Дрегарт, – не открывая глаз, произнесла Нольвен. После чего прибавила: – Ничего, что я так просто? Все-таки двум простым студентам нет смысла разводить политесы.

– Никому нет смысла разводить политесы, – усмехнулся Гарт. – В бою нет времени на излишнюю вежливость.

– Я слышала, – моя лисонька приоткрыла правый глаз, – что в армии отдают приказы матом.

– Возможно, некоторые армейские выражения действительно не подходят для гражданской жизни, – уклончиво ответил капитан и обратился ко мне: – Каково ее состояние?

– По жизни или сейчас? – мрачно пошутила я. – Разрывов ауры нет, очаг не поврежден, помощь оказана вовремя, побочных эффектов не прогнозирую. И настоятельное целительское указание – постельный режим до конца дня. За исключением походов в столовую.

Нольвен скорбно свела брови:

– Никто, кроме тебя, после оглушающего постельный режим не назначает.

– Нет, – Гарт одарил меня донельзя странным взглядом, – я знал человека, который… Неважно. Почему ты это сделала?

Открыв оба глаза, моя лисонька жестко произнесла:

– Я могла бы соврать, но не стану. Мэль не любит, когда я вру. Поэтому я признаю: это было сделано специально. Почему? Потому что я хочу, чтобы моя Мэль участвовала в турнире. Иначе я рискую не сдержаться и совершить убийство. С особой жестокостью. А моя подруга все-таки поспокойней будет.

Гарт хмыкнул и, встав, отрывисто бросил:

– Фраган, проводи Нольвен.

С этими словами Дрегарт сотворил портал. Гильдас, коротко кивнув, подскочил к нам, подхватил охнувшую лисоньку на руки и исчез в портале. После чего капитан повернулся ко мне и задумчиво произнес:

– У тебя хорошие навыки взломщика. И необычный щит. Это можно использовать.

А я не знала, радоваться мне или огорчаться. Судя по всему, я – часть команды. Но какой ценой?