ГЛАВА 37

— О, Иланка! Приветик! Ну, ты куда запропастилась? — Анжелика чмокнула подругу в щеку, махнула бармену. — Костик, глянь, кто пришёл! Жемчужина наша! — ей удалось перекричать музыку, и Костик приветливо заулыбался Илане.

В панике заоглядывалась вокруг, шикнула на Анжелику.

— Потише. Не надо привлекать внимание. Я не хочу, чтобы меня здесь все видели.

— Мм… Ну, ладно. Слушай, ты мне так и не объяснила, куда исчезла. У тебя проблемы какие-то? Может, к шефу пойдём? Или нет, он злой в последнее время ходит. Может, к Зауру? Он у нас мужик серьёзный, любому наваляет.

Илана горько усмехнулась, поджала губы. Этот серьёзный уж точно навалял бы… Если бы не наваляли ему.

— Мне Хаджиев нужен, не знаешь, у себя?

— Знаю, конечно, — подружка кокетливо заправила мелированную прядь за ухо, и в глазах мгновенно вспыхнул интерес. — Он у себя, только не здесь, а в офисе. Вчера к нам пожаловал сам господин Хаджиев. Старший который. Окинул всех строжайшим, презрительным взглядом и устроил переполох. Мой Саид и так мне давно не уделяет внимания, а тут ещё папаша припёрся. Теперь-то и вовсе поймать его не могу.

Илана скептически изогнула бровь, одарила подругу удивлённым взглядом.

— Твой Саид? Ты бы поосторожнее такими словами бросалась.

— Вот все так говорят. А я знаю, что нравлюсь ему. Он, как грустно становится, сразу меня зовёт. Хотя больше никого из девчонок по второму разу никогда не звал. Вот так.

Доказывать Анжелике, что для этих людей они всего лишь проститутки, и мечтать о большем — чистой воды идиотизм, не стала. Не до того сейчас.

— А ты знаешь, где этот офис их находится? Мне очень нужно.

Разумеется, Анжелика знала. Начертила на салфетке адрес, и Илана, быстро чмокнув её в щеку, испарилась.

Только бы успеть… Только бы не опоздать. Она не простит себе, если Заура убьют по её вине. Не сможет жить с этим. Да и её дочь не должна отвечать за грехи непутёвой матери. Хоть что-то Илана сделает правильно. Если успеет, разумеется.

***

Физически мне становилось легче, простуда сходила на нет, да и с таблетками я завязала. А вот морально чего-то не хватало. То ли соскучилась по работе, то ли по вечерним пробежкам. В общем, устала сидеть на заднице без движения. Плюсом ко всему не давал покоя вопрос: куда подевался Саид? Вернее, что послужило причиной его исчезновения?

Не понравилась его папочке? Или стало противно после моих откровений? Брезгливый, видать… Эх, знала бы, что от него так просто избавиться, давно бы рассказала.

Хотя, конечно, обидно. Определённо. Ведь тогда получается, что он просто хотел меня поиметь, и никаких чувств, о которых говорил его отец, нет и в помине.

Сварила чашечку кофе и, открыв ноутбук, села за стол. Взгляд автоматом упал на браслет, что поблёскивал драгоценными камушками. А цацку-то забрать забыл. Впрочем, это же Хаджиев. Для него не проблема купить таких ещё сто штук. Было бы, на кого надевать… Интересно, а сколько таких как я было у него раньше? Скольким он дарил браслеты? И чем всё в итоге заканчивалось? Надоедали? Или, как в случае со мной, понимал, что девушка недостойна его величества? А может, дело вовсе не в этом? Не зря же его отец приходил. Человек слишком серьёзный, чтобы бегать в гости к каждой, кого его сынок решит затащить в постель. Хотяяя… Что-то было в глазах Хаджиева-старшего. Интерес. Точно так же смотрел на меня и Саид в первую нашу встречу.

Заставила себя забыть хоть на время о несостоявшемся по причине трусливого побега любовнике, включила очередную запись Цветочного.

«Я снова похитил девушку. Зачем, спросите вы? Я отвечу: потому что мы падаем в пропасть, а вы закрываете на это глаза! Не я преступник, а вы. Потому что именно вы позволяете процветать проституции. Именно вы ходите по вечерам в притоны и трахаете там шлюх! А ещё меня называют извращенцем, — из-за обработки голоса сложно уловить интонацию, но возникает ощущение, словно самому Цветочному уже здорово поднадоело играть в кошки-мышки с полицией. Ему хочется движения, какого-то прогресса. Вполне возможно, он даже хочет, чтобы его скорее поймали. — Я решил усложнить всем нам задачу. Теперь я буду похищать сразу по три девушки. У вас ещё есть выход. Откажитесь от своей привычной жизни, перестаньте превращать город в бордель! Иначе следующей можешь быть ты!»

— Ну замечательно, — ворчу, ставя запись на повтор, и открываю тетрадь. — Два раза в неделю по три девушки… Оф… Знать бы ещё, что ты с ними делаешь, гад такой.

Отвлекает входящий звонок, и я почему-то тороплюсь найти телефон. Хватаю трубку, не глядя отвечаю. Внутри растёт уверенность, что это Саид, но меня ожидает разочарование.

— Привет, Мышка. Встретимся?

***

Отец не спеша перекладывает бумажки, лениво их просматривая. Иногда поднимает взгляд на Саида, а тот с трудом сдерживается, чтобы не полезть в бар за выпивкой.

Сложив руки в замок, уставился прямо перед собой. Глядя на родителя, видел себя через пару десятков лет. И даже мог себе представить, как он в данный момент злится. Сидел бы сейчас перед ним Марат или Валид -

отхватили бы по полной. Это не работает только в случае с Саидом. Младшего сына Хаджиев-старший никогда не ругал, даже когда тот откровенно и нагло косячил. И вроде как радоваться бы надо, но никак не получается. Смотрит на него и чует этот запах… Вонь сожалений и утерянных возможностей, которой буквально несёт от отца. Он здорово провинился не только перед матерью и Саидом, но и перед собой. Перед совестью своей, что теперь превратилась в личный ад и день за днём варит его в котле мук.

— Чай, кофе? — спросил, лишь бы услышать хоть один звук. Чтобы разорвать эту тишину, что уже начала кипятить нервы.

— Помнишь, я учил тебя быть в делах жёстче и серьёзнее? И ты был согласен со мной. Ты всегда считал, что бизнес — это главное, не так ли? До последнего времени, — укор всё-таки прозвучал, но почему-то не задел Саида. Вообще. — Любимая женщина может смягчить сердце, уж мне это известно. Но ни одна женщина не должна размягчать твой разум. Он должен оставаться трезвым и холодным. Острым и рассудительным.

— Я налажу дела.

— О, в этом я не сомневаюсь, сынок. Совершенно. Я знаю, что ты приведёшь в порядок все контракты и производства и будет даже лучше, чем до этого. Но что ты будешь делать со своей душой? С тем хаосом, что сейчас её раздирает? Я спрашиваю не из праздного любопытства, поверь. И даже не из-за того, что пока ты мечешься между женщиной и гордостью, простаивает наш бизнес. Я знаю, как это. Знаю, что ты сейчас чувствуешь, — отец замолчал, потому что приоткрылась дверь, и в кабинет вошла какая-то девица в деловом костюме, с подносом в руках. На подносе две чашки кофе, две бутылки воды и два стакана. Девица дефилирует к столу, ставит на него поднос. Широко улыбается.

— Добрый день и приятного…

— Ты кто такая? — перебивает её Саид, но отец протягивает вперёд руку, останавливая его.

— Эту девушку я взял на работу. Теперь она твой секретарь. Хватит тебе уже в каморке клуба сидеть. Несолидно. Работать лучше здесь, в офисе. Спасибо, Вероника, ты можешь идти, — бросает, даже не взглянув в её сторону, ловит реакцию Саида. А ему, конечно же, это не понравилось.

— Я думал, что этот офис мой. И только я могу брать людей на работу, как и решать, где мне лучше работать.

— Так и есть, сын. Но пока я твой отец, я буду стоять за твоей спиной. Не для того, чтобы толкать тебя в спину, а для того, чтобы не дать упасть, — слова, сказанные им тихо, но уверенно, мгновенно остудили пыл, Саид затолкал возмущение поглубже. — К тому же, девушка довольно не глупа. Высшее образование даже имеется. Работу свою знает. И красива. Кстати, она совсем не против развлечь своего шефа, если тот захочет.

Саид даже почувствовал себя неловко от такой заботы. Не переигрывает папа?

— У меня этих развлечений вон целый клуб имеется. Необязательно ещё одну брать.

Хаджиев-старший поморщился.

— Не унижай себя отношениями со шлюхами. Ты Хаджиев, а не какой-нибудь неудачник, которого можно любить только за деньги.

— А Вероника, значит, бесплатно любить будет? — засмеялся, на что отец тоже ответил улыбкой.

— Ну, она хотя бы подороже.

Снова пауза, и слышно даже, как шипит в открытой бутылке минералка. Они редко говорили вот так по-простому, наедине. Почти ни разу с тех пор, как отец привёл его в свою семью. Он тогда вроде как стал полноценным членом клана Хаджиевых, но на самом деле потерял отца. А отец потерял сына, там, под теми тлеющими завалами.

— Скажи честно, почему ты приехал? Только из-за вставших договоров или?..

— Или, — добродушная маска спала, и отец снова посуровел. — Говорят, у тебя появился враг из прошлого Надежды. Что ты намерен с этим делать?

Снова захотелось выпить, но бухать при отце будет совсем уж неуважительно.

— И кто говорит?

— Разве в этом дело, сын? Важно не кто говорит, а что говорят. Итак, у тебя завёлся вредитель. Его нужно уничтожить. Как ты собираешься это сделать?

— Ты сам сказал «вредитель». А что делают с вредителями?

— Надеюсь, ты не собираешься пачкать свои руки кровью? — приподняв бровь, откинулся назад.

Отец на самом деле знал, что руки Саида давно испачканы по локти, но то был другой случай. Болезненная тема для обоих.

— Хочешь предложить мне отдать ему Надю? — уголок губ дёрнулся в какой-то судороге.

— Разве я так сказал? Нет, если решить проблему по-твоему — значит отдать врагу свою женщину, то тогда да. Но ведь ты мой сын. Ты не отдашь своё никому.

— Тогда я не понимаю, о чём ты.

— Ты хочешь эту женщину или нет? — голос отца стал громче, грубее. Едва ли не впервые ощутил, что Саид-старший злится на него. Даже усмехнулся от радости.

— Хочу.

— Тогда возьми то, что хочешь.

Это было остро. Саид увидел в его глазах азарт и точно знал: сейчас, если он вдруг посмотрит в зеркало, увидит там то же самое. Взгляд хищника, почуявшего добычу. И ярость, которую оба старательно подавляют, накапливая в себе эту взрывную смесь тоннами.40393c

— Почему она тебя зацепила? Что-то я не помню, чтобы ты так гонялся за женщинами Марата и Валида, — спросил с прищуром, учуяв подвох.

— Знаешь, за то короткое время, что мне довелось говорить с твоей Надеждой, я кое-что заметил…

— И что же? — напрягся. Возникло ощущение, что отец давит на него.

— Она похожа на твою мать.

Где-то в дальнем уголке мозга забилась болезненная мысль, что он прав, и пока эта догадка не переросла в апокалипсис, решил сменить тему.

— Отец… — в дверь кто-то тихо постучал, чем и спас ситуацию. Кто бы там ни был, Саид будет рад его видеть. — Да!

В кабинет осторожно вошла блондинка, и Саид прищурился, пытаясь вспомнить, где её видел.

— Здравствуйте. Я по поводу Заура. Ему нужна помощь.

Хаджиевы устремили свои взгляды на вошедшую, старший вдруг вспыхнул:

— И где ходит этот лентяй?! Я сказал ему, чтобы был здесь!

— Подожди, отец. Что там с Зауром? — Саид вспомнил девчонку. Илана. Она в клубе работала. Кажется, уволилась, хотя кто-то говорил, что исчезла. Впрочем, ему было не до стриптизёрши, на том и остановились.

— Если вкратце, то Заур сейчас в опасности. Я надеюсь, что он ещё жив. Всё произошло по моей вине… Косвенно. Мужчина, с которым я встречаюсь, и Заур не поладили. А вчера на Заура напали, избили и куда-то утащили люди моего мужчины. Они убьют его, если Заур не согласится уехать из города. Ну, а зная Заура…

— Чтоооо?! — взревел отец и вскочил со стула, роняя его на пол. — Это кто тут на моей территории устраивает беспредел?! Ну? Говори!

Илана не засомневалась, но виновато взглянула на Саида-старшего.

— Я всего этого не хотела, правда. Но Альберт… Он сильно разозлился. В тот вечер, когда Заур ворвался в его дом и угрожал нас убить, Альберт пообещал, что поставит его на место. И я попросила меня защитить. Но ведь я не знала, что он будет решать проблему силовыми методами. Я не хочу, чтобы Заур пострадал. Пожалуйста, спасите его.

— Пиши фамилию своего Альберта, — Саид подвинул ей лист бумаги и ручку, сам поднялся вслед за отцом, который уже накидывал пальто. И хоть Заура он недолюбливал, но покушение на своего подчинённого прощать не станет. Как, собственно, и сам Саид.

Илана быстро написала, протянула ему листок.

— Здесь адрес, где они могут держать Заура. Только не причиняйте вреда Альберту. Он хороший человек. Пожалуйста.

Саид хотел было послать девчонку с её хорошим человеком Альбертом куда подальше, разумеется, выбирая выражения в присутствии родителя, но в руке зазвонил телефон, и мужчина, взглянув на экран, тут же забыл, о чём шла речь.

— Да? — ответил, отходя в сторону, но перед этим поймал на себе внимательный взгляд отца.

— Он звонил мне. Хочет встретиться. И я согласилась. А теперь мне очень страшно, Саид. Очень. Невыносимо страшно, — то ли Надя была пьяна, то ли истерила, он не понял. Хватило одного шмыганья носом, чтобы у него потемнело в глазах.

— Я скоро буду. Жди меня.

***

Илане действительно стало легче. Вышла на свежий воздух, распахнула пальто и стащила шарф. Намного легче. Хоть и билась ещё на краю подсознания надоедливая мысль, что она могла опоздать.

Присутствовал также страх, что о её поступке узнает Альберт, а с ним связываться, как показывают последние события, чревато для здоровья… Но Илана не могла по-другому. Не могла и не хотела. Как она будет смотреть своей крохе в глаза, если позволит убить человека? Пусть даже вот такого поганого, как Заур. Будь он хоть маньяком, по ночам удушающим женщин, ни она, ни Альберт, ни кто бы то ни было не имеют права лишать жизни другого человека.

И даже если Альберт узнает, вряд ли станет её калечить. Он всё же не такой негодяй. Бросит её — факт. Но опять же, после того, что она увидела вчера, уже и не особо-то хотелось быть с ним. Правда, тогда вернётся старая добрая проблема — отсутствие денег. И снова Заур всё перепоганил. Вот сволочь.

— Как же сложно всё, да? — спросила у пробегающего мимо рыжего пса, но тому явно не было дела до проблем людишек. В принципе, люди тоже живут по законам стаи. Выживает сильнейший. К сожалению, она не из последних.

Надышавшись холодным, морозным воздухом, зашагала к дороге, вытягивая руку, чтобы поймать такси.

К ней сразу же подъехала синяя иномарка, плавно притормозила. Да, этот дорого возьмёт. Но время уже поджимало, няня должна вот-вот уйти, пришлось сесть.

— Здравствуйте. Ивановская, двадцать семь, пожалуйста, — захлопнула дверь, устроилась поудобнее и достала телефон, чтобы набрать няню, но, вскинув взгляд на водителя, выронила мобильник на пол. — Ты?..

Ответом ей было молчание и равнодушный, холодный взгляд. Выскочить на улицу Илана не успела. Машина сорвалась с места и очень быстро набрала скорость.