4 глава

Дева

По идее, я должна была не спать ночь, вздрагивать от каждого шороха, бледнеть-краснеть, едва дышать, едва почувствовав чье-то приближение к двери в комнату. Ничего подобного. Захлопнув за собой дверь после того, как этот напыщенный, самовлюбленный индюк выпустил меня из своей спальни, я закрылась на замок. И довольно быстро снова уснула, забыв, что хотела пить. А вот забыть, что видела в спальне этого придурка, не получалось. Более того, мне снились неприличные сны. Снилось, что это я сидела на кровати полностью голая и мечтала облизать его член. Я вздрагивала во сне от обжигающего желания, которое заставляло учащенно биться в груди мое сердце, и просыпалась, чтобы потом вновь погрузиться в этот сладостный ад.

— Дева! — слышу голос парня, имя которого я до сих пор не знаю.

Дергает ручку, я застываю на кровати и испуганно пялюсь на дверь. Вдруг решит ее выломать, что мне делать? Кричать? Выбрасываться из окна не собираюсь. С другой стороны, что-то я паникую раньше времени и не по делу. Вчера отпустил, хотя я видела, что был на взводе и мог запросто меня изнасиловать возле стенки, пока его любовница сидела в ванной.

— Рекомендую открыть дверь, иначе вышибу. — Его спокойствие обманчиво, его угрозе я верю на сто процентов. Такой вряд ли будет по пустякам пугать. Дверь жалко. Красивая и, скорее всего, дорогая. Нечего портить имущество.

Встаю с кровати, одеваюсь, уверенно подхожу к двери, щелкаю замком и воинственно смотрю в грозные глаза. Не улыбается, хмурится, явно не в настроении. Видимо, плохо ночь провел. Мои губы против воли изгибаются в насмешливой улыбке, он прищуривается, угрожающе двигает челюстью.

— Завтракать будешь?

— А здесь кормят?

— Чай или кофе?

— Предпочитаю апельсиновый сок.

— Есть только яблочный.

— Он не бодрит. — Скрещиваю руки на груди, не скрывая своего веселья. Мне нравится дразнить этого угрюмого молодого человека, испытывать его терпение и чувствовать, как хожу по лезвию ножа. Это, оказывается, так приятно щекочет нервы!

Мне ничего не отвечают, просто разворачиваются и уходят. Я некоторое время любуюсь его силуэтом, вздыхаю и плетусь следом. В этот раз красавчик не голышом ходит передо мной, на нем идеально сидят темно-синие джинсы и белая футболка. Непослушная челка падает на глаза, волосы, чуть длиннее, чем я привыкла видеть у мужчин, влажные и зачесаны назад. Этакий царь зверей.

— Как спалось? — Присаживаюсь на тот самый стул, на котором сидела вчера, и наблюдаю за парнем, который с хищной грацией перемещается по кухонной зоне. Судя по тому, как без суеты, спокойно наливает в две чашки кофе из кофемашины, поджаривает яичницу и тосты — он привык готовить для себя простую еду.

— Ешь, — ставит передо мной тарелку с аппетитной глазуньей, чашку кофе, два тоста с сыром на другой тарелке. Сам устраивается напротив.

— А молоко есть?

— Зачем? — берет вилку, на меня даже не поднимает глаза.

— Я не пью кофе без молока.

— Кофе не пьют с молоком.

— А я пью! — Выдерживаю взгляд с опасным прищуром.

Сглатываю, сжимаю кулаки, чтобы скрыть дрожь. От ледяного, ничего хорошего не обещающего взгляда мне становится немного не по себе. Понимаю, что играю с огнем, встаю и подхожу к холодильнику. К счастью, молоко есть. Возвращаюсь и под тем же ледяным взглядом наливаю себе молоко, только после этого беру вилку и с аппетитом начинаю есть. В моей семье за столом всегда шумно, особенно, если дедушка в настроении, поэтому есть молча не в моей привычке, но сейчас я молчу. И глаза не поднимаю от тарелки. Я чувствую, как меня внимательно разглядывают. Когда на моей тарелке ничего не остается, кофе выпито, на блюдце только крошки, я вынуждена встретиться взглядом с парнем, у которого провела немного неприличную ночь. К счастью, моя честь и достоинство не пострадали.

— Как тебя все же зовут?

— Саит.

— И все?

— А что тебе еще нужно знать? — насмешливо кривит губы, ставя чашку рядом с тарелкой. — Может, еще номер банковского счета назвать и его баланс?

— На такси хватит? — склоняю голову на бок, отзеркаливаю его улыбку.

— Я тебя отвезу. Надеюсь, название отеля помнишь.

Убирает тарелки, загружает посудомоечную машину. Я ловлю себя на мысли, что не хочу сейчас уходить из этой квартиры и от этого красавчика. Ведь это значит, что скоро моему приключению придет конец. Но благоразумно молчу о своем желании и послушно иду за хозяином квартиры, когда он направляется на выход. Сдергивает с вешалки черный модный пиджак. Уверена, он стоит, как вся моя поездка в Лондон. Напыщенный индюк, похоже, родился с золотой ложкой во рту, вряд ли в столь молодом возрасте можно заработать столько денег, чтобы позволить себе шикарную жизнь. Если, конечно, эта жизнь не в кредит.

— А кем ты работаешь? — любопытствую, когда мы проходим пост охраны и направляемся на парковку.

— Лишаю девственниц невинности, — похабно улыбается он, распахивая передо мной дверь машины. Я на секунду задерживаюсь, смотрю в его смеющиеся глаза и понимаю, что он просто издевается надо мной. Строю ему ехидную рожицу, ныряю в салон. Он захлопывает дверцу и неторопливо направляется к водительскому месту. Я называю ему отель, он кивает.

— А ты забавная, — замечает, когда мы трогаемся с места.

— Ты тоже похож на милого львенка, когда не демонстрируешь свое богатство. — Смотрю на утренний Лондон, впитывая его очарование и атмосферу.

— Понравился?

— Делать мне больше нечего, как рассматривать твой член. — Если голос мой звучит ровно, то смущение выдает мое лицо, которое от воспоминаний начинает пылать.

— А чего краснеешь тогда?

— Жарко у тебя в машине. — Награждаю засранца пренебрежительным взглядом, а он вдруг начинает улыбаться. Да так приятно, что я чувствую, как в груди что-то трепещет.

— А ты можешь быть нормальным, когда хочешь.

— У тебя странный акцент. Откуда ты?

— Я родилась в Канаде, но подолгу жила в России.

— Правда? — Он так искренне удивляется, что становится похож на нормального человека. — По-русски тоже умеешь разговаривать?

— Конечно. Это мой второй родной язык.

Косится на меня хитрым взглядом, а я уже чувствую всем нутром, что этот засранец что-то задумал. Какую бы сейчас аферу ни предложил, откажусь. Ничего приличного от него ожидать не приходится. Когда замечаю вывеску отеля, радуюсь, что скоро поездка завершится, немного грущу, что приключения тоже заканчиваются.

— Дева! — хватает меня за руку, когда я начинаю отстегивать ремень безопасности. Вопросительно вскидываю брови, молчаливо глазами спрашиваю, чего старче еще от меня хочет. Он вдруг начинает поглаживать большим пальцем костяшки моих пальцев. Электрический разряд от этого поглаживание проходит по всем нервным окончаниям, возбуждая мою нервную систему до предела.

— Я не буду спрашивать твой номер телефона. Я буду тебя ждать на этом месте в восемь вечера. Приглашаю на свидание.

— Ты ставишь меня перед фактом или спрашиваешь? — Выдергиваю руку, потому что понимаю: сейчас соглашусь на все, что это искуситель предложит.

Он вдруг проникновенно заглядывает мне в глаза, заставляет меня потянуться к нему. Пытаюсь заставить себя очнуться, скинуть с себя эти колдовские чары, но уже чувствую его дыхание у себя на губах. Прикрываю глаза вся в предвкушении поцелуя, ведь именно к этому все и идет. Сердце то замирает, то стучит, как ненормальное. Уголки губ пересыхают, языком их увлажняю.

— Я буду тебя ждать на этом месте в восемь, — дыхание вместе со словами обжигает, я согласно киваю головой, я жажду поцелуя. Но… Ничего не происходит. Горячее дыхание исчезает, мои глаза широко распахиваются, и я вижу, как этот придурок посмеивается надо мной и подмигивает.

— Да пошел ты! — в сердцах выплевываю ему на русском ругательство, которое только позволяет мое воспитание. Вылетаю из машины, несусь к отелю. Рассчитывает, что приду? Хер ему, а не свидание. Самоуверенный ублюдок!

***

Мадина дуется и не разговаривает со мной. При моем появлении в номере поджала губы и ушла в свою комнату, демонстрируя степень своей обиды. Я ее понимаю и не осуждаю. Сама бы обиделась, если бы сестра пропала с радаров, а потом объявилась жива и невредима после бессонной ночи.

Зайдя в свою комнату, первым делом подхожу к окну. Оно как раз выходит на сторону главного входа. Мне дико любопытно, уехал этот нахал или нет. К моему разочарованию, роскошного автомобиля перед отелем уже нет.

— Нет, ты все же мне объясни, где тебя черти носили? Я переживала, между прочим! Я всем врала, что ты спишь!

— Так сильно переживала, что выключила телефон. — Оглядываюсь на сестру через плечо, она недовольно поджимает губы. — Расслабься, со мной все в порядке. Как там парни? Сильно им досталось? Они будут молчать, как ты думаешь? Не расскажут родне?

— Жить будут, но на тебя теперь имеют зуб.

— Надеюсь, они не сильно сердятся.

— Они готовы тебе шею свернуть. Омар сказал, что тебя надо наказать за то, что ты ушла с другим парнем ночью. — Прищуривается, подходит ближе ко мне. Я улыбаюсь, играю бровями, ожидая интересных вопросов.

— Только не говори, что ты провела с ним ночь!

— Я провела с ним ночь. — Мадина бледнеет, а я широко улыбаюсь. — В одной квартире, но в разных спальнях. И сегодня утром он меня привез к отелю.

— Благородно с его стороны.

— И пригласил на свидание.

— Надеюсь, ты не собираешься идти! Или ты пойдешь?

— Ты угадала, я собираюсь пойти, потому что этот парень хоть меня и бесит, мне с ним интересно. И немножко волнительно. — Оглаживаю себя ладонями, показывая сестре, в какой степени мне волнительно с новым знакомым.

— Нет, Дева! Нет! — Хватает меня за локоть и гневно смотрит в глаза. — Я запрещаю! Меня убьют твой отец вместе с дедом! Ты думаешь о будущем?

— Какое будущее? Или ты о моем замужестве, которое планируют дедушка и отец? Пусть планируют, я замуж все равно не выйду по их указке!

— Наивная. Если прикажут, выйдешь.

— Чепуха! Меня воспитали не так, как тебя, поэтому я не собираюсь подчиняться чьим-то требованиям. Извини, но я хочу принять душ и немного поспать. Ты можешь погулять по городу без меня. — Выразительно смотрю на дверь. Мадина злится, но понимает, что спорить со мной бесполезно. Раздраженно хлопает дверью, оставляя меня одну.

Иду в сторону ванной комнаты, рассматриваю свое отражение в зеркале. Два дня назад я и представить себе не могла, что меня ожидает в Лондоне. Я об этой поездке мечтала давно и умоляла родителей подарить мне это путешествие. Мама с папой согласились при условии, что со мной поедет Мадина в качестве компаньонки, чтобы присматривать за мной. Дедушка приставил еще Омара и Хазана, считая, что молодым незамужним девушкам находиться в Англии одним неприлично и небезопасно. Я знаю, что Омар рад был этой поездке, рассчитывал добиться моего расположения. Именно от него я вчера удрала на прогулке, а он меня настиг вместе с Хазаном. Хотел вернуть в отель, но…

Улыбаюсь, прикрывая глаза. Сразу же вспоминаю ощущение горячего дыхания у себя на губах, вспоминаю мускусный запах, смешанный с непробиваемой уверенностью и сексуальностью. Этот парень знает себе цену. Он, подобно магниту, притягивает к себе без особых усилий. И я тянусь к этому индюку, продолжая считать его заносчивым и эгоистичным. При этом вздыхаю и мечтательно улыбаюсь, вспоминая его красивые глаза с густыми черными ресницами. Он манит, завораживает, пугает…

— Дева! — дверь распахивается и на пороге вновь возникает Мадина. — Это неправильно — в одиночку встречаться с незнакомым парнем. Если ты хочешь его увидеть, давай вдвоем с ним встретимся. Я так буду за тебя спокойна.

— Ты сейчас серьезно или в шутку?

Я не рассчитывала на присутствие сестры при встрече, но через несколько секунд эта мысль мне начинает нравиться. Я могу без последствий поддразнивать этого индюка, а он ничего мне не сделает. Вряд ли он рассчитывает, что я приду не одна. Довольно улыбаюсь, киваю в знак согласия Мадине, жду-не дождусь вечера, чтобы увидеть, как разочарованно вытянется лицо этого идиота. Хоть как-то его надо обломать и проучить.