Глава 18. Неловкость

Анна

Проснулась от того, что в лицо светило солнце. Тёплые лучи скользили ласково по коже, по скулам, по краю нижней челюсти, шее и спустились до груди. Было немного щекотно. Я улыбнулась и не спешила открывать глаза. Я лежу в мягкой постели, тело млеет от лёгкости. Отдохнула всласть. Но надо вставать. Приставакин ждёт.

И, как обухом по голове. Сердце заполошно забилось, я протяжно выдохнула, потому что всё вспомнила. Но решила ещё немного побыть то ли в реальности, то ли во сне. И, кажется, что это вовсе не золотые лучики ласкают мою кожу.

— Зарекаюсь больше не пить, — выдохнула я и открыла глаза, чтобы вновь зажмуриться. — Я сплю. Это сон. Это всё алкоголь, — прошептала я, понимая, что пытаюсь уйти от действительности.

— Шелли, пора проснуться. Тебя ждёт завтрак, — мягкий журчащий голос будоражил кровь.

— Лени, почему ты не глюк? — спросила я жалобно.

Тепло исчезло. Меня обдало холодком. Стало невыносимо одиноко.

«Вернись обратно!» — захотелось заорать мне.

Я открыла глаза и села. И увидела стройную фигуру уходящего эльфа, который почти добрался до двери.

— Лени!?

Я подлетела к парню и обняла его со спины, прижавшись всем телом. Чувство покоя, уюта и чего-то невероятно волнующего накрыло меня с головой. Он повернулся ко мне и я уткнулась носом между ключиц прекрасного существа, чувствуя, что он тёплый, живой, настоящий.

— Прости меня. Прости, пожалуйста. Мне трудно воспринимать это как настоящее. Чувство нереальности и ощущение, что я во сне, не отпускают. Ты простишь меня?

Парень, стоявший, как каменная статуя, тёплая и живая прекрасная статуя, накрыл мои ладони своими и прижал к животу.

Я судорожно вздохнула от чувства томления, прошедшего со скоростью цунами по телу. И глухо застонала, прижимаясь ещё крепче, чтобы меня не выгнуло дугой.

Миг — и окружающая действительность сместилась. Я оказалась прижата к стене и приподнята на уровень с лицом эльфа. Глаза невероятной синевы, что сейчас демонстрировали фейерверк из серебристых искр, смотрели внимательно и изучающе.

Я же пребывала в какой-то прострации. Умом, что ещё пытался сохранить здравый смысл в сознании, понимала, что надо остановиться, но сердце истерично просило покориться, раствориться в эйфории.

И я подалась вперёд. На чуть-чуть. Но и этого хватило, чтобы эльф прижался к моим губам в нежном сладком поцелуе. Пухлые мягкие губы дарили блаженство. Юркий влажный язык скользнул в рот и сплёлся в танце с моим. Вкус сливочного мороженого у этого мужчины. А я его обожаю. Мороженое.

Моё тело тонуло в неге, обласканное сильными руками. На боках, груди, что так мягко сжали, на бёдрах, ягодицах: они были везде.

Внушительная твёрдость, что упёрлась в промежность, отрезвила, как ведро ледяной воды. Я поняла, что мои ноги оплели талию блондина, а сама таю в бесстыдных нежных руках, как то самое любимое мороженое.

— Давай на этом остановимся, — с силой оторвавшись от эльфа, прошептала я. Мы ещё с минуту простояли, просто дыша выдыхаемым воздухом друг друга, соприкасаясь лбами.

— Хорошо. Как скажешь. Я люблю тебя, моя шелли. Знай это, что бы ни случилось. Какое бы ты решение ни приняла, я приму его. Мне надо знать, что ты счастлива, — его голос звучал нежно, страстно и грустно одновременно. Резал меня, как острым ножом, вспарывая мои спящие чувства и эмоции.

Я осталась стоять у стены и меня мелко трясло. Возбуждение, эйфория стремительно оставили меня вместе с уходом Лени. Я чувствовала себя бесконечно одинокой, несчастной и опустошённой.

Медленно опустившись на пол, просидела ещё немного, пока не дошла до полного отупения. Очень хотелось плакать. Выплакать с горючими слезами все мои тревоги и стать снова сильной. Но слёзы не шли. Я их все выплакала, видимо, отдавая мокрую дань воспоминаниям и прошлой жизни.

Затем я решила привести себя в порядок. Ведь от того, что я буду здесь прятаться, ничего не изменится.

Только теперь я оглянулась и поняла, что нахожусь не в своей комнате и даже не в покоях дракона.

«Господи, я же невеста Натана как бы. Неудобно-то как. Что ты творишь, Анна?»

Полыхая лицом от стыда за свою распущенность, подошла к окну и распахнула его, надеясь, что свежий ветер охладит горящую кожу и проветрит отупевший мозг.

То, что я увидела, ввергло в ещё больший шок. Дом находился высоко в горах, судя по тому, что под моим окном разверзлась настоящая пропасть. Глубоко внизу бурлила горная река. Дальше возвышалась ещё одна скала с крутым обрывом и горы, которые покрывал густой лес. Приглядевшись, увидела подвесной верёвочный мост с перекладинами из дощечек, перекинутый через пропасть. Интересно будет увидеть этот дом снаружи.

Мне было боязно, но спуститься всё же нужно. Как бы ни восприняли парни мои действия, один из этих мужчин признался мне в любви. Я невольно улыбнулась. Щёки снова опалило румянцем, низ живота сладостно заныл. Так было приятно. Потрясающе красивое создание призналось мне в любви. Несомненно, это льстит.

Постояла чуток у спуска с лестницы. Хоть и знала, что меня чувствуют.

— Доброе утро, ребята, — поздоровалась, медленно спустившись.

Пупсень, расположившийся на маленьком диване и млеющий от Ната, резво соскочил и подбежал ко мне, состроив виноватые глазки. Милашка.

— Привет, малыш! У тебя всё хорошо?

«Хозяин, еда»

— Ты сытый, и это отлично. Спасибо, Нат. Я плохой друг и опекун, — вздохнула я, на что дракон кивнул — мол, не беспокойся, всё в порядке.

Лива не было видно, а Лени заставлял стол тарелками. Пахло едой. В воздухе витал потрясающе вкусный запах жареного мяса, сдобы и ещё чего-то сладкого.

Встретившись со взглядом сапфировых глаз, резко отвернулась, снова полыхая жаром.

— Всё нормально? Надеюсь, что ты отдохнула, — спросил дракон.

— Мы где? — вопросом на вопрос отвечать невежливо, но мне надо было отвлечься.

Комната с низким деревянным потолком (парни едва ли не касались его макушками, дракон и эльф, точно), обставленная по-спартански скудно, с большим камином, выглядела невероятно уютной. На большом деревянном столе находились блюда с печёными овощами, фруктами, жареным мясом и восхитительно пахнущими булочками, глиняный запотевший кувшин и стеклянная бутыль с рубиновым напитком.

Присевший на широкую скамью эльф смотрелся гармонично. А дракон, что облокотился о камин и смотрел в пылающий огонь, был великолепен. Стеклянные двери на балкон не скрывали потрясающий вид на лес. Создавалось ощущение, что я смотрю на картину, если бы не было запахов, живого огня и мужчин, которые изредка кидали на меня пристальные взгляды. Я бы даже сказала плотоядные.

Дверь скрипнула, и я вздрогнула всем телом, оборачиваясь.

«Боже, дай мне силы не умереть от эстетического удовольствия» — чуть ли не застонала я вслух.

Лив отличался более массивной фигурой и был немного ниже ростом, чем стройные и высокие дракон и эльф. Оборотень вписывался в этот натюрморт даже больше, чем эти двое. Спутанные каштановые волосы, шалые изумрудные глаза, которые притягивали взгляд, и мне не хотелось от них отрываться.

— Прогулка пошла тебе на пользу, — сказала я, мысленно отвесив себе подзатыльник, чтобы губы не раскатывала.

— Тебе бы тоже не помешало прогуляться, — ответил оборотень.

— Она не пройдёт теми тропами, что ты шастаешь, — ответил за меня дракон. — Давайте есть.