Глава 20

— Это не просто рана, — криво улыбается Джеффри.

— Да мне всё равно, — перебиваю я. — Если не сработает, ты просто укрепишь иммунитет, лишним не будет.

— Мне нравится твой подход, — вдруг говорит он, взглянув на меня с одобрением. — Словно на карте прочертила черту между двумя землями. Помогаешь, но в личное не лезешь, да и выгоду не упускаешь. А по слухам ты была кроткой и покорной дочерью графов.

Опасно, если он продожит так рассуждать, может меня вычислить. Я пожимаю плечами, делая вид, что мне всё равно.

— Если бы я такой и осталось, я бы тут не выдержала. Давай к делу.

Я беру лимон. Рассказываю Джеффри про то, как вылечила простуду, и по мере рассказа у моего гостья загораются интересом глаза.

— Так ты же можешь… Останавливать эпидемии. Это же мощное преимущество!

— Вот поэтому молчи пока что об этом, — хмурюсь я. — Надо сначала всё проверить. Что хватит моей магии, что лекарство сработает при других болезнях.

— Сделай мне чай, — просит он.

Поначалу я хочу возмутиться: а где “пожалуйста”? Ещё сказал это так, будто не гость, а хозяин. Но решаю не спорить с Джеффри из-за мелочей, ему ведь для дела нужен мой чай. Так что молча наливаю его так же, как когда-то налила Тоду. Магия срабатывает.

Джеффри делает осторожный глоток. Облизывает губы, думает. Потом водит рукой над чашкой.

— Ты права, чай лишний, дело в лимоне. Сейчас расскажу, как сделать концентрат, но избавиться от испорченного вкуса фрукта.

Джеффри сам берётся за дело: достаёт большие бутыли, промывает их. Я не вмешиваюсь, только наблюдаю. Он сам находит трубки, похожие на полый бамбук, соединяет. Шевелит угли в печи.

— Возьми и держи. Думай о том, как хочешь мне помочь, чтобы я избавился от остатков яда.

Джеффри кидает мне весь оставшийся лимон. Почти целый, лишь немного отрезанный. Я не спорю, беру его в руки и думаю сначала о том, что скоро этот наёмник уйдёт из моего дома и перестанет меня смущать. Одёргиваю себя: надо всё же вылечить его. Да, будет жаль, если все мои усилия окажутся напрасными и позже он умрёт. Так он неплохой человек, наверное…

Лимон в моих руках становится мягче. Джеффри забирает его, кидает в миску и быстро режет-мнёт на мелкие части. Добавляет немного воды и выливает это всё в бутыль, которую ставит на печь, используя какую-то специальную круглую прокладку. Подсоединяет трубку…

— Подожди. Это что, самогонный аппарат? — спрашиваю я, когда вижу, что трубка проходит через ведро с водой, а под её кончик Джеффри ставит чистую банку.

— А леди знает толк, — хмыкает он. — Какие новые таланты и знания вы мне покажете в следующий раз?

— Больше никакие не собираюсь, — бурчу я. Опять я забыла, что я теперь “леди”.

— Это печалит. То есть, тебе есть, что скрывать? Или дело в том, что ты мне не доверяешь? — с иронией спрашивает он.

Вроде бы шутит, а вроде прощупывает. Хитрый этот Джеффри.

— Как можно доверять тому, кто соврал даже в имени? Я так и не поняла, Джеффри ты или Шон. Скорее всего, оба имени ненастоящих.

Он только посмеивается. А потом прищуривается, подходит ближе и доверительно мне сообщает:

— Это очень удобно. Вот смотри, иду я по улице. Меня кто-то окликает. Если зовут Шоном, можно даже не оборачиваться, а лучше ускорить шаг. А вот если Джефри, совершенно другое дело! Стоит обернуться, ведь нехорошо игнорировать красивых женщин.

Очень коварно, но идею я оценила. Сдерживаю смешок и отвечаю с улыбкой:

— Возьму на заметку. Отныне зови меня… Бруна.

В голову почему-то приходит только имя предыдущей хозяйки дома. Джеффри забавляет моя реакция.

— А ты обернёшься, если я позову? — с хитрой улыбкой спрашивает он.

На его грубоватом лице выделяются глаза, в которых горит озорной огонёк и живой интерес. Это подкупает, мне начинает нравится этот мужчина, но тут я вдруг вспоминаю, что остальные черты лица Джеффри изменены. Видимо, глаза — то немногое настоящее, что я вижу.

Хочется сказать, что я не обернусь, а ускорю шаг. Я и правда не собираюсь больше иметь с ним дела, но почему-то неприятно и не хочется вот так прямо его отталкивать.

— А ты как думаешь? — отвечаю я вопросом. — Попробуй меня окликнуть, и узнаешь.

Он не отвечает, только внимательно смотрит мне в глаза, а потом опускает взгляд на губы. Меня вдруг бросает в жар.

Это не та реакция, что мне сейчас нужна. Самому Джеффри весело флиртовать и играть со мной, но мне не нужны случайные отношения.

Разговор надо заканчивать, иначе это Чёрный Плащ снова заведёт его не в ту сторону. Я бросаю взгляд на то, что будет зельем самогонного происхождения, и понимаю, это надолго.

— Пойду к соседу, — отодвигаюсь я от Джеффри и встаю. — Нужно будет уговорить его на дегустацию остальных зелий. Я должна знать, как они будут влиять на людей.

Джеффри, кажется, слегка расстроен таким поворотом, но не спорит. С улыбкой что-то шутит про гнома и обещает следить за зельем. А Шерри я прошу следить за Джеффри.

Я выхожу. На улице понимаю, что мои щёки стали тёплыми, и теперь я ярко ощущаю как они остывают на прохладном воздухе. Да уж, что это со мной? Вроде бы я уже давно не смущалась от каких-то взглядов.

Списываю всё это на особенности нового тела и стараюсь не забивать голову. Быстро дохожу до дома соседа и стучу в дверь. Каким образом я буду уговаривать гнома, я не придумала, но надеюсь сориентироваться по ходу разговора.

Дверь открывается и на меня смотрят сразу три пары маленьких глаз. Дети! Дети-гномы, точнее. Такие миленькие, пухленькие, с розовыми щёчами и глазками-бусинками. Все в одинаковых рубашках почти до пола, у всех мягкие летящие кудряшки на голове. Первым делом мне хочется потрепать их по волосам, но я сдерживаюсь. Детки смотрят на меня насторожено.

— А ваш папа дома? — спрашиваю я с приветливой улыбкой.

— Мама! К папе пришли! — кричит самый высокий из малышей.

Они убегают, а двери распахиваются. Я вижу ещё троих таких же, только поменьше. Они с любопытством выглядывают из комнаты. Не знала, что у соседа такая большая семья.

— А папа ушёл в таверну, — говорит мне малышка, которая осталась стоять у дверей.

— Зачем? — Я удивляюсь. Он же сам говорил, что не пьёт.

— Там богатый господин сегодня всех угощает. Это новый владелец. Папа как узнал, что сидр раздают, так и ушёл.

— Спасибо, малышка, — бросаю я и быстро прощаюсь.

— Мне уже двенадцать, — доносится мне вслед.

Ноги сами несут в таверну. Не нравится мне всё это. Правда, не представляю, что буду делать, когда приду, ведь забирать у людей бесплатную выпивку — опасно и безрассудно. Да и невозможно. Но может, я хотя бы узнаю, кто за этим стоит? Соберу доказательства.

У таверны целая толпа, очередь. Видимо, не только с трущоб народ стекается. Я проскальзываю без очереди внутрь, хотя для этого приходится буквально протискиваться под недовольными взглядами. Ничего, главное, сделать вид, что я по делу.

В таверне чуть свободней, но людей тоже много. В основном мужчин, но и женщины тоже есть. Хоть один плюс: на меня в этой толкучке никто не обратит внимания.

— Простите, — спрашиваю я молодую девицу. — А где этот господин, который всех угощает?

— Да вам не он нужен, сразу к стойке подходите, — весело отзывается она. — Или вы познакомиться хотите? Вон он, с управляющим общается.

Я перевожу взгляд в ту сторону, куда она указала. Неподалёку от барной стойки стоит мужчина спиной ко мне. Дорогой камзол, широкие плечи, тёмные гладкие волосы, собранные в хвост. Мужчина чуть оборачивается и я убеждаюсь в том, что сразу подумала правильно. Это бывший муж Виолетты, Ардэй Роллет.