Глава 36.

Приняла душ. Привела себя в порядок. Надела чистое, неизвестно откуда взявшееся платье, белье и вернулась в комнату. Нервно меряя шагами свободное пространство, все думала и думала…

За это время произошло очень многое. Из одержимого местью мужчины Сархан превратился в заботливого, оберегающего меня любовника. Для меня он стал любимым. Самым лучшим на всем белом свете.

Здесь. На этой постели я потеряла свою невинность. Щеки до сих пор полыхали от воспоминаний.

Я была рада! До безумия рада, что все так произошло. Это лучшее, что случалось в моей жизни.

Судорожно вздохнула и присела на постель. Минувшая ночь показала мне многое. Каким Сархан может быть трепетным, чувственным. Заботливым, учитывающим мои желания…

От представившейся картины прошлой ночи низ живота тут же налился приятным теплом.

Наша связь была изначально неправильной. Основана на жажде отмщения. Но ситуация поменялась. Я чувствовала это. Такое не скрыть… Не утаить, как бы не пытался.

Для Сархана я не просто красивая игрушка для мужских забав и развлечений. У него было такое же притяжение ко мне, как и у меня к нему. Словно нас магнитом тянуло друг к другу. Незримой силой.

Я боялась. Боялась, что все это может прекратиться. Что Сархан станет отрицать очевидное. Решит, что у нас не может быть никакого будущего… Ведь может же.

Я переживала. Совсем извела себя мыслями. Понимала, что занимаюсь бессмысленным делом, но прекратить не могла.

Нужно было заняться делом, отвлечь себя. Загрузить работой и просто ни о чем не думать. Хотя бы до следующей ночи.

Время. Оно расставит все на свои места. Разговаривать с Сарханом сейчас вряд ли хорошая идея. Нужно подождать. Еще рано. Его реакция наперед известна и совсем мне не понравится. Нельзя спешить…

Впереди еще много ночей. Я надеялась, что они нас сблизят, привяжут друг к другу, укажут правильный путь.

Сердце сладко сжималось. Дыхание перехватывало от предвкушения. От грядущих перемен в наших жизнях.

- Ты бы видела, с каким скандалом уехала Гаухан, - прошептала мне на ухо Зоя, когда я оказалась на кухне, - Господин выставил ее с позором. И Зейнеп ждет та же участь. Только потому, что она кормилица, хозяин ей дал со всеми попрощаться и собрать вещи.

Ее слова не могли меня не радовать. Столько всего натерпелась из-за них двоих, что просто страшно было представить.

В голове била мысль набатом «Он их выгнал! Выгнал из-за меня!»

- Поделом им! Это ж надо, на такое решиться, - шептала Зоя, косо посматривая на притихшую Гюльзар, - Господь все видит!

Была уверена, что Гюльзар слышала каждое слово, но никак не показывала свою реакцию. Глаза у нее были красными и опухшими от слез. Не понятно, каким чудом ей удалось остаться в этом доме. Видимо, только потому, что просто выполняла приказы своей хозяйки - это ее и спасло. Основной гнев Сархана пал на Зейнеп и Гаухан.

- Она тоже уйдет, - кивнула девушка на Гюльзар, - Дело нескольких дней. Скоро и ее выставят отсюда. Все уже устали от них, да только сделать ничего не могли. Всевышний сжалился над нами! - Зоя перекрестилась и продолжила нарезать овощи для рагу.

- Ты не мусульманка? - спросила ее, в который раз подмечая, что она при разговоре упоминает вовсе не Аллаха.

Подумать не могла, что здесь могут находиться люди другой веры. В доме моего отца такое вообще было немыслимо, строго под запретом. В других домах случалось, что принимали на работу людей любой веры, но это было крайне редко и вызывало у меня огромный интерес. Ведь каждый случай по-своему особенный. За каждым человеком кроется своя история. Узы брака, родственные обязательства, долг.

- Нет. Не успела принять веру своего супруга. Очень хотела. Но любимый скончался очень быстро, спустя месяц после нашей свадьбы. Столько лет прошло, а я так и осталась здесь. Не посмела оставить то место, где он покоится. Потом так и не решилась сменить вероисповедание. А теперь… Я - изгой, и за это ежедневно подвергаюсь бесконечным нападкам со стороны живущих здесь людей.

- Это не справедливо. Неправильно. Также не должно быть, - ощущая дикое раздражение, ответила ей.

Я всегда с уважением относилась к любому вероисповеданию и сейчас мне было очень неприятно от услышанного. Становилось стыдно за тех невежд, которые умышленно гнобили, по их словам, "неверных".

- У тебя остались родственники? Возможно, нужна помощь? - загорелась мыслью ей помочь.

Людей не переубедить и не изменить. Прекрасно понимала, что бы она ни делала, это не прекратится. Единственное правильное решение - это уехать к своим близким и родным и продолжать жить той жизнью, что была у нее до брака.

- Отец. Один остался у меня. Не знаю, как он, да и жив ли еще, - от собственных слов она вдруг поникла и опустила голову, - Здесь мой муж. Нельзя. Да и не отпустят меня уже. Я - собственность нашего господина. Ты просто не знаешь.. все не так просто, - качнула она головой.

Чувство несправедливости захлестнуло с новой силой.

- Я поговорю с господином. Все силы приложу, чтобы исправить твое положение, - меня вновь, как в былые времена, захлестнуло рьяное желание помогать и бороться за тех, кто в беде. Это сильнее меня. В крови. Въелось глубоко под кожу.

- Ох, Асель. Все пустое. Только себе хуже сделаешь. Оставь эту глупую затею. О себе лучше подумай. Все кругом прекрасно знают, кто ты, и для чего тебя здесь держат.

Поджав губы, опустила голову от неприятного чувства. Кем меня здесь все считают - не трудно догадаться. Шлюхой. Подстилкой. Дочерью врага.

- Асель наш ангел-спаситель! - послышался голос у меня за спиной, - Благодаря ей мы сумели избавиться от Зейнеп. Сам Аллах нам ее послал, - подойдя ко мне, Сабира обняла за плечи, улыбаясь, - Молюсь о том, чтобы как можно быстрее настал тот день, когда ты войдешь госпожой в этот дом, - женщина присела рядом со мной и легко пожала меня за предплечье.

- Сабира, - покраснела я, - Этого не случится. Не говори так... - смутилась от ее слов.

Хоть я этого и желала до безумия, но реальность была жестока. Не быть мне госпожой в этом доме. Любовница - это максимум, на что я могла рассчитывать, но и этого мне бы вполне хватило. Лишь бы быть рядом с любимым. Касаться его. Плавиться от его ласк. И не важно, кем меня будут считать, как называть.

Жизнь отца и возможность быть рядом с Сарханом - все, о чем я грезила сейчас. Остальное - мелочи. Ерунда. Пустое...

- Ошибаешься, девочка. Господин не стал бы убивать Айсан ради той, которая ему безразлична. Любой подтвердит правдивость моих слов, будь уверена в этом, - улыбнулась, проводя ладонью по моей щеке.

- Да он хотел пристрелить ЕЕ, - раздался голос ведьмы за нашими спинами, заставляя всех присутствующих побледнеть, - Эту тварь Юсуповскую! - прошипела, - Кошка сама попала под пулю, - Гульзар, увидев Зейнеп, встрепенулась и подалась к ней, прячась за спину, - Будь уверена! Недолго тебе осталось, мразь! А Зейнеп вернется. Скоро, очень скоро. Чтобы посмотреть, как будет полыхать огонь, в котором ты будешь гореть живьем! - она смотрела в мои глаза. Прожигала насквозь своим взглядом, желая уничтожить.

Сглотнув, встала со стула, желая ей ответить, но та, не давая открыть мне рот, продолжила:

- Сдохнешь так же, как и Халиса. Мой мальчик продолжит.. не сомневайся.

Резко развернувшись, гордо выпрямила спину и вышла из кухни, будто за этим и приходила. Смотря ей вслед, покрылась мурашками. Жутко было слышать такое. До дрожи.

- Не слушай ее, - сказала Зоя, - Не бывать этому. Господин не позволит вернуться.

- Зоя права, - поддержала Сабира, - Зейнеп видит, как господин к тебе относится. Чувствует, что не может ничего сделать уже, и напоследок решила сцедить свой яд. Забудь.

- Спасибо за поддержку. Что бы я без вас делала? - робко улыбнулась им, - Даже не знаю, как вас благодарить.

- Отблагодаришь, когда станешь здесь главной, - улыбнулась Сабира, - Но, чтобы это случилось, тебе придется постараться. Приложить усилия. Я верю, что у тебя все получится! Главное, не опускай руки. Борись! Ступай и убеди хозяина в своей правоте. Докажи, что его месть бессмысленна… Открой ему свои чувства. Растопи его ледяное сердце.

- Иди навстречу к своему счастью, - поддержала Зоя, улыбаясь, - Он в кабинете.

Слова женщин вселили в меня веру. Подарили надежду на светлое будущее рядом с любимым. Что я сумею. У меня все получится. Нужно лишь достучаться до его разума.. пробиться сквозь толстую стену непонимания…

Во мне было столько сил. Желания. Море по колено…

Окрыленная от услышанных слов и собственных мыслей поднялась с места и отправилась на выход. Была твердо уверена, что мне удастся его переубедить. Сархан услышит, прислушается. Ведь ночью он был так ко мне внимателен. Изменил отношение свое. Да и сам стал другим. Будто и не он вовсе, а кто-то другой меня насильно вывез в лес и подверг страданиям. Этот Сархан мне дарил только нежность и ласку. А мне же в ответ хотелось ими делиться с ним.

Отыскав дверь кабинета, осторожно постучала и толкнула ее вовнутрь.

- Я могу войти? - спросила мужчину, склонившегося над кипой бумаг.

Сархан, подняв на меня глаза, заставил замереть на месте и пропустить один удар сердца.

Его взгляд был тяжелым. Порабощающим. Подавляющим волю. Заставляющим насторожиться. Отступить.

Это маска. Я знала, что он намеренно ее примерял. Обязывало положение. От него этого ждали. Но я видела его другим. Меня уже не обмануть. Не провести.

- Входи. Что-то срочное? Кого-то понадобилось снова выгнать? Убить? - внутри все оборвалось и похолодело. Оцепенела от жесткого тона и неприятных слов, будто ледяной водой облили.

Зачем он так? Ведь я не виновата в том, что произошло. Я понимала, что ему пришлось сделать то, чего он не желал. Зейнеп - его кормилица, а, возможно, и вовсе в какой-то период жизни заменяла ему мать. Да, она из-за меня покидает дом, но то, что она пыталась со мной сделать… Ей не было оправданий!

Та кошка… Я знала... Была ему дорога, ведь была любимицей его покойного отца. Последняя ниточка, связывающая его с его отцом. И он собственноручно ее оборвал!

Все понимала. Осознавала! Но обвинять меня в том, что произошло, было очень жестоко.

- Ты не справедлив. И уверена, в тебе говорит боль, а не ты сам, - приблизилась к его столу, касаясь рукой гладкой, полированной поверхности столешницы.

- Ты ошибаешься, - ухмыльнулся он, отбрасывая в сторону бумаги, - И несешь бред. Если у тебя все, то уходи. Вечером займусь тобой, - отмахнулся от меня.

- Не закрывайся от меня, Сархан. Прошу, - проглотила его колкость и пренебрежение к себе.

- Уходи, - с раздражением в голосе рявкнул он громче, сжимая челюсть от злости.

Злится. Пусть злится. Это было ожидаемо. Разве говорил, что будет легко? Но я упертая. Знала, за что борюсь. Чего желала.

- Я не уйду. Хочешь, силой выставляй. Не уйду, пока не скажу то, что хотела, - уставилась в его глаза, показывая свои серьезные намерения.

- Валяй, - хмыкнул, откидываясь в кресло и складывая руки у себя на груди. Рубашка тут же обтянула его стальные мускулы, заставляя меня на него засмотреться, - Пять минут. Время пошло, - отрезвил меня его жесткий, хриплый голос.

- Как пожелаешь, - ответила ему, радуясь, что удалось отвоевать хоть капельку его внимания, - У тебя здесь живет одна женщина. Зоя. Она была замужем за мужчиной нашей с тобой веры. Бросила все ради него. Родных, близких. Собиралась даже ради любимого обратиться в его веру. Не успела. Он погиб. Она осталась здесь одна.

- Ближе к делу, - сухо изрек он.

- Ей нужна помощь. Отпусти ее. Отправь к родным. Ей тут не место. Помоги девушке.

- Все? - хмыкнул он, потешаясь надо мной.

- Нет! Не все, - прочистив горло, ответила ему.

- Три минуты, - нетерпеливо постучал пальцами по столу.

- Нам тоже с тобой нужна.. помощь, но только помочь себе мы должны сами, - выдохнула и приблизилась к нему на шаг, - Никто кроме нас этого не сделает, - вкладывала в свои слова всю себя, надеясь, что он меня услышит.

Сархан молча посмотрел на часы, словно ожидая, пока истечет время. Намерено не слушал. Не хотел этого.. не желал ничего менять.. не воспринимал меня, отгородился.

- Сархан. Одумайся. Не нужно никому мстить. Не нужно никому причинять вред. Мой отец не виновен. Я точно это знаю, - пыталась его образумить.

- Две минуты, - проговорил, не желая смотреть на меня.

- Мы бы могли с тобой быть счастливы. Позволь себе быть счастливым. Я же знаю, что ты не такой, каким хочешь сейчас казаться, - молила его, дела снова шаг к нему.

- Бред! Ни черта ты не знаешь! Нафантазировала себе розового дерма и сама в это поверила, - прорычал он, вскидывая на меня глаза, неосознанно сминая в кулак какой-то документ.

- Нет! Не верю! Все не так… Я видела… - на глазах выступила влага, я поспешно смахнула ее пальцами.

- Что ты видела? Что? Я тебя просто трахал! - прокричал он, поднимаясь с кресла, - Ты - дочь того, кто убил мою сестру. Шлюха, которая сама легла под меня ради спасения своей жизни. Думаешь, из-за такой, как ты, я просто так возьму и откажусь от того, ради чего жил все эти годы? От того, чего столько лет желал? - выкрикивал он, шагая ко мне навстречу.

Судорожно замотала головой из стороны в сторону, смотря на него широко открытыми глазами.

- Все не так! Ты не такой! Не такой… - повторяла как заведенная, сдерживая рыдания от его жестоких слов.

- Какой? Ну? Слюнтяй? Дебил, который поплыл, глядя на твое тело? - оскалился он, тяжело дыша.

- Нет! - прокричала ему, - Нет же… - протянула к нему свою руку, но он резко ее отбросил в сторону.

- Такой простой вопрос… Не можешь ответить, потому что знаешь, что ошиблась во мне… - обошел вокруг и встал у меня за спиной, - А давай раз и навсегда проясним этот момент. Так, чтоб наверняка! - толкнул меня животом на стол и задрал платье на спину,- Чтобы даже больше не думала. Не мечтала о несбыточном! Запомнила, кто мы друг другу, - намотал на руку мои волосы, не позволяя пошевелиться.

- Нет, прошу. Не надо. Остановись! - кричала, пыталась вывернуться. Слышала треск раздираемой на части ткани. Чувствовала, как рвется мое белье, с силой впиваясь в нежную кожу. Как его пальцы проникают в мое сухое лоно, причиняя боль.

- Напомнить, для чего ты здесь?! - бесцеремонно, без капли нежности мял ладонью мою грудь, сжимал сосок до боли, заставляя вскрикнуть от неприятных ощущений, - Не обманывайся. Я тысячу раз тебе говорил, чем в итоге все закончится. Смертью…

- Сархан, пожалуйста, - умоляла его, чтобы прекратил, - Не надо.

- Хочешь увидеть, как я.. вот этими руками.. этими пальцами, что сейчас тебя трахают.. убью твоего отца? Хочешь? - рычал раненым зверем, - Этот ублюдок здесь! Приехал сам, лично. Мне убить его на твоих глазах?

Плакала. Рыдала навзрыд. Кричала не своим голосом. Не от боли, которую он пытался мне причинить, а от картины, которую представляла. Что может быть ужаснее?

Смерть отца от рук любимого.

Да! По-прежнему любимого, потому что понимала, для чего он это делал. Чего хотел добиться. Моей ненависти. Страха. Отвращения к себе.

- Я могу предоставить выбор, - процедил мне на ухо, прекращая пытку своих рук, - Остаешься здесь и видишь, как умирает твой папаша, или.. уезжаешь.. завтра же.. с ним.. Дам вам попрощаться. Решай!

- Нет. Не уеду! Ни за что! - вытерла слезы, разгадав его умысел.

Я была права. Он это делал специально. Отталкивал от себя. Прогонял. Вынуждал бежать по своей воле.

- Я не шучу! Бл..ть! Асель, я не шучу! - проорал мне на ухо, - Я собираюсь убить твоего отца! Кровь - за кровь! Это произойдет! Ты будешь меня ненавидеть! - тряс меня за плечи.

- Нет! - всхлипнув, обернулась и оттолкнула его от себя, - Я приложу все усилия, чтобы этого не произошло, - смотря сквозь пелену слез, тихо проговорила ему и медленно покинула кабинет.

- Сутки! - услышала в спину, - Решай!