Бонус. Ревность

Даша не находила себе места. Она кружила по собственной спальне будто тигр, запертый в клетке, и проклинала свою собственную горячность и излишнюю эмоциональность.

Зачем она это все сказала? Зачем приплела прошлое к настоящему? Куда он ушел? И вдруг не вернется?

Последний и, по сути, главный вопрос заставлял её сердце судорожно сжиматься, а кровь холодеть. Он не может ее бросить! Он любит ее. Он любит Алису. И не станет разрушать их крепкий брак из-за вспышки дурацкой ревности!

Только душа всё равно стонала под тяжестью страха его потери. Тот давний страх из прошлой жизни, страх потерять любимого, страх предательства. Он всё еще был с ней. В неё. Где-то глубоко, скрытый множеством других более стоящих чувств и мыслей, но он присутствовал. Даже спустя столько лет, в течение которых Игорь постоянно доказывал ей свою любовь и преданность, страх оставался с ней. Даша прекрасно понимала, что дело не в Виталии, всё дело в ней. Как бы она не пыталась отпустить прошлое, воспоминания всё равно преследовали и иногда настигали. Настал момент, когда Дарья не выдержала и сорвалась, обидев Игоря и поставив под сомнение всё, что они построили за последние годы.

Женщина не могла сидеть на месте, но уйти не могла, хотя всей душой ей хотелось кинуться следом за мужем и найти, а потом умолять простить. Но оставалась возможность того, что он всё-таки вернётся домой. Наверняка, он вернется домой. Вот только когда…

Она должна перед ним извиниться. Злые слезы застили ей глаза, и в приступе беспомощности Дарья дернула на себя скатерть, на которой стояли блюда. Она сама их готовила для романтического вечера. Посуда с громким стуком свалилась на пол, орошая осколками всё вокруг. Но Даша даже не вздрогнула от звука разбивающейся посуды. Она даже не заметила, что её любимый бежевый ковер залит шоколадным муссом, который будет очень сложно отстирать.

Отстраненно она порадовалась, что Алису сегодня забрали Красавчик с Женей, чтобы дать возможность Дарье и Игорю побыть наедине. Дочь не должна видеть мать в таком состоянии.

Даша приготовила романтический ужин на двоих, хотела сделать мужу сюрприз в день святого Валентина. Именно в этот день они когда-то стали парой. Но он задержался на работе, а в купе с подозрениями, точившими её последние недели, его опоздание имело разрушительный эффект бомбы. С тех самых пор пока одна наглая соседка не поведала Даше свои домыслы о том, что новый администратор в кафе Игоря явно запала на своего босса, а он отвечает взаимностью предприимчивой девушке. Даша не могла успокоиться, подсознательно искала в муже подтверждение слов завистливой соседки. Хотя она не желала верить в неверность мужа, всё равно ловила себя на том, что принюхивается к нему, когда Игорь возвращается с работы, пытаясь уловить аромат чужих женских духов, что отсчитывает минуты до его возращения домой и, если он задерживался, начинала накручивать себя и строить нелепые догадки. Ревность выматывала её и превращала в неврастеничку, но Даша ничего не могла с собой поделать. Что-то всё еще держало, не отпускало, не давало дышать.

Ей срочно нужно было выговориться. И сделала это. Не сдержалась.

Только высказав безосновательные претензии к Игорю, всё стало только хуже, потому что Даша и сама понимала бредовость ее утверждений.

Почему она не смогла вовремя закрыть свой рот? Почему продолжила обвинять его, пройдясь лезвием бритвы по старым давно забытым обидам? Зачем всё это? Ведь она простила. Давно простила.

А причина была максимально проста. Дарья была не уверенна… в себе.

Они многое пережили вместе, но Даша до сих пор не смогла полностью прийти к тому, что достойна его. Достойна той жертвы, которую Вит принес ради нее. Она все еще ожидала, что он поймет, что скучает по прошлой жизни, по той власти, что имелась у него. Ведь Виталий по натуре хищник, а хищники не могут быть ручными.

Тот факт, что она так и не смогла забеременеть, еще больше осложнял ситуацию. Она хотела иметь кусочки себя и Вита, соединенные воедино. Подержать в руках дитя, зачатое ими.

Она любила Алису. Она безумно любила свою девочку. Просто… Просто женщине казалось, что её невозможность родить — это наказание за то, что она убила свое дитя в прошлом. За то, что дала своё согласие на аборт. Игорь сотни раз говорил, что случившееся не ее вина, ведь ее обманули и воспользовались шоковым состоянием, но Даша ощущала себя виновной и не знала, как освободиться от этой тяжести, лежащей на душе мёртвым грузом.

Теперь же Даша сама подтолкнула Виталия к уходу своим недоверием. Даше стало не по себе, когда вспомнила выражение его лица в тот момент, когда она заявила, что предатели всегда остаются предателями. Та боль, что отразилась в его глазах на миллисекунды прежде, чем он успел прикрыть эмоции той самой хладнокровной и бездушной маской, которой раньше всегда скрывал чувства. Его боль резанула Дарью по живому наотмашь, возвращая контроль над взбесившимися чувствами.

Женщина была готова сразу же взять свои слова обратно, но сказанного не воротишь. И Игорь ушел, громко хлопнув дверью, оставляя жену наедине со своей тупостью. Сам Виталий никогда за эти годы ни в чем не упрекнул ее, хотя, видит Бог, было за что. Так почему она не смогла сдержать свои глупые домыслы и страхи при себе? Ведь если он уйдет…

Даша судорожно сглотнула и кинулась на постель, пытаясь подавить бестолковые слёзы, но у нее не получилось. Она тихонечко завыла. Если он уйдет, то Дарья этого не перенесет. Два раза она теряла его. Один раз из-за предательства, она еле оправилась тогда. Потом была его инсценированная смерть. Даша иногда до сих пор просыпалась с мыслью, что всё произошедшее сон, и Вит мертв, а потом видела любимого мужчину возле себя и прижималась к нему со всей силы, обнимая родное тело и благодаря Бога за то, что он дал им еще один шанс. И тем не менее, она только что сама поставила выстраданный шанс под удар.

Резко сорвавшись с постели, женщина кинулась к своей сумочке. Чуть ли не разрывая ее, Даша отыскала свой телефон и трясущимися руками набрала его номер. Но лишь унылые гудки стали ей ответом. Она упрямо набирала номер Игоря ещё и ещё, до тех самых пор пока монотонный бесстрастный голос не объявил о том, что абонент в данный момент отключен. Как подкошенная она упала на пол, прижимая к себе смартфон.

— Виталий, — еле выговорила она, — Вит, пожалуйста, не бросай…

Захлёбываясь в панике, начала плакать, постоянно зовя его. Контроль разбился на мелкие осколки, принося ей острую боль.

Где он? Почему не отвечает?

Он ведь так нужен ей!

Она была не права, он должен ее простить. Он должен вернуться…

Через некоторое время Дарья засыпает. Прямо там, на полу, позволяя спасительному сну успокоить расшатанные нервы. Уставшая, эмоционально вымотанная женщина настолько сильно провалилась в сон, что не почувствовала, как сильные руки подняли её и отнесли на мягкую кровать. Она так и проспала до самого утра, во сне вцепившись в Игоря и периодически шепча во сне слова: «Не уходи!».

Просыпалась Даша с трудом. Чувство неправильности буквально сразу обрушилось на неё, стоило мозгу подать сигнал о том, что настала пора просыпаться. Первое, что почувствовала женщина, было ощущение стянутости кожи лица, как будто она больше положенного провела в солярии. Так как солярий женщина не посещала, Даша пришла к выводу, что просто не смыла вчера макияж. Только почему? Ведь подобные выходки ей уже давно не позволял возраст, а она тщательно за собой следила. Лечь накрашенной спать может позволить себе восемнадцатилетняя барышня, а нужно уже заботиться о подобных мелочах, если, конечно, не хочет состариться раньше времени.

Все эти поверхностные мысли бродили в голове у Даши, как бы отгораживая от по-настоящему важных воспоминаний. Память упорно отказывалась предоставлять ей отчет о вчерашнем вечере. Воспоминания ускользали, как вода из пальцев. Голова была затуманена и от чего-то сильно болела.

Решив, что может ещё немного подремать, Дарья перевернулась на живот, утыкаясь лицом в подушку. Несколько секунд она пыталась сконцентрироваться на недосмотренном сне, но потом подскочила, будто ее током ударило. Женщина определила главную причину неправильности сегодняшнего утра — рядом с ней не было мужа. Вместе с осознанием этого факта Дарья мгновенно вспомнила события прошлого вечера.

Судорожно раскрыв глаза, она посмотрела на пустующую рядом подушку и с облегчением поняла, что на ней остались следы. Значит, Игорь все-таки вернулся домой ночью.

Женщина тяжело выдохнула, понимая, что вела вчера как полная идиотка. Да к тому же тупит с утра не хило.

Конечно, Игорь вернулся! Кто ещё бы перенес её на постель? Только где он сейчас находится? Уже уехал на работу?

Словно отвечая на ее мысленный вопрос, со стороны раздался хриплый мужской голос.

— Кого-то ищешь? — спросил внешне спокойный муж, сидящий в кресле, что находилось в углу комнаты.

— Игорь, — прохрипела Даша, резко обернувшись и прижав плед к груди.

Она, закусив губу, напряженно наблюдала за ним, не решаясь приблизиться. После вчерашней сцены ревности ей стало нестерпимо стыдно, а ещё Дарье стало страшно, потому что она не могла определить настроение мужа.

Игорь сидел, откинувшись на спинку кресла, и мрачно смотрел на неё. Его серые глаза были практически черными, черты лица заострились, а щеки покрыла короткая темная щетина. Всем своим существом Дарья хотела броситься к нему и просто обнять, но… что-то ее останавливало. Наверное, вина и стыд за вчерашний срыв.

— Даш, — устало выдохнул он, — если хочешь продолжить вчерашнее…

— Нет, — буквально выкрикнула Даша и, наплевав на всё, вскочила с кровати, бросилась к нему. Она оказалась полностью обнажённой, если не считать кружевных трусиков, которые она так тщательно выбирала перед несостоявшимся ужином при свечах. Похоже, Игорь раздел её, когда уложил в кровать. — Прости меня. Дура я. Не знаю, что на меня вчера нашло…

Даша залезла к нему на колени и обняла, уткнувшись в шею.

— Прости меня, пожалуйста! — прошептала она. — Я больше так не буду! Честное пионерское!

Почувствовав ладонь, зарывшуюся ей в волосы, Даша почувствовала небывалое облегчение. Будто, долгое время просидев в душной, жаркой комнате, почувствовала на разгоряченной коже дуновение лёгкого освежающего ветерка.

— Ты никогда не была пионеркой, любовь моя, — усмехнулся Игорь, прижимая жену к себе.

— Ну-у-у, хочешь, я повяжу красный шарфик на шею и стану пионеркой? — Даша многозначительно помолчала. — Для тебя!

— Не замечал у тебя склонности к ролевым играм, — фыркнув, заметил мужчина.

— Когда-то придется начинать, — улыбнувшись, философски заметила Дарья. — В сексуальную жизнь семейной пары рано или поздно нужно добавлять разнообразия.

Некоторое время они сидели, тесно прижавшись друг к другу и не решаясь что-то говорить вслух. Хрупкое перемирие после напряженной ночи было для них важным, но им всё же нужно поговорить. Игорь, как глава семьи, решил первым нарушить молчание.

— Ты до сих пор меня винишь в произошедшем? — спросил он.

Игорь со многим мог бороться, но её неприятие могло стать той непримиримой гранью, которая встанет между ними невидимой стеной. Он не хотел отношений без полной отдачи. Сам Игорь практически всё положил к ногам супруги и дочери.

Даша напряглась в его руках, не зная, как высказать то, что у нее лежит на душе, и не сделать еще хуже. Женщина не хотела терять те отношения, что связывали ее с мужем. Их отношения были полны доверия, поддержки, любви и страсти, хотя последняя в последнее время стала менее выраженной. Тем не менее, страсть никуда не делась, просто проявлялась урывками, и от этого внезапные вспышки страсти стали ещё более острыми, ведь никто из них не знал, когда произойдет прорыв чувств. Чего только стоит их недавнее приключение, случившееся на крестинах второго сына Алексеевских. У них у обоих тогда буквально сорвало все стоп-краны, и они занялись сексом в беседке за домом, где жили Жека и Женя. Это при том, что дом был полон гостей и их в любой момент могли застукать.

— Я не виню тебя, — тщательно подбирая слова, заговорила Даша. — То, что произошло в прошлом… Я ведь тоже внесла свой весомый вклад. Если бы я верила тебе, если бы не изменила… Я ведь перед тобой не меньше виновата, чем ты передо мной. Так что можно сказать, мы квиты. Всё дело в том, что я боюсь…

Мужская ладонь легла на щеку, заставляя её посмотреть ему в лицо. Даше очень хотелось опустить глаза и спрятать отражающиеся в них эмоции, но преодолела слабость. В их отношениях главным составляющим стала честность.

— Милая, ты не должна бояться, — убеждающим тоном произнес Игорь. Твёрдо и бескомпромиссно. — Я никогда не предам тебя, не причиню боли. Мы итак слишком многое пережили, слишком многим пожертвовали…

— Дело во мне, — тихо отозвалась Даша. — Иногда мне кажется, что я не могу заменить тебе твою прошлую жизнь. Тогда ты был успешным и имел огромное влияние, а сейчас…

— Сейчас я счастлив, — перебил он её, даже не дослушав. — Я счастлив. Здесь. Сейчас. С тобой и Алисой. Не нужна мне прежняя жизнь. Никакая власть, никакой успех мне не заменит вас. Я впервые за долгое время почувствовал себя действительно свободным.

— Я боюсь потерять тебя, — призналась Даша, — и этот страх зачастую делает меня не совсем адекватной.

— Ты не должна бояться, — ответил Игорь, целуя ее в ушко, — я никогда не уйду от тебя по доброй воле. Даже если прогонишь, не смогу уйти.

Игорь резко встал, не спуская Дашу с рук. Настолько резко, что женщина от неожиданности вцепилась в футболку мужа, чтобы не упасть.

— Ты что? — удивилась она, но остановить мужа не пыталась.

— Я хочу тебе кое-что показать, — заинтриговал её Игорь и понес жену в неизвестном направлении. Даша всю недолгую дорогу до места назначения терзалась неизвестностью, но покорно молчала. Прошлым вечером она и так много лишнего наговорила, теперь же предпочитала тихонько молчать и говорить только по делу.

Когда Игорь занес её в прилегающую к его кабинету комнатку, Даша удивилась. Именно там располагался пункт, куда все камеры, установленные по периметру прилегающей территории к дому, отправляли видеосигнал. Именно здесь можно было просмотреть, что творилось или на данный момент творится во дворе, около дома и в части помещений внутри. Сама Дарья бывала здесь всего пару раз. Ей не очень хотелось, чтобы за её жизнью следили камеры, но меры безопасности были необходимы, учитывая тот факт, что она являлась весьма богатой дамой, да и прошлое могло однажды дать о себе знать.

Женщина обвела взглядом помещение, отмечая, что в комнате появился новый монитор, примостившийся на столике в дальнем углу. Его раньше тут точно не было. В остальном комната с прошлого посещения никак не поменялась. Не обращая внимания на замешательство жены, Игорь посадил её за столик, на котором и было установлено новшество. Потом нагнулся, нажал какие-то кнопки и отошел за её спину, давая возможность Даше рассмотреть, что именно происходит на экранах.

Она сначала не поняла, что именно хотел показать Игорь, только спустя минуту до Дарьи стало доходить. Экран монитора был разделен на четыре квадратика, которые показывали разные интерьеры. Монитор показывал различные ракурсы основных помещений кафе мужа, в том числе личный кабинет. В данный момент там ничего не происходило, так как заведение еще не открылось. Эти камеры и раньше были установлены, но имели к ним доступ только три охранника, работающие там, и сам Игорь.

— Я подумал, что если дал тебе повод для беспокойства, то я сам и должен этот повод устранить, — пояснил муж. — Так ты всегда теперь сможешь проверить правдивость моих слов о моем местонахождении.

В ее руку вложили ключ от этой комнаты. Даша с минуту смотрела на ключ, хлопая глазами.

— Не нужно было… — начала она, но Игорь снова не дал ей договорить.

— Нужно, — Даша буквально кожей чувствовала уверенность, исходящую от Игоря. Он положил руку ей на плечо, будто бы пытаясь укрепить ее веру в него. В них. — Моя обязанность сделать так, чтобы ты не усомнилась во мне…

Даша вскочила с кресла, в которое он ее усадил, и повернулась к нему лицом. Она не знала, что сказать, не знала, как облечь в слова все те чувства, что она испытывала к данному человеку. Несколько бесконечно долгих секунд она просто смотрела в любимые глаза, а потом просто крепко обняла, прошептав единственно верные в их случае слова: «Люблю. Никогда не отпущу!».

Она верила ему, любила его и показывала так, как умела. Досадный, неконтролируемый вчерашний срыв чуть было не лишил их семейного спокойствия. Эта ночь без него превратилась для нее в ад. Игорь же вместо того, чтобы обидеться и уйти, решил решить проблему ее доверия к нему таким вот решительным, немного сумасшедшим способом. Он шёл ей на уступки, берег, любил. Большего ей и не нужно было! Пусть остальной мир с его завистью и ненавистью катится к чертям собачьим. Этот мужчина принадлежал ей!

Последующие несколько часов они провели в постели, где предались взаимной страсти.

Даша в своей жизни так ни разу и не воспользовалась этим ключом.

Конец