ГЛАВА 53

Весна 2012

Руслан так и не решился звонком предупредить Зину о своем приезде.

Еще пару минут посидел в машине, перебирая мелочь в бардачке. Но там, к сожалению, был идеальный порядок и предмета, который можно было бы швырнуть и послать все к дьяволу, не нашлось. Долго и не спеша поднимался на этаж Зины, по дороге обдумывая, с чего бы начать разговор и не скататься, как и просила Ника, к разборкам.

Историчность не красит мужчину. И он сейчас, позволив засыпать Зину сотней подозрительных вопросов, может навеки утратить ее доверие. А Зиночкино восхищение и вера в него еще удерживали на плаву разумности. Пусть и восторгалась им не как любимым мужчиной, но он готов был купаться в любых лучах ее наивного обожания.

Но каково же было его изумление, когда он на этаже встретил отпрянувшего от двери Зины парня, который на пороге оставил подозрительный бумажный пакет. Руслан остановился и уставился на парня, который попятился к противоположной на этаже квартире. Рассматривал удивленно несколько секунд молодого человека. Явно старше потенциальных одноклассников Зины. На вид, не меньше двадцати, невысокий, но крепко сбитый жгучий брюнет, смуглый, не славянский тип внешности.

Черт, неужели ему пришлось нос к носу встретиться с самым настойчивым поклонником Зины, армянином и бывшим спортсменом Робертом? Может, ему сразу врезать и спустить с лестницы? Или все-таки выяснить, что он за манипуляции устроил на пороге у Зиночкиной квартиры? Руки чесались претворить в реальность первый вариант, чтоб отбить у юнца охоту караулить девушек под дверью. К сожалению, разумная часть возобладала.

— Что это такое? — подозрительно, но спокойно поинтересовался Руслан, кивая головой на пакет.

— А вам-то что? — тут же нахохлился молодой человек и стал пробираться поближе к оставленному на пороге пакету. — Кто вы такой? Проходите мимо, мужчина.

— Молодой человек, я еще раз вас спрашиваю, что вы оставили на пороге у Зины? — задавая тот же вопрос, Руслан уже был менее терпелив.

— Вы знаете Зину… — выдохнул облечено молодой человек. — Вы здесь живете? Извините, я ничего дурного не делаю, подарок принес. — уже более уверенно ответил он.

— Я здесь не живу. Но пришел к Зине и хотел бы знать, что вы задумали и что за сюрприз оставляете на пороге? — уже более терпеливо пояснил Руслан и не нашел ничего лучшего, как обвинить молодого поклонника Зины в безответственности. — Вы головой думаете или не знаете, какая сейчас обстановка в стране? Борьба с террористической угрозой, а вы странные пакеты бросаете на пороге.

Это первое, что пришло в голову снедаемого тревогой Руслана. Он как раз сегодня делал поправки к внутренним документам по предотвращению террористической угрозы. Банки, любимое место для атаки террористов и бандитов всех мастей. И именно на охрану банка, жемчужину корпорации, он брал лучших охранников и опытных специалистов, бывших ментов или военных, за плечами у которых был навык участия в спецоперациях по ликвидации террористов.

Вот черт, ляпнул, но слова теперь обратно не заберешь. И да, надо признать, он был безумно раздражен неожиданной встречей с молодым человеком.

— Я не террорист. — тут же возмутился парень. — Если я не русский, то сразу террорист, да? — спросил он со злостью и тут же добавил. — Я даже не мусульманин.

— Молодой человек, вас никто и не обвинил в терроризме. И, поверьте мне, у настоящего террориста нет национальности и вероисповедания. Нельзя подозрительные сюрпризы оставлять под дверью. По инструкции, в таких случаях, надо вызывать сотрудников полиции. — тут же отчеканил Руслан, но не успел принести извинения за свою излишнюю подозрительность, как парень подошел к нему и протянул руку, представляясь.

— Я Роберт. Я с Зиной в одном классе учусь. Извините, я не подумал…

— Руслан. — пришлось пожать в ответ крепкую ладонь парня, к которому сейчас не испытывал ничего, кроме пожирающей разум ревности. Со своей совестью и стыдом придется разбираться чуть позже, когда примирится с фактом присутствия в жизни Зины парня по имени Роберт и выяснит в каких они отношениях.

— Руслан… эээ… — протянул Роберт, уже более внимательно присматриваясь в слабоосвещенном подъезде к строгому взрослому мужчине. И тут же стукнул себя по лбу. — Вы же брат Зины, да? Я слышал о вас… Извините еще раз…

Руслан не успел ответить на обманчивое измышление по поводу «брата Зины», как открылась дверь и выглянула Зина.

— Руслан…? — выдохнула изумленно и радостно она. Потом перевела взгляд на пакет на пороге, следом на одноклассника, и уже расстроенно. — Роберт…? А я тут голоса услышала, подумала, чего случилось… — начала оправдываться Зина.

— Зина… — Руслан с трудом выталкивал ее имя из себя, смотря, как быстро меняются эмоции девушки. Сначала с радостью от встречи с ним. Ведь, ему не показалось, что Зиночка просияла, увидев его? И несколько огорченно в сторону Роберта. Руслан облегченно выдохнул, значит, кандидатура Роберта отпадает, не он волнует сердце Зиночки. Но в свой «черный список» Руслан уже занес Роберта, на всякий случай.

— Руслан, как хорошо, что ты заехал!

Зиночка ему так искренне радовалась, что грудь перестало сжимать стальными тисками и внутри сразу потеплело от ее улыбки. Дурак, старый безумный дурак, готовый ради ее улыбки разбиться в лепешку, вытерпеть все, что угодно. Лишь бы иметь возможность ее видеть дальше, слышать, говорить с ней. Она все тоже солнышко, что освещает любой его сумрачный день сиянием.

— Роберт, зачем ты здесь? — вдруг встрепенулась Зина, вспомнив и о своем однокласснике.

— Зина, это тебе. — Роберт быстро подхватил пакет с порога, сунул ей в руки. И пока девушка, не успела отказаться от подарка, как она делала обычно, кинулся к лестнице, и насколько позволяла хромота, сбежал по ступенькам вниз.

— Роберт, подожди… — растерянно прошептала ему вслед Зина, но одноклассника уже и след простыл, через некоторое время хлопнула входная подъездная дверь. Зину все-таки снедало любопытство, она заглянула в пакет и вытащила оттуда белого пушистого зайчика, милую плюшевую игрушку. — Завтра надо вернуть…

— Ты очень обидишь этого парня. — заметил неохотно Руслан.

— Я не могу принять, иначе он подумает… — начала оправдываться Зина, но тут осеклась под долгим внимательным взглядом Руслана и решила уточнить причину его приезда. — Руслан, что-то случилось?

— Зиночка, все нормально. — тут же успокоил он. — Извини, что без звонка… Проезжал мимо, решил заехать к тебе… — оправдывался уже Руслан.

— Руслан, я очень рада, что ты заехал без звонка… — она словно сомнамбула повторяла за ним. Потом выронила подарок Роберта из рук и кинулась обнимать Руслана и даже осмелилась первой поцеловать его в щечку. — Я очень по тебе скучала!

— Зиночка, я тоже очень скучал…

Крепко обнял ее в ответ, зарываясь в ее волосы лицом и вздыхая упоительный аромат солнца и полевых цветов, рабом которого он будет навечно. Как мало нужно для его маленького персонального счастья, увидеть, обнять ее и вздохнуть рядом полной грудью. И всю злость, как рукой сняло, оставив только тянущее чувство тоски, что любит она кого-то другого. И как бы не была сейчас рада видеть его Зиночка, сердце ее при виде и мысли о другом, будет биться более учащенно.

Где найти силы, пережить и принять столь разрушительный для него самого факт?

Руслан готов был бесконечно долго держать Зиночку в объятиях. В эти короткие мгновения, он словно проживал с ней другую жизнь, короткую, яркую, наполненную только одной ей, милой, нежной и любимой. Но пришлось, на выдохе и с большой неохотой, выпустить Зиночку из своих объятий и пройти в квартиру.

Мама ее была на рабочей смене, и Зина тут же предложила накормить его, приготовив что-нибудь вкусное. Пришлось остановить ее, сказав, что только что от Ники, у которой его уже напоили чаем и потчевали пирогами. Зина заметно расстроилась. Вот она, истинная гостеприимная хозяйка, сразу хочет покормить мужчину в своем доме. Если бы это было только возможно, он с удовольствием всегда ел, исключительно приготовленные Зиночкой блюда. Тем более знал, как она обалденно вкусно умеет готовить.

Да он и сам любил готовить, и с удовольствием бы кормил Зиночку, если бы у него была такая возможность. Хотелось о ней заботиться, баловать, радовать подарками, купить что-нибудь, о чем мечтает ее девчачья душа. Только как узнать, что ей доставит удовольствие?

Но Зиночка все равно кинулась ставить чайник и заваривать чай. Пришлось ему согласиться выпить еще немного жидкости, но попросил кофе. Пока она суетилась на кухне с чашками, доставала молотый кофе, он беззастенчиво разглядывал девушку. Легкие домашние брючки и серая футболка в обтяжку с трогательным рисунком из ромашек на груди, не особо много оставляла пространства для мужского воображения и взгляда, который мог прийти только к одному выводу: какая же она безумно притягательная.

С момента ее шестнадцатилетия прошло уже несколько месяцев, а Зиночка с каждым днем хорошела. Вот теперь оказалось, что не только он это заметил. Она капельку подросла ввысь, где надо, еще больше округлялась, скидывая излишнюю детскость из фигуры. Ее плавными линиями перехода от груди к талии и ниже, можно было любоваться бесконечно долго.

Ему показалось, или Зина немного похудела? Она же не сидит на дурацких диетах? Он категорически был против ее похудения. Ему как раз нравились в девушках мягкость объемных форм. Не дай бог, все девушки будут, как современные модели, плоские и худые.

И еще, он уже несколько раз отмечал, что Зиночка все больше раскрепощается, становится более смелой. Хоть они и виделись с ее дня рождения, всего несколько раз мельком, она вела себя более естественно, не зажималась, не сутулилась, как обычно, словно хотела втянуться внутрь себя и стать незаметной.

Его радовало, с какой легкостью, она общалась с ним, тянулась к нему. Но все оказалось обманчиво, Зиночка все самое важное скрыла от него. Может, новая влюбленность ее и меняет в лучшую сторону? Но почему на душе так упорно скреблись кошки, оставляя мелкие ранки сомнений.

Зина ликовала, мельком поглядывая в сторону Руслана, даже не скрывая, как рада его видеть. Не могла усидеть на месте, суетилась с чайником и кофе, лишь бы угодить ему. Наконец-то выпала возможность, хоть несколько минуточек побыть с ним наедине, а не в толпе родственников и друзей, где боялась лишний раз на него взглянуть. Какой же он молодец, что заехал по пути и к ней. Они разговаривали по телефону, но разве что-то может заменить живое общение, возможность прикоснутся к нему, обнять и прижаться к его сильному красивому телу, как бы невзначай поцеловать в щечку при встрече.

Зину в эти моменты охватывала эйфория и дикое волнение, сладко сжималось что-то внутри. Она не пыталась оценивать свое состояние, с трудом понимала, что с ней в эти моменты происходит, но тянуло к нему, словно к магниту. Или ее можно сравнить беспечной бабочкой, летящей на свет, чтобы сгореть без единого сомнения в пламени? Ей хотелось побыть немного беззаботной бабочкой. Ведь в нем одном, для нее был свет, что непреодолимо манил. И она была уверена, что он не позволит ей сгореть. Разве о ней кто-то больше него заботился и волновался? Руслан остановит ее, если почувствует опасность.

Вот только, приход Роберта омрачил их встречу. Как же не вовремя он пришел. А разве настойчивые знаки внимания, которые ты не можешь принять, могут быть своевременными? Роберт не хотел понимать слов «нет», и звал на свидания, в кино, как сегодня. И даже, плюшевого зайчика подарил. Только слова Руслана заставили задуматься, что возврат подарка может обидеть.

Хотя она ему еще в январе объяснила, когда Роберт в первый раз пригласил на свидание, что отношений не будет. Извинилась, что ответить не может на его симпатию, предложила быть друзьями. Роберт исподлобья недовольно на нее посмотрел, нахмурился. И процедил сквозь зубы, что не умеет и не будет дружить с красивым девушками, которые ему нравятся.

Руслан сейчас был недоволен, она это чувствовала. И как приговора ожидала его вопросов. А они неизбежны, как бы Зина не оттягивала разговор чайными церемониями. Пыталась поднять ему настроение, весело пересказыкосвала про Юлиных мальчишек, и что Данечка теперь увлекся динозаврами и историей эволюцией, закидывая всех вопросами, откуда произошел человек и как это случилось? И причем здесь Господь, о котором ему рассказывала бабушка?

Руслан натянуто улыбался, кивал головой, сидя напротив нее, попивая мелкими глоточками свежесваренный кофе. Зина металась в мыслях, стараясь поддержать непринужденный разговор и найти себе оправдание, почему не рассказала об ухаживаниях Роберта и других мальчишек из класса.

Ей не казалось это столь значительным, тем более, ее никто не обижал. И боялась Зина, пытаясь представить, как будет со стороны выглядеть с похвальбой самой себе. Какая она распрекрасная, что мальчишки за ней ухаживают, зовут в кино и пытаются ненароком прижаться. На боле смелые действия они не решались, хотя Зина видела, как зажимают по углам одноклассниц. Но одного предостерегающего взгляда Кости хватало, чтобы вокруг нее образовалось свободное пространство.

Разве можно к своим одноклассникам, исключая Костю, Диму и Роберта, относиться серьезно? Они как малые дети, меняют любимые игрушки слишком часто. Вчера одна девочка нравилась, и они все осаждали ее вниманием. Сегодня у них уже сменились приоритеты, и они всей ватагой окружили другую симпатичную девчонку. Зина сначала не могла понять повышенного интереса к себе, как-то резко это случилось после нового года. Пока не поняла, что Роберт своим настойчивым вниманием, вызвал и любопытство у мальчишек. Что это, такого нового и интересного появилось в Шелпаковой Зине, чего они до этого не замечали?

Зина пришла к неожиданному выводу, мальчишек привлекала ее грудь и тело. Роберт, кажется, вообще, только туда и смотрел, в разрез ее кофточек, но не позволял себе большего. Мальчишки повторяли за ним и тоже откровенно пялились на грудь, игнорируя ее глаза и все остальное.

Зине в первое время хотелось прикрыться, спрятаться под просторной одеждой, чтобы не сверкать выпячивающимися телесами. Но это никак не отменяло их повышенного интереса к ее уже выросшему третьему размеру. Жаль, но никого из них, исключая только Роберта, не интересовала сама Зина. А пристальное внимание Роберта ее смущало и даже немного пугало, хотя он всегда был предельно учтив и вежлив. Наверное, к его серьезному настрою на отношения она не была готова.

Завистливо вздыхающие девчонки попеняли ей, что она ходит в балахонах и прячет главное достоинство. Зина тогда и решилась сменить стиль в одежде, преодолевая внутреннее смущение. Перешла на более молодежные и облегающие фасоны. Перестала сутулиться и зажиматься, почти смирилась со своей излишней полнотой во всех стратегически важных местах.

Если мальчишкам в классе нравилась ее внешность, может, и Руслан когда-нибудь заметит, что выглядит она совсем по-взрослому? Только вот еще немного похудеть надо, чтобы быть почти идеальной для него. Красивой она не была и вряд ли будет, но стремится к этому необходимо. Если бы у дедушки Вилена, который считал ее красивой, были бы одинаковые вкусы с внуком, Руслан, возможно, не смог бы оставаться равнодушным к ней.

Зина еще раз подобралась, вытянулась и кинула искоса взгляд на Руслана. Ей показалось или он тоже рассматривает ее грудь? Наверное, показалось. Руслан ничего подобного себе никогда не позволял. И безумно жаль, что не позволит себе быть смелее и увидеть в ней привлекательную женщину, а не опекаемую им маленькую школьницу.

Руслан отставил чашку с допитым кофе и посмотрел на задумчивую Зиночку, которая то загадочно улыбалась, то хмурилась. Что сейчас ее терзает, не дает покоя? Отгонял свои догадки. Решил спросить напрямую о сегодняшней встрече с Робертом, а то они могут бесконечно сидеть, и болтать на отвлеченные темы. Он совсем не против, посидеть, поговорить или помолчать, без разницы, если будет возможность ей любоваться.

— Зина, что у тебя за отношения с этим мальчиком Робертом? — очень тихо, аккуратно, старательно сохраняя спокойную тональность, поинтересовался Руслан.

Хотя, вроде бы уже и сам понял, что Зиночка «умопомрачительно» влюблена не в Роберта. Но как же выяснить предмет ее «умопомрачительного» увлечения? Какие слова подобрать, чтобы она проявила доверие, стала откровенной?

— У меня нет с ним никаких отношений. — тут же возмущенно надулась Зина. Ну все, дознание началось. С чего он взял, что ее с Робертом что-то связывает? Он же слышал, что она собиралась вернуть подарок. И почему лицо у Руслана недовольное? Хотя спросил очень ровно и даже равнодушно.

— Зина, этот мальчик неравнодушен к тебе. — с некоторым обречением заметил Руслан. Каждое слово, словно наждачная бумага, царапало сознание. — Возможно, даже влюблен.

— Но я-то нет! — запальчиво воскликнула Зина. Ну, не может она ответить взаимностью Роберту, как объяснить это Руслану? Что не хочет с кем-то встречаться, просто потому что так положено, пришел возраст и все вокруг озабочены «встречаниями», а тебя назовут белой вороной.

— Тогда в кого ты влюблена?

Прежде чем обдумать, вопрос сам собой сорвался с губ. Крутился в сознании, разрывая жаждой знать правду. Вот и получилось, что невольно вырвался, вторгаясь в ее личное пространство. Ведет себя сегодня, как бесчувственный солдафон. Совсем по-другому он планировал построить разговор.

— Я…? — побледнела Зина от столь откровенного вопроса. Затряслась вся, стала пятиться назад. — Не скажу! — выпалила она, обиженно надувшись. Да как он может задавать абсурдные вопросы? Как ему ответить? Что вот, он объект ее грез и бессонных ночей сидит напротив.

Зина отвернулась от Руслана, не выдержав его пронзительный, почти сканирующий взгляд. Можно умом тронуться от его вопросов. Начала злиться на Роберта, который сейчас спровоцировал серию тревожных расспросов от Руслана. Понимала, что он беспокоится за нее. А что с ним будет, если бы она надумает сказать правду?

Руслану бы это точно поломало сознание, как ему принять такие чувства от глупой Зины? И навсегда бы испортило их доверительную «дружбу». Да она, ни под какими пытками не сознается, что влюблена в Руслана. Его спокойствие надо беречь, а не тревожить всякими глупостями. Только надо было ответить, что не влюблена она, вообще ни в кого. Но вопрос Руслана застал врасплох.

— Почему…? Зиночка, скажи мне, что происходит с тобой? — растерялся совсем Руслан.

Имя он так и не узнал, зато сам факт влюбленности подтвердился. Да вот, все реакции Зиночки только доказывают его подозрения. Пусть ее «не скажу» было сказано немного по-детски, это не отменяло для него личного приговора. Она влюблена в какого-то парня, это разъедало мозг, выжигая изнутри полностью. После откровений Кости, он и так потерял ощущение земли под ногами, а сейчас может и дальше лететь в свой личный ад.

Весь боевой настрой сник, что-то узнавать, проверять расхотелось, Зина не на допросе же. Если в этом смысл? Имеет ли он право вмешиваться? Повлиять на ее чувства он уже не сможет. И ведет себя не лучше тех самых озабоченных юнцов, готовых устроить разборки по любому поводу?

— Ничего… Я не могу ответить тебе на это вопрос.

Засопела Зина, ища укромный уголок, в который можно было бы забиться. Лихорадило от его пронизывающего насквозь взгляда. Он сидел поникший. Она украдкой, из-под опущенных ресниц рассматривала его любимое, но безумно уставшее лицо. Хотелось подойти, разгладить хмурую морщинку на лбу. У него какие-то проблемы? А она, глупая гусыня, все о себе и о себе думает.

Но как ему помочь, если он не говорит, что происходит? Наверное, опять проблемы с женой и разводом. О разводе все друзья говорят вслух, не скрывая раздражения, но Руслан официально все еще женат. Она чертова эгоистка, но его развода ждала больше всего на свете, чтобы перестать себя терзать мыслью, что мечтает о чужом муже.

— Извини… — выдавил он из себя с трудом. — Я все понимаю… нельзя задавать такие вопросы…

— Нет, Руслан, тебе не понравится ответ. — вырвалось у Зины. Почему ее разрывало от чувства вины? Смотрела на него и хотелось рыдать от беспомощности. От невозможности признаться, сказать немыслимую правду.

— Зиночка, неужели все так плохо? — встрепенулся Руслан, услышав тревожные нотки в ее ответе. — Зина, я могу тебе помочь?

— Ага, заставить его полюбить меня… — еле слышно прошептала она.

На глаза наворачивались предательские слезы. Она с трудом их пыталась удержать, не шмыгать носом, как маленькая капризная ревушка. Они первый раз так откровенно говорили, и она почти приблизилась к запретной черте, но надо во время остановиться. Иначе потом будет стыдно и невыносимо больно.

— Извини, не смогу этого сделать… Кого-то заставить невозможно… — да он бы и не стал пытаться, но ей не обязательно об этом знать. Руслан был обескуражен. Все оказалось еще хуже, чем он предполагал. — Зиночка, прости меня… Я не хотел тебя расстраивать. Только помочь хотел.

— Я знаю, Руслан. Это ты прости меня. Я не хочу никого грузить своими проблемами.

— Зиночка, ты забыла? Твои проблемы — мои проблемы? — напомнил он.

— Руслан, я помню. — Зина отлично помнила, как он об этом уверенно заявил, еще в первый день знакомства. И всегда следовал этому правилу, первый приходил на помощь. Но тут он бессилен ей помочь. — Но это другая проблема… Ее так просто не решить… Пожалуйста, не надо больше об этом! Не издевайся надо мной. — сдавленно умоляла она.

— Зина, я не буду настаивать, не имею права… Просто знай, если тебе нужен будет совет, помощь, ты всегда можешь обратиться ко мне. — он встал со своего места, подошел к Зине на расстояние вытянутой руки, но прикоснуться не посмел. Только еще раз настойчиво попросил. — Зиночка, пожалуйста, обратись ко мне первому.

Зина молча кивнула, судорожно всхлипывая. Он видел, как из ее самых лучших и красивых глаз потекли слезы. Руслан не выдержал ее эмоционального надрыва безответного чувства к черт знает кому. Кто этот «чудило», по которому убивается Зина? Подошел еще ближе к Зиночке, несколько секунд стоял рядом, с отчаяньем всматриваясь в ее поникшее лицо, так и не поймав в ответ взгляд опущенных глаз.

Неуверенно протянул руку к ней, поднимая за подбородок лицо, залитое слезами. Зина разрывала сейчас ему всю душу. Меньше всего он хотел бы, довести свое солнышко до слез. Имя таинственного незнакомца, по которому Зина льет слезы и надрывает себе сердце, Руслан так и не узнал. И ничем не смог помочь девушке, только расстроил.

— Если сможешь, прости меня… — прошептал он, притягивая девушку в свои объятия.

Зина несколько секунд простояла обмякшая и безвольная, потом встрепенулась в его руках, и сама прильнула, уткнувшись носом в плечо. Немного расслабившись, в ответ обняла его, прижавшись еще ближе. Он напрягся, чувствуя, как она отчаянно сминает ткань его рубашки в пальцах. Потом, словно начала разглаживать помятую ткань, аккуратно, еле касаясь, ласково проводила ладонью по спине. От этой невольной ласки, у него потемнело в глазах. Нельзя принимать это за что-то большее, чем ее поиски тепла и понимая в его объятиях. Безответно влюбленная девочка ищет его поддержки. Обнимает его, а любит другого.

Он сейчас должен успокаивать, раз сам и расстроил. Его руки, что крепко сжимали плечи Зиночки, словно зажили своей жизнью, желая чувствовать ее каждым кончиком пальцев. Он погладил ее вдоль рук, снова поднялся к плечам. Тронул волосы, пропуская золото прядей сквозь пальцы. Нежный шелк ее волос ласкал его измученные ожиданием ладони, которые так скучали по прикосновениям к ней. Он шумно вздыхал, обоняние ликовало, распознав ее узнаваемые ароматы, что въелись навечно в подсознание.

От противоречивой невинности их объятий он сходил с ума.

Зина могла только поругать себя, что опять плачет, как маленькая. А ведь хотелось выглядеть взрослой для него. Стильные, уверенные в себе женщины не позволяют себе беспомощно рыдать. Но есть ли выход из ее тупика? Что делать, когда разлюбить уже не можешь?

И снова Руслан ее утешает, вечно плачущую деву. Она была какой-то неправильной и бесстыдной, но абсолютно безвольной. Не было никаких сил оторваться от него. Хотелось его трогать, обнимать, прижиматься всем телом, изучать его руками. Она сначала судорожно сжимала его рубашку, боясь позволить своим рукам лишние движения. Измяла, наверное, ему всю ткань, потом попыталась исправить, разгладить. Но не удержалась, провела ладонями по спине, почувствовала, как он весь напрягся, но не оттолкнул, чем спровоцировал ее на большую смелость. Пусть потом будет стыдно, но сейчас ей хотелось к нему прикасаться. Это даже сродни жизненной потребности, ощущать его так близко. Ее личный спасательный круг.

Осторожно гладила его по спине, готовая тут же отпрянуть, если он будет недоволен, возмутиться ее вольностями. Но кажется, ради ее утешения, Руслан готов стерпеть любую бесцеремонность и вторжение на свою территория. Чем она и бессовестно пользовалась, непристойно мечтая почувствовать под своим ладонями, не ткань рубашки, а тепло кожи.

Глаза помнили, какой он красивый без одежды. Несколько секунд, тогда, у него дома утром, когда он зашел в комнату после душа в одном полотенце, навсегда врезались в ее память. Она перед сном иногда представляла, как будет проводить по его широким плечам, как на кончиках пальцев ощутит, насколько жестоковата дорожка волос от груди к низу живота. Зина, если бы имела возможность, изучила бы его всего, и глазами и руками. Кто же ей позволит? Руслан, наверное, в ужасе будет, если узнает о ее смелых девчачьих фантазиях в отношении себя.

Зина не знала, сколько он потратил времени на ее утешение, просто потеряла счет бесконечным, но таким скоротечным минутам. Чувствовала его легкие поглаживания. Какой же он чувствительный и терпимый к ней, не оттолкнул. Даже, ни единым знаком не дал понять, что Зина непристойно себя ведет. Она боялась поднять на него свои бессовестные глаза, пряталась на плече. Не могла поручиться за себя, что не потянется к его губам, бесстыже выпрашивая поцелуй.

Только наслаждалась его легкими братскими поцелуями в висок, в макушку. Задрожала, когда ощутила, как он нежно перебирает ее волосы, пропуская сквозь пальцы ее растрепанные пряди.

Через какое-то время, он усадил ее на стул на кухне, сел рядом и просто молча смотрел. Его взгляд она не могла понять. Ошалевший, изумленный? Да, так и есть, Зина научилась и его удивлять своими выходками. Господи, что он сейчас о ней думает? Не решит ли, что она, не ведая стыда, приставала к нему?

Пока Руслан не успел ничего сказать или намекнуть, что надо приличнее себя вести, Зина поспешила ему рассказать о навязчивых одноклассниках, настойчивых ухаживаниях Роберта. Поведала все, не скрывая. Про девчонок, на фоне которых чувствовала себя маленькой и недоразвитой, как стремилась к заветной мечте повзрослеть. Все кругом встречаются с мальчиками, с недоумением поглядывая на нее.

Нет, в их классе были и тихие девушки, скромные отличницы, нацеленные на учебу, а не на свидания. Но к ним не предъявляли претензий, их словно не замечали, иногда только посмеивались. Раньше Зина была в их неофициальной команде, но еще в начале прошлого года все изменилось. Фото с Максим Подгорным в сети, перевернули ее мир с ног на голову. Теперь к Зине повышенное внимание, и требование соответствовать чьим-то ожиданиям.

А как она может? Если осталась все той же девчонкой? Чуточка заработанной уверенности в себе быстро таяла, стоило только усомниться в правильности своих мыслей и поступков.

Умолчала только о влюбленности, в которой она не могла сознаться. Он больше не настаивал.

Руслан слушал, ни разу не перебив, только взяв Зину за руку, и в успокаивающем жесте, слегка поглаживал ее заледеневшие пальчики. Словно хотел отогреть не только холод на кончиках пальцев, но и принести покой в ее душу, раздираемую бесконечным противоречием. Она была бесконечно ему благодарна за понимание и не осуждение ее мелочных девчачьих проблем.

— Зиночка, не надо, никуда не спеши… Всему свое время… Не пытайся жить по чьим-то ошибочным представлениям… — попросил он в конце, сжав ее дрожащие пальцы в своих ладонях. — И помни, всегда, среди ночи или днем, звони мне первому…

— Спасибо, Руслан. — всхлипнула она, но удержалась, не заплакала снова. — Тебе приходится еще возиться и со мной. Прости меня…

— Зиночка, неужели ты забыла, что ты для меня значишь? — получилось немного с укором, но вытравить из себя разочарование не мог. — Ты же обещала быть моим солнышком.

— Никудышнее из меня солнышко получается. — как же трудно скрыть свою тоску, но он словно и не замечает, что возложенные обязанности «солнышка» ей плохо выполняются.

— Не важно… Я все равно люблю свое солнышко. — попытался улыбнуться Руслан, но наверное, вышла уродливая кривая рожица.

— Я тоже… — тут же выпалила Зина, но засомневавшись, переспросила. — Солнышку же положено тоже любить?

— Само собой! — он сжал ее руки в своих ладонях, вынужденный принять и вот такую восхищенно-детскую любовь Зиночки. Он не сомневался, что солнышко по имени Зиночка любит его. Она самая чудесная, умеет быть благодарной в ответ. Ей же не объяснишь, что другой любви он ждет от нее. Теперь и не посмеет претендовать.

Зина впервые за долгое время услышала его «люблю», но дикой горечью в груди отдавалось его признание. Конечно, Руслан по-своему любит ее, иначе бы не заботился о ней. Хотелось совсем другого оттенка в его искреннем «люблю».