ГЛАВА 46
– Я хотела бы уехать домой. Меня ждёт сын, – приблизившись к столу, прерываю Алена и обращаю на себя всё их внимание.
– Мы поедем домой. Чуть позже, – Халим, судя по виду, совершенно не удивлён такому решению. Ален с Жасмин переглядываются, они не знают арабский язык, но понимают, что что-то происходит. И я понимаю, когда Жасмин как бы невзначай, выравнивает спину, выпячивая вперёд свою немаленькую грудь. И за это мне хочется её ударить. Но лучше ударить Халима.
– Нет, я уеду сейчас, – стою на своём. – Скажи пусть меня отвезут домой. Я хочу к Амиру.
Халим поднимается из-за стола, приближается ко мне.
– Что произошло?
– Ты знаешь что, – чеканю, глядя ему в лицо. – Я не собираюсь сидеть здесь, как ничего не понимающая дурочка. Может у вас хорошо получается обводить вокруг пальца этого Алена, но не меня.
– Ревнуешь к Жасмин? – улыбка ловеласа, и мне хочется стереть её кулаком. Но это мало что изменит.
– Нет. Не ревную. Мне просто… Я хочу домой. Скажи водителю, пусть отвезёт меня. Я за стол больше не сяду.
– В чём причина, Райхана? Если не ревность, тогда что?
– Ты смотрел на неё.
– Разумеется. Ведь у меня есть глаза.
– То есть, тебя не смущает моё присутствие?
– Если хочешь правду – она не так красива, как ты. Тебе не о чем волноваться.
– Но ты смотрел на неё. Оценивал. Ты… Как ты так можешь?! – я повысила голос, не удержавшись.
– Я могу, Райхана. Могу смотреть на любую женщину. Но это не значит, что я буду её трахать. Ты ведь не Давия, к чему эти истерики?
– Я не Давия! Совершенно верно! Я не смогу молча наблюдать за тем, как ты спишь с другими! – рявкнула ему в лицо, и на нас обернулись Ален и Жасмин.
– Не смей повышать на меня голос. Ни сейчас здесь, ни в нашей спальне, ни где-либо ещё, – проговорил спокойно, но в глазах полыхнула ярость. А мне она обожгла внутренности.
– Я могу вообще не говорить с тобой. Никогда, – развернувшись на каблуках, я зашагала прочь из зала, где, остался Халим и его друзья. Мне здесь делать нечего.
Слёзы брызнули из глаз уже в машине, в которой меня везли в резиденцию. Сегодня я буду спать в детской. И завтра тоже. И каждый день теперь. Халим ни за что не получит меня, пока будет спать с другими. Кем бы те другие ни были. Хоть первая жена, хоть бывшая любовница.
Ревность меня уничтожает. Медленно и верно толкает в бездну. А Халим этому лишь способствует. Подталкивает к краю. И вот я балансирую, силясь ухватиться за что-то, чтобы не свалиться вниз. Всё зря. Всё ни к чему. Все мои попытки наладить с ним отношения ни к чему не приводят. Он будто испытывает меня. Наказывает за то, что однажды сбежала.
В нём нет любви, лишь одержимость. Страшная, чёрная, пленяющая одержимость. Он душит и связывает меня ею, лишает дыхания. И мне жутко хочется бежать. Схватить сына и бежать куда глаза глядят. Но я знаю, что ничего не выйдет. А это значит, что у меня остался лишь один вариант. Лишить Халима того, что ему так нужно – своего тела.
Беседовать с Давией я сегодня не планировала. Мне достаточно и Жасмин – этой французской шлюшки.
Я хотела лишь закрыться в детской и взять на руки сына. Но всё пошло не по плану.
– Ну, как развлеклась? – она ждала меня наверху, прямо у ступеней. Сделала шаг и оказалась совсем рядом.
– Ты меня испугала, – отшатнулась я, но она сделала ещё шаг и ещё, буквально надвигаясь на меня своей грудью.
– Боишься? Правильно. Бойся меня. Я тот огонь, что сожжёт тебя, – снова шаг, и я едва не падаю со ступеней. Резко ступаю вперёд, хватаю её за предплечье.
– Не смей ко мне приближаться! – крикнув ей в лицо, собираюсь уйти, но Давия хватает меня за горло, а я, отмахнувшись, бью её по лицу. Бью сильно, намного сильнее, чем рассчитывала. А потом стою наверху и смотрю вниз, куда скатывается упавшая Давия. Но ведь я её не толкала!
– О, Аллах! Госпожа! – слышу вскрик Саадат и будто в замедленном видео смотрю, как та бежит по ступенькам вниз. А Давия уже там. Лежит, раскинув руки, и на лице кровь. И кажется, она без сознания.
– Я не хотела… Я нечаянно, – шепчу сама себе, зажимая рот ладонью. – Я не хотела…
– Быстрее зовите доктора! Эй вы, помогите мне отнести её в спальню! Быстрее же! – Саадат раздаёт указания прислуге и те быстро суетятся. Так быстро, что я не успеваю ничего понять. Я всё ещё в шоке и в ужасе от того, что сделала.