ГЛАВА 57

Я вышла из душа, прилегла на кровать, рядом с Халимом. Он уже спал, уставший и измотанный. Прижалась к его спине, крепко обнимая и вдыхая родной запах. Казалось, и не было между нами злобы и противостояния. Ненависти и слёз. Я не хотела сбежать и спрятать от него сына…

– Я тебя люблю, – прошептала тихо, закрывая глаза.

Он не ответил. Крепкий сон забрал его в свои объятия.

Наступает вечер, и мы будто по команде просыпаемся вместе.

Я вскакиваю, потираю воспалённые глаза.

– Что такое? Приснился плохой сон? – его большая ладонь накрывает мою щеку, поглаживает нежно и ласково.

– Нет, просто… Показалось, что ты снова ушёл.

– Для тебя это так страшно?

– Да. В последнее время я боюсь оставаться одна. Особенно без тебя.

– Ты всегда со мной, Райхана. Вот здесь, – он взял мою руку, крепко прижал её к своей груди. – Ты бьёшься там вместе с моим сердцем. Чувствуешь?

– Оно бьётся для меня? – прикусила нижнюю губу, настроившись на ласку с его стороны.

– Для тебя.

– И всё? Больше не будет красивых слов? – захохотала, попав в его объятия.

– Маленькая хитрая лиса хочет нежностей? – прошептал мне в губы.

– Хочу твоей ласки, – улыбаюсь, прогоняя из груди неприятный страх. Страх потерять его. Никогда не думала, что буду испытывать его когда-нибудь.

– Моя красавица, – шепчет мне в губы, но поцеловать себя не даёт, опускается ниже и, задрав юбку моего платья, ныряет мне между ног. Отодвигает трусики, жадно лижет языком промежность и чуть прикусывает клитор, заставляя меня вскрикнуть.

– Халим!

– Тише, моя девочка, – облизывает меня, оставляя свою влагу, а может это моя. Я знаю лишь одно – мне хорошо. Так горячо и страстно, как не может быть ни с кем другим.

– Люблю… – шепчу, закрыв глаза. – Люблю тебя.

– Да, Райхана. Это правильные слова, – он отрывается от меня только когда я кончаю и выгибаюсь навстречу его ласкам.

Поднимается и, расстегнув ширинку, берёт в руку свой немалый, уже эрегированный член. Плавно входит в меня, вызывая вздох облегчения. Даже первый оргазм не насытил меня. Мне его всегда мало.

– Этого хотела моя девочка? – выдыхает в губы, чуть прихватив их своими.

– Да… Возьми меня. Возьми сильнее.

Он протолкнулся глубже, вдалбливая меня в постель сильным, твёрдым толчком.

– Сильнее, – прошу вонзая в его спину ногти. И Халим выполняет моё требование. Яростно вбивается внутрь, как озверелый, заставляя меня извиваться под ним и стонать.

Спустя час мы, уставшие и измученные, лежим голышом, сплетая руки и ноги. И нам так хорошо лежать в этой тишине, что на глаза наворачиваются слёзы.

– Ты говорила правду? – вдруг спрашивает он.

– Ты о чём?

– О том, что любишь меня. Это так?

– Так. Я тебя люблю.

– И готова любить всегда, кем бы я не стал?

– Готова. Раз уж смогла полюбить после всего… То вряд ли смогу разлюбить.

– Я боюсь, Райхана, – в глаза мне смотрит, и в них я замечаю что-то печальное. – Боюсь потерять тебя и сына. И я должен выбрать. Либо вы, либо мой брат. Как по мне, лучше бы он и остался беглецом. Потому что, если попытается навредить вам, я его убью. Пролью братскую кровь и ничто меня не остановит. Мне бы этого не хотелось.

В его глазах я вижу боль и уверенность в своём решении, и от этого становится не по себе. Мне никогда не нравился Фархад, но я не желаю ему погибели. Особенно от руки Халима, который будет помнить об этом всю свою жизнь. Дышать этим, думать и вспоминать, как убил родного человека.

– Тогда отпусти его. Прости и позволь уехать из города. Пусть убирается, куда глаза глядят. И подальше. Возможно, она ему и нужна? Свобода.

– Я бы дал ему свободу. Но не уверен, что это не развяжет ему руки. Я хочу, чтобы он боялся меня. Боялся, как огня. Чтобы не посмел даже сунуться к тебе или Амиру. Ему никогда не стать эмиром этих земель.

– А может он этого и не хочет? Может он и так боится тебя? Даруй ему свободу, пусть уезжает. Изгони на худой конец.

Он вздохнул, откинулся на подушку. (3303c)

– Мне нравится твоя мудрость, Райхана. Ты умна не по годам. Только своим разумом с ним ты не сможешь поделиться. Я должен найти его раньше, чем у него появится план. План, как навредить моей семье.

Я обняла его за шею, крепко стиснула.

– Ты не потеряешь нас. Ни за что. Мы твои и ими останемся, – улыбнулась, касаясь губами его щеки. – Навсегда, Халим эль Хамад. Мы твоя семья.