Глава 24

Виктор Валера просил обойтись без убийств и по возможности без драк. А жаль. Потому что желание прибить этого мажора вспыхивает пламенем, стоит ощутить дрожь Малики. Нахожу её руку. Сжимаю. Говорю что-то успокаивающее, а сам жду. Телефон в другой руке оживает. Быстрый взгляд на экран. Отлично. Теперь можно идти прощаться с женишком. Может, и хорошо, что Малика будет свидетелем. Собственными глазами убедится, что он исчезнет из её жизни навсегда. Успокоится. Хотя я бы предпочёл отгородить её от этого. Первым выбираюсь из машины, подаю руку Рапунцель. Она не мешкает – просто вкладывает ладонь в мою. И, чёрт, эта её реакция… её безоговорочное доверие пьянит лучше любой победы, лучше любой удачной сделки. И я не посмею обмануть её доверие. Воробьёв сразу замечает нас. На секунду замирает, а потом двигается к нам. Весь собранный, злой… Руки сжаты в кулаки, а на губах звериный оскал. Интересно, а если драку начал не я, как сильно Валера будет возмущаться? На всякий случай делаю полшага вперёд, загораживаю Рапунцель собой. Этот жест не остаётся незамеченным для её бывшего жениха. Он ещё сильнее стискивает челюсть, ускоряет шаг. “Прости, Валер, кажется, без драки никак” Взглядом ловлю уличную камеру. Огонёк горит. Отлично. Первый удар принимаю с улыбкой под испуганный вскрик Малики. А следом наношу ответный. Урод покачивается, но равновесие не теряет. Пытается ответить, но задевает меня лишь по касательной. Второй мой удар снова в цель: прямо в челюсть. Губа на холёной роже разбита. Третий оказывается решающим. В нос. Хруст звучит приятной музыкой, а вид заваливающегося на асфальт Воробьёва становится отрадой для глаз. Хочу наклониться. Добить. Но тонкие женские ручки не позволяют. Обхватывают вокруг талии. Чувствую, как Малика щекой прижимается к моей спине. – Вик, не надо. Он не стоит этого. Прикрываю глаза на полсекунды. Если добью, мне ничего не будет. Адвокаты с лёгкостью докажут, что я защищал свою женщину. Только это точно не зрелище для моей принцессы. Накрываю ладони своей рукой, сначала сжимаю, а потом мягко разъединяю. Поворачиваю голову к ней, улыбаюсь, подмигиваю: – Не переживай. Отворачиваюсь. С моего лица сразу слетает напускная весёлость. Присаживаюсь на корточки рядом с башкой мерзавца, который в этот момент пытается подняться, но я не позволяю. Нависаю над ним. – А теперь поговорим, – оборачиваюсь, довольно отметив, что Малика стоит на достаточном расстоянии и не услышит нашего разговора. – Я тебе сейчас позволяю подняться на свои две и, поджав хвост, свалить из этого города. Ты и твой братец-уродец навечно забудете о Малике. – Да пошёл ты… – Пойду, но ты послушаешь моего совета. Достаю телефон, открываю файл, который успел найти Гвоздёв по просьбе Валеры. – Классное видео, да? – показываю ему. – Как думаешь, в СК оценят такую анонимку? Глаза Воробьёва расширяются от ужаса. – Откуда у тебя это?! – Неправильный вопрос. Будет вернее спросить: что ты должен сделать, чтобы это видео не ушло дальше моего телефона. Задумчиво почёсываю подбородок. – Хм, а ведь этой киношкой могут заинтересоваться не только “следаки”. Краска тут же сходит с холёной рожи, оставляя мертвенную бледность. – Я и мои люди сегодня же улетят, – едва размыкая губы, шепчет. Киваю. – Ближайший в Москву через полтора часа. За билеты можешь не благодарить. Встаю, ловлю руку Малики. Увожу её от этого жалкого зрелища подальше.