Глава 26

Малика Смотрю на красивое здание, на толпу невест около него, и что-то больше не смешно. – Вик. Тихо зову босса, но он искусно изображает глухого. Выбирается из машины. Оставляет меня, растерянную, и веселящихся Русю с Глебом. – Он же это не серьёзно? – Ещё как серьёзно! – уже в открытую смеётся Глеб. – И думается мне, в этот раз сбежать у тебя не получится. Дверь с моей стороны открывается, и меня буквально сгребают с сиденья. – Вик, пошутили и хватит. – Ты права, Рапунцель. Шутки давно кончились, теперь только серьёзно. – Тогда поставь меня на место, и мы поедем домой. – Обязательно, как только в паспорте появится отметка, что ты моя жена. Вик взбегает по ступенькам с такой лёгкостью и так быстро, словно боится не успеть. – Хотя нет. Мы ещё заедем в ювелирку. Нужно кольцо на палец. Не выдерживаю и бью кулачком этого невыносимого мужчину в грудь. – Вик! Наконец он останавливается, смотрит мне в глаза. – Я тебя не отпущу. – Но так не делается… Шепчу, сопротивляясь, хотя в груди, словно сакура по весне расцветает что-то невероятно прекрасное. И я пугаюсь этого незнакомого чувства. Вик всматривается в моё лицо, а потом кивает. – Мы сейчас вернёмся, – говорит Руслане и Глебу. Заходит за ближайшую дверь, где оказывается комната невест. И я замираю. Забываю, как дышать. Вдоль стен кремовые бархатные диванчики, а между ними пышные букеты живых цветов: пионы, розы, что-то нежно-сиреневое. Огромные окна заливают всё светом, и этот свет такой мягкий, такой правильный, будто я попала в чужую сказку, для которой у меня нет платья, да и права здесь находиться нет. Мне хочется сбежать, но кто мне позволит? Вик сажает меня на один из диванчиков, а сам присаживается на корточки напротив меня. Он серьёзен. Нет той привычной весёлости, игривости. Только решительность. – А теперь, Рапунцель, разговор по душам. Он проводит рукой по волосам, взгляд на секунду отводит, но потом снова смотрит прямо мне в глаза, чтобы я не могла усомниться в его словах. – Я не романтик, Рапунцель. Не будет в твоей жизни прогулок под луной. Хотя нет, будут. Если ты захочешь и скажешь об этом прямо. Потому что я, как и большинство мужиков, с намёками не дружу. Вик вскидывает глаза к потолку, шепчет тихо: – Думал, будет проще. – Вик, – тихо шепчу и нахожу его руку, переплетаю наши пальцы. – Тшш, принцесса, – он тянет наши руки к своим губам и целует мои пальцы, – это будет самый настоящий брак. Со всеми вытекающими: ссоры, страстные примирения, любовь, дети, даже на кота соглашусь, если он тебя сделает счастливой. В глазах появляется предательская влага. Пытаюсь её сморгнуть, но получается плохо. Уголки губ Вика приподнимаются в понимающей улыбке. Он ласково скользит ладонью по моей щеке. – Это неправильно, Вик, – говорю слова, которые причиняют практически физическую боль мне, – мы друг друга не знаем. – У нас для этого вся жизнь впереди. – Я хотела выйти замуж по любви. Вик пожимает плечами. – А я – по расчёту. Потому что казалось, так проще. Он снова целует мои пальцы, не разрывая зрительного контакта. – Только я не хочу проще, Малика. Хочу с тобой. Первая слеза всё-таки срывается с ресниц, и Вик тут же ловит её, стирает большим пальцем. – У нас может ничего не выйти. Кивает. – Может, но мы будем командой работать над тем, чтобы получилось. Я хочу сказать что-нибудь ещё, ведь должны быть какие-то настоящие резонные поводы для отказа? Так не делается. Не женятся сразу после знакомства! Только сколько бы я ни искала причин, сказать “нет” у меня не выходит. – Давай, Малика, скажи, что тебя ещё беспокоит. – Ты старше. У меня нет никакого опыта в общении с мужчинами. Я могу молоть ерунду. Мы незнакомы. Я мечтала пожить обычной свободной жизнью. И… И выдыхаюсь. Замолкаю. – Надеюсь, лет через двадцать ты не променяешь меня, старика, на молодого жеребчика. Опыта наберёшься. Со мной. И только со мной, – оттого, как сверкают его глаза, понимаю: здесь без вариантов. – Мне нравится эта ерунда. Чёрт, может, именно из-за неё мы сейчас здесь и находимся? Он обводит рукой самую настоящую сказку любой девушки. – Про знакомства я уже говорил. А насчёт обычной свободной жизни. Живи. Универ, работа, путешествия – всё, что ты захочешь! Но я буду рядом. Только скажи мне “да”, Малика. Одно короткое “да”, и я весь мир положу к твоим ногам. Осуществлю каждую твою мечту. Я зажмуриваюсь, так как мне страшно поверить, что всё это правда. Всё это происходит со мной и наяву. У меня уже была идеальная свадьба: дорогое платье, диадема с алмазами, самый дорогой ресторан Москвы. Но не было главного – ощущения правильности. Сейчас же… У нас нет ничего. Ни костюма, ни платья. В этот раз даже нет колец. Зато есть чувство, что именно так и должно происходить! – Рапунцель, мы можем закатить самое шикарное торжество, такое, какое захочешь. Через месяц или год, когда ты будешь готова рассказать всему миру о нас. Но распишемся мы сейчас, потому что мысль о том, что ты можешь уйти в любую минуту, меня выводит меня из себя. Смеюсь. – Я думала, тебя ничто не способно вывести из себя. Вик усмехается. – Я тоже так думал. До встречи с тобой. И я впервые вижу перед собой не самоуверенного медведя, а обычного человека со своими страхами и слабостями. А ещё вдруг приходит осознание, что именно я делаю его таким. Я – его слабость. Из-за меня он боится. Боже, да он же волнуется! Прямо сейчас, ожидая моего ответа. И именно это стирает остатки моих сомнений и страхов. – Да, Вик, – получается слишком тихо. Прочищаю горло и уже громче, почти выкрикиваю: – Да! А потом просто сползаю с дивана прямо в его объятия. – Я хочу попробовать. По-настоящему. С тобой. Хочу узнать, что такое семья и когда тебя любят. Хочу сама любить до одури. Я… я вряд ли смогу делать всё правильно, но я буду стараться. Честно. Вик обнимает. Целует в висок и закрепляет наши клятвы коротким обещанием: – Всё будет, Рапунцель.