Глава 52
- Под ударом оказался не только выгодный контракт между нашими семьями, но и многолетняя дружба отца с Кузнецовым, - объясняет Алик, а я невольно царапаю ногтями край скатерти.
Чувствую себя виноватой, будто разрушила что-то важное. Зато построила на обломках новое – свое счастье. И пусть я покажусь эгоисткой, но ни капли не жалею, что так вышло.
– Кроме того, Валерия попала в наш список подозреваемых, особенно после того, как уехала со Стасом из ресторана в тот вечер.
- Извините, что испортила вам семейный ужин, - лепечу я, не решаясь взглянуть в глаза свекру.
- Не вам, а нам, - ухмыляется Илья. – На тот момент я уже понял, что к чему. Принял ваши с Аликом тайные отношения, о которых вы сами толком не догадывались. Или вид делали, - хитро улыбается. - И решил проверить Петровских. Собственно, на ужине они себя и выдали. А дальше за ними начали следить мои люди. Но Валерия оставалась для меня непонятной. После того как я узнал, как она обращалась с Аленушкой, окончательно отказался от идеи принимать ее в семью. И задумался, не могла ли она быть соучастницей аферы.
- Зачем ей это? – недоуменно взмахиваю ресницами. – В ЗАГСе она выглядела очень обиженной и расстроенной, - вспоминаю день нашего с Аликом «бракосочетания».
- Валерия никогда не питала ко мне нежных чувств, - признается муж. – Наш союз не более чем сделка. Давний договор между родителями, - зыркает на Илью. – Валерия не посмела перечить своему отцу, но ей самой этот брак был не нужен. Она вполне могла пойти на поводу у Петровских, подставить нас – и избавиться от нежеланных уз.
- Я бы на ее месте сбежала, - выдаю честно, не успев прикусить язык.
- Даже не сомневаюсь, - хмыкает Алик и крепче сжимает мою ножку, будто боится, что прямо сейчас претворю угрозу в реальность. – Но тебя бы я точно не отпустил.
- Так вот, - прерывает наши нежные перешептывания старший Туманов. - Я должен был оставаться в России и следить за тем, как движется дело Петровских. И параллельно приводить в порядок ваши документы. Тебя, Лера, мы спрятали, чтобы… - осекается, подбирая подходящую фразу.
- Чтобы под ногами не путалась, - сдуваю кудряшки с лица.
- Чтобы уберечь от разъяренного Петровского-старшего, который мог за своего пострадавшего Стасика отыграться на тебе. Таким образом и Алика наказал бы за драку, - укоризненно косится на сына, который напал с кулаками на младшего Петровского. – И тебя за похищение контракта. И меня за возбуждение дела против всех участников аферы. А если бы он еще узнал, что я в семью тебя собрался принять, точно бы не пожалел. Помешал бы любыми способами. Лишь бы мне насолить. У нас с ним давние счеты и жесткая война, несмотря на внешний штиль, - вздыхает тяжело и смотрит на нас с Аликом так, будто виноват перед нами.
- Вот так и знала, что доченька вляпалась куда-то, - всплеснув руками, мама нервно тянется за стаканом. – Вышла бы замуж за нормального парня, так нет же. Острых ощущений подавай, - наливает себе воды, делает судорожный глоток. – Тридцать три несчастья, а не дочь.
- Ну, мам, - пытаюсь остановить ее речь. Она просто беспокоится обо мне. Но, уверена, в глубине души одобряет семью Тумановых, лишь бы я была счастлива.
- Поздно, Лера уже замужем, - парирует Алик, недовольно нахмурив брови. Берет меня за руку, показательно сжимает кисть. Намекает, что отпускать не намерен.
- Не сгущай краски, дорогая, - вступается за нас папа. Видимо, нашел общий язык с Ильей. – Посмотри, как они оберегают нашу Лерочку. И забирать ее всей семьей приехали, по-человечески. И муж не отлипает, - кивает с ухмылкой на стального Альберта, который приготовился меня отвоевывать в случае чего. – К тому же, нормальный парень бы долго с нашей дочей не продержался, - не выдержав, все-таки подкалывает меня. И получает предупреждающий толчок от мамы.
– Я сожалею, Лера, что в наши с Петровскими разборки оказалась вовлечена ты, - серьезно продолжает Илья. - Я много ошибок наделал, поэтому и пытался исправить их грамотно. Без угрозы для тебя, в том числе. Поэтому для всех окружающих ты должна была по-настоящему покинуть дом. И уехать в неизвестном направлении. Никто из обитателей особняка при всем желании не смог бы сдать твои координаты. Даже Оксана Павловна, которая, к слову, близко общалась с Валерией. Повторюсь, мы подозревали всех. Да и ты после нашего холодного разговора не искала бы способов связаться с Аликом, не отвлекала бы его от задачи. А твои родители должны были присмотреть за тобой, чтобы опять не сбежала. Как я и ожидал, с миссией они справились, - улыбается маме и папе.
- Мы почти месяц тут, - все-таки срываюсь и освобождаю руку из хватки Алика. Но только на секунду. И капкан захлопывается вновь. - Пока Альберт Ильич в Италии с бывшей невестой, - намеренно зову его так. Недели, проведенные в панике и ожидании, не прошли бесследно, поэтому в груди опять поднимается горечь, растекается по венам, отравляя кровь обидой и ревностью.
- Все должно было занять не больше недели, но дело затянулось, - начинает оправдываться Илья, но Алик перебивает.
- Пока отец решал проблемы в России, я полетел с Валерией в Италию, чтобы поговорить с ее родителями. Именно по моей вине срывался важный договор между нашими семьями, ведь это я передумал разводиться и заново заключать брак. Хуже того, для Кузнецовых мы были расписаны, и они ждали нас в медовый месяц. Они не были в курсе аферы. Когда Михаил выслушал меня, то взял несколько дней на размышления. Не спешил выносить мне приговор. А после – поставил условие…
- К-какое? – судорожно сглатываю, предполагая худшее.
Неужели он все-таки пытался заставить Алика жениться на Валерии? Теперь у Тумановых еще и в Италии враги?
Что же мы натворили…
- Новый контракт, - пугает муж формулировкой. Готовлюсь услышать невыгодные условия, которые разрушат бизнес Тумановых, но выдыхаю, когда Алик говорит дальше: - Кузнецов – человек дела. Он не хотел, чтобы все совместные наработки с моим отцом были потеряны. Поэтому вместо брачного договора предложил бизнес-контракт, чтобы все-таки объединить активы, но иным путем. Пришлось мне задержаться в Италии. Подготовка, обсуждение пунктов, работа с юристами – на все это нужно было время. Я постоянно держал связь с отцом, и он координировал работу из России. Бумажная волокита затянулась, но дело необходимо было довести до конца. Без ошибок и спешки.
- Удивительно, что Кузнецов так легко воспринял новость и не мстил за свою дочь, - неловко веду плечом.
- Он боялся разрушить как бизнес, так и дружбу. В этом наши взгляды совпали, - Алик делает паузу, потирая подбородок. - Да и Валерия повела себя неожиданно правильно. Я не представляю, что было бы, если бы она строила из себя брошенную невесту и обиженную девушку. Кузнецов действительно безумно любит дочь. И этот брак организовал ради ее блага. По крайней мере, ему так казалось… Как любой хороший отец, он за своего ребенка каждого готов порвать, так что я рисковал… К счастью, Валерия наконец-то осмелела и прямо высказала, что думает о нашем союзе на самом деле. Не знаю, чем был вызван ее порыв. Но она заявила, что не хочет выходить замуж по расчету и провести жизнь с таким сухарем как я, - цитирует ее с искренним недоумением, а я с трудом проглатываю смешок.
- Странная, - ехидно тяну. И тихо хихикаю в ладошку.
Валерия права. Сухарь как он есть! Твердый, грубый, колючий. С многолетней просушкой.
Но такой… мой.
– И еще она добавила, что даже в случае развода расписываться со мной не намерена, а все произошедшее в ЗАГСе – судьба, - ухмыляется, с теплом глядя на меня. – В этом я с ней согласен.
- Подождите, я не поняла, - спохватываюсь, поглядывая на Илью. - Так Валерия участвовала в афере?
- Нет. Мы ошиблись, - сообщает свекр.
- Хотя она раньше встречалась со Стасом, - уточняет Алик. – Но они расстались, а Валерия согласилась на предложение своего отца. И на тот момент сознательно пошла на брак со мной. Получилось так, что мы невольно увели из-под носа Петровских золотую рыбку, на которую у них самих были планы. После этого они и стали искать способы расстроить свадьбу. Пакостили нам по мелочи. И тут на их пути чудесным образом попалась ты, полная тезка моей невесты.
- Как они вообще обо мне узнали? – недоумеваю я.
- Случайно. За неделю до свадьбы. Петровские как раз собирались подкупить сотрудников ЗАГСа, чтобы те отсрочили наш с Валерией брак, сославшись на какие-то непреодолимые обстоятельства. Хотели выиграть время, подумать, что делать, а заметили в списках тебя. И план возник спонтанно. Дальше дело техники. Подкупили нотариуса… Нашего, между прочим… - с укором зыркает на отца. – Договорились с ЗАГСом. Директора убедили перенести вашу с Павлом дату свадьбы на наш с Валерией день.
- Да, точно, я удивилась еще тогда. Не понимала, куда Павлик спешит и зачем на два дня раньше назначил свадьбу, - вспоминаю, как судорожно переписывала пригласительные, дергала ателье и договаривалась с парикмахером.
Тогда я считала, что жених по великой любви события торопит. А он просто послушался директора ЗАГСа, подкупленного Петровскими. Даже спорить не стал, потому что ему плевать было. Наоборот, быстрее хотелось штамп получить для выезда за границу.
- Какой к черту «Павлик»? – доносится глухое рычание, а следом чувствую шлепок по бедру.
Потираю ногу и обиженно надуваю губы. Но стоит лишь встретиться со злым взглядом мужа, наполненным черной ревностью, как я ойкаю тихонько и улыбаюсь как можно милее. Вырвалось. Привыкла бывшего жениха называть так. А после его предательства ласковое обращение превратилось в оскорбление. «Павлик» - это диагноз. Клеймо. Приговор в суде, после которого должно следовать пожизненное заключение.
- Павлик? – сдавленно сипит мама, хватаясь за сердце. И я покрываюсь холодным потом, предвкушая близкую смерть. – Ты что, за того придурка замуж собиралась? – разочарованно выдыхает.
Она всегда была против. Как оказалось, не зря.
Жмусь к Алику в поисках поддержки, а он сияет, победно глядя на мою мать. Конечно, по сравнению с Павликом даже бандит Туманов ей кажется прекрасным принцем. Из двух зол, как говорится…
- Нет, мое сердце не выдержит таких откровений, - мать поднимается из-за стола, но тут же садится на место. – Впрочем, я дослушаю. Хочу знать обо всех приключениях своей непутевой дочери, - впивается в меня гневным взглядом, а я прячусь за мужа.
- Расчет Петровских был гениальным, - после паузы продолжает он. – Расписав меня с другой Кузнецовой, они бы сразу убили двух зайцев. Во-первых, рассорили бы меня с Валерией. А значит, Стас получил бы фору для ее соблазнения. Во-вторых, надавили бы на тебя, заставив оформить развод и переписать на них половину нашего имущества. Но просчитались дважды. С Валерией мы спокойно поговорили, и она хоть и не сразу, но все же поняла ситуацию. А ты… сбежала. И спряталась у нас под боком. Такого исхода не ожидал никто, даже мы с папой, - переглядывается с Ильей и издает тихий смешок.
- Я случайно, - в очередной раз повторяю, и Тумановы смеются, не таясь.
Хлопаю мужа по плечу и возмущенно складываю руки на груди. Но ласковое: «Беда» - и легкий примирительный поцелуй заставляют меня мгновенно растаять. Не могу долго злиться на мужа, хоть он порой невыносим!
- Что было дальше, ты в курсе, - подходит к завершению разговора Алик. – Петровские искали тебя в общаге, в пригороде у родителей. Впрочем, как и мы. Даже вышли на ателье, где ты покупала ткани. Пытались выманить тебя через Павла, манипулируя чувствами.
- Не было у меня никаких чувств к предателю, - спорю я, и мужу нравится мой ответ.
- Эти игры в кошки-мышки продолжались бы бесконечно. Но ты ускорила процесс, сбежав со Стасей. И усложнила.
- А что теперь с Петровскими и их подельниками? – интересует мой папа, беспокоясь обо мне.
- Нотариус за решеткой, Павла мы припугнули, потому что по закону ему предъявить нечего. Но близко он к тебе не подойдет, - опасно произносит Алик, обращаясь ко мне. Надеюсь, бывший жених выжил после встречи с ревнивым мужем. – Стаса отец отмазал, как и ожидалось, и отправил за границу, якобы «на учебу». Нотариус всю вину взял на себя, мол, он сам аферу продумал и воплотил в реальность. Чушь, конечно, но за отдельную плату суд охотно принял этот вариант. Директор ЗАГСа уволен, оштрафован, сотрудники привлечены к ответственности.
- Однако старший Петровский все еще несет угрозу? – резонно отмечает отец.
- К сожалению, да. И эта борьба будет всегда, - честно выдает Алик. – Но теперь я рядом с Лерой на законных основаниях, мне не надо улетать куда-то или отвлекаться на решение проблем, так что я не дам ее в обиду. К тому же, мы стали сильнее, когда официально заручились поддержкой Кузнецовых.
- Каких из… - наносит удар мама. И чем-то в этот момент меня напоминает. Я тоже ревностно относилась к своему «дублю».
- Надеюсь, что всех, - обворожительно улыбается Туманов, обезоруживая тещу.
- В Италии у нас друзья Кузнецовы, - приходит на помощь сыну Илья. – А здесь родственники. И пусть кто попробует наших близких тронуть.
- Уговорили, новые… родственники, - специально заикается, будто в последний момент выражение «новые русские» заменила. Если мама шутит, значит, все в порядке.
Я расслабленно откидываюсь на спинку стула, где меня уже поджидает рука Алика. Обнимает, поддерживает, дарит ощущение уюта и защищенности.
- Забирайте, так уж и быть, - кивает на меня папа. – Теперь она ваша проблема.
Мой возмущенный вздох тонет в добром смехе родственников. И звоне бокалов.
- Наша-наша, - довольно рокочет муж и нежно целует меня в висок. – Никому не отдадим.