ГЛАВА 13

Гильдия золотых драконов

Конер в бешенстве шел по длинному нескончаемому коридору, направляясь в приемную залу, где находились настоящие наследники золотой гильдии, выбранные солодеей правды на празднике золотых драконов. Оказалось, что его невеста вовсе не та, за кого ее принимали, и она никак не может быть связана с пророчеством.

Нет, наследница — Валенсия, неизвестно откуда взявшаяся, и теперь ему послали приглашение явиться сюда и переговорить по поводу изменения имени невесты в брачном договоре. Проклятье. Никогда! Он сделал выбор, и ему безразлично на их бумажки и все остальное.

Мужчина яростно сжимал руки, представляя лицо любимой женщины, которую наверняка весьма обрадовала оглушительная новость. Еще бы, теперь Ларисинья счастлива, избавившись от него, и несомненно захочет скрыться от всех драконов подальше. Не получится! Она только его! А адское пророчество, связанное с новой расой серебряных драконов, пусть отправляется к Нору. Плевать он хотел на все сказания и запреты.

Зарычал от бешенства, и с силой открыл двухстворчатые двери, вылитые из золота, и закрытые с двух сторон кованым железом, отчего они со стуком ударились и все внимание оборотней, находящихся в помещении, было обращено на него. Но мужчине было все равно, он кипел от злости, пребывая в нескольких секундах от перевоплощения в дракона.

Наследник черных драконов мгновенно определил сильных хищников высшего ранга и направился к ним. Почему здесь присутствует верховный кардинал? Конера лишь на секунду заинтересовал этот вопрос, но он тут же забыл о нем, когда встретился с взглядом со светловолосым мощным мужчиной, с интересом смотрящий на него. Оборотень решил сразу перейти к делу, и грозно прорычал:

— Я Конер, наследник черной гильдии. Что за бред с сестрами? Моя пара — Ларисинья!

Высказав все за раз, мужчина окинул придирчивым взглядом огромный роскошный зал с высокими потолками и хрустальными трехъярусными люстрами, высматривая ту, что открыто пренебрегала им в надежде избавиться. Теперь она получила то, о чем открыто мечтала. Он должен жениться на другой, но как бы не так! Ему нужна только эта своенравная златовласка.

Светловолосый оборотень, к которому он обращался, недовольно нахмурился, и хладнокровно произнес:

— Уже нет! Я наследник золотых драконов, Алекс, а это моя сестра, Валенсия, и договор наших отцов направлен на осуществление пророчества. Вы обязаны пожениться… через месяц.

Конер посмотрел на милую девушку в золотом платье, и на секунду у него возникла мысль, что он ее видел. А где именно? Судя по тому, как бесился его зверь, он обязательно вспомнит, а сейчас важно совсем другое:

— Мне плевать! Я хочу Ларисинью в жены! — возмутился Конер, не контролирую себя. Его раздражали все присутствующие в зале и вся эта ситуация.

Почувствовал нежный аромат дикой земляники, и тут же повернулся, встречаясь с разъяренным взглядом голубых бездонных глаз.

— Обойдешься! — прорычала в бешенстве светловолосая изящная драконица в лиловом платье, закрытом и очень строгом, выступая вперед. — Теперь можешь свои желания запихнуть…

Увидел ее, рассерженную, с горящими глазами, моментально испытал жгучее невыносимое желание, но слова девчонки, отрезвили, и дракон мигом очутился рядом, нависая над ней всем телом, не давая девушке договорить. Обойдется без продолжения…

— Ни за что! Ты — моя! — заревел наследник черных драконов.

— Тебя не спрашивают, ящер, — прошипела ему в лицо Ларисинья, почти соприкасаясь с ним, отчего у него руки зачесались дернуть ее на себя, и показать ей как она не права.

— Успокойтесь! — рявкнул наследник, поражаясь строптивости двоюродной сестры, которую считал нежной и милой девушкой. А оказывается, драконица с характером, а наследник явно неровно дышит к ней, но от пророчества никуда не уйдешь. Его сестренка, с которой он совсем недавно познакомился, испытывая изначально только нежные родственные чувства, и как сегодня оказалось, это действительно, правда, они родные брат и сестра, обязана выйти замуж за наследника черной гильдии. Но Конер — тяжелый случай, что не оставляет сомнений. Уж очень категорично он настроен против пророчества и женитьбы на любой девушке, кроме Ларисиньи. Как бы не было проблем.

Верховный кардинал скучающе смотрел на происходящее в зале, поглядывая на нежную Валенсию, с удивлением поглядывающей на черного дракона, что Девила, невозможно взбесило, и через полчаса ругани, воплей и огня, кардинал решил, что всем дал наговориться, и тихо, но очень ощутимо для всех прорычал, что пророчество очень важно. Конечно, ему было плевать на него, но его светлая девочка погибнет, если не играть по правилам шариньи. Временно все примут то, что он скажет, усвоив это как неизбежное и должное.

— Я не согласен с таким решением! — рявкнул черный дракон, не отодвигаясь от золотой драконицы, дрожащей от его близости. Это его еще больше разозлило, и он утробно прорычал, давая понять строптивице, что чувствует ее состояние.

Ларисинья с презрением посмотрела на бывшего жениха, а потом мило улыбнулась золотому наследнику, отчего Конер готов был сорваться и бросить вызов Алексу.

— А я была не согласна, как только увидела тебя, чудовище! Но всем плевать было. Так что получай ответ, милый, — процедила она, испытывая радость, что черному дракону сбили спесь.

Наследник черной гильдии посмотрел на Ларисинью, прикидывая в уме, когда лучше украсть наглую девчонку, и немедленно провести обряд свадьбы, пусть и со связанной невестой. Потерпит! Эта маленькая строптивая драконица вытерпит, а потом он с радостью будет извиняться перед ней в постели за свое паскудное отношение. А пророчество… пусть катится к Нору! Кому надо, пускай и женятся. Ему, кроме этой шипящей змейки, никто не нужен.

— Молчать! — свирепо и громко приказал верховный кардинал, не желая слушать крики явно истинной пары, которая может сорвать его планы.

Нужно будет дать Алексу полномочия в том, чтобы временно спрятать девочку от Конера, а потом, когда все произойдет, он даже поможет черному дракону в поисках милой, но не раньше. — Нечего устраивать тут балаган! Все будет так, как говорят Тураны. Пророчество должно свершиться!

Все замолчали, недовольно сопя и слушая Девила. Напряжение нарастало, и все ждали продолжения разбирательства высших драконов. Неожиданно раздалось покашливание, Тарентор вышел вперед и гордо проговорил:

— Тогда я попрошу вас, Конер, отойти от моей дочери, потому что я присматриваю сейчас ей пару, и вы в список претендентов в мужья не входите. Поэтому…

Ларисинья ахнула и одарила отца леденящим оскалом, желая ему исчезнуть к Нору со своей выгодой. Черный дракон резко повернулся к бывшему повелителю золотых драконов, не скрывая желания вызвать это ничтожество на вызов, и снисходительно осмотрел с ног до головы. Но вдруг Ларисинья все же испытывает чувства к своему отцу? Ладно, он пока подождет.

— Посмотрим! — уверенно процедил Конер и тут же пошел к выходу, не сдерживая своей ярости, громко хлопая дверью. Выйдя из дворца, мужчина перекинулся в черного зверя и полетел на территорию снежных гор, думая о своих дальнейших шагах. Ему не нужна наследница. Только его своенравная девочка.

Сколько он отсутствовал, не считал, но возвращался поздней ночью. Приземлившись в саду, он направился к стеклянным дверям и оказался в коридоре главного крыла наследников. Замер, увидев, как Ларисинья быстрым шагом идет из покоев Валенсии. Девушка улыбалась и шла прямо на него. Мужчина мгновенно убрал свой запах, решив пождать свою «невесту».

Драконица подошла очень быстро, и как только поравнялась с той колонной, где стоял мужчина, резко схватил ее за руку, потянув на себя, а второй закрыл рот, чтобы никто не услышал ее возгласов. Конер желал пообщаться с невестой без защитников.

Утащил сопротивляющуюся девчонку в сад и прижал к дереву, резко убирая руку со рта, давая возможность нормально говорить.

— Ты, совсем больной? — прошипела разъяренная девушка, ударяя по его груди.

— Ларисинья, я предлагаю брак. Давай сейчас улетим… — предложил Конер, рассчитывая на понимание, но…

— Нет! Я не хочу. Я всю жизнь мечтала покинуть эту проклятущую клетку.

— Лари, я не буду…

— Я не верю и не желаю слушать. Ты… наследник черных драконов, такой же монстр как твой отец, — процедила она, переживая, что ее надежды рухнут из-за эгоизма этого мужчины.

— Лари…

— А что нет? Разве не он удерживал силу женщину, не являющуюся его истинной парой, чтобы только получить ее тело?! — спросила Лари, продолжая сопротивляться.

— Я не такой! — рыкнул дракон.

— Тогда не дави и не требуй. Теперь я сама решаю, что и как. Я хочу свободы. Мне не нужно богатства и даров. Хочу большего… свободы и быть счастливой. Надеюсь, понятно?

— Я дам тебе это!

— Нет. Не сможешь. Я ненавижу все, что связано с правлением, гильдиями и проклятыми дворцами. Всех вас презираю. Сильные, безжалостные эгоисты, ставящие свои желания выше женских.

— Это твой отец?! Он заставил тебя так думать?

— Вы все такие… Все!

— Я клянусь, ты будешь счастлива со мной во дворце черных драконов.

Ларисинья истерически рассмеялась, и уверенно посмотрев в его глаза, произнесла:

— Ты не понял моих слов, дракон.

— Тогда скажи, что именно ты хочешь.

Вдруг девушка провела по мужской щеке, а потом ласково положила руки на его грудь, отчего Конер замер.

— Нет, ты должен сам понять. А пока…

Ларисинья резко подалась вперед, навстречу мужчине и накрыла его губы в страстном поцелуе, чего в душе так отчаянно желала. Дракон был поражен только на одну секунду, а потом ответил, вцепившись ладонью в ее волосы, зарываясь, а другой рукой прижимая хрупкое нежное тело к своему.

Поцелуй переходил все грани, окончательно отключая разум. Они сходили с ума, как будто это была их последняя ласка, а впереди долгое расстояние. Конер сильнее прижал девушку к дереву и с рвением накинулся губами на тонкую шею, руками поглаживая изящное стройное тело, отчего девушка выгибалась, чувствуя необычайный восторг.

Конер боялся сорваться, его рвало на части от желания, но он боялся причинить ей боль. Оборотень мгновенно положил руки вверх на кору дерева, и хрипло прошептал:

— Не двигайся.

— Почему? — томно выдохнула девушка, желая большего.

— Потому что я сделаю тебя своей. Не контролирую себя.

Слова отрезвили, и Ларисинья замерла, тут же приходя в себя.

— Мне нужно идти, — произнесла она, но, сделав шаг, мужчина перехватил ее руку:

— Лари, я никогда тебя не обижу.

— Пророчество должно произойти. Ты обязан жениться на наследнице золотых драконов. Валенсия будет нежной и доброй женой.

— Не нуждаюсь! Ты — моя пара.

— Нет, это твои мысли, а точно никто не знает.

— Милая, — ласково прохрипел Конер, пытаясь убедить девушку.

Ларисинья прижала свои пальцы к его рту, и прошептала:

— Прощай.

— Завтра пойду к верховному кардиналу, чтобы…

— Ш-ш-ш-ш, — произнесла драконица и, погладив мужчину по щеке, быстро побежала из сада, аправляясь в свою комнату. Как только она открыла дверь, застыла. Перед ней у окна стоял верховный судья, посматривая в сторону сада, откуда наверняка их было видно. Девил повернулся к ней и хищно произнес:

— Я тебе помогу скрыться…

* * *

Гильдия черных драконов

Вердарф лежал на кровати, находясь в бешенстве, что черновая девка не смогла утолить его похоть. Да, уже много лет он не испытывал настоящего удовлетворения, подобному полету.

Ниналия… Мужчина сжал простынь и тут же разорвал, вспомнив свою погибшую жену. Своенравная, бестрашная шла против него на каждом шагу, несмотря на то, что он всячески урезал ее общение с сыном, унижал общением с гуралами, но драконицу волновал только сын, а потом дочь, ради которой она осмелилась бежать и погибла.

Правитель черных драконов свирепо зарычал и встал с кровати. Посмотрел в окно и увидел сына, собирающегося в проклятые земли, чтобы спасти совсем уже сгнившего никтрота. Мужчина не понимал, почему его сын такой сердобольный? Он все детство выбивал эту мерзость из него, все чувства, похожие на доброту, заботу и доверие. Настоящий наследник не смеет растрачивать себя на такие глупости. Только власть и удовольствие, а остальное не имело значения.

Вердарф посмотрел на бумаги, все также валяющиеся на полу, которые сегодня с утра швырнул ему в лицо Конер, заявив, что не женится на Валенсии. Но как бы не так! Он забудет о Ларисиньи. Несомненно. А она…

Да, его тоже удивило, что бывшая своевольная «невеста», ночью удрала бесследно. С учетом, что светловолосая драконица провернула все за час и Конер так и не смог найти и следа. Через час после разговора с ним, своенравная девчонка исчезла.

Конечно, сын был в бешенстве, буйствовал и показал себя во всей красе перед золотыми драконами, а потом перекинулся в дракона и сутки летал, сжигая огнем все, что его раздражало. Счет за погром вышел внушительным. Ну да ладно.

И все же он заставил сына подписать бумаги на брак с Валенсией и они улетели через два дня, после побега светловолосой драконицы. Через несколько часов в их дворце, Конер незамедлительно засобирался в путь, потому что Ревон, за те три дня, что их не было, стал похож на труп.

Вердарф конечно, предложил этому доходяге убраться из его дворца, умирать подальше от его территорий, но Конер опять влез, предупредив, что если он посмеет выгнать Ревона, но и он уйдет, чтобы не жить с таким ничтожеством как он. Неприятно, бешенство преодолело все, и они схватились прямо на глазах у его друга и черновой прислуги.

Что говорить, сын сейчас очень силен, не так как он. Но мужчина не хотел отдавать власть в руки наследника. Нет, его невыносимо бесила только одна мысль об этом, вызывая яростное бешенство.

В дверь постучали, и тут же вошла шаринья, мерзко улыбаясь, считая это улыбкой. Повелитель ненавидел эту тварь, но она делала его сильнее и неуязвимее. Сегодня Гарана странно пахла, также как и Ровен, мерзкой гнилью и отравленной кровью, что ужасно раздражало его обоняние.

— Вердарх, твои силы слабеют и мне нужна твоя кровь.

Мужчина напрягся, чуя подвод. Он, конечно, никому не доверял, но сейчас был на стороже, чувствуя слабые эмоции ведьмы, которые она пыталась скрыть. Страх и надежда. Почему шаринья испытывает такие эмоции, не свойственные колдуньям?

— Зачем? — лениво спросил дракон, испепеляя взглядом.

— Тебе нужна сила.

— Ты думаешь, я слаб? — снисходительно процедил мужчина, сдерживая лютое бешенство.

— Думаю, нет, но все же… Если не желаете, то я…

— Почему же… Приступай.

Женщина кивнула и показала повелителю на кресло. Когда мужчина присел, она взяла у него кровь, проколов вену, и набрав в чашу, а потом довольно произнесла:

— Спасибо. Я сегодня нужна?

Мужчина задумчиво посмотрел на шаринью, с удивлением воспринимая ее эмоции, а потом безэмоционально заметил:

— Ну что ты. Думаю, ты будешь занята самым важным делом, поэтому ступай.

— Хорошо, — произнесла Гарана и, не теряя времени, пошла к себе, не видя, как хищно смотрит на нее Вердарф.

Шаринья несколько раз посмотрела по сторонам и быстрым шагом направилась в свою комнату, чтобы провести обряд, перед этим убедившись, что никого нет. Ведьма вошла в спальню и закрыла ее на засов. Задернула занавески, погружая комнату в темноту. Зажгла свечи и села посреди комнаты, разливая кровь мужчины на пол.

Темные слова мощным вихрем кружились в помещении, ища ту, что должна ответить на зов крови. Мгновение и комнату осветило светлым сиянием. В нем показалась черноволосая девушка на берегу моря, смотря в даль, стоя рядом с драконицей, бывшей женой властелина черных драконов. Они смеялись над чем-то, но картинка не воспроизводила звук. И тут к женщине подбежала маленькую девочка, точная копия Ниналии, поцеловав ее в щеку. Через время они пошли в противоположную сторону от моря, а на встречу им вышел огромный оборотень с длинными черными волосами, к которому побежала маленькая девочка.

Картина изменилась, и показались дикие территории: непроходимые леса, бескрайнее море и свирепые животные в своей ипостаси. Мутари. Необузданные хищники.

Свечение закрылось и свечи погасли. Шаринья мерзко засмеялась, радуясь, что еще немного и ее сын будет здоров. Осталось совсем недолго и через несколько дней, а именно в ночь полнолуния, она проведет обряд.

Не знала шаринья, что за стеной стоит правитель черных драконов, с ненавистью смотря на женщину в щель, проделанную еще его предками в каждой спальне, ожидающих от родных и гостей подвоха и предательства, проделав тайные ходы к комнатам. И сейчас… Вердарф увидел свою «погибшую» жену и, судя по обряду, дочь по крови, которая должна быть мертва, а также ребенка его жены, посмевшей пойти на связь с другим.

Как связана шаринья и обман, в который он поверил, мужчина не знал. Но был уверен в одном, он вернет свою жену и возможно дочь, чтобы иметь козырь для шантажа, а остальных, включая ребенка, беспощадно уничтожит, чтобы не напоминать себе о предательстве Ниналии.

Последний раз посмотрел на шаринью, убиравшей свечи на полку комода, и что-то шепчущей про себя, и пошел по потайному ходу в свои покои. Ему многое нужно сделать, а главное все продумать, чтобы действовать наверняка.