Дневник и аватарка

Мысли автора. Поздняя осень. За окном – серое московское утро. Скорее по привычке, чем с надеждой, захожу на до боли знакомую страничку. Твой ник, как всегда, неактивен, в правом нижнем углу горит унылый жёлтый фонарик. Жёлтый цвет стал унылым для меня с тех пор, когда я несколько месяцев назад осознал: всё кончено… А началось всё довольно необычно, во всяком случае, для меня. В середине зимы я зарегистрировался на одном из популярных тематических БДСМ-сайтов. Обладая здравым умом я, не имеющий практических навыков в Теме, но активно читающий, смотрящий и даже пишущий про ЭТО, вёл себя на сайте более-менее скромно. В «друзья» ни к кому не набивался, комментарии если и оставлял, то по минимуму и только в однозначно очевидных ситуациях, дабы не быть высмеянным старожилами сайта – «прожжёнными» тематиками. Опубликовал пару своих рассказов и стихов, поучаствовал в их обсуждении… Тем удивительнее было для меня полученное в один из февральских дней сообщение от незнакомой участницы форума. Всего одна строчка, которая положила начало виртуальным отношениям, на несколько месяцев заполнившим мою жизнь, которые с болью отзываются в моей душе до сих пор… «Аня85. 20 февраля. Привет. У Вас классная аватарка». И всё. Из любопытства я зашёл на страничку этой загадочной Ани. Там не было практически ничего, ни фотографий, ни постов, ни видео. Лишь скупая информация, минимально необходимая при регистрации на сайте: женщина, гетеро, нижняя. Да, ещё возраст – 20 лет. «Молоденькая совсем – сразу подумалось мне, – я её почти на десять лет старше…» Разумеется, из вежливости я поблагодарил её, не забыв поинтересоваться, что именно привлекло её в картинке. Дело в том, что меня в Теме всегда привлекало женское распятие и всё, что с ним связано. За годы блужданий по Сети я насобирал приличную коллекцию графики и, регистрируясь на сайте, я старался в качестве ника и аватарки выбрать именно те, которые бы в большей степени отражали этот мой интерес. Поэтому, прочитав этот отзыв, я уже с надеждой, что нашёл «подругу» по увлечению, начал потихоньку прощупывать девушку на предмет её тематических интересов. Выяснилось, что распятие Анечку интересует только как одно из направлений, а вообще её интересовало всё, что связано с верёвками, подвесами и т.п. Но главным было то, что Аня, в отличие от меня, хронического тематического мечтателя, пыталась сама придумывать себе сценарии и сама же воплощать их в жизнь. Узнал я об этом почти сразу после начала плотной нашей с ней переписки. Вообще, фаза «разгона», если так можно выразиться, от разговоров на общие темы до очень интимных подробностей личной жизни, у нас с Аней пролетела очень быстро. Уже через две недели общения у нас устоялся формат, которого мы придерживались до того самого рокового дня… Но обо всём по порядку. Девушка сразу же отвергла моё предложение её виртуального подчинения с выкладыванием фото- или видеоотчётов. Тогда я «зашёл» с другой стороны. Аня знала, что я немного пишу, в том числе тематические вещи. Я отослал ей «на пробу» несколько своих повестей, которые, вследствие большого объёма, не могли быть опубликованы на сайте. В ответ она стала присылать мне… записи в интимный дневник, в котором описывала свои практики. Они были очень специфичны и не похожи ни на что из того, что раньше встречалось мне на бескрайних просторах Сети. Вообще, как я быстро выяснил, Аня и сама была не совсем обычная девушка. Вернее, таковой была её жизнь. Много болела в детстве, в 7 лет – травма позвоночника, училась второй раз ходить… Это, наверное, и сформировало ту гипероперку со стороны родителей, которую испытывала на себе бедняжка. Причём с годами она, эта опека, не ослабевала, а, наоборот, усиливалась, приобретая всё новые, извращённые формы. Тем удивительнее было, как Аня, находясь под жесточайшим контролем, исхитрилась так организовать те несколько часов относительной свободы, которые выдавались 1-2 раза в неделю, что, пусть в одиночестве, но всё же реализовала себя в Теме. Вообще, как я узнал из нашей переписки, «нехорошие» фантазии стали посещать девушку уже давно. Сначлаа она просто попробовала самосвязывание. С тех пор навыки её в этом совершенствовались, но и фантазии не стояли на месте. Постепенно в них появился эротизм, а позже – и сексуальный партнёр. Я не буду здесь приводить всю нашу переписку. Ввиду скудости инвентаря и времени для реализации, практики, проводимые Аней, во многом повторялись, поэтому я приведу лишь несколько записей, присланных мне, которые позволят оценить, насколько важно для девушки было то, что она делала, описать её ощущения и переживания, которые она доверяла только своему дневнику… и мне. Тогда… ***** Воспоминания Ани. «Аня85. 26 марта. Сегодня в одном рассказе прочитала: «Джейн прошла в комнату и, отрыв ящик комода, достала оттуда блестевшие новенькие кандалы ручной работы – подарок Джейка. Скинув с себя халатик, она надела их и, встав на колени в прихожей, стала ждать прихода своего хозяина, который должен был отвести её в «игровую» комнату, запертую сейчас на ключ…» Тьфу! Какие, нафиг, кандалы? Какая игровая комната? Хоть бы кто-нибудь написал, как ЭТИМ заниматься, когда живешь с родителями в двухкомнатной «хрущёвке», не имея ни денег, ни времени, отчитываясь о каждом своём шаге перед теми же родителями, да ещё и используя только то, что всегда под рукой и не вызовет ни малейшего подозрения? А? Слабо? А вообще, тема интересная – встреча господина дома. Скажем, после работы… Завтра мать дежурит сутки. Наконец-то! Можно будет и попробовать… Сразу после института…» ***** «Аня85. 27 марта. Фух, это было круто. Еле успела убраться к приходу отца. Забыла, что сегодня пятница, и он будет на час раньше. Ещё бы несколько минут, и… даже подумать страшно. Они бы меня с матерью прибили, наверное. Как вспомню, между ног снова всё теплеет… Третья пара закончилась без десяти час. Как обычно, сразу в метро, одна остановка, пятнадцать минут пешком – и я дома. Всё-таки хорошо учиться рядом с домом. Как подумаю, что другие по полтора часа добираются… Домой я влетела уже порядком «заведённая». Ещё бы, полночи проворочалась, придумывая сценарий, потом проёрзала на пАрах… Хорошо, что сегодня на семинаре ничего не спросили, а то бы точно ляпнула что-нибудь… Едва закрыв дверь, сразу отзвонилась матери на работу. Пусть сразу узнает, что «всё нормально», а то потом, как всегда, позвонит в самый неподходящий момент… Трясти начало ещё по выходе из института, как только мартовский ветерок обдал кожу лица и пробрался под юбку. Резко захотелось в туалет, хотя только что сходила перед выходом. Домой почти бежала. Обедать даже не пыталась – кусок в горло не лез, все мысли были только о предстоящем. Стянув сапоги и скинув куртку, сразу побежала к шкафу и достала свой заветный пакет с «девайсами»… ***** Комментарии автора. Здесь я ненадолго прерву запись и поясню. Аня, начав практиковать, быстро поняла, что ей, для более-менее полноценных ощущений, нужны хотя бы подобия этих самых «девайсов». Фантазия у девочки работала ого-го, соображалка – тоже, и вот уже в дело пошли старые потёртые ремни отца, материны ремешки и пояса от платьев, ремни с карабинами от старых сумок, которые уже давно выкинули или не использовали, обрезки бельевой верёвки, старые мамины чёрные колготки… Всё это собиралось годами и хранилось в пакете в самом дальнем углу шкафа. Если кто найдёт – ничего страшного, просто старый хлам, который забыли выкинуть при ремонте. Никакого риска. ***** Воспоминания Ани. «…В квартире тепло, но от возбуждения меня трясёт ещё больше. Сходила в туалет – не помогает. Трясёт не по детски. Включила все четыре комфорки на плите, поставила один обогреватель в коридор, второй – в комнату. Залезла с ногами на диван, укуталась в плед. Тепло потихоньку вернулось, дрожь прошла. Глянула на часы. Ого, уже два. Надо было срочно начинать: фантазия новая, на сколько растянется – неизвестно… Разделась догола. Привычно вытряхнула содержимое пакета на диван. Взяла со стула свой халатик для ванной и надела на голое тело. Сложенные пополам чёрные колготки – отличная повязка на глаза. Завязала и… Фантазии Ани. «Итак, я – «нижняя», живу в современном городе. Сижу дома, приготовила ужин, убралась по хозяйству. Из одежды на мне только коротенький халатик, на ношение белья – запрет моего Господина. На мобильный приходит СМС. Господин сообщает, что скоро будет дома. Я должна подготовиться к его приходу…» Воспоминания Ани. Сдвинула на лоб повязку с глаз, встала и скинула с себя халатик. Взяла бывший отцовский ремень от джинсов. Он самый широкий из тех, что есть. Я всегда его использую в качестве ошейника. Привычно обернула им шею и застегнула под подбородком. Свободный конец свисает свободно между грудей и достает до самого лобка. Возбуждение снова возвращается дрожью и «гусиной» кожей по всему телу. Теперь ноги. Мамин широкий ремень от плаща многократно обвил левую щиколотку, оставшийся короткий конец продет в пряжку и застёгивается. С помощью другого ремня со второй ногой проделала то же самое. Взяла ремень от сумки с карабинами на концах и зацепила за пряжки ремней. Всё, ноги готовы. Теперь руки. Здесь немного сложнее, но я уже давно приноровилась. Одной рукой обмотала запястья, продела кончик в пряжку, а затянула зубами. Соединила руки таким же ремнём с карабинами. Всё. Я готова. Посмотрела на себя издалека в зеркало (близко ног не будет видно), и возбудилась ещё больше. Прошла в коридор, встала на колени и снова надвинула повязку на глаза. Фантазии Ани. «…В ошейнике с поводком, в ручных и ножных кандалах, я опускаюсь на колени. Сажусь на пятки, колени раздвигаю максимально широко. Я должна быть полностью открыта перед моим Господином. Руки кладу на бёдра и замираю в ожидании. Проходит время, и в двери поворачивается ключ. Входит мой Господин. Я приветствую его, не поднимая глаз. Он подходит ко мне, берёт за подбородок, поднимает мне голову и смотрит в глаза. Затем берёт в руку поводок и поднимает меня, чтобы вести на кухню…» Воспоминания Ани. Снова сдвинула повязку с глаз, встала с колен, правой рукой взялась за свободный конец ремня, свисающий с шеи, и сама себя повела на кухню. Расставила на кухонном столе тарелки и чашки, потом снова опустилась на колени около стены и надвинула повязку на глаза. Фантазии Ани. «…Подав Господину ужин, я, по его команде, опускаюсь на колени, снова разведя ноги максимально широко. Господин приказывает заложить мне руки за голову, я немедленно выполняю. Смотрю в пол, но точно знаю, что мой Господин сейчас смотрит на меня. Представляю, как он любуется мной, и это возбуждает меня всё сильнее и сильнее… Наконец, он позволяет мне встать с колен и убрать со стола…» Воспоминания Ани. Я сдвинула повязку с глаз, встала, собрала и сложила тарелки и чашки в мойку. Включила воду, начала мыть… Фантазии Ани. «…В этот момент Господин подходит ко мне сзади, прижимается ко мне всем телом. Его ладони обхватывают и начинают мять мои груди…» Воспоминания Ани. Сдвинула повязку на глаза, прижалась к мойке, сжала ладонями груди… Терпеть почти не было сил, хотелось привычно довести себя до оргазма пальцами правой руки, но я знала, что если доиграю до конца, то разрядка будет намного мощнее. И я продолжила… Фантазии Ани. «Господин отстраняется и приказывает мне подойти к углу стола. Я уже в нетерпении, вся дрожу от предвкушения того, что будет дальше. Он приказывает мне расставить ноги максимально широко. С радостью повинуюсь…» Воспоминания Ани. Чёрт! Вспомнила, что забыла принести верёвку из комнаты. Быстро туда, схватила из кучи несколько обрезков и назад. Встала с единственного свободного угла стола. Присела. Привязала один конец верёвки к ножке стола, другой – к пряжке ремня на щиколотке левой ноги. Потом то же самое проделала с правой. Выпрямилась. При этом почувствовала, как холодком обдувает давно намокшие, раскрытые теперь половые губки. Хотелось кончить немедленно, но стерпела… Теперь руки. Завязала узелок верёвки на пряжке ремня на левом запястье. Аккуратно наклонилась вперёд. Завела верёвку за стояк отопления, который проходит между стеной и столом, перехватила правой и передала в левую руку. Надвинула повязку. Взяла конец верёвки в правую руку и начала просто наматывать конец круговыми движениями на ладонь, пока верёвка не выбрала слабину. Всё, я готова… Фантазии Ани. «…Господин снимает с меня цепи. Ноги привязывает к ножкам стола. Затем он приказывает лечь на стол животом. Я повинуюсь и с дрожью во всём теле ощущаю прохладу скатерти. Мои вытянутые вперёд руки также привязываются к столу. Я не могу сдвинуться с места, не могу даже повернуть голову и посмотреть, что там у меня сзади происходит. Но это только заводит ещё больше. Я знаю, что из-за прогнувшейся спины моя попка аппетитно торчит кверху, а широко раздвинутые ножки отрывают взору моего Господина обе мои дырочки… Я слышу, как он расстёгивает ремень на брюках. Что он задумал? Выпорет меня? Или сразу войдёт? И куда? В попку или… О-оо… Его член касается ложбинки между моими ягодицами. Ещё секунда – и он резко входит во влагалище, буквально вдавив мой лобок в острый угол стола…» Воспоминания Ани. Начала двигаться взад-вперёд, изображая движения насаживаемой на член женщины. При этом старалась тереться клитором об угол стола. Соски сами трутся о скатерть… Но сколько раз пыталась, кончить от этого так и не смогла. Фантазии Ани. «…Толчки становятся всё интенсивнее, я ощущаю, как член Господина расширяется, и вот он уже заполняет меня изнутри… Оргазм накрывает меня, я кричу…» Воспоминания Ани. Всё, больше не могу! Быстро размотала правую руку, чуть приподнялась, просунула её себе между ног и через минуту бурно кончила. Потом полежала так ещё несколько минут, остывая, желая продлить пережитые ощущения ещё хоть на чуть-чуть… Сдвинула повязку с глаз… О, чёрт! Уже четыре часа! Сегодня же пятница, отец раньше с работы приходит! Он уже минут через 15 может быть здесь, а у меня тут полный бордель! Сползла вниз со стола, начала лихорадочно отвязывать ноги. Чёрт, узлы затянулись… Не поднимаясь, пошарила рукой по столу и нашла маленький картофельный ножик. Перерезала верёвки, бросилась в комнату. Размотала ремни, сдернула со лба повязку, быстро засунула всё в пакет и запихнула его в шкаф. Начала быстро одеваться: трусы, лифчик, носки, джинсы, свитер… Услышала, как ключ начал поворачиваться в замке… Пулей влетела в свою комнату и включила комп… Успела…» ***** «Аня85. 13 апреля. Сегодня пришлось ехать вечером к матери на работу. Она для меня там в обеденный перерыв в Стокмане пальто присмотрела на распродаже. Встретились на «Маяковской» в начале седьмого. Пошли, померили, купили… Хотела сразу домой, но мать заставила подняться к ней в диспетчерскую и выпить чаю «на дорожку». Поднялись на пятый этаж, посидели… Вдруг ей захотелось показать мне кабинет министра… В тишине широких пустых коридоров гулко многократно отражались наши шаги. Мы прошли в другое крыло здания, и, открыв массивную дверь, попали сначала в приёмную, а потом и в кабинет. Ну, что, кабинет как кабинет. Ничего особенного. Дорогая мебель, отделка, большой телек… Кого этим сейчас удивишь? Вон, я читала, у главы «Евросети» пол в кабинете заламинирован настоящими двухсотевровыми купюрами. Вот это я понимаю! Но вот что мне действительно показалось любопытным, так это маленькая потайная комната в дальнем углу. Там, за дверью, на нескольких квадратных метрах, стояли холодильник, узкий двустворчатый шкаф для одежды, маленькая навесная полочка, приютившая десяток рюмок и фужеров. На ней же красовались несколько бутылок элитного алкоголя. А ещё в ней была крохотная раковина. Я такой маленькой никогда не видела…. Всю обратную дорогу в метро, а позже уже дома, в своей постели, у меня не выходила из головы эта маленькая комната… И, кажется, я придумала кое-что новенькое… ***** «Аня85.17 апреля. На этой неделе повезло дважды. Во-первых, два дежурства матери в будни на неделе – это подарок, а во-вторых, у меня новая фантазия, которую я сегодня так обалденно сыграла! Теперь по порядку. После трёх пар в институте – пулей домой. На улице наконец-то весна, тепло, Солнышко… Колбасить не колбасило, но есть всё равно не стала: снова пятница, значит, опять времени мало. Сделала обязательный «дежурный» звонок матери. Сказала, что ночью не сомкнула глаз и хочу немного поспать. Достала заветный пакет из шкафа. Ремешок мне понадобился только один, зато верёвок нужно было несколько, причём одна длинная. Ещё повязка и… табуретка с кухни. Да, ещё ножницы и широкий непрозрачный скотч. Одета я уже соответственно теме: классические бежевые пиджак, юбка, белая блузка, колготки телесного цвета… Единственное, на перемене в туалете переодела трусы: вместо своих обычных надела старые, малые, которые носила ещё классе в седьмом. Это их «последний день», но об этом позже… Накануне соврала матери, что буду делать доклад на кафедре и нужно выглядеть, как следует. Кстати, костюм этот я раньше ненавидела. Мать купила мне его… на выпускной в школу! Типа, вечернее платье на один раз, а костюм и потом пригодится… Все в платьях были, а я, как дура, в пиджаке! Впрочем, всё равно она меня сразу после официальной части домой забрала. «Нечего приличной девушке в этой пьяной оргии участвовать! Мало ли что может случиться!» Это она про выпускной… Ладно, проехали… Оделась по деловому я с утра, чтобы, что называется, «вжиться в образ», чем и занималась на парах. На вопросы, чего так вырядилась, соврала, что сразу после занятий еду на работу устраиваться. Вроде, поверили, отстали… Итак, надела повязку на глаза и… Фантазии Ани. «Я – молодой специалист коммерческого банка. Операционистка, короче. Приняли меня туда по рекомендации маминого друга. Не прошло и двух недель после начала моей там работы, как я крупно облажалась: выдала деньги не с того счёта клиенту. Как узнала – сразу в слёзы. Как возмещать? А если мама узнает, что я её так подвела? Посоветовали записаться на прием к Управляющему. Назначили на 9 утра… Как только я вошла в его кабинет, он, не предлагая мне присесть, сразу начал говорить сам. Что он в курсе и что за ошибки надо платить. Я говорю, что денег таких у меня нет. Он спрашивает, на что я готова, чтобы «загладить» вину. Я сразу понимаю, на что он намекает. Я уже всю ночь морально к этому готовилась. Говорю, что на всё. Он подходит ко мне, берёт за подбородок, поднимает лицо, смотрит в глаза. Переспрашивает ещё раз, точно ли на всё. Я киваю. Он идёт к двери и запирает её на ключ. После этого возвращается к столу, садится в кресло и приказывает мне раздеться догола. Я покорно начинаю…» Воспоминания Ани. Я встала и, не сдвигая с глаз повязки, начала раздеваться. Оставшись в одних трусиках, выпрямилась и прикрыла груди, обхватив их руками. Малые трусики давно намокли и сейчас, обтягивая половые губки, приятно холодили, вызывая привычную уже дрожь… Фантазии Ани. «…Я стою перед Управляющим в одних трусиках, прикрывая груди руками. Он недоволен, спрашивает, почему я остановилась. Я отвечаю, что никогда раньше не раздевалась перед мужчинами. Он спрашивает, девственница ли я. Утвердительно киваю. Он широко улыбается. В этот момент звонит телефон. Секретарша по громкой связи напоминает, что до начала совещания 15 минут. Управляющий поднимается и приказывает мне поднять с пола свою одежду. Приседаю, на секунду отрываю руки от грудей и, собрав всё в охапку, выпрямляюсь, прижимая комок к телу. Он жестом даёт мне знак, и я босиком шлёпаю за ним по паркету в дальний угол кабинета. Оказывается, там есть маленькая потайная дверь. Открыв её, Управляющий пропускает меня вперёд. Едва я вхожу в комнату… «А-ах…» – рот открывается на вдохе, глаза расширяются от ужаса, одежда падает из рук… Это настоящая комната пыток! Чего в ней только нет! Косой крест, колодки, кровать с балдахином, с которого свисают цепи, и много чего другого, названия чему я просто не знаю…С потолка свисают цепи, верёвки, на небольшом выкатном столике разложены, как инструменты перед операцией, какие-то предметы… Придя в себя и поняв, что стою перед Управляющим с обнажённой грудью, снова прикрываю её руками. Он окриком приказывает мне вытянуть руки вперёд. Подчиняюсь…» Воспоминания Ани. Взяла верёвки, ремешок и подошла к балконной двери. Табуретка уже здесь, ножницы лежат с краю, на подоконнике. Взяв приготовленную заранее полоску широкого скотча, заклеила им себе рот. Обмотала сложенную вдвое верёвку вокруг талии, чуть выше края трусиков. Завязала узел, перевернула за спину. Продела верёвку между ног. Наложила аккуратно поверх трусиков, так, чтобы легла точно между половых губок. Натянула, что есть силы, завязала узел чуть ниже пупка. Взяла ремешок, присела и стянула им вместе ноги на щиколотках. Настала очередь двух верёвок, одной длинной, другой покороче. Сделала на каждой из них небольшую петельку под руку. Аккуратно, чтобы не грохнуться, перебросила обе верёвки через штырь, вделанный сверху в дверь. Он нужен, чтобы дверь, открываясь, не ударялась о стену комнаты. Взяла ещё одну верёвку и привязала к этому штырю, другой её конец пропустила под верёвкой на талии. Встала на цыпочки, натянула верёвку что есть сил и завязала узел. Подняла левую руку наверх, просунула в петлю на короткой верёвке и затянула узел правой рукой. Надвинула повязку на глаза. Подняла правую руку, на ощупь нашла свободный конец короткой верёвки и наматывала его на ладонь до тех пор, пока, вытянувшись в струнку, не встала вплотную к дверному стеклу, уперевшись в него грудью. Получилось именно так, как я и хотела: основной вес тела пришёлся именно на верёвку, проходящую между ног, а не на ту, что удерживает руки над головой. Всё, можно продолжать… Фантазии Ани. «…Управляющий быстро связывает мне руки на запястьях. Потом он берёт один из свисающих с потолка концов верёвки и привязывает мои руки к нему. Потянув за другой конец, он поднимает их над головой. После этого, взяв ещё один моток, быстро и ловко опоясывает меня, и, пропустив верёвку между ног, крепко затягивает её. Раздвигая через трусики половые губки, верёвка врезается в промежность. От неожиданности я громко ойкаю. Управляющий смотрит на меня несколько секунд, потом берёт со столика клейкую ленту и, отрезав полоску, заклеивает мне рот. Затем он приседает и связывает мне ноги на уровне щиколоток. Выпрямившись, он берёт ещё один конец, свисающий с потолка, и продевает его под верёвкой на моей талии. Резким движением он тянет верёвку наверх. Я издаю стон сквозь соединённые скотчем губы и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы хоть как то смягчить боль от впившейся в промежность верёвки. Управляющий завязывает последний узел мне на поясе и, отойдя на несколько шагов, внимательно меня рассматривает. Потом подходит, берёт со столика чёрную повязку и надевает мне на глазах. Он мнёт мою грудь, хлопает по ягодицам и… уходит. Я слышу, как поворачивается в замке ключ, и я остаюсь в полной тишине…» Воспоминания Ани. Стояла, танцуя на пальчиках ног. Верёвка больно врезалась в промежность, натирая половые губки и клитор. Мокрая ткань трусиков нисколько не облегчала, а, наоборот, усиливала мои страдания. Балконное стекло холодное. На улице казалось тепло, а теперь холод от двери через напряжённые соски только усиливал дрожь от возбуждения. Начало трясти, стоять на мысочках всё труднее… Вдруг всё внутри у меня сжалось от страха! Балкон не застеклён, и из дома напротив, должно быть, хорошо видно, как голая девушка извивается у балконной двери. Первая мысль – всё бросить! Но потом я успокоила себя, что большинство сейчас на работе, да и вряд ли кто-нибудь сегодня тратит время, вглядываясь в окна домов. Так, наверное, бросают взгляд между делом иногда… Успокоившись, снова погрузилась в фантазию… Фантазии Ани. «…Окружавшая меня тишина была недолгой. В кабинет Управляющего стали входить люди. Вскоре началось совещание. Слышимость была не очень, я могла разобрать лишь отдельные фразы, но всё равно сама мысль, что я могу быть услышана, а, значит, обнаружена, заставила замереть от страха. Я не то, что стонать, даже дышать старалась через раз, да и то неполной грудью. Саднили натёртые верёвкой промежность и половые губки, от напряжения судорогой сводило ноги, по всему телу выступила испарина. Стоя на цыпочках, в полуподвесе, в темноте, почти голой, связанной, я пыталась представить, что меня ждёт дальше. Вернее, не ЧТО, это было и так понятно, а КАК, и даже С КЕМ! Раз у него здесь так всё оборудовано, значит, всё со мной было подстроено. Совещание когда-нибудь закончится, и что Управляющий будет со мной делать, знает только он. А, может, и не только он… Вдруг их будет двое, и даже трое?.. И что остальные будут делать, просто смотреть или участвовать?.. Все сразу или по очереди?.. Идя сегодня на приём, я не исключала того, что именно сегодня, именно в этом кабинете мне суждено лишиться девственности. Другое дело, я представляла, что это произойдёт на диване, на рабочем столе, в крайнем случае, на полу. Но чтобы вот так… Из полузабытья меня вывел звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. Я вся сжалась, ожидая продолжения…» Воспоминания Ани. Пришлось срочно «идти» дальше. Я уже почти не опиралась на ноги, а полностью повисла на верёвке. Было нестерпимо больно между ног, и я вдруг серьёзно испугалась что-нибудь себе ТАМ «передавить». К тому же, я вдруг подумала, что штырь балконной двери не рассчитан на такую нагрузку и может вырваться «с мясом». Быстро размотала правую руку и, схватив ножницы, перерезала так измучившую меня верёвку… Фантазии Ани. «…Кто-то подошёл ко мне. Помял груди, потрогал мои натёртые половые губки через мокрые трусики. Да, я намокла от возбуждения. Вдруг что-то холодное касается моего бедра. Я вздрагиваю. Холодная сталь продолжает движение по моему разгорячённому телу. Я извиваюсь, доставляя себе, уже почти обессилевшей от напряжения, дополнительные страдания. Вдруг раздаётся щелчок, и мои пятки опускаются на пол. Это неизвестный перерезал верёвку, так долго терзавшую моё девичье лоно. Какое облегчение…» Воспоминания Ани. Продолжила. Села на табуретку. Развязала узелок и сняла верёвку, удерживавшую мои руки на весу. Нагнулась, развязала ноги. Привстала, придвинула табурет поближе к балконной двери. Села и снова связала ноги, но уже крест-накрест, и теперь уже верёвкой. Развязала и сняла верёвку с пояса. Повернулась боком к двери, ухватилась за балконную ручку, и, рывком подняв связанные ноги вверх, опустила их на подоконник. Ноги при этом сами разошлись коленками в стороны, образовав кольцо, будто приглашающее внутрь себя… Настал черёд длинной верёвки с петлёй, которая до этого времени болталась без дела. Аккуратно, чтобы не грохнуться с табуретки, подняла левую руку наверх, просунула в петлю и затянула правой рукой. Надвинула повязку на глаза, подняла правую руку вверх, на ощупь нашла свисающий конец верёвки и сделала несколько витков на ладони. Много делать не стала, скоро рука снова понадобилась… Фантазии Ани. «…Мне снимают повязку с глаз… Фу-ух, слава тебе, это сам Управляющий, и он в комнате один. Несколькими движениями он срезает все верёвки у меня между ног и на талии, потом приседает и начинает развязывать мои ноги… Я уже вновь начинаю думать, что ВСЁ произойдёт на диване, и вдруг вижу, как он, скрестив их, снова связывает. А через мгновение я уже и думать не знаю что: Управляющий резко поднимается, увлекая за собой и мои ноги. Я повисаю на одних руках, издавая сквозь сжатые губы стон боли. Не обращая на него внимание, Управляющий ловит свободно свисающий конец ещё одной верёвки и привязывает к нему мои ноги. Всё. Я вишу «уголком», при этом мои ноги чуть разошлись в стороны. Он обходит вокруг меня. Затем вновь берёт в руку ножницы…» Воспоминания Ани. Осторожно размотала верёвку на правой руке. Взяла ножницы и аккуратно, с двух сторон, срезала с себя трусики. Подцепив ногтями, собралась с духом и резко оторвала скотч с губ. Больно. Вскрикнула. Раздвинула колени максимально широко и начала покачиваться взад-вперёд, имитируя насаживание на член. Фантазии Ани. «…Управляющий подцепляет на мне трусики двумя пальцами и разрезает их в промежности. Пальцем слегка массирует клитор. Натёртый и саднящий, тот моментально отзывается на прикосновение, накатывая на меня новую, нестерпимую волну возбуждения. Я откидываю голову между рук назад и издаю стон. Управляющий надрезает трусики и резким движением срывает их с меня. Он отходит от меня. Я его не вижу, но слышу шорохи и звуки, которые подсказывают мне, что он раздевается. Через минуту Управляющий снова подходит ко мне, уже абсолютно голый, обхватив ладонью свой восставший член. Затем он приседает, и я чувствую его дыхание у себя между ножек. Он почти тычется носом в мои половые губки. Начинает выпрямляться, раздвигая плечами мои ноги. Связанные, они скользят по его спине и останавливаются, только обхватив его чуть выше ягодиц. Я чувствую его член, лежащий у меня на лобке. Он подносит руку к моему лицу и резко отрывает скотч. Я вскрикиваю от этой боли, но уже через несколько секунд забываю о ней. Чуть присев, Управляющий направляет член между моих половых губок, и, резко выпрямившись, буквально вгоняет его в меня. Я снова вскрикиваю, но уже по другому… Всё, я стала женщиной…» Воспоминания Ани. Больше не смогла терпеть, размотала правую ладонь. Едва коснувшись пальцами клитора, поняла, что немного перестаралась, и верёвка слишком его натёрла. Сжав зубы, с остервенением начала массировать ТАМ у себя и через пару минут кончила, при этом чудом успев ухватиться за дверную балконную ручку, чтобы, качнувшись, не грохнуться с табуретки…» ***** «Аня85. 12 мая. «Меня с недавних пор заинтересовала тема запрета на ношение «нижней» белья. Раньше всегда «заводило», если я могла надеть на себя маленькие, лучше детские, трусики. Но вчера, посмотрев втихаря «Историю О» и её продолжение, я решила попробовать. Прямо завтра, в институте.» ***** «Аня85.13мая. «Никакого эффекта, да ещё и чуть не «спалилась»! Хотя, я думаю, всё дело в джинсах. После первой пары зашла в туалет, сняла свои трусы и спрятала в сумку. Отсутствие их под джинсами не ощущалось практически сразу, а когда на третьей паре я еле-еле выпросила себе тройку по «вышке», да ещё узнала, что мне «завалили» курсовую по технике, так и вообще об этом думать забыла. Пришла домой, кинула сумку в коридоре, стянула с ног кроссовки и пошла в комнату переодеваться. А там мать как раз убиралась. И только когда я расстегнула молнию на джинсах, с ужасом вспомнила, что трусов на мне нет. Резко застегнув, защемила несколько волосков на лобке. Ойкнула от боли. Мать спросила, что со мной. Соврала, что живот прихватило, и пулей в коридор. Достала из сумки трусы и прошмыгнула в туалет. Уже там, прикусив от боли губу, потихоньку освободила из «плена» свои завитки, после чего водрузила трусы на их законное место…» ***** «Аня85. 14мая. Убедила мать, что в институте жарко, душно, и что я от этого прею в джинсах. Разрешила надеть мне длинную лёгкую юбку. Правда, блузку к ней подобрала – страшнее не придумаешь, ну, да мне не привыкать. Главное, что на мне не будет ни джинсов, ни колготок. Посмотрим, что из этого выйдет…» «Аня85. 15 мая. Да, я это сделала. Возбуждение на порядок выше, не сравнить даже с малЫми трусиками! Хотя экстрим тот ещё был… Я стояла в лифте и махала рукой маме, которая, стоя напротив в дверном проёме, привычно провожала меня. Едва двери лифта сомкнулись, я мигом опустила сумку на пол и, подцепив под юбкой края трусиков, резко спустила их вниз. Всё это время я думала лишь об одном – только бы лифт не остановился на каком-нибудь этаже. Сердце бешено колотилось, проклятые трусики зацепились за каблук и никак не снимались…Но всё обошлось, и, выйдя на улицу, я обернулась и привычно помахала стоявшей на балконе маме. Она всегда, даже в мороз, провожает меня, стоя на балконе. Боится, что я дорогу не перейду… Идя дворами к метро, я почти сразу ощутила разницу хождения в трусиках и без. Мне казалось, что все встречные, да и те, кто меня обгонял, точно знали, что их на мне нет. Я думала, что все они должны останавливаться и смотреть на меня, произнося вслух что-то типа «извращенка» и тому подобное… Иногда я не выдерживала и оглядывалась, чтобы посмотреть так ли это. Но нет, никто не остановился и даже не оглянулся мне вслед. Первой парой была лекция. В большой, многоярусной аудитории села на самый последний ряд («мало ли что»), всего в паре мест от выхода. Никак не могла успокоиться, отвлечься, всё ёрзала, пытаясь «поймать» эти новые ощущения. И они были… Возбуждение нарастало. Записывать что-либо я даже не пыталась, слушать тоже. Где-то в середине я, не выдержав, сложила ладони вместе и сжала между бёдер… О, нет! Всё внутри похолодело, по телу пробежал разряд тока… Я ощутила, что мои ладони чуть намокли. Отдёрнула руки и посмотрела вниз, между ног… Так и есть! Возбудившись, я «потекла». Когда сжимала ладони бёдрами, вдавила тонкую ткань юбки между ног, и влага проступила наружу, расплывшись небольшим тёмным пятнышком. Я и раньше намокала, и даже, бывало, «кончала» в институте, но тогда влагу впитывали в себя трусики, а теперь их на мне не было, да и толстые джинсы, в отличие от летней юбки, как говорится в рекламе, «надёжно удерживали влагу внутри»… С ужасом представила, что будет, если кто-нибудь увидит. Схватила сумку с пола, положила себе на бёдра. Ничего, вроде прикрылась. До конца пары сидела, не шевелясь, и думала только о том, что буду делать, если «сладкая парочка», устроившаяся в середине того же ряда, захочет выйти раньше меня. Лекция закончилась, народ потянулся к выходу. Я сидела и делала вид, что что-то ищу на дне своей сумки. Поймала момент, когда в аудитории почти никого не осталось, резко поднялась, и, неестественно прикрываясь сумкой, пулей вылетела из дверей. О том, чтобы идти на занятия, не могло быть и речи. Продолжая прикрываться, выскочила на свежий воздух. На территории институтского парка выбрала самый дальний уголок со скамейкой. Плюхнулась на неё, оглянулась, и, убедившись, что поблизости никого нет, расправила юбку и подставила пятно солнечным лучам. День был жаркий, почти, как летом. Просидела так часа два. Пятно высохло, остались только разводы по краю. В метро ехала, повернувшись лицом к стенке вагона: снова было страшно, что заметят. Дома быстро сняла юбку и, соврав матери, что где-то в институте «мазанулась», кинула её в машинку…» ***** «Аня85. 19 мая. И как до меня раньше не допёрло! Я всё думала, как совместить фантазии с реальностью, и в выходные меня осенило! Всё же так просто! В своих фантазиях я должна быть САМА СОБОЙ, то есть студенткой. Своего господина, конечно, как всегда, представлю, но в остальном… Наконец-то дождалась очередного материного дежурства. Отец уходит на работу раньше всех. Я, как обычно, попрощалась с матерью, вышла из дома, помахала рукой, но, скрывшись из виду, бегом сделала крюк и из-за угла стала наблюдать. Она вышла минут через двадцать и, дождавшись маршрутки, уехала. Выждала на всякий случай полчаса («А вдруг вернётся?»). Поднялась в квартиру. Достала заветный пакет и прошла в спальню к зеркальному шкафу. Очень хотелось себя видеть. Разделась до лифчика. Сверху надела блузку, а снизу… Достала из пакета верёвку и обвязала талию. Узел перевернула на спину. Потом взяла заранее подготовленный шарик от моей… детской погремушки. Да-да, мать всё бережно хранит, говорит, мол, «твоим детям пригодится, а то сейчас всё китайское…» Каким детям?! С такой жизнью я точно в старых девах застряну! Ладно… За выходные я разделала в этом шарике дырочки так, чтобы бельевая верёвка проходила. Взяла конец, свисающий между ног, и продела через этот шарик. Аккуратно уложила верёвку так, чтобы она раздвинула половые губки. Шарик подвинула, чтобы он давил точно на клитор, и завязала узел на талии под пупком. Трусики не надела, колготки – тоже, только опять ту же долинную юбку. Прислонилась спиной к зеркальному шкафу, закрыла глаза и… Фантазии Ани. «Я – студентка-москвичка. Нижняя, сабмиссив. Живу у своего хозяина. В это утро он перед моим уходом в институт приказывает раздеться догола, встать ноги на ширину плеч, руки – за голову. Взяв верёвку, Господин обвязывает мою талию и, пропустив верёвку между ног, делает мне «вёрёвочные» трусы. На верёвку, проходящую между ног, нанизан шарик, который прижат к моему клитору. Мне разрешено одеться. На мне только лифчик, блузка и юбка. Да, ещё босоножки. Взяв меня за подбородок и глядя в глаза, Господин ещё раз напоминает мне о запрете ласкать себя без его разрешения. Поцеловав его руку, я выхожу на улицу…» Воспоминания Ани. Возбудилась так, что первым желанием было задрать юбку и довести себя до оргазма, не пойдя ни в какой институт. Сдержалась. Осторожно обулась (верёвка врезалась при каждом движении) и вышла на улицу. Помимо уже знакомых по прошлому разу страха и возбуждения от отсутствия на мне трусиков, добавился ещё страх о верёвке под юбкой и, главное, шарике. Шла и постоянно поправляла складочки на юбке спереди, опасаясь, что шарик будет заметен. Снова оглядывалась на прошедших мимо меня, но никто из них опять ничего не заметил. Во всяком случае, никто не остановился и на меня не оглянулся. Пока дошла до метро, верёвка уже прилично натёрла губки и промежность. В вагоне сесть не решилась. Ехала стоя, опять поправляя складочки. В институт пришла как раз ко второй паре, лекция была в той же аудитории. Села опять на последний ряд, с самого края, ближе всех к выходу. Началась лекция. Пора было продолжать выполнять сценарий. Посмотрела направо, на моём ряду больше никто не сидел. Приподнялась, навалившись животом на край узкого стола. Быстро работая пальцами обеих рук, аккуратно закатала юбку наверх. Сделав шаг вправо, пересела на место рядом. Ахнула, едва голый зад коснулся прохладной дермантиновой обивки. С испугом замерла и осмотрелась. Вроде, никто не заметил. Немного успокоившись, прикрыла глаза… Фантазии Ани. «Исполняя волю моего Господина, я всегда сажусь голыми ягодицами. Если нет возможности сесть таким образом, я всегда стою. Мой Господин говорит, что хочет сделать меня похожей на главную героиню из «Истории О». Я и сама об этом мечтаю…» Воспоминания Ани. Размечталась, успокоилась, возбуждение постепенно вернулось, только с ещё большей силой. Верёвка между ног уже прилично натёрла, попыталась чуть сползти вниз и поняла, что намокла и прилипла к дермантину. Побоялась, что на звук отрываемой от сиденья липкой голой задницы кто-нибудь обернётся. Замерла и начала разглядывать сидевших ниже меня. Кто-то писал лекцию, кто-то трепался, кто-то играл в мобильном… Стало интересно, была ли кто-нибудь среди них такой же, как я, «озабочкой»? Я знала из подслушанных разговоров, что девственниц на потоке практически не осталось. Интересно, кого-нибудь из них хотя бы наручниками к кровати приковывали?.. Вдруг на меня «накатило» желание вскочить и на всю аудиторию заорать, что я извращенка, что на мне нет трусов, что между ног у меня верёвка, а на клитор давит пластмассовый шарик. Ничего удивительного: чувство было знакомым и периодически возникало у меня на разных этапах жизни. Но впервые на меня так «накатило» ещё по окончании школы. Мать пару раз в неделю, как и сейчас, с утра бывала на дежурстве. В то июньское утро я впервые, раздевшись до трусов, привязала себя к металлической подпорке спортивного комплекса, который родители купили, чтобы я занималась для укрепления спины ещё в детстве. Навсегда запомнила ту крупную дрожь, которая била меня, когда я прижалась разгорячённым телом к холодному металлу. Днём, сидя за партой на подготовительных к поступлению в институт, я тоже вертелась и вглядывалась в лица абитуриентов, пытаясь выявить «родственную душу». Тогда мне впервые захотелось вскочить и на всю аудиторию рассказать, чем я занималась с утра… Я больше не могла терпеть. Я вдруг поняла, что если просижу неподвижно оставшиеся до конца лекции полчаса, то просто взорвусь. Уперевшись руками в подлокотники, аккуратно «отлепилась» от сиденья. Потом раскатала юбку. На меня обратили внимание. Испугалась и выбежала из аудитории, даже не захватив свою сумку. Вбежала в туалет и закрылась в кабинке. Даже не отдышавшись, прислонилась спиной к стенке и, задрав юбку, прижала её подбородком к груди. Расставив ноги пошире, принялась с остервенением катать шарик по клитору. Дыхание быстро участилось и стало громким. И тут мне пришлось прерваться: в туалете хлопнула дверь, и кто-то зашёл. Я замерла, сердце бешено колотилось, пальцы вдавливали в плоть шарик. Через несколько минут я снова осталась одна, и продолжила. Я уже была близка к разрядке, как в туалет снова вошли… Я проклинала всех девушек, входивших в туалет, а готова была разрыдаться от отчаяния, что никак не могла кончить. Из-за напряжённого подбородка шея устала, ног затекли. Я вспотела, волосы прилипли ко лбу. Началась перемена, и туалет наполнился желающими покурить и облегчиться. Поняв, что ждать больше нечего, закусила зубами запястье левой руки, и начала из последних сил катать по клитору этот чёртов шарик… Когда кончала, не выдержала, опустила руку и всё-таки несколько раз простонала. Хотела постоять, отдышаться, прежде чем вернуться в аудиторию, как вдруг услышала из соседней кабинки: – Слышь, подруга, заведи себе парня. У меня тоже так было, пока трахаться регулярно не начала. От ужаса я сжалась. Меня засекли! Голос незнакомый, значит, не из нашей группы. Надо было срочно бежать. Бегло осмотрела себя. Юбка на месте, вроде никаких следов нет. Открыла щеколду и, не оглядываясь, пулей вылетела из кабинки. Вбежала в аудиторию. Следующая пара уже началась. Препод прервался и спросил, что мне нужно. Почти все присутствовавшие повернули на меня головы. Я застеснялась и честно сказала, что забрать свои вещи. Он попросил меня сделать это побыстрее. Я поблагодарила и, повернувшись, увидела, что около моего места сидит какой-то кудрявый парень. Моя тетрадь и ручка по-прежнему лежали на столе, а сумка стояла на откидном сиденье. Торопясь всё запихнуть, я уронила сумку на пол. Содержимое разлетелось, я присела, чтобы всё собрать. Кучерявый парень предложил мне помочь, я подняла голову и отказалась. По-видимому, видок у меня был тот ещё, потому что парень спросил, не заболела ли я, и даже предложил проводить… Я отказалась. Быстро всё покидала в сумку, поднялась и уже собралась уходить, как вдруг он произнёс убийственную фразу: – Ой, ты, кажется, где-то юбку испачкала… Я замерла и с ужасом посмотрела вниз. На светло-зелёном фоне отчётливо проступило пятно. Я же только что кончила, а когда присела, собирая тетрадки, зажала ткань между ног… В ужасе вылетела из аудитории. Как я оказалась на улице, вообще почти не помню. Моросил дождик, сушиться на этот раз было негде. О том, чтобы ехать в таком виде на метро, не могло быть и речи. Пошла пешком, прикрывая низ живота от встречных прохожих сумкой. Произошедшее завело меня не на шутку. Я ведь чуть не «спалилась». И там, в туалете, и перед этим кудрявым… А вот интересно, если бы я согласилась, чтобы он меня проводил, а потом предложила, например, привязать меня к кровати, он бы согласился?.. Снова почувствовала тепло между ног и вспомнила о верёвке с шариком. Дождь усилился, и вскоре я так промокла, что прикрываться уже не надо было. От холода начала бить дрожь, которая только усиливала возбуждение. К тому же мне безумно хотелось в туалет. В институте прямо «через верёвку» я писать не решилась. А вот дома… Едва закрыв дверь, скинула с себя все шмотки, и прошмыгнула в туалет. Оказывается, можно и через верёвку… Даже необычно… Промокнулась бумагой, вышла, голая забралась на диван, укрылась пледом. Постепенно согрелась, голова снова заработала. Сценарий я провалила, но зато кучу новых эмоций получила. Времени до прихода отца было ещё много, и я решила «на ходу» переделать утренний сценарий. Думала я, думала, а потом вдруг вспомнила про кучу мокрых шмоток, которая лежала в коридоре. Прежде всего, решила повесить вещи сушиться в ванной. Не хватало ещё, чтобы мать узнала, что я вся вымокла, и устроила скандал, как она умеет. Но едва я начала цеплять юбку прищепкой к леске, как идея продолжения сценария сама пришла в голову. Ведь всё же просто! Как поступают с провинившимися рабынями? Их наказывают! А наказание?.. Да вот оно, в виде прищепок передо мной на леске болтается. Даром что ли столько порнухи в компе закачано?! Сняла с лески две штуки. Старые, деревянные. Решила сделать всё перед зеркалом. Достала свой пакет с девайсами, привычно намотала широкий ремень на шею. Прошла в спальню, встала лицом к зеркальному шкафу, опустилась на колени и… Фантазии Ани. «Я голая, на коленях, стою перед своим Господином. Только что я пришла из института, где, нарушив его приказ, мастурбировала в туалете. Господин говорит, что должен наказать меня. Он держит в руках две прищепки…» Воспоминания Ани. Прицелилась и прищемила левый сосок. Больно, но не так, как описывают. Искры из глаз не полетели, терпеть можно. Тоже сделала с правым. Фантазии Ани. «Господин цепляет прищепки к моим соскам. Я должна простоять с ними на коленях ровно час…» Воспоминания Ани. Неожиданно сама для себя задышала часто и глубоко. Посмотрела на себя в зеркало. Груди с прищепками так вздымались… Боль в сжатых сосках притупилась, я ощутила возбуждение. Верёвка с шариком были на месте, к тому же, она была ещё и влажная. Расставила колени пошире, начала катать шарик по клитору, глядя при этом на себя в зеркале. Так и кончила, прикрыв от наслаждения глаза. Посидела так ещё пару минут, потом начала ругать себя, что не выполнила сценарий. Решила снять прищепки… Вот тут я уже вскрикнула. Было намного больнее, чем даже когда я их только крепила. Аккуратно помассировала груди. Вроде, прошло. Встала, верёвку с шариком решила пока оставить. Голая прошла на кухню, достала суп из холодильника, поставила на огонь. Вообще, когда тепло и я одна дома, всегда хожу голой. Зимой ношу либо шерстяное платье, либо халат на голое тело. Это очень возбуждает. Налила суп в тарелку. Гороховый, мамин любимый. Помешивая ложкой в тарелке, задумалась, почему наказание «не прокатило», и что бы такое придумать для себя в следующий раз. И вдруг меня осенило! Снова всё лежало на поверхности, в смысле, в тарелке. Горох! Не даром же, говорят, в старину на него голыми коленками ставили. Глянула на часы – время ещё было. Вскочила, полезла в тумбочку с припасами. Достала упаковку обычного круглого гороха. По пути в комнату прихватила с кухни тонкую подставку под горячее, а из своего мешка – небольшую верёвку. Положила подставку на то же место, перед зеркалом. Аккуратно подсыпая, выложила слой горошин. Завязала на левом запястье узел верёвки, завела обе руки за спину, на правую ладонь просто намотала оставшийся конец. Аккуратно, чтобы не сдвинуть горошины, встала на колени. Фантазии Ани. «Господин рассыпает аккуратным ровным слоем горох на паркете. Затем он связывает мне за спиной руки и приказывает опуститься на колени. Я должна простоять на горохе ровно 1 час…» Воспоминания Ани. Сначала было просто неприятно, но довольно быстро боль стала ноющей. Как заноза, засевшая и раздражающая всё больше и больше. Прошло всего минут 15, а я уже вся изнывала. Попыталась чуть сменить позу, наклонилась вперёд… Одна из горошин настолько больно впилась в какую-то косточку, что я, не в силах терпеть, вскрикнув, завалилась на бок. Размотав руку, я ухватилась рукой за колено и… замерла от ужаса! Некоторые горошины буквально впились в тело, не желая самостоятельно отлипать. Взглянув на колени, я ужаснулась ещё больше. Несколько горошин «сидели» в них, как приклеенные, а кожа напоминала «лунный» пейзаж, вся испещрённая маленькими «воронками-кратерами». Краснота от воспалённой кожи только усугубляла картину. Я сразу запаниковала: что я матери скажу? Можно, конечно, соврать, что шла, запнулась, «расстелилась» на асфальте… Но ведь тогда джинсы или юбка должны быть порваны… Быстро встала, надела джинсы, и вообще оделась. Пора было прибираться перед приходом отца. До самого позднего вечера несколько раз бегала в туалет и, заперевшись, спускала джинсы и изучала свои коленки. К счастью, сначала краснота, а потом и «лунки» исчезли. Ночью я решила спать голой, опять перевязавшись между ног верёвкой с шариком. Отец никогда не заходил ко мне в спальню, когда дома не было матери…» ***** «Аня 85. 27 мая. Осталось два дня обычной учёбы, со следующей недели – сессия. Сегодня было последнее материно дежурство, она с понедельника отпуск взяла – помогать мне к экзамены сдавать… Решила напоследок сыграть любимую свою фантазию – побег от матери и становление нижней. В институт не пошла. По физре зачёт мне за посещения уже обеспечен, по культурологи за два доклада на семинарах – тоже. Опять вышла, помахала маме ручкой, забежала в свою привычную «засаду» за угол, подождала, пока она сядет маршрутку и вернулась домой. Фантазия длинная, нужно было многое подготовить. Расстелила кровать. Положила рядом тюбик детского крема с запахом абрикоса. Пошла на кухню, достала из морозилки кубики льда (заготовила ещё накануне, спрятав за курицей), высыпала в тарелку, тоже отнесла в спальню. Оба родительских тёплых одеяла свернула рулонами и положила с краю кровати. Достала из мешка повязку на глаза и нарезки верёвок. Четыре подлиннее привязала к ножкам кровати, одну отнесла в ванную. Оставалось только закрыть глаза и размечтаться: прелюдию я сыграть никак не могла… Фантазии Ани. «Я – это я, какая есть на самом деле, и, наконец, решилась на побег из дома. Уже около двух месяцев я подыскивала себе на сайтах господина, который согласился бы не только сделать из меня рабыню, но и оставить жить у себя, хотя бы на время. В результате нашла… Мужчина и его родственник, оба Верхи. Рассказала им всё про себя, они согласились на то, что я буду жить у них. К назначенному дню я собрала все свои документы в сумку, с которой хожу в институт, скопировала на флешку всё самое ценное из компа. Из вещей ничего не брала, мы договорились, что пока я буду у него по квартире всегда голой ходить, а потом он мне всё согласно дресс-кода рабыни купит. Ну, там чулки с поясом, мини-юбки т .п. Хотя сессия уже закончилась, соврала матери, что должна ещё кое-что в библиотеку отдать. Она поверила. По привычке, выйдя, оглядываюсь, машу рукой, и иду по направлению к метро. В назначенном месте меня ждёт машина. За рулём – мой будущий Господин. Сев в машину, я набираю матери короткое прощальное СМС, потом открываю крышку, достаю и выбрасываю СИМку. Передаю, как и договаривались, все свои документы и телефон моему Господину. Машина трогается… Всю дорогу молчим, я пытаюсь отвлечься, смотря в окно, но все мои мысли о предстоящих дефлорации и моём порабощении… Страх и возбуждение, сменяя друг друга, по очереди доводят буквально до трясучки. Хочется одного – чтобы поскорее уже всё случилось… Подъезжаем к обычной многоэтажке, поднимаемся в квартиру. Господин приказывает мне, не разуваясь, пройти в комнату. Там уже другой Господин, в одних узких слипах, восседающий на кресле. Я стою в нерешительности. Так проходит пара минут. В комнату входит другой Господин. Он встаёт позади меня. Сидящий Господин приказывает мне раздеться догола. Подчиняюсь…» Воспоминания Ани. Сняла с себя одежду. Пошлёпала босыми ногами в ванную. Встала, включила воду. Верёвка, привязанная к держателю душа над моей головой, сразу же намокла. Левую руку просунула в петлю и затянула, на правую просто намотала свободный конец… Фантазии Ани. «Мой Господин ведёт меня в душевую кабину. Он поднимает мои руки наверх и приковывает их к свисающим со стены наручникам. Он включает воду…» Воспоминания Ани. Намылила себя одной рукой. Неудобно, а что делать? Фантазии Ани. «Он начинает мыть меня мягкой губкой. Гель для душа пахнет просто восхитительно. Господин не просто моет, он возбуждает меня…» Воспоминания Ани. Дыхание участилось, я закусила до боли губу, чтобы отвлечься и не кончить прямо в ванной. Это в мои планы не входило. Выключила воду, освободила левую руку, вышла из ванной, вытерлась. Пошла обратно в комнату… Фантазии Ани. «Господин выключает воду, вытирает меня, освобождает от наручников и ведёт в спальню. Там огромная кровать с витыми металлическими спинками и балдахином. Мне приказано лечь на середину…» Воспоминания Ани. Я в спальне родителей. Взяла тюбик с детским кремом (другого в доме не водится, мама утверждает, что он единственно полезный. Ну, да я уже привыкла. У него тоже свои плюсы есть: можно использовать сколько хочешь без опасений быть «застуканной», впитывается долго, следов не оставляет). Начала намазывать себя всю, с ног до головы. Ушёл почти весь тюбик. Ничего, у матери их целый склад, она их не считает. Взяла миску со льдом и повязку на глаза. Всё это разместила у изголовья так, чтобы можно было дотянуться лёжа, правой рукой. Легла, раскинула руки и ноги, примерилась. Выпрямилась, села, как кукла, с широко разведёнными в стороны ногами, и по очереди привязала их верёвками к спинке кровати. Развернула одно из одеял и накрыла себя снизу до пупка, подоткнула, так, чтобы ни одной щёлочки для воздуха не осталось. Снова легла. Поёрзала. Чуть поднялась наверх, чтобы натянуть верёвки, удерживавшие ноги. Повязала на лбу мамины колготки. Раскатала второе одеяло и накрылась им до подбородка, а концы натянула наверх к самой спинке кровати, чтобы можно было под ними поднятые руки спрятать. Подняла левую руку наверх, просунула в верёвочную петлю, затянула, укрыла одеялом. Сдвинула повязку на глаза. Подняла под одеялом правую руку наверх, нащупала верёвку, намотала до натяжения. Всё, можно было продолжать… Фантазии Ани. «Я лежу по центру кровати. Господин берёт мою правую руку, поднимает наверх и в сторону, и привязывает. Потом обходит кровать и точно также привязывает мою левую руку. Моё дыхание учащается, грудь вздымается, сердце готово вырваться из груди. Господин, видя моё волнение, улыбается и гладит меня по голове. Я немного успокаиваюсь от его нежных прикосновений. Он подходит к нижней спинке кровати, берёт меня за ноги и резко дёргает на себя. Я вскрикиваю и морщусь от врезавшихся в запястье верёвок. Господин широко разводит мои ноги и по очереди привязывает их. Всё, я лежу, распятая на кровати. Господин подходит к изголовью, приподнимает мне голову и завязывает на глазах повязку. Всё, теперь я могу только слышать и ощущать. И чувствую, как он начинает намазывать меня каким-то кремом. Запах у него такой же волшебный, как у геля в душе. Когда Господин мажет меня между ножек, я вновь начинаю учащённо дышать, но уже не от страха. Он контролирует процесс, не давая мне возбудиться настолько, чтобы кончить. Потом он накрывает меня тяжёлым, толстым одеялом, подоткнув его под меня так, что «на поверхности» остаётся лишь моё лицо. И уходит.. Во всяком случае, я больше не слышу его движений по полу. Я остаюсь одна…» Воспоминания Ани. Я вспотела. Не мудрено: под двойным одеялом в такую жару, да ещё поры кремом забиты. Одеяло прилипло к телу, капли пота скатывались в ложбинку между грудей. Терпела, сколько могла, потом размотала правую руку и опустила её вниз. Коснулась торчащих, затвердевших от возбуждения сосков, провела ладонью по липкому животу, проскользнула в ложбинку между ног. Там было мокро и одновременно горело! Я давно и обильно текла… Фантазии Ани. «Снова раздались шаги. Я чувствую, как уже знакомая рука, просунутая под одеяло, касается моих напряжённых сосков, скользит по ложбинке между грудей, проходит по животу, ложится мне на лобок… Я вся горю там! Неожиданно я слышу голос: – Она готова. Значит, и второй Господин уже здесь! Вошёл, сел и наблюдает за мной!» Воспоминания Ани. Изнывая от жары, начала мастурбировать. Как только почувствовала, что кончаю, несколькими движениями сбросила с себя одеяла. Фантазии Ани. «Рука убирается с лобка, и через несколько секунд я чувствую, как другая мужская рука, проделывает на моём теле тот же путь. Но, в отличие от первого, она начинает усиленно ласкать мой клитор. Я в шоке: впервые меня ласкает мужчина! Сказывается накопленное перевозбуждение, волна оргазма накрывает меня почти сразу. Я издаю стон, выгибаюсь и… неожиданно с меня срываются оба одеяла, и я, потная, разгоряченная, кончающая, предстаю обнажённой перед моими Господами. Резкая перемена температуры только усилила оргазм, меня всю буквально трясёт… Едва успокоившись, я чувствую, как кто-то забирается на кровать, но, почему то со стороны головы. Чьи-то руки приподнимают мою голову. Моя голова опускается в какую-то мягкую, тёплую ложбинку… Я начинаю гадать, что это может быть, как вдруг…» Воспоминания Ани. Протянула руку к тому месту, где стоит миска со льдом, взяла один кубик и поднесла его к своей груди. Поначалу просто вздрагивала и содрогалась от каждой ледяной капли, падавшей в ложбинку между грудей и потом медленно сползавшей вниз, к животу, потом вся покрылась «гусиной кожей». Чуть привыкла, дрожь унялась, я коснулась льдинкой своего соска, потом начала водить вокруг ореола, потом выписывать восьмёрки вокруг грудей… Льдинка почти растаяла, и я положила её в ямку пупка, а себе взяла ещё одну. Меня как будто ласкали двое: один – грудь, а второй пускал ледяные ручейки, которые, скатываясь по лобку, застревали в моих «кудряшках»… Фантазии Ани. «На мою левую грудь упала холодная капля. Нет, она просто ледяная! От неожиданности я вздрагиваю, ахаю, но тут же получаю другую каплю в ложбинку между грудей. Потом ещё, ещё… Я вновь вся дрожу, только уже не знаю, от чего больше, от холода или от возбуждения неведомыми ощущениями. Льдинка касается моего соска… Я вскрикиваю. Другая льдинка скользит по моим губам. Я приоткрываю их, чтобы слизать капли, и вдруг меня буквально впечатываю в ложбинку чьи-то губы, язык проникает мне в рот… Это мой Господин. И это мой первый в жизни поцелуй. Он отстраняется, я тянусь за ним, но, удерживаемая верёвками, вынуждена вновь опуститься на своё ложе. Пытка удовольствием продолжается. Пока одна льдинка скользит по моим грудям, другая кладётся мне на пупок. Скопившаяся в нём вода стекает по моему животу на лобок. Кто-то приподнимает её и, припав губами к пупку, высасывает всю влагу. Я издаю стон блаженства, но кончить мне на этот раз не дают. Через секунду пытка льдом прекращается, и я ощущаю, как кто-то другой взбирается на кровать, теперь уже между моих ног…» Воспоминания Ани. Сдвинула повязку с глаз. Зажмурилась от яркого света. Солнце как раз освещало спальню родителей окнами на юг. Положила льдинку в тарелку и опустила руку между ножек… Фантазии Ани. «Неожиданно повязка с моих глаз сдвигается, и я зажмуриваюсь от яркого дневного света. Но первое, что я вижу после того, как зрение возвращается, это… стоящий колом член моего Господина, на который он одевает презерватив. Член такой огромный! Да он же порвёт меня! Я в ужасе пытаюсь подняться, но чьи-то руки удерживают мою голову на месте. Поднимаю глаза наверх. Это другой Господин, а всё это время я лежала у него на бёдрах. Он снисходительно улыбается мне и снова гладит по голове. Но едва я успокоилась, как снова вынуждена была опустить глаза вниз: другой Господин начал опускаться на меня, а его член я ощутила на своём животе где-то чуть ниже пупка. Чуть подавшись назад, Господин рукой направил головку члена между моих половых губок… Я чувствую, как его член, продвинувшись ещё чуть-чуть, упёрся в мою плеву… Мои глаза расширяются, я начинаю глубоко дышать… На очередном вдохе Господин подаётся всем телом вперёд, а я издаю слабый вскрик… Всё, я стала женщиной…» Воспоминания Ани. Так бурно я редко кончала. Ну, может в самый первый раз, в ванной, когда мне было 18… Но пора было закругляться, сменить простынь (я её всё-таки намочила льдинками, которые просыпались из тарелки), и пододеяльник (от моих выделений он местами был хоть выжимай). Теперь такую «оргию» я смогу себе позволить нескоро, только после сессии… Жаль… ***** «Аня85. 30 июня. Ну, вот, мне ещё этого только не хватало! Мать мне решила мужа подыскать! Пришла сегодня после последнего экзамена, думала, всё, теперь отдохну по полной, всё-таки целый месяц сессии, а тут такое… Мать с порога мне заявила, что уже подобрала мне жениха, начальника какого-то там отдела на своей работе. Якобы, он меня уже видел в один из моих к ней приездов. И он старше меня на 18 лет! Я пробовала возражать, но мать устроила скандал, и пришлось, как всегда, согласиться. Нет, я, конечно, всегда хотела вырваться из-под её опеки, но ведь мне нужен муж не просто «для галочки», мне нужен тот, с кем я смогу быть сама собой и воплотить, наконец, всё то, о чём мечтала… А так что? Опять терпеть, «шифроваться»? Ну, уж нет! Ну, ничего, я ему покажу… Да, и ей тоже!» ***** «Аня85. 4 июля. Ну, что… Даже не знаю, с чего начать… Ну, он пришёл, с тортиком, с цветами. Всё, как положено. Выглядит от силы на 30. За столом всё время шутил, пытался со мной заигрывать. Я вела себя замкнуто, отвечала «да» или «нет». За меня говорила мать, постоянно повторяя, что «я у неё тихая, скромная, застенчивая»… Где-то через час она вдруг заявила, что я «хочу показать гостю свою комнату». Вот учудила! И чего там показывать? Тем более, там половина вещей не мои… Ладно, пришли. Я хотела начать сразу, что называется, «в лоб», только всё не решалась, и как-то само собой включила комп. И тут он вдруг изрекает: «Да-а, а комп то у тебя не новый…» Ну, мне только того и надо было! Я ему в ответ: «Для того, чтобы смотреть порнуху, хватает!» Он посмотрел на меня с удивлением. А я сразу же решила его «добить». Развалившись на стуле, приняла как можно больше отвязный вид и выдала: «А вы как сексом занимаетесь?» Тут у меня были два варианта, и оба беспроигрышные. Если он такой правильный и решит, что я наглая, распутная девка, встанет и уйдёт, то я потом скажу матери, что нарочно это сказала, потому что он мне не понравился. А вот если разговор продолжится в этом направлении, то у меня будут варианты «прощупать» его поосновательней на предмет доминирования и всего такого… Прошёл второй вариант. Он пожал плечами и ответил: «Да, по-разному». Тогда я решила уже окончательно либо шокировать, либо заинтересовать его. «А я люблю, когда меня плётью секут и связывают!» Я ждала другой реакции… Он только усмехнулся и сказал: «Да нет проблем. Только соседей надо будет предупредить». Ту уже настал мой черёд удивляться. Рот открылся как то сам собой: «Зачем соседей?» А он опять с усмешкой: «Ты же орать будешь, а они подумают, что я кого-нибудь убиваю…» Вот так… Я замолчала, не зная, что сказать в ответ. Но тут в комнату зашла мать и сказала, что «уже поздно и Алексею (его так зовут) пора домой…» Провожали его до метро. Я молчала всю дорогу, только попрощалась с ним у входа в подземку. Да, по дороге домой мать меня ещё больше добила, сказав, что лучшего мужа для меня не найти, и что она уже с Алексеем договорилась: он завтра заедет за мной на машине, и мы вдвоём поедем смотреть его дачу в Красково. Типа, «будущая жена должна осмотреть своё хозяйство…» Ага, будущая рабыня Изаура! Ненавижу грядки! Ладно, вечером завтра вернусь, отпишу, что там за «фазенда…» Мысли автора. Это было последнее письмо от Ани. Я писал ей каждый день в течение трёх недель, но она не отвечала. Конечно, я мог только догадываться, что произошло, но с каждым днём это становилось всё очевиднее: в тот день на даче этого Алексея она стала ЖЕНЩИНОЙ. То, что она была девственницей до встречи с ним, я не сомневался, хотя она никогда об этом в открытую и не писала. И вот тогда, в тот жаркий июльский день, она, как в компьютерной игре, перешла на другой уровень. Уровень РЕАЛЬНЫХ отношений, при котором я, как герой с пройденного ВИРТУАЛЬНОГО этапа, был ей уже не интересен, да и не нужен. Уж не знаю, произошло ли ЭТО так, как она мечтала, или всё было по «ванильному» обыденно. Это было, в сущности, уже не важно. Я её потерял. А вместе с ней и веру, что когда-нибудь осуществлю и свои мечты… Мысли автора. Постскриптум. Прошло десять лет. Я продолжал виртуально путешествовать по Тематическим сайтам. Публиковал рассказы, размещал видео… Знакомства, если они и случались, были недолгими и ни к чему «реально-тематическому» не приводили. Регистрируясь на новом сайте, я всегда сохранял свой ник. Так я надеялся обратить на себя внимание тех, с кем когда-то переписывался, но потерял связь. Редко, но такие встречи, в самом деле, случались, но приносили лишь горький привкус ностальгии и очевидности старения. «А помнишь, ты вела тему в 2009-м на таком-то сайте?» или «Да, ты классные клипы делал тогда. Сколько лет прошло? Семь?! Не может быть…» Однажды, расположившись в выходной у компа, я, не торопясь, просматривал на популярном БДСМ-сайте анкеты зарегистрированных «новеньких». Интересовали меня, в первую очередь, «нижние» женщины. Таких в тот день набралось всего две. Одна из анкет была практически пустой, а другая содержала пусть небольшую, но необходимую для того, чтобы составить хоть какое-то представление о его владелице, информацию. «Ник – АН-НА. 30 лет, женщина, Московская область. Ориентация – гетеро, нижний, мазохист, сабмиссив. О себе: интересует всё, что связано с верёвками и подвесами. Телесные наказания без фатальных последствий приветствуются. Есть Тематический опыт (с мужем). Сейчас в разводе, проживаю отдельно с ребёнком. Предупреждение: с ходу приехать к вам на сессию, сделать минет и т.п. не готова, сначала вирт, потом – реальное знакомство. Ограничения – всё, что может причинить вред здоровью. Впрочем, опытный Верх всегда найдёт пути обойти любые ограничения… Фото в личку. Л/С не предлагать, встречи возможны только на вашей территории». Объявление как объявление. Я таких сотни уже видел. Посмотрел и забыл. Иногда, правда, случалось, что авторы страничек заходили «в гости» после моих визитов, не оставляя, правда, при этом никаких комментариев или оценок, и уж, конечно, ничего мне не написав. Тем большим было моё удивление, когда в свой следующий визит на сайт я увидел ярко-красную «единичку» напротив пункта «Сообщения» в моём профиле. Зайдя туда, я обнаружил сообщение именно от этой «АН-НЫ». «Небось, опять, как многие, написала что-нибудь типа «Сделайте меня рабыней…» – думал я, открывая его… Но уже через секунду прочитанное заставило сердце биться с сумасшедшей частотой, а воспоминания, бережно хранившиеся все эти десять лет, вырваться ураганом наружу, оставив внутри вакуум, сжавший мою грудь. Сообщение было коротким. Всего одна строчка: «АН-НА. Мне всё ещё нравится Ваша аватарка…»