Глава 5

В офисе царило такое оживление, словно всем удвоили зарплату. Двадцать четыре ноль ноль – час икс! Сайхи ночной смены величаво поднимаются с мест и растворяются в пространстве. Через несколько минут в пустых коридорах и комнатах, кажется, можно услышать даже топот красных муравьев, которых дезинфекторы никак не выведут. Вредные насекомые особенно раздражают нашу братию. Полагаю, тем, что без зазрения совести диссонируют с белым полом! Усталость навалилась неподъемным грузом. Мышцы ныли, в голове поселился вакуум, ноги заплетались. Дело не только и не столько в работе. Благодаря Дэлу противоположные чувства сменяли друг друга настолько резко, что нервная система не справлялась. Раздражение, ярость, радость, снова ярость, восторг, ужас, опять восторг. Эмоциональные качели изматывали сильнее любых физических нагрузок. С трудом добредя до своего кабинета, едва не столкнулась с Треем, караулившим возле двери. Принц сверкал глазами и молчал. – Что-то случилось? – не выдержала я, проглотив язвительную реплику: «Армагеддон? Нашествие фейри? Муравьи вышли из-под контроля и пытаются поменять цвет зданий и обстановки на красный?» – Ты была с небрис? – отчеканил Трей. Будто сам не видел – с кем я ушла, точнее, вылетела в окно. – Да… – состорожничала я. – Он к тебе приставал? – Нет, – странный разговор для сослуживцев. Вот насколько же легче общаться с Дэлом, чем с сайхом! С айном я могла расслабиться и выложить все, что думаю. Резкий отказ, вроде «Не твоего ума дело» или «Тебя не спросила» – древний варвар воспринял бы спокойно. Трей же – принц, и подобное может шокировать его. – Трей! Я способна постоять за себя. Смертный счел бы лицо сотрудника абсолютно непроницаемым, я же ясно читала недоверие. Прожив несколько лет с сайхами, научилась подмечать такие нюансы мимики, какие посторонний никогда не увидит. Может, частично помогали способности, хотя намеренно эмпатию не использовала. Так или иначе, чувства сородичей Ария для меня давно открытая книга. – Ты слаба, – с места в карьер выдал Трей. Вот что ненавижу в сайхах – их беспощадную правдивость, без малейшей заботы о чувствах собеседника. Ну, нет у меня сверхспособностей! Зачем постоянно тыкать носом-то? А Трею было мало пройтись по моему самолюбию в ботфортах со шпорами, он добавил контрольный выстрел: –Твоя мощь не в силе. Но это не спасет, если Видар начнет тебя насиловать. Никто не спасет. Не знала, как ответить. Во-первых, в душе все закипело, возмущение рвалось наружу сарказмом. Во-вторых, Трей продолжал совать свой красивый нос туда, куда не просили. В-третьих, с ног валилась от усталости и хотела побыстрее лечь спать. А тут серьезная беседа! – Возьму отличный золотой кинжал! – нашлась я. Трей застыл на месте как статуя. Иронию сайхи не понимают ни в каком виде. Язвить с ними все равно что петь оперу на концерте тяжелого рока. – Все бы тебе шутить, – наконец пришел в себя сослуживец. – А если он и впрямь тебя изнасилует? Хоть понимаешь, как влияешь на мужскую половину сверхов и людей? Ты очень даже соблазнительна! В устах принца «соблазнительна» звучало как недостаток – ужасающий, предосудительный, просто вопиющий. – Трей, – я вовремя одернула себя – не с Дэлом же общаюсь. – Я отличный телепат и эмпат! Мысли небрис слышу плохо. Зато эмоции читаю лучше некуда. И мне известно о желании напасть раньше, чем самому темному сайху! Слукавила, признаю – ни разу не применила к айну свой дар. А когда его клыки выскочили, с перепугу вообще забыла об эмпатии. Чувствовала себя затравленным зверьком в клетке. А после… Не знаю, что произошло. Однако от объяснений Дэла, взгляда, голоса стало спокойно и легко. Впервые за семь лет… Поразительно, но факт. Беззвучие повисло в воздухе. Трей продолжал стоять и пялиться на меня. Ужасно неловко! Странно, но в который уже раз вспомнила Дэла. Вандал-то всегда находил, что вставить! Пусть иногда перегибал палку, но между нами хотя бы не зависало такое вот тягомотное молчание. Сайх продолжал буравить взглядом и не говорил ни слова. Подобную пытку тишиной не каждый нормальный сверх вытерпит. – Послушай! Ну что еще? – не выдержала я. – Ничего, – голос Трея звучал почти бесцветно. – Тебя до дома довезти? Вот так бы сразу! Хороший мальчик! Поспешно кивнула: – Только вещи возьму. – Жду. Зашла в кабинет, забрала с вешалки сумочку из кремовой кожи – подарок Ария – и покинула здание. Трей сидел за рулем огромного белоснежного джипа, припаркованного возле дверей офиса. Яркий свет фонарей размывал очертания машины, окружая ее молочным сиянием. Ни дать ни взять – призрачное авто, случайно заехавшее с шоссе шестьсот шестьдесят шесть. Я устроилась рядом с сайхом, развалившись в мягком кресле. Хотелось расслабиться и ни о чем не думать. Трей бросил на меня быстрый взгляд и газанул. Несколько минут мы неслись по опустевшим улицам к горным кряжам и на полной скорости нырнули в зеркальную гладь грани между мирами сайхов и смертных. Легкие до отказа наполнились насыщенным кислородом воздухом Беззана – государства, управляемого королевским домом Ария. Здесь я вспоминала – что такое дышать. После смога мира людей это было восхитительно! Хотелось делать еще вдох, еще и еще! Усталость как рукой сняло. Казалось, готова выскочить из авто и бежать, бежать, бежать, наслаждаясь объятиями ветра. Беззан находился в двух измерениях сразу. Понятия не имею – как такое возможно, но факт остается фактом. Белоснежные купола Ассана, его столицы, издалека напоминали пушистые облака, заботливо укутавшие горный склон. Вокруг все цвело и зеленело. Легкий ветер перебирал ветви стройных тысячелетних деревьев, словно гитарист – струны. И вдоволь наигравшись, шкодливо прятался в густых кронах коренастых деревьев пониже. Почти каждую былинку горделиво венчал причудливый цветок. В мире смертных таких не увидишь! Туристки часто плели венки и прятали в сумки, дабы не отняли. С народом Ария шутки плохи. Любая попытка вывезти что-то из их мира хорошо не заканчивается. В тюрьму, конечно, не посадят, но в здешние просторы путь будет заказан. Однажды при мне сайх-экскурсовод на полном серьезе выдал: – Хотите сувениры – идите к небрис! Может, подарят чью-нибудь голову… Туристка пришла в состояние «упала и стою». Дороги в Беззане серпантинные и очень узкие. Первое время ездила, вжавшись в сидение, не глядя по сторонам. Чудилось, одно неловкое движение водителя – и машина камнем сорвется вниз. Тем более, глянцевое покрытие трассы кажется гладким, как стекло. Сайхи все вокруг превращают в идеал. Неидеальность, похоже, единственное, что они не могут простить никому, даже матушке-природе. Мы преодолели несколько перевалов. Дух захватывало. Внутри звенела свобода. Полная и безоговорочная. От условностей мира. От работы. От проблем. Свобода! И этим все сказано. Сразу вспомнился полет с Дэлом. Закрыв глаза, улыбнулась, подставив лицо ветру, упрямо бросавшему на лоб и щеки пряди волос, невидимыми пальцами расплетающему прическу. – Тебе нравится, – констатировал Трей. – Очень, – пробормотала я. Ни слова не говоря, сайх сделал еще несколько залихватских виражей. Совсем как Дэл! Мужчины! Ни капли оригинальности! Подмечают лежащее на поверхности – и рады! И все же я опять чуть не завизжала от восторга. Трей едва заметно улыбнулся и свернул в сторону владений Ария. Каменный забор высотой в шесть-семь моих ростов даже не подчеркивал, нет, воспевал неприступность. Сайх прибавил газу… Мы влетели в едва успевшие отвориться ворота. Колеса зашуршали, плюясь гравием широкой подъездной дороги – все камушки одного размера, да еще и совершенно круглые. Всякий раз, смотря под ноги, почему-то вспоминала Золушку, разбиравшую пшено и горох. Представляла, как сайхи-рабочие в поте лица обтачивали каждую гальку для угодий владыки. Естественно, в реальности практически любой ручной труд сородичам Ария не грозил давным-давно. Умные агрегаты, напичканные электроникой, за считанные часы могли тонны гальки превратить в шарики, звездочки и даже спирали ДНК. Но мостовая, ведущая к дворцу покровителя, почему-то всегда навевала исключительно сказочные фантазии… Вокруг раскинулся шикарнейший сад. Ухоженный до такой степени, что становилось аж противно. Каждый кустик, травинка подстрижены, словно по линейке. Все цветы одного сорта одинакового размера! Жуть в полоску! Выходишь из замка – и в глазах одни кружочки, квадратики и ромбики. Маниакально ищешь хоть что-то неидеальной формы и… Взгляд цепляется за забор, испещренный сложными узорами из геометрических фигур. Впадаешь в тихую математическую истерику и спасаешься только, глядя в небо. Туда сайхи еще не добрались. Слава богу, они не летают, как иные небрис! Все облака над замком разной формы. Неправильной! Восхитительной. Душа поет! Несколько минут машина пересекала гигантскую призамковую территорию. И вот она – резиденция покровителя. Трехэтажный дворец поражал величественностью и помпезностью. Дверь терялась среди двух рядов высоченных колонн, опоясанных замысловатым орнаментом. Балконы были усыпаны барельефами, изображавшими эпизоды из жизни сайхийской знати – настолько подробными, диву даешься. С легкостью подсчитаешь пуговицы на камзолах кавалеров и драгоценные камни, нашитые на платья дам. Наглядное пособие еще и поучало гостей: как правильно делать реверансы, склонять голову в нежном томлении и вообще вести себя по-светски. Жалюзи и поляризаторы на окнах смахивали на театральную декорацию. Машина остановилась, и я поспешила наружу. Сквозь тонкую подошву балеток камушки щекотали ступни. – Спасибо, Трей… – произнесла быстро. – Эзра, – позвал он. Лихо перемахнул через сидение и очутился рядом. – Прости, не хотел обидеть. Пытался сказать, что ты слишком хрупкая для общества небрис. А они – настоящие звери. Понимаешь? Звери! Я тебе еще расскажу, как Дэллан обращался с некоторыми своими женщинами. От ярости, полыхнувшей в глазах Трея, стало не по себе. Странно, не замечала столь мощную злобу у айна. Может, не разглядела? Дэл никогда не вызывал доверия. Вдруг меня и впрямь одурманила простота беседы, возможность поязвить на славу? Не-ет! Не стоит так опрометчиво соглашаться на новое рандеву с айном. Вспомнился наш уговор о втором свидании. Вот я бесхребетная! Ничего, как-нибудь выкручусь! – Трей! А что за война была между сайхами и другими сверхами? – Это тебе Дэллан рассказал? – еще никогда на моей памяти глаза принца не горели таким негодованием. Кивнула. – И что он поведал? Разумеется, не то, как рубил головы направо и налево? Такие подробности не особо покоробили. Варвар, он и в Африке варвар. – А сайхи? Дэллан сказал, якобы вы рвали других сверхов зубами. Трей на минуту отвел взгляд и вновь посмотрел в глаза: – Да! Правда! – И скольких убил Арий? – Не считал, – растерянно протянул принц. – А что? – Ну, хотя бы примерно? Он задумался: – Кого именно? – Фейри! – Почему фейри? – удивился Трей. – Просто ответь, пожалуйста, – взмолилась я, пытаясь скрыть нахлынувшее волнение. Сколько свиданий должна Дэлу? Хоть проживу достаточно? – Сейчас… – похоже, принц считал. У сайхов феноменальная память на детали. Даже Шерлок Холмс позавидовал бы тому, какие мельчайшие подробности они вспоминают спустя столетья: – Думаю, двести пятьдесят два, может, двести пятьдесят три… – он на секунду умолк. – Да все там друг друга кромсали! Видар вырезал столько наших и фейри, что и не сосчитать. Хотя если подумать – триста двадцать семь! И головы рубил, точно кочаны капусты. – Да нет! Все нормально, – я не смогла сдержать вздох. По всему выходило, что легче перепрыгнуть забор владений Ария, чем расторгнуть уговор с Дэлом.– Пойду спать. Спасибо за предупреждение, – я поспешила в замок, спиной чувствуя взгляд Трея. Широкая белокаменная лестница на второй этаж заканчивалась длинным просторным коридором. Посередине его, по правую руку, располагалась моя спальня. Две тяжелые двери вели из опочивальни в ванную комнату и рабочий кабинет. Отделанные тем же деревом, что и офис, апартаменты выглядели стерильно и безлико. Мебель в тон усиливала впечатление. Полагаю, в больнице и то живописней. Но тут сайхи и их маниакальная страсть к идеалу ни при чем. За семь лет я ни разу не приложила руку к оформлению обстановки – комнаты как были гостевыми, так и остались. Правда, площади их приводили в дикий восторг. Почти сто квадратных метров. Хоть балы устраивай! Возле окна спальни возвышалась огромная кровать с пуховыми перинами и кружевным балдахином. Первое время, развалившись на ней, ощущала себя средневековой принцессой. Всегда мечтала иметь зеркало, отражающее в полный рост. И вот оно – в резной раме, сверкающее так, что ослепнуть недолго. Еще обожаю погружаться в одно из трех кожаных кресел. Они такие мягкие и удобные! Даже спать можно. Как и в гардеробе. Плавать в круглой ванне не приходит в голову исключительно потому, что мелко. Рабочая комната. Конечно же, царствовал здесь гигантский стол с вместительной тумбочкой. В центре стола возвышался компьютер последней модели. Монитор заменяла большущая рама, наподобие той, куда вставляют фото. Включаешь крошечный системный блок размером с блокнот и – вуаля – внутри рамки появляется изображение. Лучшие технологии сайхийских ученых на службе бюро. Смертным и не снилось. В офисе компы похуже – там бывают посетители других рас. А народ Ария секретами мастерства не делится. Принципиально! В мягком рабочем кресле тонула. Еще в кабинете стояли три стула. Все. Покровитель нарочно не повесил на стены ни одной картины, не навел никакого уюта. Ждал, когда приемная дочь сама начнет обживать помещения. А я… Не знаю… Думала – если восприму это место как свой дом, то уже никогда не вернусь на Родину. Я смыла легкий макияж, почистила зубы, накинула тонкую ночнушку и нырнула под одеяло. В мире сайхов днем и ночью солнечно. За годы я научилась воспринимать это как само собой разумеещееся, но встреча с Дэлом всколыхнула в памяти рассказы Ария о том, зачем понадобилось такое странное изменение погоды. Народ Ария зачаровал свои города, защищаясь от небрис, с которыми враждовал много столетий. В пространстве смертных древние темные сайхи сумели бы нагнать облака, хотя, по слухам, на это тратилась уйма сил. Только не тут. Движение местных облаков подвластно исключительно хозяевам территории. Не уверена, могли ли «дети ночи» летать в странах народа Ария, хотя любопытство порой распирало. Бродить здесь небрис удалось бы лишь в редкие часы, когда небо затягивали тяжелые свинцовые тучи и королевства окутывали сумерки цвета кофе с молоком. Подобные аномалии – оборотная сторона магии, лишившей поселения сайхов ночной тьмы. Зато айн вряд ли рискнет явиться в Беззан, и общаться мы будем исключительно на моих условиях. Эта мысль почему-то совершенно меня умиротворила. Усталость снова дала о себе знать. Пара минут – и меня сморило… Глава 6 Я открыла глаза и сладко потянулась. Благо на этой кровати могла раскинуться как душеньке угодно. Даже «звездой» – руки и ноги в стороны! Судя по часам, в мире смертных наступал вечер. Сегодня моя четвертая ночная смена. Поеду к Фицуотеру Вайсу. В любимый замок. Как бы мне хотелось в таком жить… Только без Фица и… уж точно без Дэла. Едва расслабилась в горячей ванне, мысли вернулись к животрепещущему вопросу – обещанным айну свиданиям. Возможно, Трей и преувеличивал, но рисковать неразумно. Ведь я и сама знала – каков из себя Видар. Вчера на меня что-то нашло. Вернее, знаю что. С Дэлом вновь стала собой – такой, как на Родине. Танцевала вволю и ни о чем не думала. Душа пела под музыку движений, а тело отдавалось ритму, полностью и без остатка! У сайхов не приняты быстрые пляски. Скорее нечто величественное, из множества фигур, как в стародавние времена у людей. Это выглядело красиво, потрясающе, грандиозно порой. Но особого удовольствия от участия в подобных шоу я не получала. Зато с Дэлом оторвалась на славу. Ну, пока айн не напугал вытянувшимися клыками. Я и не думала, что они такие… Большие, острые, идеальные… Решено! Сколько бы фейри ни убил Арий, больше никаких встреч с Видаром. В конце концов, кто посмеет принудить беззанскую принцессу? Передумала – и что теперь? Трей в чем-то прав – небрис как звери, их сущность никогда не изменится. Да, вчера Дэл не проявил ее. Но это вовсе не означает, что он из числа хороших парней. Я надела черные легинсы и молочную рубашку-стрейч. Не слишком строго и не слишком спортивно. К Фицу нет нужды наряжаться в длинную, свободную юбку и закрытую водолазку, как в заведения Дэла. Волосы собрала в две косы, в форме дракона уложив на голове. Последний штрих – припудрилась. Трей заехал за мной и ждал, прислонившись спиной к джипу и скрестив руки на груди. Благодаря костюму нежно-фиалкового цвета глаза принца приобрели насыщенно-сиреневый оттенок. Вот что меня потрясало в народе Ария, так это яркие оттенки радужки! То настолько электрически-желтые… аж страшно становится! То красные, как у альбиносов, вроде моего покровителя. То настолько черные, что зрачок от радужки не отличить. Волосы сослуживца были зачесаны назад и собраны в удивительную косу, опоясывающую голову и спускающуюся вдоль уха. При этом он совершенно не выглядел женственным. Трей открыл дверцу машины. – Кто с нами? – поинтересовалась я, как обычно заняв кресло рядом с водительским. В предыдущие выезды состав бригады сообщал Арий. Но вчера, когда вернулась домой, покровитель спал. Сегодня, как встала, уже уехал на службу. Под дверью ждала записка: «С добрым утром, моя девочка! Еще раз с началом трудовой деятельности в офисе!» – Дель, Зарзен и Ррул, – ответил Трей. Ух ты! Моя команда! Мой отдел! Обрадовалась, как ребенок. Арий долго муштровал меня не выражать восторги публично, поэтому кивнула Трею, элегантно благодаря за сведения. В душе же звенело ликование. Вчера к Дэлу со мной поехали сотрудники соседних подразделений. Так решил покровитель. Чем он руководствовался? Не знаю. Но приказы Ария обсуждать не приходится. Он – король, и этим все сказано. Джип выписывал такие виражи, что каждый раз ощущала себя пушинкой. Невесомость в действии! Подчиненных забирали в порядке знатности и… «экстерьера». У сайхов странные порядки – родись хоть принцем, но если внешним стандартам аристократии не соответствуешь – вечно будешь на вторых ролях. Первым делом заехали за графиней Дель Медер. На своих пятнадцатисантиметровых каблуках Дель выпорхнула из особняка как газель. По обыкновению, разделила со мной заднее сиденье, подтягивая неприлично задравшуюся желтую трикотажную юбку и оправляя топик того же цвета, дабы не демонстрировать еще больше шикарной груди. Наследнице рода Медер повезло дважды – с ультрамариновой кровью и внешностью. Темно-каштановыми волосами и глазами сочного оттенка лесного ореха прежде гордились члены монарших семей. По документам графиня Делльен… Еще когда оформляла ее в отдел, взгляд зацепился за созвучие с именем Дэллана. Тогда о Видаре только документы и читала. Князь Зарзен Фонти ждал у ограды своих владений. Пунктуальность и педантичность боевого товарища Ария по войне сверхов потрясали. Темно-травяной костюм сидел на нем как влитой, пуговка к пуговке, это тебе не Трей, с распахнутым пиджаком и брюках на бедрах. Благодаря строгим чертам лица и идеальной выправке князь напоминал эдакого сурового генерала. Так и видела, как по его резкому окрику солдаты мечутся по плацу, едва не сталкиваясь друг с другом. Длинные русые волосы Фонти всегда выбивались из прически. Чересчур густые и толстые, они походили на проволоку. Среди великанов-сайхов Зарзен, выше меня всего на голову, казался приземистым и худощавым. Присоединяясь к компании последним, Ррул бросил на меня многозначительный взгляд изумрудных глаз и разместился рядом с Треем. Отец Эдгара – граф, как и у Дель, мама – худородная дворянка. Знатные сайхи любят потешаться: мол, подпортила она сыну кровь, сразу видно. Талия больно массивная, локоны золотые – «экстерьером не вышел». Сколько раз просила Ррула не надевать к аристократам, обращенным в небрис, кричащие костюмы! Как об стену горох! Либо наши с Эдгаром представления о кричащих нарядах сильно отличались друг от друга. Вот и сегодня Ррул нацепил алую тунику и черные узкие брюки! Выехав из Беззана, машина затерялась в сумерках. Всякий раз, пересекая грань между измерениями, удивлялась резкости контраста. Словно в ослепительно ясный день тебе на голову вдруг надели непроницаемый для солнца мешок. Глаза сайхов с легкостью переносили световой шок. Мои – гораздо хуже. Всякий раз пару минут беспомощно моргала, а затем еще пару минут пялилась в окружающую мглу, пытаясь привыкнуть. Так случилось и сейчас. Звезды сияли, и под ними, будто отблески в зеркале воды, горели фонари и витрины города. Снова эти мерцающие пятна вторили друг другу. Дразнились… Перемигивались. Желтый диск луны любовался своим отражением в окнах торговых центров. Уже через каких-то полчаса вдалеке показался замок Фица. Загородный воздух, наполненный сладко-пряным ароматом ночных цветов, приятно щекотал ноздри. Светлячки новогодней гирляндой зависли возле зарослей разлапистого кустарника, плотным кольцом окруживших особняк. Вайс ждал в дверях. Едва подчиненные поравнялись с Фицем, контраст во внешнем облике резанул. Естественно, рядом с анарийским королем в синих брюках со стрелками и голубой рубашке команда бюро напоминала клоунов. Вайс сделал вид, что ничего не заметил, усилив мое смущение. – Прошу, – Фиц пригласил внутрь. Каждая гостиная особняка Вайса выполнена в конкретном цвете. Однако комнаты вовсе не выглядели однотонно, как сайхийские чертоги. Представить не могла, что на свете столько оттенков! Ледяной мрамор лестниц не холодил ноги. Напротив, стопы погружались в мягкий ворс ковров. Живописные полотна на стенах с изображением благородных джентльменов и прекрасных дам немного напоминали о музее. Но от мягких диванов, кресел и стульев, мало чем отличающихся от кресел, веяло уютом домашнего очага. Кофейные столики и всегда предлагающая чай прислуга – в основном люди – делали особняк Фица «мечтой идиотки». Особенно если она обожает чай! Сегодня Вайс пригласил нас в красную гостиную. Я усмехнулась, заметив, как искусно пурпурные портьеры скрывают жалюзи на окнах. Села на лиловый диванчик за столик из розового дерева. Спутники разместились рядом. – Готов выслушать решение, – с достоинством произнес Фиц. – Поведение вашей небрис-сестры недопустимо, – начала я. – Согласен, – кивнул Вайс. – Посему решение следующее: Джейн на год освобождается от должности небрис, играющей роль хозяйки поместья. Лично проследите, чтобы в течение этого срока она не появлялась в замке во время экскурсий и любых других туристических мероприятий. Кроме того, вы, как недосмотревший за подчиненной, обязаны уплатить штраф в размере двенадцати тысяч долларов. Мои спутники установят по всей экскурсионной территории скрытые камеры и будут следить, дабы наши указания строго выполнялись. – Согласен, – повторил Фиц. Еще бы! Джейн, как полоумная, набросилась на женщину, всего-навсего потрогавшую клыки Вайса. Жест показался сестре Фица слишком интимным. Хотя владелец поместья лично разрешил туристке исследовательский защуп. Нос «любопытной варваре», конечно, не оторвали. Но три сломанных ребра и полнейший шок надолго уложили туристку на больничную койку. По сравнению с этим происшествие в «Жарком Льде» можно считать детским утренником. – Вы должны найти замену Джейн в течение трех суток, – добавила я. Моя команда, в полголоса обсудив, кто и где установит камеры, незаметно покинула нас. Поручать подобное рядовым служащим того же бюро не в правилах Ария. Техника сайхов, усовершенствованная магией, доверяется исключительно знати, работающей в ключевых отделах. Оборотная сторона – аристократы высокого звания выполняют грязную, трудоемкую и неблагодарную работу. – Мисс Эзра, хотите чаю? – предложил Фиц. – Буду очень признательна, – я тоже умею выражаться по этикету. Вайс позвонил в колокольчик, и в гостиную вошла служанка с подносом. Через минуту передо мной стоял перламутровый фарфоровый чайник и чашки с изображениями пикников знати. – Чувствуйте себя как дома, – мягко сказал король Анарии. – Спасибо, – бережно взяла кружку, какие в моем мире увидишь только в музеях, и пригубила ароматный напиток. – Как вы нашли заведения Дэллана? – полюбопытствовал Фиц. По лицу Вайса так и читалось: его интересовало – не шокирована ли я приемом, о котором наверняка известно уже, как минимум, всем немертвым континента. – Ничего, пережить можно, – усмехнулась я. – Заранее приношу извинения за коллегу, – Вайс сокрушался на полном серьезе. – У Дэллана весьма специфическая манера общения. Возьмите хоть Полину, его второе дитя, – Фиц откинулся на спинку, положа ногу на ногу. Черты лица смягчились, лукавая улыбка тронула губы, – она наполовину сайх, наполовину человек. В смертной ипостаси была слабым телекинетиком. Если не ошибаюсь, двигала ближайшие, легкие предметы. Дэллан вознамерился соблазнить ее, и крепость пала… – Теперь Полина – его дочь, – хмыкнула я. – В точку, – улыбке Вайса позавидовал бы Чеширский кот. Почему анарийский монарх мне это выложил? Всматривалась в довольное, пожалуй даже умиротворенное лицо небрис, но подвоха не замечала. Обстановка не давила, беседа получалась приятной и непринужденной. Вайс располагал к себе и общению. Будто давний приятель, с которым не виделась бог знает сколько лет, и вот – ура – удалось остаться наедине и посплетничать. Подогретый атмосферой, интерес так и рвался наружу. – Фиц, – я отставила чашку и слегка подалась вперед: – а способности уникальные у нее появились? В Беззане вокруг сайхов, обращенных в небрис ходили легенды. Одни говорили, что эти существа становятся темными магами и управляют даже тектоническими плитами Земли, другие приписывали им способность превращаться в невидимок. Третьи и вовсе убеждены, будто сайхи, ставшие «детьми ночи» общаются с древними демонами космоса. В общем, я ожидала чего угодно, кроме того, что ответил Вайс: – Глупости все это. Небрис проходят обращение смертью. А тогда все иные сущности исчезают… В общем, Полина – самая рядовая небрис. Правда, отлично помогает Морган в «Ледяной Страсти». Не скажу, что меня не раздирало желание выяснить побольше, как раз наоборот. Не столько Дэл волновал и его связи, скорее уж не к месту проснулась женская тяга к сплетням… Почему бы и нет? К тому же с Вайсом легко. Надеюсь, Фиц не сочтет мой интерес к айну излишним. – Давно Дэллан обратил ее? – я постаралась напустить равнодушия. – Лет пять назад. Ей тогда было около тридцати. Отмечала повышение до менеджера какой-то фирмы средней руки… в «Группе Крови». Так они и познакомились с… – Дэлланом, – продолжила я. Фиц кивнул: – Совершенно верно! Там-то Полина и увидела великолепного Видара. Многих женщин он покоряет сразу. Ну да, тех, кто за красивой внешностью не видят самодовольного, самовлюбленного вандала. Проглотив язвительное замечание, растянула губы в мнимой, понимающей улыбке. –Удивлен, что ему так и не удалось похитить ваше сердце, – восхитился Вайс. – Для айна это удар, – при всех манерах, Фиц тоже был не прочь пошутить. Приятно. – Так вот. Полина зачастила в «Группу Крови», поступила на службу к Дэллану… Между ними завязались отношения, – заговорщически подмигнул анарийский сюзерен и закончил: – Прерванные по его инициативе. – Значит, Видар соблазнил Полину и бросил? – завершив фразу, поняла, что повысила голос. – Не думаю, что так! – хмыкнул Фиц и отмахнулся: – Полина сама стремилась к связи с Дэлланом. Он ни разу за ней даже не приударил. Пара комплиментов – не в счет. Он никогда не утруждает себя ухаживаниями. Это ж… – Фиц развел руками: – Дэллан… – Ну… – помимо воли я задохнулась от негодования, на несколько секунд забыв о хваленой сайхийской бесстрастности. – Он, наверняка, звонил ей, настаивал на встрече, катал по небу на себе, любимом… Пока перечисляла, брови Вайса поднимались все выше и выше. – Вы шутите, наверное? – опешил Фиц. – Дэллан, дай бог, через Морган вызовет девицу к себе. И то – не каждая его любовница такой чести удостаивается! А уж летать с ней… – помотал головой, будто услышанное ересь чистой воды. – Хм-м-м. За четыреста лет ни разу такого не видел… Поверьте, ухаживания – не стиль Видара. Он сидит себе, царствует в «Жарком Льде». Если уж очень заинтересован в покорении дамы, может одарить шубой, дом отремонтировать или гараж возвести. Но все ради собственной пользы. Принялась судорожно прикидывать – какую выгоду преследует айн, ухаживая за мной. Санкцию отменить я не вправе. Решение выносит бюро, я лишь крошечный кусочек мозаики. Да и штраф по меркам Видара смехотворный. Он на содержание своего поместья, судя по налоговым отчетам, в месяц тратит в разы больше. Мои способности? Вряд ли Дэл вообще о них знает. Про телепатию в курсе только Арий, Трей и мои подчиненные. Даже остальные сослуживцы понятия не имеют. Только об эмпатии. Дар утешать и влиять на здоровье… Зачем он айну? У флавелльского короля со свитой здоровье и так лошадиное… К тому же слишком рискованно для Видара пытаться заставить меня помогать в его делишках. Арий флавелльскому коллеге голову оторвет. Подождет, пока отрастет, и оторвет снова. Уж я-то покровителя хорошо знаю. – Наверняка, Дэл хоть раз ухаживал за женщинами по-настоящему, – я сделала вид, что не верю Фицу. – У него сердце холоднее крови, – усмехнулся Вайс. – Дэллан старше, и я не могу судить о том, каким он был раньше… – выдержал небольшую паузу, будто рылся в памяти. – Но, на моем веку, если он и помогал женщине, проявлял участие – то исключительно ради собственных интересов. Опять мы упирались в выгоду айна. В чем она? Черт! О том, что этот циник, расчетливый бабник и вообще… действительно мной заинтересовался, не думала. Если верить Фицу, это почти так же невероятно, как увидеть кентавра, или, скажем, сфинкса. А Вайсу почему-то верила инстинктивно – подкупало внутреннее благородство. – И все-таки… – на секунду запнулась. Непонимание раздирало, вопросы будоражили. Кто еще, кроме Вайса, поможет найти ответы или хотя бы приблизиться к ним? – Что способно заставить Дэллана названивать девушке, на руках нести ее через весь город в один из своих баров. Сделать пару лишних кругов, потому что спутнице нравится летать… Вытягивать из нее подробности личной жизни и прошлого… Пытаться переубедить насчет небрис… А? Рада, что Фиц – не человек. С каждым словом глаза анарийского короля все сильнее округлялись, а брови как поднялись на лоб, так там и остались. Будь Вайс смертным, уверена, растяжения мышц лица ему не избежать. Может, и того хуже – судороги. Только кровь воскрешенного сайхийского принца помогла ему сохранить здоровье. Даже не поняла, как умудрился Фиц сдержать пораженный возглас. – Что может заставить Дэла вести себя как полный антипод самому себе? –нервно сглотнув, протянул Вайс. Как будто я рассказала, что под окнами летает крылатый аллигатор во фраке. И Фиц лично узрел зеленого гостя. – Разве только искренний интерес, какого он раньше не испытывал, – предположил задумчиво. – Если женщина удостоилась такого, наверняка она невероятная особа! Уверен – местные СМИ не преминули бы взять у прелестницы интервью. Это так же изумительно, как увидеть комету Галлея. Живо представила себе процесс. «Мисс Эзра – как вам удалось заставить Дэллана уважать себя?» «Хм-м…Сначала я отвергла его в «Жарком Льде», потом оштрафовала на десять тысяч долларов. Затем опять отвергла, заявив, что даже если и буду с ним встречаться, то и с другими мужчинами тоже… А после вообще попыталась сбежать, испугавшись клыков…» Нездоровая история выходит… – И чего ожидать от Дэллана такой женщине? – вернулась к беседе с Фицем. – Я бы сказал – черт его знает, – усмехнулся Вайс. – Думаю, раз уж так приспичило, а приспичило ему неслабо, Дэллан не отступится…Будет всеми силами доказывать свою крутизну. Бряцать мускулами, деньгами, властью. В общем, демонстрировать себя во всей красе. Искать ее всюду, требовать постоянного внимания. Попытается завладеть ею и всем ее временем, устранить соперников, даже потенциальных. Фиц ошарашил и напугал. Доигралась, Эзра! Сама себе напомнила непоседу-мальчишку, нашедшего в саду мину времен Отечественной Войны и балующегося с ней, как с консервной банкой. Спасала лишь ирония. Вообразила, как Дэллан делает мне лоботомию. Надо ж ему избавиться от потенциального соперника – воспоминаний о муже! Замечтавшись, упустила момент, когда лицо Вайса приняло почти неестественное хищное и даже циничное выражение: – Хотел бы, чтобы именно от этой женщины Дэллан получил отпор! Немного скромности и благоразумия ему точно не помешает. И осознания – каково быть отвергнутым той, чьего внимания жаждешь больше всего на свете! Это был бы важнейший урок. Выжидающий взгляд Фица, задержавшийся на мне дольше положенного, не на шутку насторожил. Он догадался – о какой женщине речь? Черт! Как не к месту! Стараясь не мигать, уставилась на Вайса, молчаливо предлагая высказаться. Заметив мое настроение, хозяин поместья широко улыбнулся: – Просто помечтал. Эх! Все мы сильны задним умом! В спокойной обстановке анализируя диалог с Вайсом, пришла к выводу – мы с анарийским монархом сами себя перехитрили. Каждый рвался получить максимум информации о деле, так сильно волнующем и тревожащем. Фиц, судя по всему, опасался особо пристального внимания бюро к турмаршруту, если сайхийская принцесса затаит обиду на одного из основателей. Наверняка, Вайсу важно было убедиться – подобная неприятность его крайне успешному и доходному бизнесу уж точно не грозит. А что? Небрис тоже надо как-то существовать! Платить налоги, если на то пошло, покупать донорскую кровь! Чтобы такой как Вайс питался клонированной, мне и в голову не приходило! Не говоря уже о привычке «титулованных» детей ночи, вроде Фица, жить на широкую ногу. Содержать обширные поместья, прислугу. Кроме того, насколько поняла анарийского сюзерена, он веками ценил репутацию не меньше, а, может, даже и больше, чем сумасшедшие прибыли от экскурсий и сувениров. Ох уж эти великосветские львы, носящиеся с «долгом» и «честью», как с писаной торбой, но умудряющиеся хитрить и обводить ротозеев вокруг пальца. Арий точно такой же! Плавали! Знаем! При «заветных» словах становится будто одержимый, но с легкостью обходит «правила чести», если вовремя смекнет, как это сделать… И вот ради всего, чем Фиц, похоже, очень дорожил, он пустил в ход самое лучшее оружие – искренность. Убеждена, король Анарии мог блеснуть воспитанием, манерами и элегантностью речи так, что даже родовитые сайхи покраснели бы, почувствовав собственную неполноценность. И уж, естественно, потомственный аристократ, обученный «подковерным играм» во времена их изобретения, легко ушел бы от скользких вопросов и тем. Однако Вайс намеренно рассказал побольше о Дэле, причем в самых современных и ненавязчивых выражениях и фразах. В итоге – я выдала себя с головой, показала интерес к айну, желание понять его поступки и мотивы. Не удивлюсь, если Фиц мгновенно сообразил – между мной и древним варваром завязались какие-то отношения… Утешало одно – анарийский король, видимо, тоже чересчур расслабился, щедро делясь мнением о Дэллане и его похождениях.