Суета

Подготовка к балу шла полным ходом. Граф сдержал обещание — вскоре приехал его портной — господин Ноэм Леверсток. Он пригласил дочь башмачника в отдельную комнату и стал снимать мерки, по ходу обсуждая цвет ткани и фасон для платья. Девушка, зажав в кулачке сердце, согласилась поехать на бал. Но в глубине души всё сопротивлялось навязанному графом её присутствию на балу.

— Простите, вы не рано приехали? — спросила она у портного. — Бал еще не скоро.

На что портной, сняв пенсне, ей ответил:

— Сударыня, пошив бального наряда — кропотливая и длительная работа. Забирает очень много времени и сил. В умелых руках дело спорится, и всё же я бы не стал бы кривить душой и обманывать прелестную леди. Так скоро, как вам видится, наряд готов не будет. Наберитесь терпения.

В период подготовки к балу, граф фон Зильсбург не раз навещал семью башмачника. Неоднократно вызывал девушку на откровенный разговор. Приложил массу усилий, и с помощью уговоров родителей, в конце концов, крепость пала — от отчаяния, напора отца и благодетеля Имми дала согласие жениху, но каково ей было — никто не знал. Смятение в душе лишало девушку покоя. Она чувствовала себя глубоко несчастной.

«Выходить замуж по принуждению — настоящая пытка», — коварные мысли ядовитой змеёй заползали в голову, травили душу и терзали до изнеможения, но иного выхода Имми не находила. Девушка не считала себя вправе перечить родным.

Загадочное явление

И вот, настал тот самый день, когда семья Шнайдера собиралась на бал.

По совести сказать, Юрген не особенно любил выезды в свет, ибо это всегда вынуждало входить в новые расходы, что оставляло в душе неприятный осадок. Спустя несколько дней, сидя в мастерской, башмачник подводил итоги их посещения, и у него стремительно портилось настроение. Кроме того, он не чувствовал себя равным среди знати. Наложил отпечаток образ жизни, которую вела семья долгие годы. Одно то, что Юрген считался ремесленником, говорило о многом.

Однако отказать своему покровителю не хватило смелости даже у него.

На мой взгляд, опрометчиво выглядело бы утаить от читателей тот факт, что в доме башмачника в тот день царило невиданное оживление и волнение.

С самого утра шум, гам, громкие возгласы разносились отовсюду. Единственная служанка носилась из конца в конец, помогая то супруге Юргена, то Имми, то самому главе семьи.

Вильгейм не успевал к назначенному часу приехать домой, обещал отцу прибыть прямо на бал.

«Вилли, жди нас у входа во дворец», — завершил отец ответное письмо.

Так сын и сделал.

Шнайдер-младший дождался, когда карета, посланная графом за его родными и сестрой, наконец, проследовала к подъезду. Он подбежал к дверце, подал руку сестре, затем матери. И вдруг внимание Имми приковало явление, которое никогда прежде не пришлось видеть.

— Братец, что это? Бриллианты рассыпались на небесах… рождественское чудо?

— А, заметила, сестрёнка? Да, ты — умница, дала правильное определение. Это бриллиантовое кольцо Геркмайера — эффект, который наблюдается за мгновение до начала полной фазы солнечного затмения либо через мгновение после её окончания. Помнишь, я тебе рассказывал об этом, и в учебнике рисунки показывал.

— Конечно, помню.

— Так вот. Когда последние лучи солнечного света проходят через края лунного диска, на небе словно вспыхивает кольцо со сверкающим бриллиантом, и не одним. Явление кратковременно. Быстро исчезает. Мы изучали это по астрономии.

— Так быстро гаснет.

— Да, уже тускнеет. На самом деле то, что сейчас перед нами, всего лишь отсвет.

Профессор в заключение лекции загадочно сказал, что такое явление никогда не бывает случайным. Оно является в особых случаях, как правило, перед судьбоносными событиями, вроде знака.

— Стало быть, в нашей жизни в ближайшее время случится что-то знаковое?! — заинтересовалась девушка.

— Если верить профессору, то вполне возможно. Идём, дорогая. Видишь, родители не дождались, ушли. Поторопимся, неудобно перед графом. — Брат подал сестре руку, и они проследовали во дворец.

Вот этого никто не ожидал

В огромном зале собралось много гостей. Иголке негде было упасть. Пока Имми рассматривала убранства: массивную люстру в центре с хрустальными переливающимися подвесками, филигранную лепку на потолке, величественные колонны, расписные виньетки на мебели, фрески на стенах — отец внезапно потребовал:

— Дальше не пойдём. Зачем маячить на глазах у знати?

— Папенька, чем вы озабочены? Мы в новых нарядах, ничуть не хуже одеты, нежели другие гости.

— Дочка, ты не туда смотришь. Взгляни на них, как выглядят: довольные, сияющие лица. Теперь посмотри на меня. У меня на лице застыл мучительный вопрос:

«Как прокормить семью?».

— Вы не должны так думать. Зачем обращать внимание на сытых и не знавших нужды. Поработали бы они так тяжело, выглядели бы хуже вас. Что вы сравниваете себя и их? Ей-Богу, бессмысленно. Лучше обратите внимание, как здесь всё изящно и красиво. У этого дворца свой дух.

— Отец, Имми права. Вы зря разбередили душу посторонними мыслями. Приехали на бал, извольте получать удовольствие. Сам граф оказал вам высокую честь своим приглашением. Зачем конфузиться и предаваться сомнениям. Вы так редко позволяли себе сделать передышку в работе, отдохнуть, — внушал отцу сын, но договорить не смог, его речь прервал громкий и поставленный голос церемониймейстера.

— Господа! Его Величество король с королевой! — объявил он. И следом за ним помпезно и торжественно заиграл оркестр, встречая монаршую чету.

Граф фон Зильсбург расцвёл в улыбке, с большим воодушевлением встречая высоких гостей.

— Обрати внимание, — шёпотом сказал Вильгейм на ушко сестре. — Годами отработанные церемонии, визиты, приёмы, балы…

— Традиции! — также тихо ответила ему Имми.

Публика мгновенно отвлеклась от разговоров, желая поприветствовать короля. Гости направились следом за монаршей четой. Ряды сомкнулись и закрыли собой всё. Имми не видела, что происходит. Они с братом и родителями стояли очень далеко.

— Ваше Величество, счастлив приветствовать вас с супругой в своём дворце, — сказал граф и поклонился.

— И мы с радостью приняли ваше приглашение, Иоганн.

— Благодарю вас. Позвольте узнать, а дорогой наследник не приедет на бал?

— Отчего же? Рудольф изъявил желание навестить вас. Был в отъезде, устал, но обещал приехать.

— Не беспокойтесь, сир. Бал ещё не начался.

— Представьте, друг мой, наследник одержим странной идеей. Разыскивает девушку, в которую страстно влюбился во сне. Вам это о чём-то говорит?

— Юность. Желание любить не отнять, Ваше Величество. В любом возрасте может нагрянуть это чувство и овладеть человеком. Как я его понимаю. Сам не так давно познал это удивительное и непостижимое состояние.

— Вы меня удивляете, Иоганн. Женитесь, коли так.

— Вы близки к цели, Ваше Величество. Этим и собираюсь заняться в ближайшее время.

— Кто же ваша избранница? Вы меня заинтриговали, друг мой.

— Она здесь. Представлю вам её чуть позже. Слово чести, вы оцените мой выбор. Давайте дождёмся появления кронпринца и объявим о начале бала.

— С нетерпением буду ждать.

— Присаживайтесь, Ваше Величество, — граф указал рукой на кресла.

— Пойдёмте, дорогая, — король подал королеве руку.

— Благодарю вас.

Имми заскучала. Стала оглядываться по сторонам, рассматривая публику.

Тем временем из дальнего, не очень освещённого, прохода появился тот, кто стал героем её снов, кого она сначала испугалась, а потом с нетерпением ждала встречи с ним.

И вот теперь её взгляд уловил его. Девушка вздрогнула от неожиданного появления кронпринца, еле сдержавшись, чтобы не вскрикнуть. По телу пронеслась горячая волна, словно она попала в очаг пожара.

«Он, он, он! Его глаза я бы узнала и в тёмной чаще. — Да, она не ошиблась. Это действительно был молодой, красивый, элегантно одетый мужчина, который ей привиделся во сне. — Вот за него я бы вышла замуж, не задумываясь, — мелькнула в голове провокационная мысль. — Кто он?! Почему бродил по моим снам и не искал встречи наяву? Загадочный герой… и что, собственно, его привело к графу, бал? В одиночестве неприлично посещать общественные места…», — вопросы будоражили воспалившееся воображение. Ни на один из них девушка не находила ответа.

О том, что случится в ближайшее время, и насколько мучительным впоследствии окажется выбор для молодой красавицы, не подозревал никто.

Молодой человек подошёл к графу фон Зильсбургу, поздоровался, обменялся с ним рукопожатием и приблизился к родителям.

— Рудольф, ты поспел вовремя.

— Я ведь обещал, отец, — ответил он и развернулся лицом к залу.

Церемониймейстер объявил:

— Любезные дамы и господа! Кронпринц прибыл.

Бал объявляю открытым. — Заиграл оркестр, кавалеры поспешили пригласить дам на танец и закружились с ними по зеркальному полу в лучах множества огней.

Граф обошёл взглядом весь зал в поисках семейства Шнайдер. Быстрым шагом по диагонали прошёл к ним.

— Юрген, прошу тебя, с супругой и детьми, проследовать за мной.

— Далеко, Ваше Сиятельство?

— Хочу представить свою невесту королю.

— О боже! Как я, башмачник, покажусь на глаза Его величеству?

— Не понимаю твоей озабоченности. Ты — отец моей невесты. Говорить королю, чем ты занимался до сих пор, необязательно. Следуйте за мной.

Напряжение не покидало Имми.

— Дорогая, тебе холодно? Ты вся дрожишь.

— Вилли, меня бьёт мелкая дрожь, я очень волнуюсь. Плохие предчувствия посетили душу.

— Ну что ты, голубка моя, ты зря забеспокоилась. Король милостив. Такую красавицу примет и полюбит.

— Я не о короле…

Они подошли, и граф, протянув Имми руку, представил:

— Ваше Величество, вот та, о которой я вам говорил. Она подарила мне надежду и согласилась соединить наши судьбы.

Король встал с кресла. — Не ускользнуло от глаз Юргена изумление монарха.

— Моя дорогая, вы божественно красивы! Давненько мне не доводилось встречать такое совершенство форм, нежность и ум во взгляде — невиданный букет. В вас говорит аристократизм и прекрасная природа. Вы — достояние семьи!

Граф наслаждался речью короля, с его лица не сходила улыбка.

— Ваше Величество, вы помните эрцгерцогиню Иммакулату, которая прославилась своими талантами и проявила себя знатным меценатом? Наверняка, родные вам рассказывали о ней.

— Припоминаю.

— Моя невеста — из её рода и названа в честь выдающейся родственницы.

— О, похвально! Сударыня…

Но тут кронпринц подошёл к королю, не дав ему договорить, горящими глазами посмотрел на отца.

— Простите граф. Мне необходимо обратиться к родителям.

— В моём доме вы вольны поступать, как пожелаете.

— Благодарю вас.

Ваше Величество! Отец! И вы, дорогая матушка. Эта та девушка, о которой я вам рассказывал. Та, которую повсюду разыскивал, и только её желаю взять в жёны.

После страстного признания наследника повисло гробовое молчание. Король, взглянув на королеву, в недоумении не проронил ни слова. Юрген с супругой онемели. Граф покрылся испариной и нервно промокал лицо и шею кружевным платком.

«Какая ерунда. Что это он выдумал? Кто его вообще сюда звал? Какая нечистая сила принесла, чтобы забрать у меня последнюю надежду», — Его Сиятельство исходил в бешенстве.

Кронпринц со слезами на глазах ожидал вердикта отца. Но неожиданно подоспела помощь. Редкий талант мудрой женщины: всё расставлять по своим местам, и поныне не оценён по достоинству. Мало кто знает, на что способна супруга монарха, наделённая безупречным тактом дипломата, острым умом политика, умеющая насквозь видеть собеседников. Она никогда не теряет самообладания. В её резерве множество уловок-крючков, на которые без оглядки клюют противники. Мать-королева молниеносно оценила ситуацию, опытным взглядом одарила всех присутствующих, смекнув, как выйти из тупика.

— Дорогой граф! Вы — наш добрый друг, мы относимся к вам с глубоким уважением, и я полагаю, не будете возражать, если мы спросим у девушки — готова ли она сделать выбор в нашем присутствии?

Граф позволил себе противоречить королеве.

— Ваше Величество, насколько я осведомлён, моя невеста не знакома с вашим сыном.

— Вы ошибаетесь, Ваше Сиятельство, я знакома с наследником короны, — тихо произнесла Имми, чем привела в замешательство родителей. — Не часто, но мы виделись.

— Вот так, — торжествовала королева. Она подошла к Имми, по-матерински тепло заглянула в глаза и спросила:

— Моя дорогая, я задам всего один вопрос. Сразу оговорюсь, вас никто не заставляет и не принуждает дать ответ сию минуту. Вы вправе подумать.

Имми слегка кивнула, не поднимая головы. В этой ситуации она чувствовала себя в тисках страха. В голове пронеслась вереница пугающих мыслей, от которых ей стало еще хуже.

«Поступлю так, чтобы отец не пострадал, но тогда навсегда лишусь того, кто мне дорог. Что делать?! Я пропала».

— Скажите, моя дорогая, какой выбор сделали бы вы? Перед вами два достойных претендента.

Имми посмотрела на отца и использовала лазейку, которую любезно предоставила ей королева.

— Ваше Величество, Вы позволите мне подумать?

— Вне всяких сомнений. Даю вам десять дней. Со своей стороны могу заверить, что мы сами навестим вас, и в нашем присутствии вы одному из них отдадите свою руку. Согласны?

Бедная Имми. Предчувствие её не обмануло.

— Бриллиантовое кольцо, — прошептала она и подняла глаза на брата. Вильгейм понял.

— Это будет непросто, Ваше Величество, но я постараюсь, — ответила она королеве.

— Не волнуйтесь, моя милая. Вы не первая, кому приходилось принимать судьбоносное решение, — после этих слов Её величество, улыбнувшись, кокетливо взглянула на благоверного, и он ответил ей улыбкой, понимая намёк.

— Простите, вы позволите мне уехать? Нездоровится. — Девушка побледнела, ноги подкашивались.

«Скорее домой…», — стучало в висках. Повернувшись к брату, она попросила, — пожалуйста, дорогой, проводи меня к карете.

— Идём, идём, моя милая. Успокойся, я с тобой. — Растревоженные родители наспех откланялись и поспешили за детьми.

— Отец, прошу вас, позвольте проводить девушку к карете? Мне нужно сказать ей несколько слов, — обратился кронпринц к королю.

— Сынок, пойми правильно. Мне думается, что девушка и без того немало расстроена. В другой раз навестишь и объяснишься. Не беспокой, ей предстоит многое обдумать.

Иоганн, надеюсь, вы не рассердитесь за маленький каприз нашего сына.

— Ваше Величество, хотел бы вас заверить в своей преданности и попросить.

— Слушаю вас.

— Пусть Имми отпущенный королевой срок побудет одна. Представьте, если мы начнём попусту терзать девушку, она откажет обоим, ибо даже железо прогибается под тяжестью и давлением, а перед нами хрупкое создание. Войдите в её положение.

— Согласен с вами, друг мой. Сын, ты слышал? Кронпринц стоял с поникшей головой.

Бал продолжался: господа танцевали, сплетницы судачили, обсуждая гостей. В бильярдной пожилые господа, разыгрывая партию, рьяно высказывались по ряду политических баталий, дамы делились новинками в мире моды, и никто не заметил, какая драма разыгралась в их присутствии.

На обратном пути Имми ни с кем не разговаривала. Родители сами не отошли от шока. Вилли, держа руку сестры в своих ладонях, поглаживал и успокаивал:

— Ничего, дорогая, пройдёт время и всё забудется. Не печалься.

Она в ответ молчала и изредка краешком платочка промокала уголки глаз.

О свадьбе не говорили. Родители умалчивали, о чём думают, видимо, решили не волновать дочку.

— Кончится тем, что она откажет обоим, и правильно сделает. Устроили базар на балу. Аристократы, называется. Безобразие. Я возмущён, — делился с женой Юрген.

— Как бы не заболела наша девочка, вся не своя. Лучше бы мы не ездили на этот бал. Жили крестьянским бытом, и дальше будем так. Где уж нам тягаться со знатью? Незачем, как-нибудь сами справимся, — в сердцах высказалась жена башмачника, вынимая из печи казан с пшённой кашей.

— Граф может отказать мне в заработке, если Имми не выйдет за него. Нужно быть готовым к такому повороту событий.

— Ну и ладно. Картофель станем выращивать и на базаре продавать. Всё же, лучше унижения. Дочь дороже.

— Ты так говоришь, будто я — против. Лично мне дочка дороже всего на свете, или ты не знаешь? Посмотри на неё, одни глаза на лице остались. Как подменили кровиночку мою. Не ест, не пьёт. Клюёт, словно птичка. Ночью подходил к её дверям — всхлипывала. Шуточное ли дело — выбирать. А королевский сынок ей приглянулся. Видела, как она на него смотрела?

— На то у меня глаза.

— Правда, украдкой, но я заметил.

— Ну и пусть выйдет за него, если приглянулся и люб ей. Не буду неволить дитя своё.

— Так и сделаем. Решено. Пойду спать. Завтра воскресенье, на ярмарку поеду за материалами для обуви. Заказы есть, готовить не из чего. Скажи, если надо что купить из продуктов.

— Ничего лишнего, всё как обычно. Крупу на каши и суп. Немного муки для лапши, фасоли и картофеля. Мясо не покупай, обойдёмся без изысков. Подою нашу козочку, поставлю молоко киснуть на простоквашу и сыр. Сейчас нужно экономить, видишь, куда клубочек покатился…

— Да. Хуже нет неизвестности. Но, как бы ни сложилось, корить дитя не будем.

— Вот и хорошо. Иди, отдыхай, а я приберу на кухне и тоже лягу.