Глава 52.
В наших покоях тихо. Салли в одиночестве, сидела в общей комнате и, увидев меня, вскочила с дивана.
- Леди Вилия, простите, не уследила за леди Амелией, — у девушки тряслись руки и выглядела она очень встревоженной.
- Что случилось Салли? – задала вопрос и не останавливаясь быстро направилась в комнату к девочке. Там царил полумрак, на кровати в обнимку с Мией спала Амелия. Подойдя к ребёнку, поцеловала лобик, внимательно осмотрев, ничего не увидела — вроде бы всё хорошо.
- Мы после обеда пошли в сад к пруду, минут через десять к беседке подошла леди Офелия. Я хотела тут же увести девочку и уже позвала её в замок. Но вдруг леди Офелии стало плохо, наказав леди Амелии никуда не уходить, побежала за помощью. Когда вернулась в сад, леди Офелии уже покинула его, а Амелия стояла в пруду по пояс. Вытащив девочку из воды, быстро повела в замок. По дороге леди Амелия пояснила, что нечаянно уронила в пруд свою куклу.
- Салли, как так, я же строго тебе сказала не покидать Амелию, а если бы она утонула?
- Я знаю, простите меня. Леди Офелия посинела и стала задыхаться, я думала, управлюсь быстро, ведь мсье Бертран почти всегда в холе.
- Хорошо, что всё обошлось, но Салли, это последний раз, не подрывай моё доверие к тебе.
- Спасибо леди Вилия, простите меня, я ни в коем случае не хотела, чтобы леди Амелия пострадала, — девушка очень переживала и переживала действительно за Ами.
- Успокойся и пригласи сюда Жака, – что я могла сказать Салли, девушка увидела, как человек задыхается и ему необходима помощь, по мне так пусть бы… Ладно не стоит так думать, хотя странно, а куда потом делась болезная? И Амелия как могла нечаянно уронить в пруд аж на метра полтора свою Мию, с которой не расстаётся ни на минутку. Точно надо выяснить, высушили куклу или нет, а то улеглась поди с мокрой.
Снова устремилась к ребёнку, проверяя куклу, задела рукой малышку, она горела! Прошло каких-то минут десять и у ребёнка поднялся жар.
Выскочив из комнаты за помощью, столкнулась с входящими в гостиную Салли и Жаком.
- Салли, бегом на кухню, нужна чашка с водой, уксус, ещё что ни будь сбить жар, малина, есть малина?
- Сейчас бегу, – Салли прошептала уже в дверях на выходе. Чёрт! Как здесь лечится, я практически не знаю трав. Лекарства ещё не изобретены, точно нужен лекарь, Аллистер наверняка знает хорошего. А ещё Трезия — без паники Вилия, ты справишься, всё будет хорошо. Все еще мысленно успокаивая себя, обратилась к капитану.
- Жак, бунта в деревнях не было! Нас вынудили покинуть замок. Разберитесь! Найдите парня, который сообщил Бертрану об этом.
- Уже отправил своих ребят на его поиски, леди Вилия. Аллистер распорядился.
- Замечательно. Найдите его и проследите за леди Офелией. Не нравится мне всё это, — грызла меня изнутри мысль, не давала покоя, что без Офельки здесь не обошлось. Надо Аллистеру сказать, чтобы пока не говорил с ней. Пусть побудет под присмотром. Задумавшись, я не сразу услышала Жака, увидев, мой отсутствующий взгляд он вновь повторил, с пониманием улыбнувшись.
- Как скажете. Леди Вилия, что с девочкой?
- Жар! Ами заболела, – прости, я должна идти.
- Конечно, – не буду вам мешать.
- Милая, ну что же ты, выздоравливай – приговаривая, гладила Ами. Меня трясло, в голове проносились мысли одна другой страшнее. И поэтому я была рада, девушке, вошедшей в комнату, её приход помог отвлечься.
- Леди Вилия, вот, всё, что вы просили, ещё Алма готовит отвар, а это чай с листьями из малины и ягоды, но он ещё горячий.
- Спасибо, а теперь зови Бертрана, – девушка тут же развернулась обратно. Я же добавила немного уксуса в воду, намочив взятое из ванной комнаты полотенце, стала вытирать им Амелию, пытаясь сбить жар. Сделав короткий перерыв — остудила малиновый чай. И вновь принялась вытирать ребёнка. За всё время обтирания прохладным полотенцем, Ами ни разу не проснулась и это пугало.
- Леди Вилия, Салли сказала, что леди Амелия приболела, – в комнату вошли взволнованные Аллистер и Бертран.
- Да, у неё жар, и она ещё не приходит в себя. Аллистер ей нужен лекарь и знахарку тоже везите и вообще, почему в замке нет своего лекаря, у нас, что люди не болеют? — произнесла я, переходя почти на крик.
- Ваша светлость, я сейчас дам распоряжение, разрешите идти, — быстро ответил дворецкий.
- Идите Бертран.
- Леди Вилия, лекаря выгнал ещё герцог Эдгард, после смерти своей жены и сказал, что больше не верит этим проходимцам.
- Замечательно Аллистер нам в замке нужен лекарь, найди хорошего, того же Мариуса пригласите.
- Найдём леди Вилия, как Амелия?
- Плохо, жар не проходит, — мои руки дрожали, сердце сжалось и очень хотелось плакать. Где тот сильный мужчина, где крепкое плечо, на котором можно порыдать. Почему всё сама? Когда я стала такой размазней? Я сильная, я справлюсь!
- Леди Вилия, всё будет хорошо. Амелия сильная девочка, она поправится, — сжав легонько мою руку, произнёс Аллистер.
- Аллистер, уверена, что без участия леди Офелии здесь не обошлось. Я уже дала указания Жаку следить за ней. Думаю, не стоит её пока выселять из замка, до окончания расследования.
- Вы думаете парень, что принёс ложную весть, сделал это по её приказу?
- Уверена в этом и в болезни Ами, наверняка поучаствовала.
- Чудовищно! Это ребёнок! — с негодованием прокричал Аллистер и тут же тихо продолжил, — простите.
- Аллистер, она не просыпается, — горестно проговорила, вновь приступая обтирать дочь.
- Леди Вилия, вот отвар Алма передала, – в комнату ворвалась Салли.
- Спасибо! Аллистер, что хочешь, делай, но у нас в замке лекарь должен появился в ближайшее время, — злясь на саму себя, за тупость и недальновидность произнесла управляющему.
- Слушаюсь леди Вилия, — ответил на мой приказ Аллистер и покинул комнату.
А я вновь вернулась к моей девочке. Общими усилиями мы кое-как напоили, так и не пришедшего в себя ребёнка отваром и малиновым чаем. Вернувшийся Бертран доложил, что отправил Стина в город за Мариусом, а Брайна за Трезией, нам же оставалось только ждать.
Это была очень долгая ночь. Казалось, что она никогда не закончится. Я ждала рассвет, надеялась, что с его приходом, Ами вдруг выздоровеет и весь это кошмар закончится. На протяжении всей ночи я просидела у кровати малышки, не поднимаясь и не покидая её даже на секунду. Не прекращая, обтирала и поила попеременно то отваром, то чаем. Их неустанно готовила на кухне Алма, а Салли только успевала приносить.
За ночь жар немного и ненадолго снижался, чтобы тут же снова подняться. И казалось, что он, возвращаясь, становился ещё выше. Амелия так и не пришла в себя.
Я никогда в своей жизни так не боялась, как сейчас, я вспомнила все молитвы, которые знала. Обращалась к богам этого мира, богу мира, который я покинула.
Наступил рассвет, чудо не свершилось, стало только хуже, Ами начала хрипеть. Из груди малышки раздавался жуткий звук, который мешал ребёнку дышать. Её личико сделалось бледным, а губы приобрели чуть голубоватый цвет. К обеду Амелии стало хуже, жар сбить уже не удавалось, обтирания не помогали, отвары — кажется, тоже.
С города вернулся Стин. Вернулся в одиночестве, Мариус сломал ногу и не может передвигаться, и он единственный лекарь на весь городок, не считая двух шарлатанов.
Боже это какой-то бред, на такое количество проживающих людей всего один лекарь, нет с этим тоже надо разбираться. Но сейчас главное здоровье малышки. Светлая помоги, пусть всё будет хорошо.
От Брайна тоже пришли не очень радостные вести, бабушки Трезии не оказалось в доме. Со слов мальчишек она ушла на сбор какой-то полезной и редкой травы, но должна скоро вернуться.
День казался долгим, есть не хотелось, периодически приходили Маргарет, Зои, Мегги и Тита, Бертран и Аллистер, все переживали за Амелию. Меня шатало от усталости, голова кружилась, а при слове еда, начинало тошнить, а во рту появился вкус крови.
Казалось, что время остановилось и ничего не меняется и этот кошмар никогда не закончится. Но приходилось держаться и повторять себе: Я сильная! Я справлюсь! Поплачу потом, когда всё закончится!
Пару раз порывался зайти в комнату Дейв, под предлогом поддержки меня в столь трудное время. Спасибо Бертрану, таким я его ещё не видела, быстро выставил несостоявшегося утешителя за порог.
К вечеру Амелии стало хуже, хрипы участились, жар нарастал, ребёнок начал задыхаться. Я, не останавливаясь, протирала её прохладным полотенцем и отпаивала отварами. Как никогда чувствуя себя беспомощной.
- Леди Вилия, это я во всём виновата, не надо было оставлять леди Амелию, – плача бормотала себе под нос Салли.
- Успокойся, ты здесь ни при чём, – устала, проговорила – это ребёнок, за ним трудно уследить и прекрати реветь, мне не хватает тебя ещё успокаивать, всё будет хорошо. Я как мантру повторяла эту фразу — Всё будет хорошо.
Сил уже не было даже ругаться, от нервного напряжения и усталости меня шатало и пару раз я, кажется, отключалась. Амелию мы продолжали отпаивать отваром Алмы и привезённой настойкой Мариуса, лучше ей не становилось. Но я не теряла надежды и громко распахнутой двери и увиденным была искренне рада.
- Девочка, что случилось, меня этот бугай силком приволок, я даже в дом зайти не успела, – в комнату вошла бабушка Трезия, следом шёл Брайн.
- Бабушка Трезия, Ами плохо, с вечера не приходит в себя, жар не спадает, думаю, что застудилась в пруду.
- Давай глянем, ну что ты маленькая разболелась, вот и маму свою перепугала, – знахарка водила рукой по груди и голове девочки, не переставать разговаривать с ней.
Минут через десять, Амелии стало лучше, с щёк исчезла эта пугающая бледность, губы порозовели. Дыхание стало ровнее, жар прошёл. Я не заметила, что по моим щекам текли слёзы, смывая собой всю боль и переживания за дочь.
- Всё? Легче? Выплакала? – Спросила у меня бабушка Трезия.
- Да, спасибо, — ком в груди исчез и я глубоко вздохнула.
- Это вон тому спасибо, подкараулил меня у лесной избушки и чуть силком не приволок. Усадил на свою лошадь и на вопросы не отвечал. Сказал только, — Леди Вилии плохо, надо ехать.
- Простите, бабушка Трезия, – виновато опустил голову Брайн
- Да ладно, чего уж там, молодец. Ещё немного и было бы поздно, — тихо произнесла знахарка.
- Спасибо Брайн, если бы не ты, Ами... – но, парень окончательно засмущался и стал пятиться к выходу из комнаты.
- Леди Вилия, вы что, это вы, это вам спасибо, а мы так, только рады, простите, идти надо, – и недоговорив вылетел из комнаты. Да, плачущая и благодарная женщина — страшная сила.
- Бабушка Трезия, с ней всё будет в порядке? — я всё ещё волновалась за девочку.
- Всё будет хорошо, сегодня ещё поспит, а завтра будет почти здорова, я оставлю травки, с недельку попоишь ею.
- Спасибо, — тихо, почти шёпотом, с трудом выговорила, с меня, как будто стержень выдернули, по телу расползлась слабость, глаза закрывались.
- Ты вот что, ложись рядом, а мы пойдём, Салли, покажешь, где я могу разместиться.
О чём ещё говорила бабушка Трезия и Салли я уже не слышала, практически ползком я взобралась к Амелии на кровать и осторожно, чтобы её не потревожить легла рядом, всё это я проделала уже в коматозном состоянии.