Глава 117

Дома и стены помогают.

Юля подумала, как было бы хорошо, если бы чудесный зануда Акимов, её друг с младенчества, был бы ей хоть сколько-то интересен, как мужчина. Или хотя бы она ему была интересна. Уже, наверное, хватило бы для счастья. Или хотя бы спокойствия. Очень повезёт той, которая окажется за этой каменной стеной. А она за них однажды искренне порадуется.

Сашенька уже сидела за большим столом. В руках пирожок. Рядом мальчик постарше. И тоже с пирожком. Только у Саши, судя по форме, с вишней. А у мальчика с картошкой.

— Мам, а это чей?

— Юль, это же Игорек Кузьмин. Доктора средний внук. Елена Васильевна зашла. Тёмку послушает. А то кашляет.

— А пирожки Даша в приданое привезла? — улыбнулась Юля.

Жена Игоря Даша была большая мастерица по части пирогов. У неё Юля старательно училась. Пироги — они как душа дома.

В этот момент Саша, внимательно разглядев пирожок соседа, просто наклонилась и откусила у него кусок. Мальчик поморгал. Посмотрел на Сашу удивлённо. Но в долгу не остался. Тоже откусил у неё пирожок.

Юля приготовилась разнимать драку. Про способность "фэйгеле устроить геволт" она уже наслышана. Но Саша, явно не ожидавшая такого, просто протянула парню свой пирог.

— Ня! Кусно!

Тот смотрел то на её пирожок, то на свой, соображая, как поступить. В результате дети просто махнулись пирожками к обоюдному удовольствию.

Саша влилась в жизнь дома легко, несмотря на то, что в своей семье была единственным и, безусловно, балованным без меры ребёнком. Может быть потому, что здесь никогда не было жёстких правил. Характером Александра явно пошла в отца. А Янек и правила — с большим трудом совмещаемые вещи.

Юлины племянники и племянницы просто приняли её в свою стаю. Этой семье не привыкать. Приемными для Жанны и Володи были их старшие дети — двойняшки Игорь и Ксения. И у каждого из них уже в своих семьях было по приемному ребёнку. Сашу здесь знали с рождения. И совершенно не удивились, что она вдруг задержалась.

Все вместе они уже через день смотрели большой фейерверк над рекой. В ресторане яхт-клуба была свадьба. Старшая внучка доктора вышла замуж. Говорили, что за военного моряка. *И поедет за ним аж в Североморск. Юля подумала, что вот так, наверное, и должно быть, когда любовь настоящая. Ты за любимым куда угодно. И твой дом там, где он.

Дома стало полегче. Рядом мама и папа. Своя кровать, наконец. И охрана в виде служебной собаки и такого же кота, который ровно сутки пытался объяснить Тиму, что это его территория, но потом сдался. Может потому, что вид у Тима был решительный. Мол, я на посту. И не уйду, даже если ты тут совсем сорвешь голос своим "Мяу!"

Через день Юля возила Сашеньку к бабушкам. Оттуда они разговаривали с Израилем. Сама Юля никогда не оставалась, хотя вышедшая из больницы бабушка Рая очень уговаривала.

Клару Львовну бабушки на время забрали к себе. Та тосковала по фортепьяно и работе. Но одной левой в буквальном смысле много не наиграешь.