Глава 172

Семья очень похожа на дерево. Хорошо, когда есть крепкие корни и новые ветви.

Янеку уже было очень любопытно, куда пропали бабушки. Но тут объявили, что молодожёны будут рисовать семейное дерево. Вынесли большой холст. Дали кисти. С художественными способностям явно лучше было у Юли, всё-таки папа архитектор. Она несколькими чёткими движениями нарисовала ствол и ветви. Янеку оставалось только добавить несколько штрихов. Юля позвала к ним Сашеньку, сидевшую рядом с бабушкой Кларой. Отдала свою кисточку. Показала, где можно дорисовать ветви. У Янека встал в горле очередной ком. Так трогательно это выглядело.

Потом всем гостям было предложено нарисовать листья на этом дереве. Желающие подходили, брали кисти. Скоро потрясающая картина была готова.

— Вот, ты как раз думал, что на стене пустовато, — Юля положила голову на плечо мужу.

— Устала?

— И да, и нет. Так волновалась утром.

— Я тоже волновался. Вдруг бы ты отказалась.

— Янкеле...

— Но я так счастлив сейчас. До этого дня мне казалось, что это сон. Проснусь, а тебя нет рядом.

— И не надейся!

— Там наши бабушки примерно минут сорок назад на кухню пошли.

— Зачем?

— Полагаю, с инспекцией.

— Не вернулись?

— Пока нет.

— Тогда два варианта. Или они там всех поубивали. Или поубивали их. Но это маловероятно, — Юле стало весело.

О таком дуэте, как их бабушки, она и не задумывалась. Гремучая смесь из татарской и еврейской блестящих хозяек могла рвануть праздничным фейерверком. Юля жестами позвала ближе отца.

— Пап, сходи на кухню, пожалуйста. Туда пропали бабушки.

Володя кивнул.

— Не волнуйтесь, я посмотрю.

Картину он застал эпичную. В углу на стульчиках сидели бабушка Валия и бабушка Рая. Дюжий повар, в котором однозначно угадывалось южное происхождение, грохотал на всю кухню, отдавая распоряжения. И совсем другим, очень милым и вежливым тоном, беседовал с бабушками. На кулинарную тему, само собой. Время от времени кто-то из поваров подавал им блюда на пробу.

— Ой вэй, Ашотик, как вкусно! Что ты туда положил?

— Розмарин, Рахиль Исаковна-джан.

— Володечка, что такое? — заметила сына Валия Николаевна.

— Юля с Янеком вас потеряли.

— Ой... Мы тут...

— Мы так и поняли, — рассмеялся Володя. — Пойдёмте. Сейчас по плану невеста танцует с отцом, — Орлов поправил манжеты рубашки, явно волнуясь.

Юля помнила похожий момент на свадьбе Ксении и Славика. Невеста танцевала сначала с братом-двойняшкой, с отцом, а потом с мужем. Но Юля и младшие Ксюшины братья были тогда совсем мелкими. Теперь же вокруг площадки для танцев стояли все её мужчины. Её "маленькая армия", как шутили родители. Эдик, Тимур, Артур, Серёжка Акимов, Игорек и папа. Последним — Янек. Неужели репетировали? И Слонёнок? И её Янкеле? В танцевальных способностях папы и братьев сомнений быть не могло. Орловы умели танцевать. Когда глава семьи — чемпион России и прекрасный педагог, это естественно.

Ведущий подал невесте руку.

— Давай, малышка. Твой вальс.

Юля оглядела стоящих в кругу мужчин. Они все волнуются. И не скрывают. Эдик дёргает бабочку. Серёжка нервно сжал ладони. За их спинами гости. Мама застыла с ладошкой возле рта. Пытается не плакать. Дед Лёша с Сашенькой на руках смахивает с глаз солёные капли. Думает, что незаметно.

Юля вышла в круг.

Эдик первый подал ей руку. Высокий подросток, который скоро станет потрясающим мужчиной.

— Юль, ты пипец, какая красивая!

— Спасибо, пупс!

Эдик улыбнулся.

Потом очередь "бандитов". Темноволосый Артур, потом светленький Тимур. По очереди.

— Юленька, будь счастлива!

— Принцесса, ты лучшая! Мы всегда рядом, если что.

Серёжка Акимов руку протягивает. Друг. Почти брат. Каменная стена. Сначала молчит.

— Юль...

— Я помню твой номер наизусть.

— Вот и правильно.

Потом Игорь. Сам уже отец семейства.

— Ты же знаешь, что главное, Юль.

— Конечно. Любовь!

— Вот именно. А вашу любовь из космоса видно.

Папа широко улыбается. Какой же он красивый! Ведёт её в вальсе уверенно и надёжно. У Юли ком к горлу подкатил.

— Не плачь, малышка. Мы с тобой всегда. Ты любима и любишь. Иди к нему. Иди.

Последний — Янек. Неужели научился танцевать? Когда? Потому что у её мужа получается! А слезы текут по Юлиным щекам неконтролируемым потоком. Хорошо, что макияж специальный.

— Моя жена..., — только и может произнести Янек.