Глава 178
Россию губят три вещи: кумовство, дураки и дороги.
Клара Львовна открыла Янеку дверь, улыбаясь. Но столкнувшись с ним взглядом, побледнела.
— Что случилось? Что с Сашенькой? С Юлечкой?
— Нет. Что-то с Боречкой.
Звучало не очень вежливо. Но у Янека не было сил на реверансы.
— Что... Что с ним?
— Помните, как в старой сказке? Кажется, что-то про Чудо-юдо. Царевич был упитанный, но невоспитанный.
— Так Боря здоров?
— Жив, здоров и пока невредим мальчик Вася Бородин, — переиначил Янек стихотворение Сергея Михалкова, — Мальчик Боря Горелик — фуфло, а не мужик, если коротко. Хотя доктор, возможно, он хороший.
— Ян, объясни мне наконец! Если Боря что-то натворил, я сама с ним разберусь.
— Ну, Клара Львовна, он же явно не куличик в песочнице соседской девочке сломал. Он сестре сначала подгадил. А теперь вот, уж не знаю почему, головой думать перестал. Дал доверенность тёще на действия от его имени на территории нашей страны.
— Да... Роза же гражданство оставила..., — Клара Львовна опустилась в кресло.
— К нам домой приходила опека, — не стал растягивать удовольствие Янек, — у Саши спросили, где её мама. Проверяли условия жизни ребёнка.
— Как опека? — Клара Львовна пошла пятнами.
— По жалобе мадам Соболинской. Знаете такую?
— Соболинская... Аллочка была Соболинская. И Роза, значит... Как?
— Я сегодня уже отвечал Вашему племяннику как. Получилось не очень вежливо. Они, видимо, решили, что квартира куплена после свадьбы. А значит, наследуется Сашенькой. И если отбить опеку, то я отдам квартиру за дочь. И что угодно отдам. И они правы, черт подери!
— Ян... Это звучит ужасно!
— А когда они продавали квартиру Сониных родителей, как это звучало? Как увертюра к балету "Садко"?
— "Садко" — это опера, а балет на эту музыку называется "Подводное царство", — автоматически поправила Клара Львовна.
— Клара Львовна, я Вас очень уважаю, но, честно, наплевать сейчас на балет. Мне нужно знать, что именно обо мне и Саше теперь знает Боря, а следовательно, его развесёлое семейство.
— Боря звонил в новый год. Поздравлял. Очень душевно, между прочим, — Сонина тётя очень старалась взять себя в руки, — Он спросил, как моё здоровье и как дела. Я сказала, что скучать мне некогда. В этом году много учеников, чего давно не случалось, спасибо Жанночке. И что несколько раз в неделю я занимаюсь с Сашенькой. Боря переспросил, не ходит ли она в садик. А я сказала, зачем нам тот садик, когда у Сашеньки таки есть бабушки и Юля. Он уточнил, кто такая Юля. И я объяснила.
— Что именно объяснили? — Янек, конечно, заранее знал, что ничего плохого о них Клара Львовна сказать не могла. Но ведь вывернуть наизнанку можно при желании любую фразу и любой факт. — Что наша Юлечка — это дочь твоих друзей. Что она Сашенькой занималась и нам всем помогала, пока ты был... Пока Сонечка... И когда..., — плечи Клары Львовны затряслись от рыданий.
Янек обнял её. Воспоминания о том времени накатили удушливой волной. В груди запекло. Ком в горле встал. Ведь и правда, год назад у него была другая семья. Дочь и другая жена. В потом они прошли через ад. И ангелом, сохранившим им дочь, была Юля. Вспомнились Сонины прозрачные руки, когда Борис силой отнимал её тело у Янека. Он боролся за Соню. Даже когда было уже поздно. А здесь, в Москве, день за днём чужим ребёнком занималась совсем юная девушка.
Прийти в себя удалось не очень быстро. Клара Львовна заварила им обоим кофе. И только после этого нашла силы говорить.
— Я сказала, что ты женишься на Юле в конце января. Боря говорил что-то про год траура. Я предложила ему засунуть эту традицию себе в задницу.
— Что, вот так прям и предложили? — нервно хихикнул Янек, представив себе этот разговор и лицо Бориса.
— Да, вот можешь себе представить! Это всё влияние твоё и вашего деда Лёши!
— Ясно. Больше ничего?
— Я сказала, что ты строишь дом, а со старой квартиры вы съехали, но временно.
— Угу. Понятно.
— Я сказала ему что-то, чего не следовало?
— Нет, тут ни в чем нет тайны. Это он сделал то, чего не следовало.
— Ты можешь на меня рассчитывать, — решительно заявила Клара Львовна, — Я на вашей с Юлечкой стороне буду всегда. И если надо, давай полечу к Боре вправить мозг.
— Было б что вправлять... Простите..., — Янек поднялся. — Я поеду. Сегодня ещё много дел.
Янек поехал в офис. Там была возможность спокойно применить свои профессиональные навыки в личных целях. Нужно было нарыть максимум информации на Аллу и Розу Соболинских. И заодно на ту даму из опеки.