Глава 191

Мать — это глагол. Это то, что вы делаете, а не то, кто вы есть.

Летом стало совсем сложно. Двойня — это трудно. Юля к традиционным летним праздникам Орловых, которые происходили в начале августа, уже совсем тяжело ходила. И с завистью смотрела на Надю, у которой вообще совсем недавно стало отчётливо видно живот. Акимова продолжала активно работать, несмотря на протесты Кости.

— Мам, я не жалуюсь. Честно. Но это тяжело. Я как бегемот. Ничего не могу сама. Даже обуться! Только вы с Ксюхой меня понимаете! А ещё они дерутся. Такое впечатление, что между собой.

— Будете пол определять? — Жанна положила руку на объемный Юлин живот.

— Я не знаю. Иногда мне очень хочется всё заранее подготовить. Имена придумать. А иногда хочется, чтобы это был сюрприз. Мы же их любим независимо от того, мальчики они или девочки.

— Мальчики там. Мальчики! — подошла Ксения. — Мам, Юлька сейчас прям твоя копия, когда ты бандитов ждала. Я ж помню.

— Юль, а вот интересно, на чей голос успокаиваются твои? — Жанна любовалась дочерью. Она и правда была очень похожа на неё саму, беременную Артуром и Тимуром, — Помнишь, Сашенька на твой голос реагировала.

— Мам, а эти на Сашин лучше всего. Что, наверное, не странно. И Янека, конечно, слушают.

— Его все слушают, — улыбнулась Жанна, — Это же Янек Горовиц.

— Мам, а помнишь, как я тебя спросила, не отдадите ли вы нас и Игорем обратно в детский дом? — вдруг вспомнила Ксения, — Я тогда плакала ночью, а ты ко мне пришла уже с большим животом. И меня Артур в ухо пяткой толкнул.

Юля с удивлением смотрела на сестру. Неужели у них с Игорьком были такие страхи? А что, если Саша тоже боится появления младших?

— Юль, ты чего бледнеешь? Нехорошо? Водички? — Ксюша вскочила.

— Ксюша, а что если Саша боится? Господи... А если она плачет вот так, как ты тогда?

— Не придумывай себе, Юль. У Сашеньки не стало меньше внимания взрослых в единицу времени. Я наблюдаю за ней давно. На редкость адекватный ребёнок. С поправкой. Адекватный еврейский ребёнок.

— А есть разница?

— Ой, только не кидайся. Ты себя не видишь со стороны. Сама стала, как говорит мама Янека, настоящей идише момеле! От тебя только и слышно, что ваша Сашенька — самый талантливый ребёнок на свете.

— Но ведь она и правда...

— И кто спорит? Она тебя мамой не называет?

— Нет, Ксюша, — расстроилась Юля, — А вы с Игорем когда родителей назвали папой и мамой?

— Мы? В первый вечер. Игорь так решил. Раз мы их дети, то как по-другому? Не расстраивайся, пожалуйста. Может, со временем и Саша тоже так.