Глава 193

Новая жизнь — великое чудо.

В новый дом переезжали медленно. Юля сказала, что больше никаких нераспакованных коробок и поиска вещей! Поэтому Янек привозил их по одной-две. Ровно столько, сколько они могли разложить по местам. Сколько он не пытался оградить Юлю от хозяйственных дел, она только больше протестовала.

— Янкеле! Я же не инвалид в конце концов! И то, что тебе приходится помогать мне надевать штаны, ещё не даёт никаких прав мне что-то запрещать!

— Юлечка, давай я разложу, — пыталась перехватить у неё стопку полотенец Клара Львовна.

Потом видела Юлино расстроенное лицо.

— Ну что ты, деточка. Давай пополам. Чтобы тебе не тяжело. Руководи, куда надо класть.

Праздник ко дню рождения Саши планировали уже в доме. Юля сама сделала гирлянды из шариков. К подготовке стола бабушка Рая никого не допустила. Бабушки Маня и Клара были исключительно на подхвате.

— Не говорите мне, что я старая. Моя фэйгеле будет иметь лучшее на свой праздник! Давид, ты видишь, как она растёт?

Надежду Акимову увезли в роддом на скорой прямо с празднования дня рождения Сашеньки. Костя и Сергей ринулись следом. Акимова логично не пустили дальше приёмного покоя. Он пытался спорить и кричать. Замолчал, услышав вопль жены из смотровой. Побледнел. Его подхватил под руки сын.

— Пап, погоди падать. Давай я узнаю, что можно и как. Посиди. Я быстро.

Сергея трясло. Но помощи было ждать неоткуда. После буквально пяти минут и нескольких заданных вопросов, выяснилось, что для присутствия на родах надо справку. Сделать её заранее Константин не успел.

— Сколько у меня времени? — у него было такое лицо, будто он собрался из-под земли добывать любой документ.

— Часа четыре примерно есть, — неопределенно ответил врач из приёмного, — Роды хоть и вторые, но перерыв двадцать лет. Как первые будут.

Акимов кивнул врачу.

— Сейчас вернусь. Сергей, ты за руль, — скомандовал сыну.

Ровно через час он стоял на пороге приёмного со справкой. Где, кто и каким образом успел сделать ему анализы и флюорографию, а ещё заверить отсутствие контактов с инфекционных больными, никто уже не спрашивал. Спорить с Константином Викторовичем, у которого в руках были все документы согласно перечня, не стали.

Сергей сначала ждал в машине. Потом пошёл до ближайшего кафе, взял себе кофе. Но сидеть долго не пришлось. Часа полтора всего. По видеосвязи звонили родители.

— Серёжка! Это девочка!

Показывали ему сморщенное красное личико и оба плакали.

— Да-а-а, родители... Это любовь...

— Любовь? Да… Точно! Любовь Константиновна!

Сергей махом допил кофе. Откинулся затылком к стене. Чувства были интересные. Он сам уже взрослый. У Юли свои дети будут вот-вот. И у него, наверное, тоже уже мог быть свой. Чисто теоретически. Новая жизнь — великое чудо. И он уже почему-то действительно любит эту крохотную девочку, которая родилась вот только что. А когда-то придёт и его время становиться папой. Но только тогда, когда он встретит ту самую, ради которой можно будет пробивать стены и совершать подвиги. Ради которой он будет дышать. Как папа для мамы. Как Ярик для своей Вари, как Янкель для Юленьки. Только тогда в этом есть великий смысл.

— Дядя Мойша, у меня сестрёнка родилась, — доложил он тут же.

В трубке было слышно, как Янек пересказывать новость всем, кто ещё оставался на празднике. И как наливают, звенят бокалами и пьют за здоровье Любови Константиновны Акимовой.