Часть 1. О бедном гусаре еврее замолвите слово · Глава 62

Глава 62

Просто подари мне один только взгляд...

Егоров в обеденный перерыв вдруг засобирался.

— Ты куда вдруг? А пожрать?

— Мне надо сгонять до детской больницы.

— Кто? Верочка или Макс?

— Юлька. В неврологии. Жанна просила ей завезти зарядку для телефона и какие-то мелочи ей срочно нужные. Они с Вовкой на работе до ночи. Вообще-то могли бы напрячь Тимура. Он права получил.

Секретарь ответила на звонок в приёмную.

— Ярослав Дмитриевич, тут Вас. Из банка.

— Я уже уехал.

— Простите, я уже сказала, что Вы здесь.

— Минуту, Елизавета Андреевна. Янкель, сгоняй ты. Будь другом. А то Юлька и мне уже написала грозное сообщение, что у неё сейчас телефон сядет. Хотя, скорее всего, у неё там ещё сорок процентов. Но это же Юлька. Она тот ещё хомяк запасливый. У неё вечно скоплено или заначено.

— Ладно. Скинь мне, куда и что.

— Спасибо. И, кстати, тебя она будет рада видеть больше, чем меня.

— С чего бы? Всё. Уехал. Пожрать заскочу к своим.

Янек сначала согласился. Потому что выручить друга — это даже не вопрос. И только потом подумал, что ему снова тревожно. В неврологии? Что-то случилось? И она не позвонила ему, как делала, когда заболевала совсем маленькой. Тогда он старался приехать к ней вечером. Привезти Тима, какую-то маленькую игрушку и вкусняшку.

Он взял пакет. Может быть, это было даже кстати. Вырваться из офиса в середине дня. Тим уже вполне мог оставаться дома один. Но мама настаивала, чтобы Янек привозил его к ним. Днем они втроём выходили гулять. С точки зрения режима это было так себе. Прогулок лучше бы две, а не три. Но пока не очень взрослый — нормально. К тому же это была не его прогулка, когда можно играть в мячик и палочку, бегать по полосе препятствий и общаться с другими собаками.

Мысли о собаке не смогли перебить тревогу за Юленьку. Он и не заметил, как доехал. Еле нашёл, где пристроить машину. Легальных парковок детской больнице не полагалось.

Вся его моральная подготовка к встрече с ней пошла прахом. В палату его не пустили, а он рассчитывал расспросить подробности у врача или стрясти их с самой принцессы.

Пакет пришлось оставить в специальной корзине для передач. Он сунул туда маленького пушистого игрушечного кролика. Брата-близнеца (или сестру) того, что он привозил ей когда-то. И любимый шоколад, который Юленьке вообще-то было нельзя в больших количествах. Но чуть-чуть же не считается.

Додумался посмотреть, на каком этаже неврология. Было ясно, что окна палат выходят на улицу, а служебные помещения — во двор. Побрел, загребая ботинком жёлтые листья и глядя на окна. Там было пусто.

Постоял возле машины. Впереди была припаркована старенькая Тойота. Явно женская. Примерно такая, какая была у Вари тогда ещё Сухановой. У машины были спущены оба задних колеса. Янек обошёл вокруг. От созерцания стоящей на ободах машины его отвлек звук быстрых шагов.

— Это Вы? — прозвучал возмущенный женский голос.

— Я? — Янек поднял глаза.

И стало ясно, что эта пигалица в медицинском халате под пальто храбрится изо всех сил. А у самой, вон, руки дрожат и цепляются за петли.

— Вы испортили мои колеса? — девушка пыталась сверкать большими карими глазами, а у самой слёзы на подходе.

— Вей из мир! Зачем мне ваши колеса? У меня своих четыре, — Янек уже был готов рассмеяться, так забавно она хорохорилась.

— Вы еврей? — следующее, что выдала мелкая докторша.

— Если это имеет отношение к колесам, то нет, а если Вы про меня, то таки да, — выдал Янек свою умопомрачительную улыбку. Было в этой девушке столько беззащитности, что остро захотелось разом решить все её проблемы. А если у неё их нет, то создать и решить, — Давайте я вызову эвакуатор. И отправлю Вашу машину в наш сервис.

— У вас есть свой сервис?

— Да, у меня есть сервис, а ещё мама, бабушка и собака, — зачем-то выдал вслух. Может, потому что ему хотелось, чтобы она улыбнулась, — Вы куда-то собирались ехать? Или просто вышли проведать машину?

— Да, хотела улизнуть проведать, как тётя. Но вот... У меня больница и тётя, — зачем-то пояснила она. И всё-таки улыбнулась.

— Давайте ключи. Я отправлю Вашу машину. И встречу Вас после работы. Она будет уже готова к тому времени. Во сколько Вы заканчиваете?

— В пять. Ой... Это неудобно... Я Вас напрягаю. Мы не знакомы. А вы...

— Удобно. Ян Горовиц.

— Соня. Софья Горелик.

— Давайте ключи, Соня.

Она как-то очень легко отдала ему ключи от машины, продиктовала номер телефона и, махнув рукой, быстро пошла обратно в больницу, кутаясь в пальто.

Янек вызвал эвакуатор. И, садясь в машину, снова мельком глянул на окна. Юленькин силуэт он бы не перепутал ни с чьим другим. Прожигающий серый взгляд чувствовался на расстоянии. Секунда-другая. И Юля отошла от окна.