Глава 26

Михаил

— Ммм… вкусно, — я едва не облизывал пальчики от еды, которую приготовила Герда. Женщина готовила великолепно. — Кажется, я сейчас и тарелку съем, — произнес, закидывая в рот последний кусочек стейка.

— Льстец, — улыбнулась хозяйка, но явно была польщена.

— Ни капельки, — я сложил приборы на тарелку и приготовился отнести их на кухню.

— Оставляй, — махнула рукой Герда.

— Беги уже к своей невесте, — добавил Генрих.

Я вздохнул. Как раз к невесте-то я бежать не собирался. Как представил девушку, снова бродящую в нашей комнате в коротких шортиках…

— Кажется, я где-то там обронил телефон, — махнул рукой в сторону темного окна.

Мигом выскочил из дома. Телефон всё время был со мной в кармане. Но возвращаться я не хотел несмотря на то, что вроде как пообещал вернуться поскорее.

Всю пробежку я думал только о том, что сегодня случилось. Пытался не вспоминать Олесю.

В памяти сама собой всплыла Алина…

В тяжелом подростковом возрасте среди каменных джунглей Токио я познакомился со славянской девушкой, которая, как оказалось, совсем недавно перебралась с родителями в Японию. Малышке было тяжело.

Я, как истинный джентльмен, взялся ей помогать.

До сумасшествия красивая Алина не знала в этой стране вообще ничего. Ни языка, ни обычаев. Я познакомил ее со своими друзьями, носил в школу портфель. Рассказал ей всё, что только знал сам, и всячески опекал. В общем, сделал жизнь девушки полностью комфортной.

А потом у нас возникли взаимные чувства. От счастья я, казалось, поселился на небесах.

Всё свободное время мы проводили с Алиной только вдвоем. Забросили все дополнительные занятия и кружки. Гуляли за ручку и много целовались. В тот период я жил в раю.

Первая во всём, моя первая любовь среди японских девушек, толпами бегающих за мной, была безусловно бесподобна. Но самое главное, что мои чувства тоже не остались без ответа.

Мы строили планы на будущее, решали в какой будем поступать институт. Один на двоих. Даже мечтали о свадьбе.

Мне пришлось на пару недель уехать на родину — дедушке уже тогда периодически становилось плохо. Но я, как обезумивший, рвался назад в Японию. Рвался к своему счастью. Рвался к единственной и светлой любви.

Вернувшись, я летел к ней прямо с аэропорта. С огромным букетом ее любимых тюльпанов я от нетерпения едва не бежал впереди такси. Ключи от ее квартиры у меня были. Также как и у нее от моей.

Я не звонил своей Алине. Собирался ей сделать сюрприз…

В итоге сюрприз моя светловолосая нимфа сделала мне сама…

— Миша, пойми! Это солист самой известной японской группы! Я просто не смогла устоять! — слова, вылетающие из любимых губ, насмерть убивали меня, ломая внутри мое сердце на тысячу мелких осколков. Они действовали гораздо сильнее, чем вид оголенного мальчишеского тела, которое я увидел под одеялом в комнате своей любви.

Как я пережил тот вечер, я не помню… Благо, у меня было много хороших друзей.

А потом жизнь просто померкла. Как будто испортили все краски, которыми она сияла до этого момента. Мне ничего не хотелось. Все дни я проводил в кровати, даже не расшторивая окно. Родители не знали. Они спокойно уходили на работу. Так продолжалось долго, пока однажды моим предкам не позвонили со школы и не поинтересовались, собирается ли их сын возвращаться после полугодичного отсутствия в учебное заведение или нет.

Помню в тот день у нас дома разразился чудовищный скандал. Предки, прирожденные интеллигенты, использовали такие слова, что даже я, который себя считал знатоком определенного ответвления родного языка, покраснел и застыдился.

Приблизительно в то же время мой порог оббивала Алина. Но я даже разговаривать с ней не захотел.

Больно было просто до сумасшествия сильно. Всеобъемлюще. Просто монументально. Так, как вначале было любить…

Мама через знакомых нашла психолога, который, считай, вытащил меня с того света. Ведь я тогда уже не мог найти хоть какой-то мотивации, зачем мне жить. Страдал. Потихоньку угасал.

Несколько позже в моей жизни появилась Бусинка, и я переключил все нерастраченные чувства на нее. И за нее же был готов убить.

Не дай Бог, чтобы кто-то сделал с ней хоть что-то подобное…

Благодаренье Вселенной, что я всё же смог пережить тот момент. Но с тех пор красивых и умных девушек я себе в пару больше не выбирал.

Всегда обращал внимание только на тех, кто искал хоть какую-то выгоду во мне — статус, деньги, связи, знакомства… Жизненный урок я усвоил великолепно — отношения должны были быть без чувств.

Вздрогнув от непрошенных воспоминаний, я засунул руки в карманы и отправился к конюшне. Какое-то время постоял у засыпающих лошадей.

Надеюсь, что моя будущая жена уже уснула. Потому что меня уже одолевает тяжесть и сонливость.

Глянул на часы. Была уже половина второго.

Медленным шагом побрел обратно в дом. Поднялся на второй этаж. Тихо скрипнула дверь, когда я зашел в нашу комнату. Горел ночник. И, к счастью, Олеся уже спала.

Девушка лежала в кровати, отвернувшись к своей стене, и тихо дышала.

Я быстро разделся и нырнул под одеяло. Постараюсь я тоже уснуть.