Глава 10
* * *
Летним утром в душном офисе, пока не появилось начальство, о каком квартальном отчёте или новом плане работы может идти речь? Тем более, за окном светит яркое июльское солнце, а болтливой, весёлой девушке приходится сидеть в большой и не очень уютной комнате перед монитором компьютера. Естественно, что в таких условиях мысли о работе отходят на второй план, а вместо них появляется желание в очередной раз зайти на свою страничку в социальной сети или посетить любимый форум.
В общем, время идет… работа не делается…
Молодая помощница-секретарь Ирины Семёновны как раз листала ленту в социальной сети.
Она с завистью смотрела на фотографии знакомых людей, отдыхающих на море или даче, и сама мечтала уехать на выходных к друзьям на шикарную дачу, где имеется открытый бассейн, свежий воздух, а самое главное — парень, который там проживает…
Но тут, она увидела фото, которое повергло девушку сначала в недоумение, а потом в шок.
Она подскочила со своего места и кликнула других работников:
— Не представляете, что я сейчас увидела! Наша Вика встречается с заказчиком! И фотки есть!
Работники индустрии дизайна, народ творческий и очень любопытный. Естественно, все побросали свои важные и не очень дела, и с нескрываемым интересом подошли к компьютеру секретаря.
Спустя несколько минут, полились возгласы впечатлений: кто осуждал, кто восхищался, кто откровенно выражал негативные эмоции. В любом случае, равнодушных не было.
Ирина Семёновна в прекрасном настроении вошла в свой офис. В одной руке она просматривала утреннюю почту на своём мобильном устройстве. Другой зажимала дорогую сумочку из первой линии известного дизайнера.
Настроение женщины было отличным от того, что в её цепкие ручки попался довольно денежный заказчик, и она собиралась выжать из него по максимуму.
Она вошла в приёмную и нахмурилась. Все её сотрудники столпились вокруг стола секретаря и что-то бурно обсуждают.
— Что за собрание? — звонко разнёсся голос начальницы.
Все тут же быстро ретировались, опуская взгляд и пряча улыбки.
Ирина Семёновна проводила своих работников строгим взглядом и, вздёрнув тонкую бровь, обратилась к своей секретарше:
— Рассказывай.
Девушка покраснела и виновато произнесла:
— Виктория Соболева и заказчик… вместе… в сети есть их совместные фото и видео… целуются там…
— Что?! — гневно воскликнула женщина.
Она подошла к её монитору.
— Показывай.
* * *
Женщина смотрела на фотографию мужчины. Несмотря на свои шрамы, он хорош.
Улыбка, счастливые глаза…
Но всё бы ничего, кроме рядом находящейся молодой, пышущей такой раздражающей своей радостью девушки. Она молода и красива… смотрит на Демида с обожанием и любовью.
Ева сделала себе дорожку из белого порошка и с удовольствием втянула в себя, откинувшись в старом кожаном кресле.
Она с ненавистью устремила взгляд своих глаз на фотографию.
Когда-то и она была прекрасна. Мужчины готовы были весь мир бросить к её ногам!
Демид…
Сколько раз Ева корила себя за разрыв с мужчиной. Демид был самым лучшим, самым верным и любящим мужчиной. Выполнял её любые прихоти и желания…
Идеального мужчину променяла на его партнёра и друга. Наивная. Позарилась на мнимое богатство, а он оказался той ещё сволочью…
Да и где теперь это всё?
Мужчина хотел детей, но Ева не могла родить. Наркотики и алкоголь сделали своё гиблое дело. Её муж и родители бесконечное количество раз упекали Еву в клиники. Но они идиоты! Она не собиралась отказываться от удовольствий и эйфории!
Наркотики стали её смыслом жизни. Но вот беда, на качественную дурь нужны деньги и не малые…
Развод принёс ей неплохое состояние, но Ева быстро растратила всё, что было.
Бывший муж отказался обеспечивать её. Родители, после признания дочери от отказа лечиться и прекратить принимать наркотики, отвернулись от неё.
Женщина озлобилась. Она ненавидела всех и весь мир! А в данный момент эту счастливую девушку!
Раньше у Евы с наркотиками проблем не было — ей доставал их знакомый дилер, за деньги от разделённого имущества. Да и на after-party её без проблем угощали и феном* (фен* — сленговое название фенамина (амфетамина), и кокаином.
Но когда она осталась без денег и внешность претерпела соответствующие изменения, от Евы отвернулись, если не все, то многие.
Её больше не приглашали на «золотые вечеринки», богатые любовники с брезгливостью смотрели на женщину и отвергали её. Она превратилась в неуравновешенную и озлобленную истеричку.
…Начались первые ломки…
Ощущения были страшными: всё тело ломало и трясло. То поднималась температура, то бросало в озноб. Ко всему этому добавилось расстройство желудка и дикая боль в мышцах… Она будто болела гриппом в первые дни, но в шесть раз сильнее…
Ева стала подворовывать у своих оставшихся ещё друзей, таких же, как и она, наркоманов.
Но нужно что-то менять. Она желает вновь вернуться в роскошную жизнь и больше не заботиться о том, где взять деньги на очередную дозу.
В воспалённом мозгу Евы родился «гениальный план». Она вернёт себе Демида и избавится от его пассии!
Ева не отрывала глаз от мужского лица на фотографии и решительно думала, что всё состояние Демида станет её, Евы… а потом, можно избавиться и от мужа.
Она просмотрела другие фото и скривилась, увидев на одном из снимков Всеволода.
— Старый мухомор ещё не сдох, какая жалость… — хриплым голосом произнесла она вслух и рассмеялась, — но это так легко исправить.
Она набрала номер своего знакомого.
— Это я… хочешь заработать несколько миллионов?
— Говори, — отозвались на другом конце провода низким мужским голосом.
* * *
Солнце где-то у горизонта всё ещё топталось, будто ему лень начинать новый день.
Демид внимательно посмотрел на спящую девушку.
На её тёмные волосы упал лучик солнечного света, и они заблестели.
Он улыбнулся.
Непосредственная. Уверенная в себе. Жизнерадостная.
Демид провёл ладонью, едва касаясь её щеки. Виктория смешно сморщила носик и удобнее устроилась у него на груди, по-хозяйски закинув на него свою очаровательную ножку.
Мужчина залюбовался её изгибами.
Округлые бедра переходили в стройные ноги. У Виктории потрясающая тонкая талия, которой позавидуют многие. Его взгляд пробежал по нежной коже шеи, затем переместился к груди. Ему есть чем тут насладиться, подумал с удовольствием Демид. Эта грудь так приятно заполняет его ладонь.
Демид вдруг осознал, что он больше не стесняется своей искалеченной руки. Это результат влияния Виктории. Она не раз повторяла, что ей нравится ощущать на себе его руки, его прикосновения…
Жар возбуждения разлился по всему его телу. Он смотрел на неё и не мог наглядеться.
Вдохнул аромат её тела — и прикрыл в удовольствии глаза. Её запах дразнил его и пробуждал желание. Демид коснулся горячими губами её лба, и девушка распахнула свои удивительные серые глаза.
— Привет, — с улыбкой произнесла она тихо, — какое прекрасное утро…
— Ты прекрасней… — ответил он и с удовольствием осуществил свои желания, на которые девушка откликалась со всей страстью и любовью.
* * *
Когда они спустились вниз. На кухне Всеволод разогревал обед из того изобилия еды, что приготовила мама и бабушка. В его обществе находился Мао, который мяуканьем выпрашивал у мужчины лакомств.
От него, Виктория и Демид узнали, что все разъехались с самого утра. Будить Хозяина и Викторию запретила её бабуля.
Но только Всеволод был напряжён и раздражён. Говорил коротко и сухо, слишком едко, даже для него.
— Друг мой, что случилось? — поинтересовался Демид, отодвигая стул для Виктории.
Всеволод обернулся и посмотрел на счастливую пару, дёрнул плечом.
Виктория нахмурилась, и почувствовала, как в животе поселилось неприятное чувство.
— Всеволод, это уже не смешно. Уж ни я ли тебя чем обидел? — став серьёзным, спросил его Демид.
Всеволод опустил голову и обернулся к ним. Он выглядел расстроенным и опечаленным.
Ничего не сказав, мужчина подошёл к окну, на подоконнике которого лежал планшет и, включив его, протянул Демиду, грустно мазнув взглядом по Виктории.
Девушка поднялась со своего места и медленно направилась к Демиду.
Её сердце бешено застучало, а руки задрожали. Виктория поняла по лицу Дема, что что-то произошло.
Его лицо побледнело и стало суровым, у руки настолько сильно сжали планшет, что того и гляди, раздавят!
— Дем? — с тревогой в голосе, обратилась она к нему. — Что там?
Он посмотрел на Викторию своими голубыми глазами, в которых застыла ярость и настоящее бешенство, что девушка отшатнулась.
Сейчас, он выглядел страшно, если не сказать ужасно. Лицо, исказившееся гневом, вкупе со шрамами испугали её, но взяв себя в руки, Виктория решительно подошла к нему и, посмотрела в этот чёртов планшет!
— …! — воскликнула она.
Всеволод скривился от её нецензурной фразы, но смолчал.
— Дем! Это… это… — она не могла найти слов.
Снимки со вчерашнего праздника находились в свободном доступе интернета и в новостных списках.
Под ними были подписи:
«Чудовище нашёл свою красавицу…»
«Демид Златогорский жив и здоров…»
«Ужасный, но Великий вернулся к жизни…»
И всё в таком же духе.
— Это твоя работа? — очень спокойным, но ледяным тоном задал он вопрос Виктории.
У девушки по спине прошёл неприятный холодок.
— Клянусь тебе! Это не я! Видимо, Марина или Катя… но я же просила не выставлять снимки, тем более с тобой! — воскликнула Виктория, до конца не веря в происходящее.
— Я тебе верю, — сказал он сухо.
Развернулся и, небрежно бросив планшет на стол, удалился, напоследок громко хлопнув дверью.
От громкого звука Виктория вжала голову в плечи.
Мао от неожиданности подпрыгнул и спрятался под шкаф.
Всеволод минуту помолчал и так ничего не сказав, тоже удалился из кухни.
Виктория стояла, ни жива, ни мертва.
Демид сказал, что верит ей, тогда почему он ушёл ТАК?
Слёзы брызнули из её глаз.
Она снова посмотрела на планшет, словно это была самая отвратительная и гадкая вещь в мире и, решив прямо сейчас устроить подругам головомойку, направилась в свою комнату.
* * *
Мао бежал за своей хозяйкой. Кот отчётливо ощущал напряжённость и подавленность девушки.
Быть милыми и восхищать — это всего лишь малая толика того, что может делать пушистый повелитель.
Как только Виктория вошла в комнату и села на кровати, грустно опустив голову, Мао начал громко мурлыкать, тереться и даже вылизывать грустную мордочку девушки.
Он чувствует боль и грусть, и как безыскусственное создание, выражает свое отношение — я твой друг и защитник. Всё, что произошло плохого с тобой, я помогу преодолеть.
Виктория гладила своего усатого любимца и тыльной стороной ладони утирала слёзы.
«Без вины виноватая».
Именно эта фраза крутилась в её голове, словно заезженная пластинка.
Обняв крепче своего пушистого друга, Виктория достала из кармана свой мобильный телефон и набрала номер Марины.
У Виктории с подругой много общих интересов. Они любят читать одни и те же книги, им нравятся одинаковые фильмы и артисты. Они дружат ещё со школы, именно поэтому внутри у девушки появляется чувство страха и пустота. Она боится, не зная чего. Наверное, разочарования…
— Привет! — раздался весёлый голос подруги.
Виктория вздохнула и без реверансов сразу вывалила всё на подругу. Она не оскорбляла, не повышала голос и не предъявляла претензии. Просто пыталась выяснить: почему?
— Вик… — после долгого излияния Виктории, взяла слово Марина. — Клянусь тебе, что это не я… это Катя. Она вчера как раз хотела перед сном выложить все фотки, в том числе и твои с Демидом, но я сказала этого не делать. Объяснила ей, что ты просила не выставлять ваши снимки… Вик… Я, честно говоря, разочарована Катей и её поступком… Сама сейчас позвоню и скажу, что думаю о её поведении! Вот же дура!
Они ещё довольно долго поговорили. Марина спрашивала про Демида и, о том, как он воспринял ситуацию в целом.
Виктория только всхлипнула. Слов не требовалось.
— Тебе нужно с ним поговорить, — настоятельно сказала Марина.
— Знаю… и поговорю, только сначала Катькин мозг выпью! — процедила Виктория.
Марина вздохнув, пожелала подруге успокоиться и набраться терпения. Если что — сразу звонить ей, Марине. Она не бросит подругу в беде!
Распрощавшись, Виктория, закусив губу и чтобы не откладывать на потом, набрала номер Катерины.
— Алло? — растягивая слова, кокетливо пропел голос девушки.
— Зачем ты выложила фотографии? — перешла в наступление Виктория.
— Чего?! — недоумённо переспросили на другом конце провода и хохотнули, — Вика, ты что такая злая?
— Злая?! — воскликнула она. — Катя! Ты за одну секунду, возможно, разрушила всё, что возникло между мной и Демидом! Зачем? Что я тебе плохого сделала?
— Вика, ну я же не знала, что всё настолько плохо… — сказала в своё оправдание Катя. — Да и вообще, ничего страшного не произошло. Знаменитостей и того, каждый день снимают… лишнее внимание ещё никому не помешало.
— Катя, ты дура? Это фотографии человека, которого ты видела первый раз в жизни! Ты влезла в его личную жизнь! Да ты подставила не только себя, Демида, но и меня, свою подругу!
Виктория выдохнула, чтобы не сорваться на крик и мат, и взяв себя в руки, холодно процедила:
— Прямо сейчас, берёшь и удаляешь все фотографии. Удаляешь со своих страниц и пишешь во все издания, где появились снимки, и меня не волнует, как ты это сделаешь, но чтобы фотографий к сегодняшнему вечеру уже не было. Поняла меня?
— А то, что? — язвительно поинтересовалась девушка.
— На тебя подадут в суд за то, что ты влезла в частную жизнь, — слукавила Виктория.
Но, с другой стороны, это вполне могло случиться.
— Я тебя поняла, подружка… я всё сделаю. — Чеканя каждое слово, сказала Катерина и положила трубку.
После разговора с ней, у Виктории остался неприятный осадок. Ощущения, будто в душу плюнули и нагадили — противно и горько…
Говорят, друг познается в беде — так оно и есть. Только когда тебе плохо, ты понимаешь, сколько у тебя друзей, кто тебе помог, а кто бросил в самый трудный момент. Так вот, Марина оказалась той самой настоящей подругой, которая в огонь и воду, и медные трубы…
Виктория рада, что у неё есть такая подруга, и надеется, что их дружба не угаснет никогда.
Катя же, с Катей она знакома не так давно и в этой ситуации Виктория задумалась, а была ли она ей подругой? Как показала жизнь — нет.
Виктория, потерев пульсирующие виски, со страхом, но при этом, решительно настроилась идти к Демиду, чтобы поговорить.
Страшно?
Очень.
Но лучше пусть они сейчас всё выяснят, пусть он даже на неё наорёт, главное, чтобы не держал в себе свои чувства и эмоции.
Ведь, если Виктория собирается и дальше с Демидом встречаться и может, а чем чёрт не шутит, строить более серьёзные отношения, то просто необходимо, чтобы между ними не было никаких обид. Чтобы однажды, эта обида и разочарование со временем, окрепнув, не вылилась в какой-нибудь ситуации в огромную претензию. Тогда действительно наступит крах.
Поэтому, скрепя сердце и взяв всю свою волю в кулак, она направилась к мужчине.
* * *
Виктория негромко постучала, обозначая своё присутствие, и вошла в кабинет, где находился Демид.
Он напряжённым взглядом смотрел в монитор компьютера.
«Наверняка, просматривает снимки и читает комментарии…» — удручённо подумала девушка.
Она сама читала и видела, какие там отзывы.
«Грустно и обидно за Демида. Катя — настоящая предательница!» — промелькнула гневная мысль.
— Снимки выложила моя подруга… вернее, уже бывшая подруга, Катя. Она знала, что выкладывать нельзя, но всё равно поступила так, как поступила. Хочу извиниться за неё. Ведь это я привела её в твой дом… Прости меня… можешь наорать, отругать, только не молчи и не сердись, пожалуйста. Твой гнев больно ощущать, Дем…
Демид поднял на Викторию свои небесного цвета глаза, в которых читались грусть и раздражение, и печально вздохнул.
— Я не сержусь, Вика. Рано или поздно, мне всё равно придётся выбраться в большой мир, дать о себе знать… просто как-то неожиданно всё это случилось, я был не готов. Да и читать про себя такое не очень-то приятно.
Он откинулся на спинку кресла и криво улыбнулся.
— Даже не представляю, за что я тебе так понравился…
Она подошла к нему и погладила по плечу.
— Они не знают, какой ты, Дем. Ты — невероятный, потрясающий и самое главное, — Виктория выдержала паузу и сказала, — ты мой мужчина…
Демид поймал её ладошку и поцеловал.
— У меня в голове сейчас творится настоящий хаос. Мне неловко перед тобой, Вика. Прости, что так повёл себя на кухне. Я испугался и одновременно, мечтал провалиться сквозь землю… чтобы ты не видела меня таким…
— Тс-с… — прервала его Виктория.
Она устроилась у него на коленях и крепко прижалась к такому большому и сильному мужчине, но которого так легко расстроить и обидеть.
— Мне всё равно, что они там говорят и пишут. Я-то знаю, какой ты! — ободряюще сказала она ему.
Демид негромко рассмеялся, отчего его смех приятной вибрацией прошёлся по телу Виктории.
— Ты меня слишком идеализируешь, Вика.
Девушка вздохнула и подумала про себя, что у кого-то очень много комплексов и страхов. И борьба с ними предстоит долгая и трудная. Но ничего, она справится.
— Главное, знай Дем, что ты — это самое большое и радостное событие в моей жизни! Ты для меня целый мир! И я хочу дарить тебе ласку и любовь! И если тебе плохо, если кто-то что-то сказал и тебе от этого стало больно на душе — рассказывай мне, не держи в себе. Мы вместе с любыми проблемами и бедами справимся!
Демид смотрел в её глаза. Он видел и ощущал, что Виктория говорит от сердца и её слова — не пустой звук.
Он погладил её по спине одной рукой, а другой зарылся пальцами в шелковистые волосы.
— В жизни столько нового, интересного, что это просто глупость тратить время на то, что пишут незнакомые тебе и мне люди. А пишут они, в основном, от зависти и неудовлетворённости своей судьбой. Так что, забей и давай жить дальше.
— Спасибо, — прошептал он, — ты невероятное чудо.
— Это ты — чудо! — рассмеялась она. — Чудо в перьях, самое настоящее!
Жить довольно сложно и одновременно легко. В мире людей очень мало любви и много одиночества. Долго трудных часов, когда никого нет или вообще никто не нужен. Без любви человек умирает заживо — живой труп. Ходит, делает свои дела, исполняет свой долг, но задыхается…
Демид понимал, что он действительно был очень одинок и мёртв. А теперь сама жизнь рвётся к нему…
«Права Виктория, нужно просто жить. Я забыл, какого это жить по-настоящему! Но спасибо тебе родная, что ты учишь меня заново познавать этот мир».