Глава 18

Я проснулась резко, судорожно хватая ртом воздух. Сердце норовило пробить ребра и выскочить из груди. Холодный пот покрывал лоб и спину, тело колотило ознобом.

Несколько секунд я лежала неподвижно, пытаясь успокоить дыхание и отогнать образы сна.

Кровь на льду. Крики. Меч Арвида, воткнутый в снег...

Осторожно, стараясь не разбудить мужа, я выбралась из-под его руки и села. Но его рука почти сразу нашла меня.

— Все в порядке? — он коснулся моей спины. Я обернулась, натянуто улыбнулась и кивнула.

Сперва мне нужно разобраться самой.

— Просто дурной сон от усталости, спи, я ненадолго. Нужно… по делам. — Я сама не знала, зачем лгу ему. Зачем нарушаю хрупкое доверие, что мы начали строить, но не могла сейчас вслух рассказать о том, что увидела.

Будто стоило мне сказать вслух о его мече в крови — и это стало бы правдой.

Арвид кивнул, не стал настаивать.

Горло мое пересохло, а ноги все еще мелко дрожали. Мне нужно было подышать свежим воздухом, выпить воды — что угодно, лишь бы избавиться от этого липкого, тягостного ощущения страха.

Я накинула плащ и тихо выскользнула из-под навеса. Снаружи было холодно, но безветренно. Тихий лес оправдывал свое название — ни единого шороха, ни единого скрипа, лишь изредка потрескивание поленьев в костре, который поддерживали ночные дежурные.

У огня сидел Сигурд, он тесал мелкий сук коротким ножом. Заметив меня, он поднял голову. В его глазах мелькнуло удивление, но быстро сменилось привычной брезгливостью и холодом.

— Не спится, чужачка? — спросил он тихо, чтобы не разбудить спящих.

Надо же. Заговорил.

Я подошла к костру, протянула руки к огню:

— Дурной сон.

— У всех бывают дурные сны в Тихом лесу, — Сигурд отложил нож. — Здесь тонка грань между миром живых и мертвых. Особенно для тех, кто не родился на земле Волка.

Я поморщилась. Какова вероятность, что он говорит это, чтобы еще больше меня запугать?

— Звучит не очень обнадеживающе. Есть вода?

Он молча указал на котелок, стоявший у края костра. Я налила себе кружку, села на бревно и сделала глоток.

— О чем был твой сон? — вдруг спросил Сигурд. Я посмотрела на него чуть удивленная. — Люди говорят, что в Тихом лесу снятся вещие сны.

Я посмотрела на него поверх кружки. Взгляд его на сей раз был прямым и внимательным. Я не хотела тревожить Арвида, но слова так и просились на язык теперь, когда спрашивал он.

— О снеге и крови. О битве на озере Стеклянного Фьорда.

Сигурд замер. А после сплюнул на землю и угрюмо пробормотал обращение к богине-матери.

Он что же… поверил? Испугался?

— Интересно, — проговорил он медленно, снова подняв на меня внимательный взор. — Очень интересно.

— Что? — насторожилась я. Но вопрос задала с легким вызовом.

— Что Волк выбрал именно тебя, — он снова взял нож и продолжил точить свою деревяшку. — Арвид думает, что это благословение. А я не уверен.

Мне не нравился этот разговор, но уйти сейчас означало показать слабость. Да если говорить честно, впервые рядом с ним у меня проснулось любопытство.

— А что ты думаешь, Сигурд?

— Я думаю, что ты опасна, — ответил он без обиняков. — Не потому, что хочешь нам зла. А потому, что несешь его с собой, даже не осознавая.

Ах, ну да. Что еще может сказать алчущий до крови вояка? И словно подтверждая мою мысль, он добавил:

— Такие, как ты, всегда приносят перемены. А перемены редко обходятся без крови.

Я фыркнула:

— Звучит как суеверная чушь.

— Возможно, — он фыркнул в ответ. — А возможно, и нет. Но я бы на твоем месте рассказал Арвиду о своем сне.

— Это просто кошмар, — отрезала я. — Арвиду и без того хватает забот.

Сигурд слабо улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз:

— Как скажешь, чужачка. В конце концов, это не мои люди погибнут в снегу.

Мне хотелось прошипеть ему в ответ что-то злое. Потому как он своими словами лишь усилил мой собственный страх, но я не успела — в лагере послышалось движение, кто-то из воинов поднялся и направился к костру. Я быстро допила воду, кивнула новому пришедшему и вернулась под навес к Арвиду.

Он спал, его дыхание было глубоким и ровным. Я забралась под шкуры, прижалась к его спине, вдыхая знакомый уже запах. От него веяло спокойствием и теплом, и постепенно дрожь в моем теле утихла.

Но заснуть я так и не смогла. До самого рассвета лежала, слушая дыхание Арвида и думая о странных словах Сигурда.

И о сне, который был слишком реальным для простого кошмара.