Глава 12

– Мама, а давай еще погуляем? – предложила дочь, едва они отошли пару шагов.

– А давай! – согласилась легко Ульяна. – Вот сейчас до дома пойдем не короткой дорогой, а по набережной. Хочешь?

– Да! – обрадовалась девочка.

– Можно, я вам компанию составлю? – предложил вдруг Димка, оказавшийся рядом. Смутившись собственного порыва, пояснил:

– По набережной часто пьяные шатаются, пристают к красивым девушкам. Сама же знаешь.

– Ну, пойдем, защитник, – Ульяна улыбнулась.

Слова Ларисы отрезвили и напомнили ей, что Димка и для нее был таким же младшим братом, как и для своей родной сестры Ларисы. Димка, проявив галантность, забрал у Ульяны ее большую сумку с покрывалом и полотенцем, а когда они поднимались с пляжа вверх по лестнице, посадил Дашульку себе на плечи и, подставив Ульяне локоть, предложил:

– Хватайся! Забыла, сколько здесь ступенек?

– Не забыла, – она рассмеялась, но за предложенный локоть хвататься не стала, правда, на середине лестницы пожалела об этом. Димка как-то это понял и опять оттопырил локоть, повторив:

– Хватайся, говорю!

Ульяна все-таки положила ладошку на сгиб его локтя. Он кивнул и прижал ее ладошку к своему горячему боку. Почувствовав жар его тела через футболку, Ульяна покраснела. Да что ж такое-то с ней? Это же Димка. Младший брат! Это знание и картинка в голове не совпадали: рядом шел взрослый мужчина. Они со спины выглядели сейчас счастливым семейством: глава семьи несет дочку на плечах и держит за руку свою женщину. Представив, как они выглядят со стороны, Ульяна попыталась забрать свою руку, но Димка, уловив ее движение, лишь перехватил ее ладонь и крепко зажал ее в своей крупной ладони, опалив ее жаром.

Едва они вышли с пляжа, Ульяна попыталась повторить попытку, но Димка не дал ей такой возможности, сжав ее ладонь сильнее, зашагал в сторону набережной. Уже там, на набережной, предложил:

– А пойдемте в блинную. Уля, помнишь, где самые вкусные блинчики с мороженым продают? Я угощаю!

– Ура! Блинчики с мороженым! – подхватила идею Дашулька.

– Пойдем, только за нас с Дашулькой я сама заплачу. Даша, слезь с Димы, ты тяжелая!

– Почему? Я могу себе позволить угостить красивую девушку! И ничего она не тяжелая! Я даже не запыхался, в отличии от тебя! – Димка рассмеялся, но поняв, что эта шутка, с учетом их возраста, могла намекать и на возраст Ульяны, тут же извинился:

– Уля, извини, я не хотел тебя обидеть!

– Димка! – Ульяна рассмеялась. – Какой же ты уже взрослый стал! Только вот красивую девушку и будешь угощать, а не взрослую тетку с ребенком!

– Зря ты так, Ульяна, я же от души! – буркнул Димка и все-таки выпустил ладонь Ульяны, снял с плеч Дашу, поставил рядом на асфальт и крепко взял девочку за ручку.

– Спасибо, Дим! Но, правда, не надо. Ты для меня был и всегда будешь младшим братом моей подруги.

Парень покраснел и насупился, почти половину дороги до блинной он молчал. Ульяна, конечно, поняла, что обидела парня, но надежду на какое-то развитие отношений между собой и Димкой она не захотела давать парню. Ни к чему это.

В блинной уже общались нормально, парень, кажется, принял слова Ульяны к сведенью. Ели блины, шутили, вспоминали детство, понятное дело, Димкино. Впрочем, он тоже в долгу не оставался: вспоминал ее шедевры от кулинарии и то, как подруги секретничали, думая, что он не слышит. Сидеть вот так в его компании было уютно и хорошо. Ульяна даже несколько раз поймала себя на мысли о том, что будь Димка чуть старше, ну, хотя бы годика на четыре, и ее бы не испугало то, что он младший брат ее лучшей подруги. Впрочем, зачем мечтать о том, чего никогда не может быть? Вспомнилась присказка бабушки:

– Если б было "бы-бы-бы", то во рту б росли грибы!

Увидев, что дочка начала клевать носом, Ульяна, засобиралась домой.

– Ульяна, я оплачу. Не опускай ты меня совсем уж ниже некуда, а? Мужик я или где? Ну, это же не ресторан, в самом деле. Считай, что это дружеские посиделки! – проговорил Димка уже другим тоном, когда Ульяна махнула официанту, подзывая его.

И Ульяна согласилась. Тем более, что цены в блинной были не самыми высокими, а Димка, имея свой бизнес, мог и хотел себя чувствовать взрослым.

Домой они с Дашей попали накупавшиеся, наевшиеся блинчиков с мороженым и клубникой и жутко довольные. Димка проводил их до дома, неся Дашульку на плечах почти всю дорогу. Ссадил девочку только у ворот, передав на руки Ульяне.

– Спасибо, Дим, за вечер! Хорошо погуляли, да и посидели тоже душевно, – Ульяна улыбнулась.

– Если тебе понравилось, то можем повторить! – тут же нашелся парень.

– Нет, Дим, не можем. Ни к чему это! Не зачем! Мы через две недели уедем, а тебя осенью в армию заберут.

– Ну, так и тем более, ничего же не мешает нам хорошо провести время, пока вы здесь!

– Нет, Дима, не надо. Второй раз я так точно не хочу! – Ульяна улыбнулась и шагнула за калитку.

Они ушли, а Димка обругал сам себя:

– Ну, дееебиил!

Поняв, что по сути ведь предложил Ульяне то же самое, через что она уже проходила с Костиком, отцом Дашульки.

– А я уже потеряла вас! – улыбнулась Карина, увидев входящую Ульяну и засыпающую на ходу Дашу, – ужинать будете или сразу спать?

– Нет! Мы поели на набережной, спасибо! – улыбнулась Ульяна. – Пойду, Дашульку уложу в кровать, повешу наши купальники сушиться и вернусь.

– Ну, а я кофе пока сварю!

Когда девушка вернулась, Карина поставила перед ней свой фирменный кофе и протянула листок с номером телефона, пояснила:

– Мужчину зовут Влад. Фамилия Рейнберг, – Карина подвинула к Ульяне большой лист с напечатанным на нем крупным шрифтом именем и фамилией, пояснила:

– Это для аэропорта.

– Я поняла, – Ульяна улыбнулась.

Карина улыбнулась в ответ:

– Да, прости, я машинально. Они прилетают завтра в 8.40. Мужчина, женщина и ребенок. Твой номер телефона я Владу сегодня тоже скинула в сообщении. Так, на всякий случай. Мало ли что в дороге может случиться. Хоть созвонитесь.

– Карина Васильевна, и чтобы я без Вас делала? – Ульяна вздохнула, отхлебнула кофе и блаженно зажмурилась, – м-м-м, вкусно! Научите меня варить такой же?

– Научу! – женщина улыбнулась. – На самом деле, Ульяна, это что бы я без вас с Дашулькой делала? Я ведь только в этот год смогла, наконец, отойти от своей работы и жить нормальной жизнью. Четвертый год на пенсии, а работа все не отпускала, веришь? Ты вот меня как-то спрашивала, кто я такая.

Ульяна кивнула согласно и замерла, боясь пошевелиться, понимала, сейчас она услышит что-то личное. Не просто так же Карина Васильевна отмалчивалась или отшучивалась о том, кто она такая.

– Я проработала в прокуратуре почти 40 лет. На пенсию уходила с поста прокурора города. Меня три года не хотели на пенсию отпускать, веришь? – Карина усмехнулась, – да и на пенсии покоя не давали.

– Прокуроры, как и военные, бывшими не бывают! – вспомнила Ульяна слова бабушки.

– Да, твоя бабушка была мудрой женщиной. Всегда, даже в молодости.

– Вы знали мою бабушку в молодости? – удивилась Ульяна.

– Да. Был у нас с ней один общий эпизод, если говорить сухим языком следователя, – Карина усмехнулась.

– Расскажете? – Ульяна затаила дыхание.

– Да теперь то уж, спустя столько лет, пожалуй, что и расскажу! – Карина усмехнулась, встала и неожиданно включила вытяжку над плитой, вытащила из кармана домашних брюк пачку сигарет, открыла ее и понюхала, но не закурила. Усмехнулась и выключила вытяжку, пояснила:

– Четвертый год, как бросила, а все еще тянет иногда! Особенно, как вот сейчас, когда надо собраться с мыслями.

Ульяна молчала, ждала. Карина резко выдохнула и убрала пачку сигарет в карман.

– Много лет назад твоя бабушка спасла меня. Мне 13 лет всего и было-то тогда. Спасла от сексуального маньяка. Я с тренировки возвращалась. Парк, освещена только центральная аллея, на боковых аллеях темно, хоть глаз коли. Ну, или насилуй, – Карина усмехнулась, – никогда там не ходила, а тут решила срезать. Думала, пробегу быстро и ничего со мной не случится. Ну, и свернула в темноту. А там этот недочеловек. На нормальных женщин у него, видишь ли, не вставал, так он молоденьких девочек насиловал. Бабушка твоя тогда в отряде дружинников была. Были раньше такие отряды. Полезная вещь, кстати! Напарник ее в тот день не вышел на дежурство. Или заболел, или еще почему, не важно! И она одна пошла по маршруту. Не побоялась. И вот она то, молоденькая девушка, этого маньяка и поймала.

Он меня ведь уже в кусты утащил, одежду мою сорвал. Я худенькая была, да и почти ребенок. А он взрослый мужик. Я от испуга даже закричать не смогла, а он еще и рот мне зажимал, чтобы уж наверняка я не закричала. И как Арина услышала возню в тех кустах, до сих пор не понимаю. И услышала, и в кусты ведь ринулась. Отчаянная была. А этот недочеловек уже свой агрегат вытащил и пытался мне ноги раздвинуть. Пыхтел мне на ухо что-то вроде, ладонь свою потную мне к лицу прижимал. В общем, весь процессу отдался. Это против него же и сработало. Арина его палкой по голове саданула и давай в свисток свистеть. Дружинникам выдавали как раз вот для таких случаев, помощь позвать. Вот на ее свист и милиция прибежала, и другие дружинники. И ведь знаешь, патрулировали же все, не отлынивали, и все равно просмотрели! Сами же потом и удивлялись этому. А его, видать, уже и не пугало даже это, приперло его, понимаешь, именно в этот день. А тут я, на свою беду, пробегала, – Карина замолчала, потом резко выдохнула и добавила уже тихо:

– Если бы не твоя бабушка, я или не выжила бы в тот вечер, или детей бы иметь не смогла. У этого маньяка физиологическая особенность была. У него слишком большой член был. Смешно, да не очень! У таких мужиков не с каждой рожавшей женщиной – то получается. А этот гад еще и на таких, как я, девочек, залезал. Они же все сопротивлялись, а он зверел от этого еще больше. Рвал он их изнутри, понимаешь? Им потом только удаляли там все по-женски, если находили еще живыми.

Это уж я потом, когда сама прокурором стала, смогла найти дело того маньяка да прочитала. Понимаешь, того маньяка признали невменяемым. Он, видишь ли, сыном одного высокого чиновника оказался. Папаша его и спас. Отсидел он в психлечебнице 5 лет и его выпустили. Я, кстати, именно поэтому и в прокуратуру пошла.

Ульяна закрыла рот ладошкой и смотрела сейчас на Карину испуганными глазами.

Карина, увидев ее глаза, кивнула:

– Да, вот так. Представь себе! Бабушку я твою сама через много лет уже потом нашла, знала, что она одна тебя воспитывает, звала к себе в город, да она отказывалась всегда. Тогда я сама к ней приехала. Как только вышла на пенсию, так и приехала к вам сюда. С тех пор вот и ездила.

Карина встала, убрала чашки в посудомоечную машину и закончила:

– А теперь пошли спать. Тебе завтра вставать в 6 утра. Заболтала я тебя совсем!