Глава 25

В тот вечер Димка опоздал на празднование Дня рождения девушки, имя которой он вспомнил только благодаря сообщению друга. У него были дела поважнее. А еще он понял, что слежка вот ни фига не его конек! Или это у него просто слишком примечательная внешность?

На пляже Димка наблюдал за Ульяной, Владом и детьми из-за валунов. Он знал там одно укромное место. То, что у этого хлыща есть сын, стало для Димки неожиданностью. Отец одиночка, что ли? Тогда понятно, где они с Ульяной могли познакомиться. Помнится, она рассказывала, что Дашулька ходит в какой-то там элитный детский сад. Карина, будь она неладна, расстаралась, пристроила девочку.

Хлыщ этот вот ни черта не ее мужчина. Не ведут так себя мужчина и женщина, которые встречаются. Не ведут!

Нет, понятно, что там на пляже с ними дети были, особо не получится поцеловаться или даже хоть просто прижаться друг к другу. То, что Влад этот Ульяну уже не один раз мысленно разложил и на покрывале этом в клеточку, и в других более удобных местах – это, как говорится, к бабке Симе не ходи! И так понятно. Вон глаз с нее не спускает, только что разве слюни не капают на это самое покрывало.

Все-таки бинокль с 15-ти кратным увеличением – удобная вещь. И стояком мужик явно мучается – не зря же несколько раз в море сбегал.

А вот то, что этот Влад любит детей – это был неожиданный момент.

Но что-то Димку настораживало, не давало поверить в то, что эти двое встречаются. Что именно? Он и сам не понимал. Они могут быть знакомые, даже друзья, но точно не пара!

Наблюдают друг за другом украдкой, когда думают, что тот, другой этого не видит. Странно? Да.

На покрывале каждый сидит на своем. Тоже странно, верно?

Влад этот пару раз демонстративно смотрел вслед проходящим мимо компаниям. Почему демонстративно? Да потому, что если ты ходок на лево, то смотришь украдкой. Но тут, как говорится, возвращаемся к пункту, что они пара в период ухаживания. Ни один мужик, если хочет заманить женщину, не будет при ней рассматривать кого-то еще.

А вот с детьми оба играли охотно. Причем, с обоими сразу. Димка даже бы сказал, что дети, пожалуй, это единственная их точка соприкосновения.

После пляжа вся компания отправилась гулять по променаду, и вот тут Димка понял, что его увидели. Они вдруг взялись за руку, стали смотреть только друг на друга. Очень уж показательно это у них все получилось. И Димка свалил. Тем более, что и Олег уже раза три позвонил с единственным вопросом: «Ты где?»

Пришлось Димке покупать букет цветов, бутылку вина из тех, что сладкое и с пузыриками, и ехать на адрес, что ему скидывал днем Олег.

Девушка, к слову, оказалась во вкусе Димки: рыженькая и пышногрудая. Вот, правда, размер груди был увеличен в специализированной клинике, а волосы крашеными, зато в постели она была просто улет! Можно даже смело сказать:

– Профессионалка.

Этого Димка, понятное дело, не сказал. Не то, знаете ли, место, и не те умения, особенно для девушки. Красавица могла бы и обидеться. И пришлось бы Димке тащиться домой посреди ночи. Нет, такой «комплимент» Димка девушке не сказал.

Хотя, ему все равно пришлось тащиться домой ночью через весь город.

Девушка обиделась на другое: Димка назвал ее Ульяна. Впрочем, это Димку не расстроило. Только порадовало. Заявляться домой под парами алкоголя не хотелось.

– Искупаться, что ли?

За ночь песок, поднятый со дня отдыхающими, осел. Вода чистая, и Димка пришел на их любимое место. Лариса с подругами, а потом уже и он с друзьями всегда приходили именно сюда. Вчера вот здесь же была и Ульяна с этим мужиком.

Купальных плавок, понятное дело, Димка вчера не брал, но, пользуясь тем, что пляж пустынен, он решил, что можно и нагишом. Даже если кто-то и увидит его так – не велика потеря. Стесняться ему было нечего, мужским достоинством его природа не обидела – об этом ему и все его женщины говорили, да и сам он это знал. Решив, все-таки, не провоцировать судьбу и случайных воришек, Димка сложил свои вещи под валун. Кто не знает, сразу и не увидит. Одно дело – купаться голым, и совсем другое дело – идти с пляжа в чем мать родила!

Курортный городок спал. Раннее утро – это то время, когда спят все: и отдыхающие, потому, что они в отпуске и им нет нужды вставать ни свет, ни заря, и спят местные, потому, что они здесь не отдыхают, а живут и работают.

Таких вот, не спящих, были единицы. И одной из них была Ульяна.

Девушке не спалось. Что ей не давало отоспаться за год? Почему она проснулась в такую рань? Она глянула на часы и откинулась на подушку: было еще слишком рано, чтобы даже начинать готовить завтрак. Дашулька, понятное дело, не проснется, а вот Карину Васильевну она могла и разбудить.

Ульяна встала и сладко потянулась. Не смотря на очень раннее утро, она выспалась. И тут она увидела светлую полоску на горизонте: восход! В городе такого не увидишь. Не увидишь еще и потому, что там нет моря.

Решение искупаться было спонтанным. Точно! Вода чистая, ночь теплая и на пляже никого. Ульяна открыла комод, вытащила свой старенький раздельный купальник. Новый всем хорош, но он сох на веревке на улице. Старенький же был здесь, в доме. Она быстро переоделась, накинула платье из тех, что почти халат, потому что на пуговицах, захватила заколку, чтобы убрать косу наверх, и вышла из комнаты. Уже на улице захватила с веревки свое полотенце и, улыбаясь началу дня, прошмыгнула к калитке. Той самой, что вела к морю.

На своем любимом месте на пляже Ульяна быстро скинула халатик, сложила его, прижала полотенцем и замерла: из моря поднималось солнце! Само море было спокойным, первые солнечные лучи преобразили все вокруг. Неожиданно оказалось, что здесь есть еще один любитель купаться ранним утром. Его голова виднелась далеко в воде.

– Да и пусть! Пляж же большой, значит, не столкнемся!

Она быстро замотала косу, закрепив ее заколкой, и шагнула в море. Сегодня солнце сыграло с ней шутку, ослепив своим светом. Она не видела того, кто был в море. Видела только очертания головы и решила, что кто-то хорошо плавает, раз заплывает так далеко.

Ульяна не могла видеть того, кто это был. А вот Димка ее отлично видел. Его будто кто-то толкнул в бок, и он оглянулся в тот самый момент, когда Ульяна пришла на пляж. Он узнал ту, о которой грезил. Димка помнил этот цветной купальник, да и разве можно перепутать ее фигуру с кем-то еще?

Ульяна, как обычно, как делала это всегда перед тем, как зайти в море, подняла руки, убирая свою косу. Сушить ее длинные густые волосы – это долго, а после морской соли их обязательно надо промывать. Он млел, когда Ульяна распускала свои волосы. Они закрывали ее спину до пояса. Прикоснуться к ее распущенным волосам – это была его заветная мечта. Он видел, как она их расчесывает, просушивая, потом опять заплетает в тяжелую тугую косу. Никому и никогда в жизни Димка, тот самый Димка, за внимание которого боролись его одноклассницы, завлекая его своими прелестями, не рассказал бы о том, что мечтал на самом деле расчесать эти длинные густые волосы.

Ульяна шагнула в воду и поплыла. Она плыла в его сторону. Ульяна плыла к нему! Сон наяву! Фантазия, которая приходила ему не один раз во снах: обнять, прижать, поцеловать.

А он без трусов!

Да, собственно, какого черта? Почему он только что, несколько минут тому назад, был уверен, что стесняться ему нечего, а сейчас вдруг ему стало стыдно?

Ульяна плыла, щурясь от лучей солнца, которые светили ей в глаза, а потому голос Димки, прозвучавший неожиданно близко, был полной неожиданностью.

– Привет, русалка!

– Дима? – узнавание, удивление, облегчение.

– Не спится, красавица?

– А тебе?

Они плыли рядом неспешно и болтали. Сейчас Ульяна видела перед собой все того же Димку, только повзрослевшего. Добрый, улыбчивый, заботливый, чуть язвительный. Эх, кому-то из девушек повезет! Был бы чуть старше, она бы влюбилась!

Хотя нет, даже не в возрасте дело, а в том, что она помнила его совсем мальчишкой. Смешным, вихрастым, задиристым. Она мазала ему коленки и локти зеленкой, вытаскивала занозы, зашивала разорванные штаны. Он пробовал ее неудавшиеся пироги и критиковал нещадно, не жалея эпитетов. Но зато и хвалил, если блюдо нравилось, так же от души, сравнивая и дразня сестру Ларису и Еву. Он сидел с ее Дашулькой, отпуская их с подругами в клуб. Бабушка не осуждала, но и не одобряла. И главное, бабушку надо было просить каждый раз, а Димка всегда вызывался сам. И ведь потом еще шел их до дома провожать. Всегда шел, ни разу ее одну, в ночь, не отпустил. И тут Ульяну, что называется, накрыло озарением: а ведь Димка в нее давно влюблен! Он никогда не показывал ей своего чувства, да она бы и не приняла его ухаживаний – все-таки, мальчишка же совсем! Но сейчас она видела рядом с собой взрослого мужчину.

– Дим, давай уже обратно к берегу, а?

– Отвыкла, да? – парень улыбнулся и тут же повернул к берегу, кувыркнулся в воде, сверкнув голым задом, – вот что большие города делают, да? Там потеют в фитнес центрах и в бассейнах с хлоркой?

– Да, есть такое дело!

Ульяна улыбнулась, а сама лихорадочно пыталась осознать только что увиденное: «Он же голый! Мамочки родные! Как же они из воды будут выходить? – то, что голая не она, а Димка, ее смущало не меньше, – вот же засранец!»

Песок под ногами заставил ее остановиться, она еще сделала пару шагов к берегу и замерла.

– Ульяна, что? – Димка, пройдя вперед и поняв, что она стоит на месте развернулся к ней.

«Красив как Бог!» – мелькнула у нее мысль. Сейчас, в лучах восходящего солнца и каплях воды на его мощной загорелой груди, он не выглядел тем смешным мальчишкой с разбитыми в кровь коленками и локтями.

– Дим, ты же голый! – выдохнула Ульяна и поняла, что краснеет.

– Я не планировал сегодня идти на пляж. Возвращался из гостей и завернул, чтобы искупаться.

Ляпнул, чтобы оправдаться, а получилось, что сдал себя с потрохами. За что сам же мысленно себя и обругал. Ульяна могла видеть его вчера с тем веником наперевес. Видимо, она и видела, раз усмехнулась:

– Освежился, герой любовник? Стой, где стоишь! Я первая выйду и принесу тебе полотенце! И как только не побоялся, что рыбы откусят твое богатство?

– Подавились бы! – Димка шагнул к ней быстро и, пока Ульяна не успела его оттолкнуть, поймал ее лицо в ладони и впился поцелуем в губы.

Димкины губы были солеными и такими настойчивыми, что Ульяна в первую секунду растерялась и замерла. Димка же, видя, что его не отталкивают, сместил свои ладони ниже. Прижал к себе, к своей груди. Почувствовав мягкость ее груди, понял, что возбудился мгновенно. Прижался к ее мягкому животу пахом, демонстрируя ей свое возбуждение и ни капли этого не стыдясь. Он мечтал об этой женщине, сколько себя помнит. И вот сейчас его фантазия сбывается.

Он целовал настойчиво, жадно, каждую секунду боясь, что она сейчас одумается и оттолкнет его. А Ульяна, удивив себя и обрадовав Димку до животного рыка откуда-то из груди, когда он понял, что происходит, начала отвечать на его поцелуй. Отвечала так же жадно, боясь прервать поцелуй хоть на мгновение. Прервать – это значит, одуматься, понять, что и с кем она делает. А она этого не хотела. Сейчас не хотела.

Целовался Димка умело, заставляя плавиться в его руках и желать большего. И он это понял. Подхватил под попу, заставляя обхватить его ногами и вот так, неся ее на руках и не прекращая целовать, терзать ее губы, он и вынес эту самую желанную женщину на берег.

Тот, кто устанавливал эти скамейки на пляже, наверное, думал о том, что они будут служить не только для того, чтобы на них сидели отдыхающие. Не мог не думать, если сам когда-то был молодым. Вот и крепкая спинка служила тому подтверждением.

Димка не сдирал с нее купальник, он лишь сдвинул трусики и, придерживая ее за талию, помог опуститься на его торчащий сейчас колом член. В общественных местах нельзя заниматься тем, чем они сейчас тут занимались. Случайно забредшие в этот ранний час на пляж отдыхающие, конечно, все поняли бы, но так девушка была хотя бы одета. Хотя, одеждой купальник сложно, конечно, назвать.

– Ульяна! – он выдохнул ее имя, едва она впустила его в себя всего.

Замерли оба, привыкая, осознавая размер каждого. Димка освободил одну ее тяжелую грудь из мокрого купальника и замер на долю секунды, боясь поверить в то, что все это происходит с ним наяву.

– Какая красивая! – и с этим словами обхватил коричневый сосок губами.

Ульяна рвано выдохнула и, оперевшись на его плечи руками, начала медленно двигаться. Димка ласкал ее грудь губами, посасывая и чуть прикусывая сосок, и Ульяна, к своему стыду, сама высвободила вторую грудь, изнывающую в ожидании такой же ласки. Димка, поняв мгновенно чего она хочет, переключился на второй сосок, обхватив первую ладонью и продолжая теребить нежный сосок.

Почему так отзывалось ее тело на ласки Димки? Почему так уютно было ее груди в его больших и теплых ладонях? Совершив еще несколько движений, Ульяна поняла, что вот-вот ее накроет оргазм.

– Димааа! – она выдохнула его имя и обмякла, прижавшись к нему.

А Димка почувствовал, как ее мышцы сжимаются там, внутри, толчками, через которые он, усилив движение толкнулся в нее еще несколько раз, и его точно так же накрыло волной оргазма.

– М-да, недолго дергалась старушка в поповских опытных руках! – сказано это было чуть слышно и с сарказмом.

Сказано было из-за все тех же валунов, за которыми вчера сидел Димка. Сегодня за ними сидел Влад.