Глава 27
Ульяна с Димкой возвращались с пляжа молча, держась за руки. Он держал ее ладошку в своей руке крепко, словно боялся, что она вырвет свою руку и убежит. Их пальцы не были сплетены, как у влюбленных, нет, он держал ее руку так, как держат маленького ребенка, когда переходят с ним через дорогу.
Димка молчал, пытаясь разобраться в себе и своих чувствах. Сейчас в его руке ладонь самой желанной женщины! Она только что стонала, отдаваясь ему без остатка. Тогда почему же его душа не поет от счастья, а начинает тихо подвывать, словно предчувствуя что-то нехорошее?
Ульяна же молчала, потому что тоже пыталась осознать то, как же так получилось? Она, что же, совсем безвольная? Слаба на передок, как говорила бабушка? И тут она вспомнила, что они не предохранялись! Она все еще сидела на его коленях, а Димка, вытирая ее полотенцем, приговаривал:
– Прости, я не смог сдержаться! Не смог остановиться, прости! Я сейчас все вытру.
Смешной! Можно подумать, что сделай он это не в нее, а на ее живот, было бы безопасней! Не было бы, она это уже все проходила с Костиком. Результатом такого «предохранения» стала ее Дашулька.
Точно! У нее же было полотенце! Ульяна замерла, Димка отреагировал мгновенно:
– Ульяна, что?
– Полотенце! Я забыла его на пляже.
– Я сбегаю!
– Дима, тебе ведь на работу надо, я сама схожу! Ты иди. Ничего со мной не случится. Все, что могло случится, уже случилось, – она усмехнулась.
Димка впился в нее взглядом:
– Жалеешь? Тебе так было плохо со мной?
– Дим, сам же видел, что хорошо мне было с тобой! Очень хорошо. Ты ведь у нас мужчина опытный, а значит, должен был понять это! – она опять усмехнулась и вздохнула.
– Да, прости! – Димка прижал ее к себе, втиснул в свою грудь, обхватив двумя руками, и замер, не шевелясь и не позволяя себе сделать лишнее движение.
А Ульяна пыталась понять, хотя бы для себя, ответ на первый его вопрос. Жалеет ли она? Нет. Не жалеет. Точно нет.
– Дим, если тебе еще интересен ответ на твой первый вопрос, то нет. Не жалею. Мне было хорошо, и я сама этого хотела, как мне кажется. Не хотела бы, ничего бы и не было. А с остальным не знаю, мне надо разобраться. Но точно не жалею! – все это она проговорила сейчас ему куда-то в плечо, – Дим, ты иди. Я сама схожу за своим полотенцем. Правда. Все нормально.
– Ульян, я сбегаю на пляж, принесу!
– Дим, не надо. Правда. Ты иди домой. Это же я здесь в отпуске, а тебе на работу надо! – она невесело рассмеялась. – Курортный роман, елки-палки.
– Ульяна, я…
– Дима, не надо! – Ульяна перебила парня, не дав ему ничего сказать, для верности даже зажав ему рот ладошкой, – иди, пожалуйста! Мне надо побыть одной. Правда, надо. Не обижайся!
Она высвободилась из его рук и пошла в обратном направлении, на ходу подняла руку и сняла заколку, позволив косе упасть себе на спину, помассировала то место, где только что была заколка. Она всегда так делала, Димка это знал. Он стоял и смотрел ей в спину, увидев, как упала коса, проговорил:
– Ты так и не потрогал ее волосы. Опытный мужчина, нечего сказать.
Ульяна уже подошла к лестнице, ведущей на пляж, и даже спустилась на несколько ступенек, но замерла, увидев Влада, поднимающегося с пляжа и держащего в руках полотенце. Ее полотенце. То самое, что она забыла на скамье.
Щеки опалило приливом крови: он все видел? Давно он на пляже? Почему они его не видели? Хотя, последний вопрос снимаем, они в тот момент вообще никого не видели.
Влад поднимался по лестнице, глядя на нее снизу, и улыбался. Не ехидно, не с намеком, что, мол, все знает. Так улыбаются тем, кого рады видеть.
– Доброе утро! Тоже решила искупаться? Вода шикарная!
Ульяна смотрела на мужчину и пыталась понять: он издевается? Или он ничего не видел? А Влад, тем временем, продолжал:
– А я вышел на пляж в каком-то другом месте. Не поверишь, никогда до сегодняшнего дня не страдал от географического кретинизма! А тут заблудился в трех улицах! Искупался, понял, что я точно кретин, потому что пришел на пляж без полотенца и решил пройтись, обсохнуть. Прошелся. Лестницу эту вашу увидел и вспомнил дорогу, – Влад рассмеялся и поднявшись на ступеньку Ульяны, остановился, – на скамье полотенце вот твое нашел. Это ведь твое, верно? Очень уж оно у тебя приметное!
– Да. Я как раз за ним и возвращалась. Да, вода сегодня хорошая, – Ульяна протянула руку за своим полотенцем.
– Что ж я полотенце своей девушки не могу понести? – Влад весело рассмеялся, – предлагаю сделку: я несу твое полотенце, а с тебя завтрак. Лично я после купания голодный как волк!
– Мужчина, у Вас в роду евреев не было? – усмехнулась Ульяна и развернувшись, пошла впереди Влада.
– Ты что-то имеешь сказать против моего многострадального народа? – Влад проговорил это с характерными интонациями, какими обычно пародируют евреев, а сам, увидев в ее руке цветной купальник, впился в тонкую ткань ее платья взглядом, пытаясь понять, она что же, там, под платьем, без белья?
– Нет. Ничего не имею против твоего народа. Просто уточняю. Больше для себя. И почему мне кажется, что мне сейчас предложили неравноценный обмен? – прозвучало в ответ.
– Можем вместе приготовить! Я тоже умею заливать вкусную воду в кофемашину, засыпать в нее зерна и могу красиво расставлять тарелки для каши! – Влад поднялся на последнюю ступеньку и горделиво выпятил грудь.
Проходившая мимо девушка, спешащая, видимо, на работу, игриво глянула на него, в ответ он улыбнулся девушке и даже спросил:
– Девушка, Вашей маме зять не нужен?
– У моей мамы уже есть один! – последовал ответ.
Влад, не придумав, что сказать в ответ на то, что ему отказали, замер с удивленным выражением на лице. Ульяна посмотрела на него и рассмеялась. Влад смотрелся смешно, но казалось, совершенно этого не стеснялся. Сегодня он вообще был как будто другим. Применительно к нему, сегодня он был нормальным.
– Хорошо, уговорил, партнер!
Влад, пользуясь тем, что девушка сейчас на него не смотрит, облегченно выдохнул – его план сработал, кажется, Ульяна поверила в то, что он на пляже был, но не видел, не слышал и ничего не знает. Он протянул Ульяне руку ладонью вверх, она в ответ хлопнула по ней своей теплой ладошкой.
Боги! Как же сияли ее глаза сегодня утром! Утреннее небо по яркости уступало ее глазам. Интересно, а в моменты близости ее глаза так же сияют? То, как она выдыхает имя партнера, он уже слышал. Имел, так сказать, удовольствие слышать это.
Кому рассказать – не поверит! Он, Влад Рейнберг, сидел на песке скрючившись, прячась за каким-то валуном, и подслушивал, как двое занимались сексом на пляже, и как потом он, взрослый мужик, охлаждался в море. Но зато вот там, в море, он и понял, что надо признаваться Ульяне в своем обмане. Сегодня же и надо. Хреновый из него гей получился, если уж этот Димка смог его на раз раскусить.
Да и глупо как-то все получилось. Не хочет он больше врать этой улыбчивой девушке с глазами утреннего неба. А хочет, чтобы она вот так же только его имя выдыхала и только ему дарила свет своих необыкновенных глаз.
Они вошли во двор смеясь, и, прежде, чем уйти к себе, Ульяна предложила:
– Влад, сейчас все равно буду закидывать в стирку свой купальник, давай и твои плавки закину.
– Уговорила, – он протянул ей свои плавки и ее полотенце, – а я потом могу развесить, идет?
– Что, правда, будешь развешивать белье? Во дворе и на глазах у всех? – искренне удивилась девушка.
– Ну, во-первых, не белье, а купальники и полотенце. А, во-вторых, не вижу в этом проблемы! Хотя нет, ты права! Вот как раз белье, особенно твое, я на глазах у всех развешивать точно не стал бы! Не люблю, когда обсуждают личную жизнь, ни мою, ни моих близких. А зная любовь людей снимать все на телефон и потом выкладывать это во всемирную паутину, то я просто уверен, что уж эти пикантные фото обязательно там появились бы! Так и вижу, сколько лайков они набрали бы: я с кружевными трусиками или шикарным бюстгальтером наперевес. А уж сколько было бы комментариев на эту тему! «Влад Рейнберг развешивает нижнее белье!»
– «А чье именно белье он развешивает?» – подхватила Ульяна.
– «Свое или своей девушки? Неужели нам скоро сообщат о скорой помолвке?» – продолжил Влад.
– Хорошо, я поняла. Тогда я в душ, смыть с тела морскую соль, потом готовить завтрак, а ты развешивать белье.
– Договорились! – и Влад шагнул к своей веранде, выдав тем самым то, что он и выходил через эту же дверь, а, значит, и в эту же калитку. А это значит, что не мог он заблудится и выйти на пляж где-то в другом месте. Здесь всего одна дорожка, которая ведет к морю.
Все это Ульяна поняла, стоя под струями воды в душевой. Неужели, все-таки, он все знает? Да что ж за черт? И ведь не спросишь же его открыто об этом!
“– Влад, как тебе сегодняшнее стриптиз шоу на пляже со мной в главной роли? Хотя, то, что было на пляже, скорей уж относилось не к стриптизу, а к порнографии, согласен?”
“– Шикарно, мне понравилось! Не желаешь повторить все то же, только уже со мной?”
А вот, кстати, да? Желала ли Ульяна? Хотела ли быть с Владом?
– Но сейчас, после завтрака, надо лететь в аптеку за таблетками. Обязательно надо! – с этими мыслями она и вышла из душевой с тазиком, в котором были купальники, ее и Влада, и пара полотенец.
– Мама! Доброе утро! – встретила ее в комнате проснувшаяся Дашулька. – А что мы сегодня будем делать?
– Хороший вопрос, дочь! – усмехнулась она. – В данный момент ты идешь умываться и выходишь на кухню. Будем завтрак готовить. Потом маме надо будет обязательно съездить в аптеку за таблетками.
– А потом? – не унывала дочь.
– А вот что потом – это мы и решим все вместе, за завтраком! Можем в аквапарк все вместе съездить или в дельфинарий.
– Ура!! – дочь умчалась в ванную умываться.