Глава 36

Лишь договорившись о встрече с мужчиной – представителем ее отца, (Ульяна не могла тогда знать, что этот мужчина и был ее отец), и честно предупредив, что приедет не одна, Ульяна спохватилась:

– Это же «Бристоль»! Там же дресс-код, а у меня подходящего платья нет.

– Почему-то мне кажется, что для нас, девочка, будет сделано исключение, поверь! – улыбнулась Карина тонкой улыбкой.

– Да и говорить мы будем в отдельном кабинете, так что надевай, что считаешь нужным. Этого человека не было в твоей жизни всю твою жизнь. Я понимаю твое желание выглядеть лучше, но поверь мне как мужчине, разбирающемуся в женской красоте, ты красива сама по себе такая, как есть. Не старайся выглядеть другой. Фальшь нами, мужчинами, всегда чувствуется. Нет ничего уродливее, чем фальшивая женщина! – Влад улыбнулся и заправил прядку за ушко, чем привел Ульяну в смятение.

– О! Вот сейчас я полностью на стороне Влада! – поддакнула Карина. – К тому же, ты там в городе похудела и еще больше похорошела. Но, если позволишь, у меня есть одно платье из натурального шелка с ручной росписью. «Батик», знаешь, что это такое?

– Да! – Ульяна кивнула.

– Отлично! – Карина улыбнулась, – я уверена, что оно на тебе будет смотреться лучше, чем на мне. Я его купила зимой, скажу честно, соблазнилась на скидку, но так и не отважилась надеть.

– Я должен это видеть! – тут же подобрался Влад.

– Не доверяешь моему вкусу, господин Рейнберг? Я хоть раз выглядела, как садовое пугало? Нет? Вот и сейчас не собираюсь! Кыш в душ и бриться! А то вечер, и ты уже со щетиной на щеках. Ты не смотри, что Медведь сидел, поверь, в чувстве стиля и вкуса ему не откажешь! – Карина махнула на Влада рукой. – Встречаемся через 40 минут в гостиной!

Она подтолкнула Влада к выходу, и сама вышла вместе с ним, придержала его за локоть:

– Хочу предупредить тебя. Медведь бывший муж твоей адвокатши Юленьки. Понимаю, что вы уже не с ней и уж точно не вместе, но ты должен знать это: скорей всего, она тоже приехала с ним.

– Что? Отец Ульяны бывший муж Юлии? – Влад замер.

– Могу спорить на что угодно, но вскоре она опять за него замуж выйдет. Медведь свое оберегает не хуже сказочного дракона, имей это ввиду! И уж о тебе, как о бывшем любовнике своей Юленьки, он точно знает! – усмехнулась Карина.

– И почему мне кажется, что вы с ним будете рады видеть друг друга, а? Нет, я просто уверен в этом! – рассмеялся Влад. – Скажи хоть, платье на Ульяне какого цвета будет?

– Нежно голубого.

– Отлично! – Влад легко сбежал со ступенек и направился в сторону своей комнаты, а Карина обратилась к детям, играющим во дворе:

– Дети, нам надо уехать на деловую встречу, с вами побудет тетя Нюра, наша соседка. Перед сном почитаете. Спать можно лечь в комнате тети Ульяны и Даши. Никита на кровать тети Ульяны, Дашулька в свою кровать. Договорились?

– Да! – последовал дружный ответ.

– Отлично! – Карина развернулась и вошла в дом. Пока Ульяна принимала душ, Карина открыла шкаф, сняла со штанги платье в прозрачном пакете, отставив на вытянутую руку, полюбовалась, – вот и пригодилось!

Карина и сама имела полноватую фигуру и высокую грудь, потому то она и предложила это платье Ульяне.

– Где были мои глаза, когда я его покупала? То, что подходит свежей розе, совершенно не подходит старому мухомору!

Платье было нежного голубого цвета, покрой имело самый обычный в форме прямоугольника, с круглым вырезом, открывающим лишь шею и даже не спускающимся до ложбинки груди, рукава на платье были свободные, до сгиба локтя, скрывая полноватые плечи, длина платья была чуть ниже колена, но зато оно имело боковые разрезы. В прямоугольник платья был вшит поясок, позволяющий собирать платье на талии, выделяя, тем самым, шикарную грудь и тонкую талию. Вся прелесть этого простого платья была в его цвете и нарисованном на груди цветке ириса. На это место принято прикреплять брошь, но на лифе платья цвел белый ирис, прорисованный удивительно точно.

– Карина Васильевна, я не могу его надеть! – выдохнула Ульяна, появившись в дверях спальни.

– Думаешь, что оно тебе мало? – засомневалась Карина.

– Нет, что Вы! Оно прекрасно! Но я не могу!

– Значит, так: белые босоножки на плоской подошве у тебя есть. Косу заплетай свободно, ты это умеешь, я знаю. Чуть туши на ресницы, на губы неяркий блеск и одна капля духов! Исполнять! А я в душ!

Для себя Карина выбрала платье более спокойного синего цвета.

В гостиную Влад и Карина вошли одновременно. Карина спустилась со второго этажа, Влад зашел с улицы и с детьми.

– Никита, ты, как мужчина, остаешься за главного! Но, поскольку ты еще не совершеннолетний, то слушаться все-таки надо будет тетю Нюру. Договорились?

– Да!

– Тетя Нюра она хорошая и детей любит, – раздался из глубины гостиной голос Ульяны, – вот Дашулька знает ее, да, дочь?

Ульяна стояла перед большим зеркалом и заплетала косу. Доплела, скрепила белой резинкой и лишь тогда обратила внимание, что в доме стоит тишина. Обернулась и встретилась взглядом с глазами Влада.

На Ульяну никто и никогда не смотрел таким взглядом. Жадным, ревнивым, пожирающим. От его взгляда Ульяну бросило в жар, она несмело сглотнула и хотела облизать губы, даже уже приоткрыла рот и почти высунула кончик языка, но вспомнила, что на губах блеск, а потому не стала этого делать.

Тишину нарушила Дашулька, прижав кулачки к груди, она прошептала громким шепотом:

– Какая моя мамочка красивая! Как принцесса!

Никита поддержал подругу:

– Тетя Ульяна, у Вас очень красивое платье! Оно Вам очень идет!

– Вы ж мои котятки! – Ульяна шагнула к детям и, присев на корточки, обняла детей одновременно. – Мне очень приятно! Спасибо!

– Ну, что? Не растеряла я свой вкус в этой глуши, а, Влад? – произнесла Карина и рассмеялась. – Отомри уже и дыши носом, как говорят в Одессе! Такси будет через 5 минут.

– Привет всей честной компании! – раздалось от двери. Тетка Нюра стояла и любовалась на Ульяну:

– Ульяна, какая же ты стала красавица! Жаль, Кузьминична тебя сейчас не видит!

– Поверь, Нюра, она видит свою внучку! Так, молодежь, на улицу, а я Нюре покажу, как телевизор включать и куда детей укладывать! – скомандовала Карина.

Уже на улице, пока они были одни, Влад произнес:

– Никогда не страдал тем, что не мог подобрать девушке комплимент, веришь? Но с тобой все не так. Все слова теряют свой смысл. Глядя на тебя, хочется говорить стихами, хоть я и ни разу не романтик. Совсем! Принято считать, что все наши встречи не случайны. Не бывает случайностей. Теперь я это точно знаю! Наверно, я слишком долго шел к своей единственной женщине и к своему счастью. И уж совершенно точно я не думал, что мое счастье будет рыжего цвета. Черт, да что ж так все пафосно звучит-то, а? Никогда не верил, что так трудно говорить комплименты! – Влад взъерошил волосы на голове и замолчал.

– Это потому, мой мальчик, что говорил ты их не сердцем, а языком без костей и своими одаренными мозгами! Сердцем всегда сложнее, но зато и честнее! – раздался голос Карины за его спиной. – Ну, что? Поехали? Вон и такси уже подъезжает. Неприлично опаздывать к такому уважаемому человеку, как Сергей Медведев.

– А он уважаемый? – задала Ульяна вопрос уже сидя в машине.

– Да, девочка, – Карина вздохнула, – за ним «тыща разных подвигов», как говорил капитан Жеглов, но взяли мы его на ерунде, можно сказать. Хотя, я до сих пор уверена, что это сам Медведь позволил нам взять себя на этой ерунде.

– Это что ж там за ерунда такая, когда за нее дают 10 лет, и для чего ему это надо было, хотелось бы понимать, – усмехнулся Влад.

– Не хочу сейчас это обсуждать. Захочет, посчитает возможным, сам все расскажет. Меня вот другой вопрос волнует. Помнится, был у нас с ним один разговор на тему детей, а точнее, отсутствие таковых и у него, и у меня.

– Ты обсуждала с преступником отсутствие у тебя детей? – Влад, казалось, был удивлен не меньше Ульяны.

– Ты, Владлен, мысль о том, что он преступник, выкинь из головы, и лучше это сделать здесь и сейчас! – оборвала его Карина. – Я его не оправдываю, но он свой срок отсидел, а значит, чист и перед законом, и перед людьми! В конце концов, дружки твои новые, что Гарик, он же Кирпич, что Саня Сиплый – тоже не пушистые зайцы! А вот начали они новую жизнь, и женились, и детей воспитывают, да и ты вот дружишь с ними, забывая, что они оба сидельцы! Так что имей уважение к более взрослому мужику.

Ульяна непроизвольно сжалась, такой грозной и суровой она Карину еще никогда не видела. Влад только хмыкнул и изобразил ладонью, помахав ею у себя перед лицом, поклон.

– Так вот, возвращаюсь к начатому! Сергей как-то обмолвился мне, точнее, задал очень больной вопрос. Мол, не страшно ли мне стареть, зная, что после меня никого не останется. Так вот тогда я ему сказала, что да, мол, страшно. Очень страшно! – Карина, проговорив это, глубоко вздохнула, но продолжила, улыбнувшись:

– Тогда у меня еще не было ни тебя, Ульяна, ни нашей Дашульки. И Медведь, помолчав и посверлив меня глазами, у него, чтоб ты знала, девочка, очень тяжелый взгляд, имей это ввиду и не бери на свой счет, так вот, тогда-то он и обронил эту фразу:

«Знала бы ты, как мне страшно и обидно!»

Я тогда, помнится, уточнила:

«Неужели, – говорю, – так своих воровских законов боишься, что нигде на всем белом свете не бегает твой отпрыск?»

А он тогда мне и ответил:

«Дело не в том, что законов наших боюсь, а в том, что не может у меня детей быть. Никогда не думал, что буду на эти темы с прокурором говорить, да еще с красивой женщиной, но так уж вышло, что ты, Карина, любого мужика заткнешь за пояс, чем вызываешь у меня только уважение. Нравится это тебе или нет, но очень у нас с тобой, гражданин прокурор, много общего. А вероятность того, что от меня женщина может забеременеть, ничтожно мала. Чуть ли ни одна на миллион! Есть такая особенность у моих сперматозоидов. Ленивые они, падлы, и малоподвижные! Вот такой парадокс, гражданин прокурор! Я активный, а мои сперматозоиды ленивые. Зато на резинки могу не тратиться и ушлых баб сразу вывожу на чистую воду!»

Так вот я теперь и думаю, выходит, что твоя мама, Ульяша, оказалась той единственной на миллион, а он ей, похоже, не поверил. Как же он сейчас то понял, что не обманывала она его, а?

– А вот, кстати, да? – подхватил тему Влад. – Вдруг Ульяша не его дочь? Или она на него похожа?

– Да нет! Ульяша – вылитая мама, просто одно лицо, я бы сказала. От отца у нее только глаза необычного цвета.

– Карина Васильевна, может, я правда не его дочь, а? Прожила же я как-то всю жизнь без отца и дальше проживу!

– Его ты дочь, в этом ты можешь даже не сомневаться! – усмехнулась Карина.

– Что? Откуда Вы знаете? – ахнула Ульяна.

– Ну, вот это мы сейчас и узнаем! – усмехнулся Влад и первым вышел из такси. Помог выбраться Карине, а затем Ульяне, – дамы, прошу! Тайны, интриги, расследования ждут нас. Добро пожаловать в первый ряд!

– Ох, да вот, тьфу на тебя! – махнула Карина на Влада рукой и, рассмеявшись удивительно молодым смехом, первая шагнула в открытую дверь ресторана.