Глава 14

*

Варис Черный

*

– Что это было? – спросил брат, откровенно недоумевая.

– Если бы я знал, – ответил я так же в полном смятении, глядя на дверь ванной, где пару минут назад исчезла маленькая фигурка нашей ниари.

Райх внутри меня бесновался, пытаясь вытеснить сознание, судя по блеску глаз Вера, ему не лучше.

Что происходит? Почему наша пара перестала нас воспринимать? – эти вопросы тревожным набатом разрывали голову.

Демоны бездны! Почему так невыносимо сложно все с этой маленькой упрямой женщиной!

– Её влечение к нам исчезло, – испуганно сказал брат, озвучивая мои страхи.

– Не может такого быть! Это невозможно! В паре всегда очень сильно притяжение. Наше ведь не стало меньше. Да и не видел я в хрониках ни одного упоминания о том, что связь испарилась, – перебирал я в уме всё, что успел узнать о связи нейр-ниари.

– Для меня она по-прежнему единственная. Никакого изменения в отношении к Але я не ощутил, наоборот, как и положено, меня влечет к ней все сильнее, – рассуждал брат, нервно меряя шагами спальню.

– Аналогично, но это ведь обоюдная связь, и она не могла исчезнуть только с одной стороны, ведь так? – рассуждал я, стараясь не удариться в панику, хотя было от чего. – Может, мы что-то сделали не так? Совершили какую-то ошибку?

– Не знаю, но я не почувствовал никакого отклика на свои ласки. Мой райх рвет мне весь самоконтроль, он боится, что пара от нас отказалась, – едва сдерживаясь, сказал Вер.

– То же самое. Может быть, спросить у нее прямо? Должна же быть причина, – пытался я мыслить логически, хотя с этой женщиной-ребенком ничего не подчинялось какому-то анализу, только голые чувства и эмоциональные качели.

– Я не готов услышать, что она выбрала нага или этого заморыша, – рычал брат, практически утратив самообладание.

– Возьми себя в руки, Вер, – сжал  плечо брата, надеясь, что близость к родному человеку вернет нам контроль над эмоциями, но в этот момент открылась дверь в ванную, являя нашему взору хрупкую фигурку ниари, обернутую лишь в одно полотенце, которое едва прикрывало наготу девушки.

Острое желание сорвать эту жалкую тряпку и наброситься на Алю, разгоряченную теплой водой, восхитительно пахнущее мылом и неповторимым ароматом чистого женского тела, едва не согнуло меня пополам.

– Аля…, – хрипло сказал Вер, изо всех сил стараясь сдержаться.

– М? – отозвалась девушка.

Не обращая на нас никакого внимания, она присела на стул у комода и стала расчесывать мокрые волосы. Ривер забрал из ее рук щетку и стал аккуратно разбирать пряди, лаская пальцами голову Али.

– Приятно, – промурлыкала она. – Вер, ты спросить о чем-то хотел?

– Да, – хрипло отозвался брат. Некоторое время он медлил, не решаясь задать жизненно важный для нас вопрос. – Тебе понравился Тураш?

– Интересный. Сразу видно, что воин: сильный, уверенный в себе и довольно красивый, – расписывала достоинства нага Айзиля, заставляя душу покрыться инеем страха и скрипеть зубами от ревности.

– А Лис? Почему ты так о нем беспокоишься? – не удержавшись, спросил я про проклятого ира.

– Лиссайн милый и веселый, но очень сообразительный и обязательный. Жалко, что он попал в гарем. В моем мире за такого парня девчонки бы подрались, – улыбаясь отражению побледневшего брата, сказала НАША ниари.

– А мы? Мы тебе нравимся? – все же спросил Ривер.

Аля сначала немного смутилась, но потом повернулась к Веру и ответила:

– Вы хитрые и изворотливые котики, которые пытаются казаться серыми и пушистыми, но норовят откусить голову, – ответила Аля, не скрывая усмешки.

– Что?! – в один голос воскликнули мы.  – Мы никогда не причиним вреда тебе.

– Только вы сами решаете, что для меня хорошо, а что плохо. Вот скажи мне Вер, если я тебе скажу, что не стоит дружить с кем-то из девушек, потому что мне это не нравится. Что ты мне ответишь?

– Я не знаю. Если это так важно для тебя, то я подумал бы, – неуверенно ответил брат.

– А я считаю, что любовь не исключает дружбы. И вообще речь не об этом. Вы ведь привыкли сами решать куда пойти, во что одеться, как поступить в определенной ситуации и так далее. И я тоже год жила самостоятельно и отвыкла от того, что кто-то распоряжается моей жизнью. Я понимаю, что это другой мир и далеко не все однозначно, но можно просто объяснить мне какие последствия будет иметь мой выбор или мой поступок, а не кричать, не делай этого и не одевай того. Я не переношу, когда мной пытаются командовать или манипулировать. Я – не вещь и хочу, чтобы меня уважали и со мной считались, а не переделывали под себя.

– Мы понимаем это. Прости, нам тяжело, пока привязка к ниари не завершена, инстинкты разрывают наше самообладание. Ты такая молодая и беззащитная, мы хотим тебя оберегать, заботиться, и мы ревнуем. Вокруг тебя много мужчин и все претендуют на нашу пару, внутренний зверь бесится, а его эмоции передаются нам. Ты сама не знаешь, как много для нас значишь. Ты говоришь об обречённости, но это не так. Мама рассказывала, что люди не чувствуют свою пару, поэтому склонны к сомнениям и ошибкам. Разве плохо, что мы сразу узнаем свою единственную? Мы так же любим, а может и сильнее, потому что не колеблемся, а точно знаем, – ответил я, присев на корточки у ее ног и обнимая белые коленки.

– Как можно быть уверенным в чем-то, если вам обо мне ничего не известно? – возмутилась малышка.

– Представь, что у тебя чего-то не хватало, без чего ты не могла жить полноценно и внезапно ты нашла это. Ты точно знаешь, что оно твое и другого такого больше нет, ты не будешь счастлива, что обрела потерянную часть себя? Или не будешь любить ее, зная, как без нее тебе будет невыносимо плохо? – провел аналогию Вер.

– Я так не могу. Я еще не люблю вас и не понимаю. Вы давите и требуете, что вызывает раздражение и желание сопротивляться. Если я так важна вам, почему бы вам не попытаться наладить нормальные отношения, – задумчиво ответила Аля.

– Мы пытаемся, но не знаем как, – честно признал я.

– Для начала научитесь мне верить. Я ведь все объяснила на счет Лиса, а вы что устроили? Меня злит, когда вместо того, чтобы поговорить и решить разногласие, вы пользуетесь моим влечением к вам – это подло.

– Можно спросить? – кусая губу, сказал Вер. Дождавшись от Али кивка, продолжил: – Почему ты не реагировала сегодня на наши ласки? Мы что-то сделали не так?

В ответ наша пара хитро улыбнулась.

– Даже не знаю, может, устала. Хватит на сегодня разговоров, – сказала девочка и, высвободив свои ножки из моих рук, отправилась в постель в этом демоновом полотенце.

Забравшись под одеяло, она вытащила эту дурацкую тряпку и выкинула ее, заставляя нас с братом шумно глотнуть.

Наперегонки, мы кинулись в ванную комнату, но все же повезло Веру, а я, захватив в плен голые стопы, ласково массировал их, чтобы у девочки не было соблазна уснуть, пока брат купается.

Аля млела от удовольствия, томно постанывала, заставляя мой болезненно пульсирующий член доставлять мне дополнительные неудобства.

Одна мысль о том, что она сама разделась в нашем присутствии, сводила с ума, а мысль о том, что от вожделенной ниари меня отделяет только тонкое одеяло, заставляла нетерпеливо ерзать в ожидании брата.

Наконец он вышел, я же бегом бросился в душ. Никогда не мылся с такой скоростью, а когда вышел, застал настолько возбуждающую картину, что, не удержавшись, застонал в голос.

Вер лежал спиной к малышке, а она одно рукой зарылась в волосах брата, а второй неторопливо гладила его напряженный член, заставляя брата извиваться и стонать.

Я всегда любил смотреть, как девушки доставляют удовольствие Веру. Для меня наблюдать за ним, как смотреть на себя, только со стороны. Сейчас почти чувствовал осторожные, неторопливые касания ниари. Увидев меня, девушка наклонилась к открытой шее брата и нежно прикусила кожу, заставляя его буквально задохнуться от стона и последовавшего оргазма.

Я сам еле удержался от того, чтобы не последовать за ним. Забрался в постель, хотел подмять под себя малышку, ласкать ее, насладиться видом ее удовольствия, ее вкусом, но девочка меня удивила: ловким движением она перевернула меня на спину и завела мои ладони за голову.

– Сегодня только я вас трогаю, а вы подчиняетесь, если хотите получить удовольствие. Вы были гадкими и подлыми котиками, теперь моя очередь наслаждаться вашими стонами, – прошептала мне в губы Айзиля.

Удивление, граничащее с шоком, восхищение и желание, какого мне еще не доводилось испытывать – все это обрушилось на меня, едва не оборвав игру малышки на этом моменте. Первый раз в жизни мне хотелось кончить от одних только слов. Моя! Даже будучи практически невинной, пара тонко чувствует наши пристрастия и уже готова играть с нами в самые откровенные игры.

Белые зубки прихватили мою нижнюю губу, а следом сладкий язычок зализал легкую боль от укуса. Со мной Аля не церемонилась, как с братом, да я этого и не люблю. Острые ноготки чувствительно прошлись по моей груди, вынуждая выгнуться навстречу этому болезненно-острому удовольствию. Я столько дней на грани, но без разрядки, весь контроль уходит на то, чтобы лежать спокойно и не опозориться раньше времени перед ниари.

– Что ты творишь? – шиплю я. Что-то смущало меня, какая-то мысль, которая из-за затмевающего ум вожделения, никак не могла оформиться, но выжигала сознание важностью.

– Тебе не нравится? – сделала наигранно удивленный вид девушка, сильно сжимая маленькими ладонями мой каменный член. В ответ я мог только стонать. – Не хочешь быть моей игрушкой? Зависеть от желания, которое ты не в силах побороть?

Каждое слово сопровождалось чувствительным движением пальчиков, сжимавших мою плоть. От яркости непередаваемых ощущений хотелось кричать.

– Какой ты нетерпеливый, – глумилась надо мной ниари, прикусывая чувствительную горошинку моего соска. От острой вспышки удовольствия я все же вскрикнул, радуясь, что на комнатах полог тишины. Оргазм накрыл меня неудержимой горячей лавиной, начинаясь где-то в поджатых пальцах ног, и заполняя все мое существо. Никогда мне не было настолько хорошо.

Когда я немного пришел в себя, то был настроен отомстить нашей маленькой диктаторше такой же сладкой пыткой, но встретил полный паники взгляд брата и сразу понял, что меня до этого беспокоило. Наша ниари даже не возбуждена?