Глава 19

***

Его квартира оказалась совсем не такой как я себе её представляла.

Мне казалось, что она будет простой и лаконичной, в сдержанных или темных тонах (конечно кроме детской), с огромным телевизором и удобным диваном, игровой приставкой и кладовкой, в которой громоздятся все эти «мужские штучки». Всевозможные инструменты от молотка до перфоратора, рыболовные снасти, мячи для футбола, волейбола и баскетбола, палатка для похода и может быть даже казан для плова и котелок для ухи.

Уверена, что Дима умеет готовить отличную уху.

- Не стой в дверях, разувайся, проходи, - он встал напротив меня, расстёгивая пуховик.

Молния легко скользнула вниз и Дима забрал его, чтобы убрать в шкаф.

- Мне помочь тебе разуться? – он беззлобно усмехнулся и сделал шаг назад, как будто действительно собирался присесть и сделать это, но я начала стягивать угги сама. – Знаешь, наверно экскурсию по квартире я устрою потом, а пока пойдем в гостиную. Уверен, что у тебя есть несколько вопросов, на которые ты хочешь получить ответы.

Я молча кивнула и последовала за ним.

У него была типичная трёшка, в которой центральной частью планировки выступал общий коридор, из которого можно было попасть во все комнаты и на кухню. Вторая комната слева оказалась залом, не слишком просторным, но достаточно уютным, с диваном, стенкой и телевизором, небольшим столом в углу комнаты, где были разложены бумаги и стоял включенный ноутбуком.

- Присаживайся, сейчас принесу чай.

Дима исчез где-то в глубине квартиры, и через несколько секунд я услышала щелчок включенного электрического чайника и негромкую возню на кухне. Он открывал и закрывал шкафчики, вероятно, чтобы достать чай, и, кажется, даже хотел заварить его по-настоящему, а не использовать пакетик, хотя мне было всё равно.

Перед диваном располагался журнальный столик, на котором стояла одна кружка с недопитым черным кофе. Сначала я даже хотела отнести ее до кухни, но след ярко-красной губной помады остановил мой глупый и неуместный порыв.

Я не могла отделаться от мысли, что что-то упускаю. Дима был женат, но Катя говорила, что её мама давно не живет с ними. Значило ли это, что они в разводе или он просто водил меня за нос, чтобы… что? Залезть ко мне в трусики?

Это было нелогично. Дима мог бы получить любую женщину, которая ему приглянется. Никто даже не посмотрит на то, что у него две дочки или, что он простой продавец в строительном магазине. Такие мужчины вызывают доверие и… привыкание. От них сложно отказаться и уйти.

- Вот твой чай и сахар, - передо мной материализовалась кружка с горячим напитком и сахарница с рафинадом. – Обычно ты пьешь кофе с молоком, но сейчас уже поздно, и кофе плохо влияет на сон, так что…. Я просто не знаю, сколько сахара ты обычно добавляешь в чай. – Дима подвинул ко мне все, что принёс с собой, а я лишь молча кивнула.

Мне оставалось только принять этот гостеприимный жест, продолжая прокручивать в голове всё новые и новые вопросы, который начинались в основном со слова «Почему?».

Почему в его квартире оказалась мама Кати и Ники?

Почему она представилась его женой?

Почему Дима её поправил и сказал, что она «бывшая»?

Почему он не позвонил мне и не предупредил, чтобы я не приходила?

Почему…

- Настя, - от нелегких мыслей меня отвлек голос Димы, - прекрати.

Я моргнула и непонимающе посмотрела на мужчину напротив, который остановил мою руку ровно над чаем с кусочком сахара.

- Мне не жалко, но это пятый кубик и это слишком даже для такой сладкоежки как ты.

- Но я не сладкоежка, - возмутилась я, всё же возвращая сахара на место, а Дима улыбнулся.

Так как мне нравилось. Тепло. Нежно.

Его ладонь легла мне на щеку, большим пальцем он задел нос и опустился ниже, очертив линию губ. Пришлось заставить себя повести головой, чтобы отстраниться.

Он всё понял и сам отодвинулся на полкорпуса.

И больше никакого тепла не осталось.

- Хорошо, что ты начала говорить. Я уже переживал, что замолчишь на весь вечер.

- Что ж, мне спросить или ты сам расскажешь как твоя жена…

- Бывшая жена, - поправил он.

- Угу, точно. Так как твоя роскошная, длинноногая, без единого изъяна в макияже и с совершенной укладкой, бывшая жена, оказалась в этой квартире именно сегодня, именно в тот момент, когда ты знал, что к тебе должна прийти я?

Всё это я выпалила на одном дыхании и совсем без перерыва, словно если бы остановилась, мне могло не хватить смелости, чтобы напасть на него. Потому что на самом деле у меня на это не было никаких прав.

- Я не менял замки, - просто ответил, словно это в порядке вещей у всех людей. – У Риты оставались ключи от этой квартиры. Она ненавидит панельные дома, стандартные планировки и дворовые парковки, особенно зимой, когда много снега, а гараж, в который ей так хотелось поставить свою машину, находится слишком далеко. Она ненавидит даже замочную скважину во входной двери, потому что ее ключ всегда плохо проворачивался, и она от этого бесилась.

Он достал из кармана своих спортивных штанов связку ключей – один длинный, один короткий и еще одна синяя таблетка для домофона, на брелоке в форме красной помады-фонарика. Я поморщилась.

- Но есть и еще кое-что. Она принесла это, - звякнул он связкой в руках, - и документы.

- На развод? – выпалила я первое, что мне пришло в голову.

- Нет.

И все? Больше никаких комментариев? И как я должна была это понимать?

- Знаешь, это очаровательно, что ты ревнуешь меня к Рите.

- Я не ревную! – В возмущении я схватилась за чашку трижды забытого чая и сделала глоток.

Отвратительно сладко.

- Еще как ревнуешь! Я бы не хотел тебя ревновать, ведь в ревности я ужасный зануда и мерзавец. - Дима отнял многострадальный чай и сам попробовал его, так же сморщившись. – Я бы поверил, что ты в меня влюбилась, если бы он был пересолен.

После этой фразы наступила еще одна тишина.

Слова не прозвучали как вопрос, но что-то едва ускользающее от меня там всё же было. Возможно - надежда? Он хотел признания? Сейчас?

Не самое подходящее время и не лучшие обстоятельства.

- Ладно. Шутка не удалась. - Дима оставил чашку в покое и потянулся к папке с бумагами, которая занимала всё моё внимание уже некоторое время.

- Ты действительно в разводе?

- Да, - кивнул он. - Как только Маргарита съехала со всеми вещами, я решил оформить расставание официально. Опеку на девочек я тоже взял на себя и бывшая жена не была против.

Я покачала головой. Не понимаю, как можно было отказаться от Кати и Ники. Они замечательные. Так похожи на папу, но такие разные. И такие ранимые.

Сколько проплакала Катя понимая, что мама ушла и, сколько думала о своей причастности к этому? Девочки этого не заслужили.

- Тогда что в этой папке? – я кивнула в сторону загадочных документов, не представляя, какие еще юридические формальности могут связывать Диму с его бывшей женой.

- Это документы, в которых говорится, что Рита продала мне свою долю в магазине. Теперь я единственный полноправный владелец «Кузнеца да Плотника», - он развёл руками, словно это было что-то само собой разумеющееся.

- Не поняла? Что значит владелец. Еще утром ты был продавцом и ты никогда не отрицал этого. Я.. мне нужны объяснения. Прямо сейчас, Дима.

И он рассказал мне всё. О том, что несколько лет назад действительно был обычным продавцом в небольшом магазине товаров для ремонта, без надежды и перспектив на развитие. О кредитах и скандалах с женой. О подработках и ночных сменах, о своём неумении принимать помощь ни от кого, даже от семьи.

- Когда Рита пригрозила уйти в первый раз и забрать девочек с собой, - Дима поморщился и закрыл лицо ладонями, - я сдался и принял помощь его отца. Деньги, менеджеров, команду, которая помогла небольшой местный строительный магазин превратить в доходное предприятие. Я смотрел на то, что делали эти люди и постепенно учился. Сначала мы расширились и взяли склад для более крупных заказчиков, потом нашли помещение для еще одного магазина. Я уходил в минус и снова брал кредиты, а где-то посреди этого хаоса Рита решила, что с нее довольно и испарилась.

Он продолжал говорить и говорить. Дедушка Кати и Ники не стал занимать ничью сторону и позволил Диме продолжать расширяться и так появились первые идеи открыть гипермаркет. Площадку выбрали в новом торговом центре и идея сработала.

- То есть ты не продавец? Ты что-то вроде директора?

- Угу.

- Генерального?

- Точно.

Я покачала головой и рассмеялась.

- Но ты не похож на генерального директора.

Дима кивнул и совершенно неожиданно для меня притянул к себе в объятия.

- И многих генеральных директоров ты знаешь, Насть?

- Как минимум одного, - я грозно ткнула ему локтем под ребро, чтобы не распускал руки раньше времени. – У моего брата своя кондитерская, и он в ней генеральный директор. Так получается.

- Ты не говорила, что у тебя есть брат.

- Уверена, что Сашка тебе уже всё доложил, - я беспечно отмахнулась и вернулась на своё место на диване. – Но если ты руководишь магазином, то почему в тот день был в зале одетым продавцом, и почему не сказал правду, когда я думала, что ты наёмный рабочий. И ремонт в Сашкиной комнате, - мне стало совсем не по себе. – Мы отняли столько твоего времени, которое ты мог потратить более…

- Не нужно драмы, Настя. Не сегодня. Просто скажи - ты злишься, что я не рассказал тебе об этом раньше?

- Нет, - я отрицательно мотнула головой и улыбнулась, - но это многое объясняет. Просто ты… не похож на серьезного делового человека. Все эти твои шуточки, и совершенно непонятное стремление помогать незнакомым людям, доверить почти незнакомке своих детей, помогать ей и выручать, и…

Я не смогла закончить, потому что Дима наклонился вперед и закрыл мне рот поцелуем. Сладким, нежным и таким долгожданным. Возможно, что этот вечер мог стать одним из худших в моей жизни. Но сейчас, в его крепких руках, прижимаясь к его телу и обнимая в ответ, я знаю, что о большем не могла и мечтать.

Через минуту он поднял меня на руки, словно я ничего не весила, и двинулся на выход из гостиной.

- И куда ты меня несёшь? – хихикнула я, уткнувшись в его плечо.

- На экскурсию.

- И много комнат я смогу посетить?

- В ближайшие несколько часов – только одну, - пообещал Дима, закрывая за нами дверь в спальню.