Глава 22

Я вернулась к зданию ратуши, чтобы дождаться поверенного. Лион держался холодно, что резко контрастировало с теплым общением, которое возникло между нами за последние дни. Однако сегодня, в зале суда, глядя на разодетых аристократок, посматривающих на графа с интересом, я окончательно поняла одну вещь: мы из разных миров. Пора спуститься с небес на землю. Я всего лишь хозяйка трактира, разведенная женщина из обедневшего рода. Не лучшая партия для блестящего богатого холостяка, в жизни которого снова появятся светские приемы, балы и развлечения, недоступные простым смертным. Да, он проявил ко мне доброту, защитил и помог в трудную минуту, но это лишь благодарность за спасение жизни. Лион с лихвой покрыл все долги, когда помог найти и покарать преступников. А дальше наши пути должны разойтись.

С Кайлом Монтьером разговор получился скомканным. Я лишь поинтересовалась, сколько должна за хлопоты и бракоразводный процесс, отсчитала нужную сумму, забрала ключи от постоялого двора и поплелась в банк. Оставшиеся долги перед ростовщиком ложились на плечи родителей Келлиана. Я попросила, чтобы поверенный сам решил с ними вопрос с возвратом приданного, которое следовало сразу положить на счет.

Посетив банк, я открыла счет и внесла почти все деньги, оставив пятьдесят монет на текущие расходы. Из головы не выходил ответ Кайла, какой же приговор герцог вынес Тессе Векран. Как оказалось, отец семейства сумел откупиться, пожертвовав городу крупную сумму. Раз в десять больше той, что передал мне. Лиону досталась кожевенная фабрика с прилегающими землями и роскошный особняк на центральной улице. Тесса же через три дня выходила замуж и немедленно отправлялась в другое герцогство.

— И все? — У меня округлились глаза от возмущения. — Она столько лет травила графа Эстариана, заставляя вынести океан страданий, а в итоге всего лишь выйдет замуж? Теперь понятно, почему на Лионе лица не было. Это не наказание, а издевательство какое-то.

— Я бы не спешил с выводами, госпожа Верлиана, — покачал головой поверенный. — Обещайте, что никому не расскажете то, что я вам открою.

— Векран-старший заплатил за молчание золотом, — хмыкнула я. — Так что вам нечего бояться. Я не буду болтать.

— Тессу срочно выдали замуж за барона Териньяка, который, насколько мне известно, уже похоронил двух жен. И еще одна невеста погибла, не дожив до свадьбы. Приличные семьи отказываются отправлять своих дочерей на верную смерть, а барону необходим законный наследник. Так что я бы не сказал, что Тесса ушла от наказания. К тому же, прямо в зале суда, герцог Вольмар запечатал девушке магический дар. Она не сможет больше никому навредить.

— А что не так с этим бароном? Над ним тоже довлеет какое-то проклятие?

— Никто не знает наверняка, — Кайл Монтьер печально улыбнулся. — Но у барона хватает сил и средств, чтобы заткнуть рты недовольным. А вот герцог увидел в том иронию судьбы, что Тесса, проклявшая бывшего жениха, столкнется с проклятием своего мужа. Быть может, ей удастся переломить роковую цепочку и подарить семейству Териньяк долгожданного наследника. Хотя бы так принесет пользу обществу.

В поместье графа я вернулась, прикупив на рынке телегу с лошадью, продукты и подарки для Тариссы, детей и графа. Управлять повозкой я не умела, поэтому попросила торговца помочь. Он отправил возницей своего младшего сына, который ловко управлялся с лошадью. В дальнейшем я надеялась, что Том научится управлять повозкой, а девочки будут ездить с ним за покупками.

Домашние с нетерпением ожидали новостей и подробностей судебного разбирательства. Лион, вернувшись, заперся в кабинете и просил его не беспокоить.

Пришлось пересказывать все, за исключением приговора для Тессы. Раз уж обещала молчать, то следовало держать слово.

Дети очень обрадовались подаркам, а Том тут же убежал обихаживать лошадь. Тарисса всплакнула, когда я подарила ей теплую шаль, чтобы не мерзла холодными вечерами.

— У тебя все хорошо, девочка? — поинтересовалась она, с тревогой заглядывая в глаза.

— Теперь да, — я замялась, не зная, как сказать про отъезд. — Я получила компенсацию и… Собираюсь переехать. Теперь у меня есть постоялый двор, который тоже требует внимания и присмотра.

— А как же Лион? — обняла меня и спросила тихо, чтобы помощницы не слышали.

— Надеюсь, у него тоже все будет хорошо. Я ему больше не нужна, — произнесла, ощущая тяжелый ком в горле. — Пойду, попрощаюсь и передам подарок. Ну, а вы заглядывайте в гости. Мы всегда будем вам рады.

— Да и ты приходи, Верлиана. По старой памяти, — прослезилась служанка.

Я подхватила коробку с кофейным набором и отправилась наверх. Постучалась, сообщив через дверь, что уезжаю. В другом случае Лион бы мне не открыл, потому что сразу заявил, что все разговоры будут завтра.

— Простите, что потревожила. — Я в волнении переступила порог и остановилась, рассматривая графа, который подошел к окну и замер, глядя во двор. — Мы с детьми переезжаем на постоялый двор и больше не будем вас стеснять. Я принесла небольшой подарок на прощание. Это вам! — робко приблизилась и поставила коробку на край стола. — Хочу сказать, что никогда не забуду того, что вы для меня сделали. Вы всегда будете желанным гостем в моем доме. Если, конечно, у вас найдется время… Спасибо вам, Лион. За все.

Ответа я так и не дождалась. Граф сухо кивнул, что меня услышал, но даже не повернулся в мою сторону. Что ж, видно теперь наши пути окончательно разошлись.

— Прощайте! — прошептала я, отгоняя непрошенные слезы. — Надеюсь, теперь вы будете счастливы. Я бы этого очень хотела.

Развернувшись, я вышла и прикрыла за собой двери. Прислонившись к ним спиной, судорожно вздохнула. Нет уж, страдать из-за того, что придумала то, чего не было, не собиралась. Мне предстояло отстроить таверну, привести в божеский вид постоялый двор и решить, что с ним дальше делать. У графа же своя судьба, в которой для меня нет места. Ну и пусть! Я безумно хотела вернуть свое маленькое счастье — Грошика, и для этого сделаю все возможное и невозможное.

К «Усталому лису» мы добрались ближе к вечеру. Фасад деревянного здания выглядел унылым и неприветливым. В глаза бросались обшарпанные стены, тусклые окна и покосившаяся вывеска, на которой едва читалось название. Помещение пропиталось затхлыми запахами гнили и скисшей браги, а само место за неделю без хозяина казалось еще более неуютным, брошенным.

— А здесь ничего не изменилось, — тихо произнесла Синна, осматриваясь по сторонам. — Воняет, как и прежде, крыша прогнила, и все заросло паутиной.

— Ничего, мои хорошие! — приободрила ребятишек. — Запах выветрим, крышу починим, порядок наведем. Зато это место полностью наше. Мы здесь хозяева! И никто у нас его не отберет.

Я уже была здесь сразу после пожара. При свете дня постоялый двор выглядел еще хуже. От одного взгляда на слой липкой грязи хотелось разреветься. Но я не имела права. Глаза боятся, а руки делают.

— Лира, неси из телеги ведра, метлы и тряпки. Том, найди место, куда поставить нашу лошадь с телегой. Девочки, принимаемся за работу! — бодро скомандовала я. — Вы же не хотите ночевать в этом свинарнике?

Сообразив, какая грозит перспектива, помощники живо взялись за работу. Мы успели отчистить кухню и часть обеденного зала, когда входные двери скрипнули, впуская трех незнакомых людей. На пороге стоял молодой человек лет двадцати пяти, девушка с округлым животиком и крепкая женщина в годах. Парень удивительно напоминал Тарвека, поэтому я сразу догадалась, что к нам пожаловала его семья.

— Здравствуйте! — Я отложила тряпки и поспешила им навстречу. — Постоялый двор пока не работает. Чем могу помочь?

— Верлиана Зейрис, верно? — уточнила женщина и, получив утвердительный кивок, продолжила: — Доброго дня. Меня зовут Темила Тарвек. Это мой сын Шон и невестка Дженна. Выходит, вы теперь хозяйка в этом доме?

В голосе Темилы я не услышала враждебности, но уже наученная горьким опытом общения с родителями Келлиана, отнеслась к визиту семейства Тарвек с настороженностью.

— Верно, «Усталый лис» теперь мой по решению герцога Вольмара.

Женщина тяжело вздохнула и скользнула взглядом по грязной части помещения.

— Я знаю, что это место больше не принадлежит Эдвину, — повернулась ко мне и посмотрела глазами, полными слез и давней обиды. — Постоялый двор когда-то принадлежал моим родителям. Еще до того, как я вышла замуж. Мы жили дружно всей семьей, вместе с бабушкой и дедушкой. — Голос женщины дрогнул. — Здесь было чисто, уютно и тепло. Совсем не похоже на тот свинарник, в который превратил «Усталого лиса» мой муж. Когда родители умерли, он стал заправлять этим домом. Только вот работать совершенно не хотел. Брал с постояльцев деньги, пил и гулял, а нас с Шоном заставлял драить зал до самой ночи, стелить постели, стирать и прислуживать за столом, когда он угощал тут своих друзей. Но однажды я ему надоела. Эдвин сказал, что я старая и неповоротливая, занимаю много места, и выгнал из дома. Сына тоже не пожалел, выставил на мороз, чтобы не кормить лишние рты. Нас приютили родственники, но все это время мы жили впроголодь, тогда как Тарвек шиковал и всем рассказывал, что его бизнес процветает. У меня сердце кровью обливается, глядя на то, в какой гадюшник Эдвин превратил мой дом. Это не «Усталый лис», каким он был пять лет назад. Это позор.

Я чувствовала, какую боль испытывает эта женщина и невольно проникалась состраданием. Не представляю, каково ей жилось с таким мужем, как Эдвин Тарвек. Пока Темила рассказывала свою печальную историю, в моей голове зрел план, как помочь им, и себе тоже.

— Послушайте, госпожа Темила, я прекрасно понимаю, как больно потерять то, во что вложил душу, — невольно бросила взгляд в окно, где через дорогу виднелись руины таверны. — Вижу, что вы искренне переживаете за судьбу «Усталого лиса». Ну, а мне дорога таверна, которую я намереваюсь отстроить. Сами понимаете, как непросто управлять таким местом. Да я и не хочу, если честно. Поэтому у меня к вам деловое предложение.

— Не понимаю, что вы имеете в виду, госпожа Верлиана? — внезапно севшим голосом поинтересовалась женщина.

— Я предлагаю партнерство, — улыбнулась открыто. — У вас есть немалый опыт, и сохранились теплые воспоминания об «Усталом лисе». Вы поможете вернуть ему былое величие, а взамен получите возможность его выкупить. Не сразу, я понимаю, что денег взять неоткуда. Но постепенно сможете выплачивать стоимость, которую определит поверенный. И однажды этот постоялый двор снова станет вашим.

В зале повисла тишина, нарушаемая лишь редким поскуливанием Дьюка, который будто чувствовал напряженность момента. Темила смотрела на меня широко открытыми глазами, в которых постепенно разгорался огонек надежды.

— Вы серьезно? — выдавила она дрожащим голосом. — Зачем вам это? После того как мой муж с вами поступил?

— Потому что я, как никто другой, понимаю, что такое потерять все в одночасье. Будь вы хоть немного похожи на своего мужа, этот разговор никогда бы не состоялся. Но я вижу, что вы не такая. К тому же, я действительно не управлюсь тут одна. Мне потребуются помощники. Я собиралась их искать позже, но раз уж вы пришли сами, то лучшего варианта и придумать нельзя.

Дженна всхлипнула и уткнулась лицом в плечо мужа. Ее худенькие плечи задрожали от душивших рыданий. Но это были слезы облегчения, ведь они явно отчаялись обрести дом.

— Я согласна! — прошептала Темила, смахивая влагу со щек. — Мы согласны. Мы сделаем все, что в наших силах. Вы не пожалеете!

Раз уж помощников прибавилось, а на дворе уже наступала ночь, решено было разместиться по комнатам, а уже утром решать все вопросы. Пока девочки вместе с Темилой готовили комнаты, а Шон под их руководством двигал мебель, таскал тяжести и воду из колодца, мы с Дженной взялись готовить ужин. Продуктов я купила с запасом на пару дней, но, раз уж ртов прибавилось, на завтра я наметила поездку на рынок и к поверенному. Следовало оформить договор правильно, чтобы впоследствии не было недомолвок и ссор.

Темила, казалось, ожила и обрела вторую молодость. Она готова была работать всю ночь напролет, выскребать грязь и чистить каждый уголок. И Шон ей в этом ничуть не уступал, ведь ему наверняка хотелось, чтобы их с Дженной первенец появился в уютном и теплом доме. Ну, а я испытывала радость и невероятное облегчение, что сумела разрешить проблему с постоялым двором и заодно помогла хорошим людям. Вернула им надежду.

Ночевать пришлось в стесненных условиях, ведь отмыть за вечер удалось не так много. Зато на следующий день помощники развернулись в полную силу. Синна, Лира и Темила отмывали комнаты одну за другой, наводили порядок и чистоту. Анна с Томом были у них на подхвате. Я с утра готовила завтрак и сразу обед, чтобы потом не отвлекаться, а Шон с Дженной взяли лошадь с телегой и отправились за вещами. Вернулись они к обеду, после чего девушки стали обустраиваться в вычищенных комнатах. А мы с Шоном и Темилой отправились к поверенному, а затем на рынок, чтобы закупить продуктов и договориться с плотниками о починке крыши. Я же хотела еще найти каменщиков, которые возвели бы мне новую таверну. Вернулись только к вечеру, уставшие, но довольные, что все удачно получилось.

Договор на партнерство мы заключили с Шоном, который считался главой семьи после Эдвина. Даже если он выживет на каторге и вернется, предъявить права на имущество Темилы, как законный супруг, уже не сможет. Насчет развода женщина интересовалась, но поверенный рекомендовал подождать несколько лет. Быть может, не понадобится тратить кучу золота на бракоразводный процесс. А зная Тарвека, можно не сомневаться, что он ни за что не подпишет документы.

Мне также получилось договориться с бригадой каменщиков, которую возглавлял одаренный мастер. Он пообещал построить новую таверну за месяц и сумму назвал немалую — восемьсот золотых монет. Зато обещал установить магическую защиту от пожара и воров, а также обустроить подвалы с отсеками для хранения продуктов. Я согласилась, не раздумывая: денег хватало, и еще оставалось на то, чтобы купить новую мебель и посуду, провести воду в дом и установить магические котлы и плитки. Проект мы утвердили уже через два дня, за которые рабочие расчистили площадку под строительство. Сараи пришлось снести, чтобы освободить больше места, но оно того стоило.

Таверна по-прежнему насчитывала два этажа, но теперь обеденный зал стал намного шире и вместительнее, а перед входом появилась просторная веранда, на которой посетители могли попить чай или покушать на свежем воздухе. С тыльной части здание обнесли глухим высоким забором, который защищал бы от незваных гостей. А с фасада мы поставили фигурные каменные столбы, между которыми вмуровали резные кованые решетки. Панорамные окна закрывались ставнями и выходили на улицу и площадку перед входом. С левой стороны я намеревалась посадить красивые клумбы с цветами, а с правой обустроила детскую площадку. По моей просьбе мастера изготовили большие качели, установили горку для малышей, песочницу и игрушечный домик, где дети могли бы поиграть, пока родители кушают.

На постоялом дворе тоже полным ходом шел ремонт. Мы подлатали крышу и заменили прогнившие полы. Заказали новые кровати, матрасы и постельное белье. Обустроили раздельную мойню для клиентов и туалеты, во дворе установили навесы для животных и освободили пространство для телег или карет. Разумеется, все расходы я тщательно записывала, чтобы впоследствии разделить их с Тарвеками. Пока позволяло время, я обучала Дженну, Синну и Лиру готовке. Показывала, как варить супы, тушить мясо и жарить сочные стейки. Девочки быстро схватывали и у них с каждым разом получалось все лучше и лучше.

Глядя на то, как постепенно растут стены нового дома, душа радовалась и с нетерпением ждала окончания работ, когда мы сможем переехать в обновленный «Сытый кабанчик». Единственное, что омрачало эти хлопотные дни, — то, что Грошик никак не отзывался и не хотел возвращаться. Однако я не сдавалась, упорно выполняла упражнения, которые посоветовал магистр Элиас, медитировала, когда появлялась свободная минутка, и ждала его возвращения. Я верила, что однажды это произойдет.

Каждое утро я неизменно ходила в лес. Гуляла, собирала грибы и ягоды, искала трюфели. Последние — безрезультатно, но надежды не оставляла.

Накануне открытия таверны, я волновалась, получится ли угодить тем требовательным клиентам, которые кушали блюда, заправленные трюфелями. С моей магией блюда тоже получались вкусными, но не хватало той малости, которую придают лишь лесные дары. На этот раз утренняя прогулка затянулась. Я пришла на излюбленное место Грошика на опушке, где он любил бегать и валяться в нежной траве.

— Грошик, милый, где же ты, мое маленькое счастье? — позвала я его, но снова безрезультатно. — Ты мне так нужен.

Внезапно, в тени деревьев я заметила высокую фигуру. Граф Эстариан стоял там, сливаясь с деревом. Он задумчиво смотрел вдаль и, казалось, не замечал моего присутствия.

— Граф? — позвала я, сияя улыбкой. — Доброе утро. У вас все в порядке?

— Верлиана? — Лион обернулся, и в его глазах промелькнуло удивление, как будто он не ожидал меня здесь увидеть. — Что ты так рано делаешь в лесу?

— Гуляю, — я подошла поближе. — И пытаюсь дозваться Грошика. Раннее утро — это то время, которое мы с ним обычно проводили вместе. Здесь, в поисках трюфелей.

— И как успехи? Неужели до сих пор не откликнулся? — участливо поинтересовался он.

— Нет, — я помрачнела и отвела взгляд, чтобы он не увидел блеснувших слез в уголках глаз. Но Лион заметил и протянул руку, касаясь моей щеки и собирая большим пальцем влагу. — Я понимаю. Всегда тяжело терять то, что составляло важную часть жизни. Но я видел, как он был привязан к тебе. Уверен, ваша связь сохранилась. Быть может, ему не хватает энергии, чтобы снова воплотиться?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Вы же сами говорили, что у меня сильный дар. Однако он почему-то не работает.

— Может, ты просто делаешь что-то не так? — мягко подцепил меня пальцем за подбородок и развернул к себе. — Возможно, тебе нужно поверить в свои силы?

— Я очень стараюсь, правда! — прошептала взволнованно, потому что Лион оказался слишком близко, а его пальцы, ласково поглаживающие мою кожу, вызывали волны дрожи и горячего тепла, разливающегося по телу.

Я замерла испуганной мышкой, когда граф вдруг наклонился и накрыл мои губы поцелуем. Он был мягким и таким невесомым, как будто Лион опасался меня спугнуть или обидеть. Будто он ждал этого момента долгие годы. Секундное замешательство сменилось шквалом эмоций, разбивая сомнения и собственные попытки возвести между нами стену. Я ответила на поцелуй, закрыв глаза и растворившись в волшебных ощущениях нахлынувших чувств. Казалось, будто сама душа отзывается на этот нежный заманчивый зов.

Заветный кусок смятой бумаги с изображением кошеля скользнул из моей ладони на землю, а я даже этого не заметила. Обняла Лиона за шею и прильнула к его телу, желая раствориться в мужских объятиях. Как долго я этого ждала и сколько отгоняла прочь ненужные чувства, полагая, что неинтересна Лиону как женщина. И вот теперь, когда он жадно меня целовал, страстно сжимая в объятиях, я чувствовала себя нужной и чуточку любимой.

Внезапно среди лесного шума я расслышала чей-то пронзительный визг. Из кустов выскочил маленький розовый шарик и с радостным хрюканьем бросился ко мне.

— Грошик! — я всхлипнула, не в силах поверить своим глазам. — Сокровище мое! Это правда ты? Лион, разве это не чудо? — счастливая, посмотрела на мужчину сияющим взглядом. — Ты совершил его! Я на всю жизнь запомню этот день, потому что он подарил мне самое настоящее счастье.