Эпилог

Василиса

Май в этом году радует теплом и ласковым солнышком. Сегодня я официально прогуливаю работу, хотя стараюсь пропускать её как можно реже, ведь в сентябре возвращаться на учёбу и придется перестраивать свой график.

На мне легкое, струящееся, шифоновое платье, босоножки на маленьком каблучке. Волосы, что сильно отрасли за долгие месяцы холодной зимы, развеваются от дуновения лёгкого ветерка.

Девять утра, город только проснулся и радуется новому дню. На цветущих деревьях радостно щебечут воробьи, а на асфальте притаился рыжий кот. Пушистый хитрец решил позавтракать пернатыми и теперь не отрываясь следит за ними.

Прохожу мимо школы, из открытых окон слышны детские голоса. Кто-то отвечает у доски, а кто-то болтает за партой мешая учится остальным.

У меня потрясающее настроение и дикое желание обнять весь мир. Захожу в кофейню и заказываю два латте. Обычных латте на самом настоящем коровьем молоке. Как оказалось, что касается этого напитка, я старомодна.

Выбираю две ароматные булочки с корицей и глазурью из крема чиз. Расплачиваюсь и пожелав удачного дня, покидаю заведение.

Алика сидит на лавочке в парке, прячась под красивой панамкой. Нам теперь обеим положено прятаться от Солнца, именно поэтому наша встреча и происходит утром, когда лучи нашего светила ещё нежные и тёплые. У меня в сумочке тоже лежит панамка, которую я позже надену, но сейчас хочется немножечко солнечных ванн.

Моя юная подруга тоже изменилась. Измождённый вид остался в прошлом, теперь она цветущая молодая девушка, у которой скоро выпускной. И хоть это всего лишь девятый класс, но мне хочется устроить ей праздник.

— Привет, — здороваюсь, усаживаясь рядом и протягивая кофе с булочкой. — Это тебе.

— Спасибо, — улыбается Алика. — Ты вся сияешь.

— Так и ты тоже. Случилось что-то невероятное?

Месяц назад врачи официально сообщили, что у Алики ремиссия. Она справилась, победила свою болезнь. Девочка так устала от своей болезни, что долго не могла поверить в финал. А когда наконец осознала, что всё изматывающее лечение дало результаты, долго плакала. Теперь она восполняет то, что потеряла за время болезни.

— У меня вроде как свидание, — смущаясь отвечает она.

— Вроде как? У тебя появился ухажер и ты молчала? — надуваю губы в притворной обиде.

— Это мой одноклассник. Андрей, — ещё больше смущаясь отвечает она. — Помнишь я рассказывала?

Конечно помню. Мальчик с голубыми глазами и непослушными волосами, в которого влюблены все девочки класса и в том числе и моя Алика. Но он её никогда не замечал, словно она невидимка. А когда она заболела, он единственный каждый день ей звонил и писал.

— Выходит ты ему всегда нравилась?

Алика становится полностью красной как варёный рак. А я улыбаюсь, юная влюбленность окрыляет. Мне так хочется, чтобы моя подружка была счастливой и просто радовалась каждому дню и тому, что дарит молодость. Чтобы испытала первую влюбленность, первый поцелуй, первые признания, от которых перехватывает дыхание. Любить ведь намного лучше чем болеть.

— Оказывается да. Но он стеснялся мне признаться, говорит, что я была слишком холодной и отстранённой. А когда заболела, понял что боится больше никогда меня не увидеть и что всё остальное глупости.

— Какой мудрый не по годам мальчик.

Мы заканчиваем завтрак и выкинув мусор в ближайшую урну, идём в ближайший торговый центр.

— Так, нам нужно платье на выпускной?

— Да, — кивает подруга.

— А еще на свидание.

Она закусывает губу и кивает.

— Тогда вперёд.

Мы гуляем по торговому центру, заходя в магазины, чтобы померить имеющиеся у них платья. На выпускной выбрали нежно-розовое по колено с пышной юбкой. Оно идеально село на хрупкую фигурку Алики.

А вот на первое свидание что-то купить оказалось сложнее.

— Я хочу быть идеальной. Чтобы он посмотрел на меня и потерял дар речи.

— Думаю он так будет смотреть даже если ты наденешь рваные джинсы и простую футболку. Он ведь не из-за красивой одежды обратил на тебя внимания, — Алика немного погрустнела и я продолжила. — Но мы обязательно найдём идеальный наряд. Куда вы идёте?

— Я не знаю, он сказал что зайдет в шесть.

Смотрю на часы: почти два часа дня. Вот это мы погуляли по магазинам.

— Вечером уже будет прохладно. Может комбинезон? Сейчас же их полно всяких.

— Не знаю. Вообще никаких идей.

В итоге мы всё же выбрали комбинезон. Яркий и разноцветный, сверху джинсовки, а на ноги белые кеды. Обращаться вышел свежим и очень юным.

Даня подвез нас к дому Алики и ждал, пока я ей помогу. А потом мы смотрели как моя юная подруга и её голубоглазый мальчик вышли на улицу.

Он держал её за руку и смотрел с обожанием, а Алика смущалась и заправляла волосы за ухо.

— Они такие милые, — повернулась в сторону Дани, когда парочка влюбленных прошла мимо.

— Алика мне напоминает тебя, — улыбаясь сказал мой парень. — Так же мило смущается и краснеет.

— Я не краснею, — возмущаюсь в ответ.

— Да? Сейчас докажу обратное.

Он наклоняется к моему уху, скользнув щекой моей кожи и тихо шепчет пошлости и том, что будет делать со мной, когда мы окажемся дома. Я сглатываю — в горле вдруг стало сухо, а в салоне машины ужасно жарко. Щеки пылают.

— Ну вот, я же говорил, — смеется Даня. — Поехали домой. Буду превращать в жизнь всё что обещал.

Даниил

Василиса сидит в кресле в аэропорту и уткнувшись в телефон, что-то читает. Улыбается и быстро печатает ответ. Скорее всего Кира интересуется как у нас дела. Она до сих пор не верит, что новогодние праздники мы проведем в одном из самых красивых городов Европы.

Решение было спонтанным. Вася сидела перед телевизором и смотрела какое-то тревел-шоу, где ведущих восхвалял Финляндию.

— Представляешь как там красиво? — мечтательно произнесла она.

— Хочешь посмотреть в живую?

— Конечно. Я никогда не была в Европе.

Больше мне не нужно было ничего говорить. Я нашел хорошее турагентство с отличными ценами и репутацией и заказал нам билеты.

Аська была не в восторге, когда мы отвозили её к родителям Василисы. А те с опаской смотрели на своего нового жильца. Но, насколько мне известно, сейчас они уже живут душа в душу. Мою меховую красавицу кормят отборным мясом, а она радует в ответ громким урчанием.

— Привет, Богданова, — протягиваю стаканчик с кофе Василисе.

Обожаю называть её своей фамилией. Вернее теперь нашей фамилией.

— Привет, Богданов, — улыбается она в ответ и подавшись вперёд, целует в губы.

Усаживаюсь рядом с женой и поцеловав её в висок, заглядываю в телефон. Открыт чат с Кирой, которая как раз скинула фото со свадьбы.

Мы поженились три дня назад. У нас была очень милая церемония, на которой присутствовали шесть человек. Это самые наши близкие и дорогие люди, с которыми нам хотелось разделить этот день.

Кира ругалась, что мы ненормальные — женимся через месяц после предложения.

От торжества отказались как и от пышных свадебных нарядов. На Василисе было элегантное платье цвета шампанского, а на мне черный костюм. Если мне не изменяет память, то это единственный раз, когда я надевал подобное. В руках моей невесты были белые лилии. А её подружки осыпали нас лепестками белых роз. Когда я надевал кольцо на её пальчик, мои дрожали. Мне всё время казалось что я сплю.

А дальше два дня праздновали с родителями, с друзями и с парнями с работы. Были шашлыки и много теплых слов, море смеха, улыбок и даже песен в караоке. А потом я просто украл свою жену и повёз её в аэропорт. Настало наше время только для двоих.

Объявляют наш рейс, поднимаюсь с кресла, беру одной рукой наш чемодан. Одежды много мы не брали, потому что она нам не понадобиться. А второй руку своей жены. Мы переплетаем пальцы и идём вперед. По пути Василиса чуть тормозит, чтобы выкинуть пустые стаканчики от кофе и в неё врезается женщина.

— Извините, — говорит моя жена, а я смотрю на ту, что задела плечом Васю.

И ничего не екает в груди. Она все так же красива и элегантна, волосы уложены, а на лице аккуратный макияж. Она смотрит на меня и на лице проскальзывает узнавание и только. Это вызывает у меня усмешку. Не то, чтобы я ожидал, что меня сейчас же примутся обнимать, но воспринимать своего сына как постороннего человека, наверное странно. Или нет.

— Ты чего застыла? — слышу знакомый мужской голос и поворачиваюсь на него.

К женщине, что когда-то родила меня, подходит мужчина, в котором узнаю своего отца. Он постарел, волосы поседели, а вокруг глаз появились морщины. На руках он держит мальчика лет трёх. Мужчина узнаёт меня, разглядывает меня, переводит взгляд на Васю. Удобнее перехватывает ребенка и демонстративно целует его в висок — смотри, у меня есть новый сын. Только отец ошибся, меня это не трогает. Я попрощался с родителями тогда, когда ушёл из дома, а теперь у меня есть своя семья.

— Дань, всё хорошо? — спрашивает Василиса. — Кто это?

— Да, солнце, всё хорошо, — поворачиваюсь к ней. — Это просто старые знакомые.

Стряхнув оцепенение, веду свою жену дальше. Нас ждёт сказочная Финляндия и номер для новобрачных.

А мои родители остаются здесь с новым, удачным сыном. Уверен что в этот раз они не допустят прежних ошибок.

— Это были твои родители? — тихо спрашивает Вася, когда самолёт набрал высоту.

— Да.

— Жаль они не знают какой ты замечательный, но в этом они виноваты сами.

Больше она не возвращается к этой теме, а открывает конспекты. К учебе Василиса вернулась в сентябре и теперь готовится к сессии, к началу которой мы как раз вернемся в город.

— Долго не сиди за конспектами, лучше отдохни.

— Я словно хрустальная, — смеется она. — Перерабатывать не даешь, долго читать лекции не даешь.

— Потому что ты моя жена, моя любимая и единственная. Твое благополучие моя главная забота. И как твой босс имею право запрещать тебе много работать.

Иногда Василиса забывает что себя нужно беречь и тогда мне приходится проявлять твердость, потому что я безумно люблю её и не могу потерять. Потому что я помню то чувство сильнейшего отчаяния, что разрывало меня изнутри, когда узнал о диагнозе и повторять такое не хочу.

Финляндия, как и предполагалось, встречает нас морозом и огромным количеством снега. Такое чувство, что попал в сказку: везде горят огни. Мы долго гуляем по главным улицам Рованиеми, любуясь его красотой. Посещали оленьи фермы и катались в упряжках хаски, катались на коньках и даже смотрели на северное сияние.

А потом возвращались в отель, запирались в номере и до самого рассвета любили друг друга. Завтра нужно возвращаться домой, в свою реальную жизнь.

— Спасибо, — тихо шепчет Василиса, прижимаясь ко мне всем телом. — Это были волшебные каникулы.

Вместо ответа я целую её в губы, подминая под себя. Хочу чтобы она без слов понимала все мои чувства.

***