34
Библиотека Роттервикского университета…
Выложенный узорами паркет, до блеска начищенные стеклянные дверцы книжных шкафов, стойкий запах настойки дикого златника. Студенческие залы — самые оживленные. Шепот, сдерживаемые смешки, шелест страниц и скрип перьев.
Чем дальше — тем тише. Аспирантские залы. Преподавательские. Мне же нужен архив — наверх, и через центральную башню вниз по лестнице. Я была там всего пару раз. Что-то нужно было посмотреть для диплома. Не особо-то мне это и помогло тогда, если честно. Но сейчас…
Я крепко держала папку с материалами для лекций, одновременно прижимая к себе любимую книгу. Все тот же Бармин Мирелли «Травы известных мне миров и их использование в целительстве». Маленькая сноска в том месте, где целитель упоминает каменный мох. Древняя книга тирдов, сказания и легенды в двух частях — «Крикни шепотом» и «Лисьего следа тень». Если уж начистоту — я не любитель подобной литературы. Мне милее справочники по травоведению, где все просто и понятно. Где растет. Когда цветет. В какой период используется. Для чего используется. И так далее, и тому подобное. Я натура не романтическая, скорее.
А, это… Ну… Это не считается! Один раз в жизни и было. Так что не спрашивайте — не знаю я, как так получилось!
— Герцогиня Моран, — проскрипело, заставив вздрогнуть.
— Доброе утро, — поздоровалась я, делая вид, что не замечаю сарказма и подчеркнутого недовольства со стороны работника библиотеки тем фактом, что недавно некая Рене Элия Агриппа, целительница с сомнительным магическим потенциалом взяла и стала женой герцога Морана.
— Чем обязаны?
Маленькие цепкие глазки, сухие вытянутые ладони, блестящая лысина. Старичок как старичок. Архивариус. И что злой-то такой? Не с той ноги встал?
— Мне бы хотелось посмотреть Книгу Тирдов.
— «Крикни шепотом» или «Лисьего следа тень»?
Ого… Ничего себе знания у местных архивариусов! Впечатляет…
— Давайте обе.
— Вы представляете себе размер данного издания? И…ценность?
— А у вас…
— Подлинник! Если вас устроит, я могу принести переизданную краткую версию. Я же не представляю себе уровень и глубину, а так же важность вашего исследования, герцогиня… Однако если вы настаиваете, необходимо получить специальное разрешение за подписью…
— Давайте что есть. Только быстрее, пожалуйста — у меня осталось полчаса. Лекции…
Одарив герцогиню Моран презрительным взглядом, старичок все же принес то, что требовалось.
— Вот… Пожалуйста!
— Спасибо! Подождите… Но она же…
— На древне-тирдском. А вы как думали?!
— Но как же я…
Видимо моя растерянность была столь искренна, что надо мной все же сжалились, несмотря на то, что я посмела стать герцогиней Моран.
— Я сейчас принесу вам кристалл-переводчик! Изумительная вещь! Разработка одного очень, очень талантливого аспиранта с факультета бытовой магии! Кстати, это мой сын… Сейчас-сейчас!
Итак, кроме лекционных материалов и огромной книги Мирелли, меня нагрузили сокращенным вариантом интересующего меня эпоса в четырех томах и последней разработкой очень талантливого аспиранта… Последняя весила немало.
— Рене, — перегородил мне кто-то дорогу.
— Все потом!
— Рене, нам надо поговорить, — мой бывший жених забрал книги и кристалл-переводчик.
— Спасибо, Генри. Знаешь, мне сейчас некогда разговаривать.
— Поговорим позже?
— У меня полчаса, потом — лекции.
— Хорошо. Удивительно, что мы встретились… Ты ведь здесь не частый гость. Что ищешь? — Бриггс кивнул на книги.
— Слушай… Мне, правда, некогда. Хорошо?
— Конечно. Извини.
И преподаватель истории исчез. А я… Я забыла обо всем. Минут десять ушло на то, чтобы найти нужный мне отрывок, учитывая тот факт, что древне-тирдского, я, конечно, не знаю. Итак, попробуем чудо-кристалл! Разработку одного очень талантливого…
Что-то было не так. Кристалл помутнел. Странно. Я ведь четко следовала выданной мне инструкции. Ничего не понимаю…
— Рене… Ты не понимаешь? Он же тебя просто убьет!
Я вздрогнула. Генри Бриггс сидел рядом. Я даже отвечать не стала. Для того чтобы отвечать — надо хоть что-то понимать. Воодушевленный моим молчанием, мужчина продолжил:
— Ты пойми — единственной реакцией на твою неверность будет твоя же смерть! Это ведь не я — терпеливый и все сносящий преподаватель. Это сильнейший маг империи!
— Пойдите прочь! — зашипела я. — И не смейте ко мне приближаться!
— Но я люблю тебя.
— А я люблю своего мужа.
— Странно вы демонстрируете свою любовь к нему!
— Повторяю — это все к вам не имеет никакого отношения. Займитесь преподаванием, найдите себе невесту…
— Рене, проявляй хотя бы осторожность! Как можно так открыто показывать всем свою любовную связь с новым ректором?!!
Мне стало смешно. Стихии — спасибо вам! Отвели ведь от этого человека. Я встала. Время уже, да и чудо-кристалл этот все равно не работает.
— Вы знаете, господин Бриггс… Я накануне отнесла барону Гилмору презент. Вкусный и полезный… И знаете за что?
— Ума не приложу, — сквозь зубы процедил историк.
— За то, что он расстроил нашу с вами свадьбу. Я каждый день не устаю благодарить судьбу за тот скандал, что учинил первый курс. Получается, что мне это было необходимо, чтобы понять — кто есть кто.
Говорила я это все громко, четко. Поняла, что хочу все это донести не только до моего бывшего жениха — но и до всех тех, кто как бы между прочим прогуливался рядом, стоило только выйти из основного здания библиотечного комплекса.
Как же мне надоела эта слежка! Куда я иду, с кем я разговариваю… Люди вокруг вели себя так, будто стоит им отвернуться — пропустят все самое интересное, как я заведу скандальный роман, начну совращать малолетних студентов, или еще что-нибудь выкину…
А вот и барон Гилмор подошел… Только его тут не хватало.
— Лекции и семинары должны были начаться восемь минут назад. Что тут у нас?
Ответом ему было молчание.
Я ничего не говорила потому, что не хотела дальше развлекать толпу студентов и преподавателей. Генри Бриггс замолчал — видимо, в нем пробудилось чувство самосохранения. А все остальные — с жадностью алкали продолжения, рискуя репутацией ответственных преподавателей и исполнительных студентов.
— Замечательно, — улыбнулся военный. — Надеюсь, все помнят, что я — имперский розыскник? Следовательно, я ощутил всех, кто здесь находится. И запомнил. Поэтому каждый, кто присутствовал на этом непонятном мне сборище вместо того, чтобы преподавать или учиться — принесет в ректорат объяснительную. Итак, я вас больше не задерживаю.
После моих занятий — студенты второго курса варили обезболивающее, первого — разбирали папки с засушенными растениями Северной провинции, я села писать объяснительную. Написала. Отнесла в административный корпус. Положила перед секретаршей. Госпожа Миррова пробежалась глазами по тексту, хмыкнула — и проговорила:
— Теперь я понимаю, почему барон Гилмор с самого утра в такой ярости.
И тут у меня вырвалось:
— Не понимаю, с чего вдруг Генри Бриггс решил, что мы с бароном — любовники.
— Не думаю, что он в это верит.
Я в изумлении уставилась на нее.
— Подумайте сами, Рене. Вы — недосягаемы. А сделать больно и унизить… Очень хочется. И потом… Вы были близки. Он прекрасно осознает уровень вашей искренности и порядочности.
— И это злит его еще больше…
— Ну конечно! Наконец-то вы начинаете понимать.
— Но… Он же сам меня бросил. Отказался. Расторг помолвку.
— А вы не страдаете! Не убиваетесь. Вы счастливы, окружены друзьями. Вас ценит сам император. Вышли замуж! Муж — герцог, который вас обожает. Вы устроили свою жизнь лучше, чем могли бы ее устроить с Генри Бриггсом. И ему очень сложно с этим смириться.
— Пожалуй, в этом я смогу ему помочь, — раздался со стороны кабинета ректора недовольный голос.
Вечером этого длинного, безумного дня, когда в тени гарбовых деревьев на пути к дому уже мелькнул рыжий хвост, я снова встретила госпожу Миррову. И узнала, что преподаватель истории империи Тигвердов уволился по собственному желанию…