Глава 13

— Итак, я смотрю вы сумели не только сбежать и скрыться от нашей дружной компании, но и чудненько встать на ноги.

Я смотрела на ерничавшего Сайориса и внутренне содрогалась. В моей голове метались мысли о том, что же мне делать. Глаза остановились на здоровенном деревянном молотке — рабочем инструменте Алана. Но разбойник, точно угадавший мои мысли, стёр со своего лица ехидную улыбочку и произнёс угрожающим тоном:

— Выбросьте эти свои мысли из головы, леди. Клянусь вам, что справлюсь с вами меньше, чем за минуту и выброшу в море ваш труп — к счастью, здесь недалеко, а то тащить вас было бы трудновато.

Вот сволочь! Его слова немного привели меня в чувство. Нужно было тянуть время. Пусть болтает, может кто-то или что-то меня спасёт.

Сайорис вошел, огляделся, и запер за собой дверь.

— Здесь у вас, конечно, уютно, но не мелковато ли вы решили плавать? С вашим-то положением и возможностями?

— Господин Сайорис, что вам угодно? — я старалась, чтобы мой голос не дрожал.

Он осклабился, отчего лицо его мгновенно исказило благородные от природы черты, и он стал похож на всех членов своей банды. Только вот выражаться так благовоспитанно они не умели.

— Госпожа Шарлотта, я думал вы догадливее. Разумеется, я хочу денег, которые вы мне задолжали.

— Я ничего вам не должна, Сайорис! — я невольно повысила голос.

— Ну хорошо. Не вы лично — я всегда за справедливость, — изощренно глумился он, — но из-за вас я лишился весьма кругленькой суммы, которую ждал от вашего достопочтенного жениха. Вы сбежали, зажили своей жизнью, жених ваш угрожает мне расправой за ваше похищение — и вы утверждаете, что ничего мне не должны? Однако, это совершенно ошибочное суждение.

Я слушала его и мои мысли путались от разрыва шаблона — как он может быть отпетым разбойником и в тоже время говорить ничуть не хуже сэра Лливелина.

— Кто вы на самом деле? — выпалила я, не сдержавшись.

Он осёкся и холодно посмотрел на меня, затем отвернулся.

— Это вас не касается, госпожа Шарлотта. Никаких лишних тем для обсуждений. Только ваше возмещение моих финансовых потерь.

— Сколько вы хотите, чтобы оставить меня в покое? — спросила я. Сайорис улыбнулся и назвал сумму, равную почти всему, что у меня было.

— У меня нет таких денег, — ровно произнесла я. При этом я понимала, что если он захочет — деньги он у меня найдёт.

Сайорис поморщился, словно прочитал мои мысли.

— Госпожа Шарлотта, не вынуждайте меня прибегать к физическому насилию — я его ненавижу. Думаю вы помните, как я не дал лишить вас чести грязным бродягам. Думаю, хоть за это вы можете быть передо мной честны.

В этот момент я сообразила, что он совершенно один — банды при нём не было. Скорее всего, мой побег разбил их криминальную сплоченную группу и пути их разошлись — иначе со мной сейчас разговаривали бы по-другому.

— Сайорис, я так понимаю, вы не только что нашли меня? Вы следили за мной. Это вас я слышала тогда у ручья, вас видела на рынке нынче.

— А что это меняет, леди Шарлот? Мне начинает надоедать эта волынка.

Я выпрямила спину, как можно ровнее и подняла подбородок.

— А то, господин Сайорис, что именно благодаря моему положению, вы можете болтаться здесь на виселице в воскресный день. Её, кажется, и не убирают с городской площади, чтобы не ставить каждый раз ради таких упырей, как вы?

У него в глазах мелькнуло опасное выражение, рука дрогнула и я подумала, что сейчас полечу головой о каменный пол от его удара.

— Вы договоритесь сейчас, что не успеете пикнуть, — произнёс он глухо, но затем взял себя в руки — видимо деньги были ему крайне нужны.

— Знаете что, — сменил он внезапно тональность, — а давайте всё-таки подружимся. Вы угостите меня ужином, а я больше не стану вам угрожать, но предложу весьма выгодную сделку.

Я незаметно перевела дух. Кажется, у меня получилось.

— Пожалуйста, — безразлично произнесла я. — Я сама собиралась поесть.

Отвернувшись от него, я подошла к очагу и подкинула поленьев в огонь. Сайорис наблюдал за мной сначала настороженно, затем расслабился и сел на скамью у стола, вытянув свои длинные ноги поперек комнаты так, чтобы перекрыть мне доступ к двери.

Я щедро намазала смальцем решетку и стала раскладывать на ней кусочки свинины и овощей. Поместив решетку повыше над огнем, достала из небольшого подпола сыр и нарезала его ломтями.

От очага по комнате разнесся запах жареного мяса. Искоса глядя на Сайориса, я увидела, как он прикрыл глаза и судорожно сглотнул. Видимо, дела его были совсем плохи.

Накрыв на стол, я водрузила на него кувшин с элем и мягкую лепешку с кусочками золы, которую только что же и испекла.

— Угощайтесь, — небрежно бросила я ему, заметив, с какой жадностью он стал впиваться зубами в мясо.

— Откуда у такой благородной особы столько житейских навыков, госпожа Шарлотта? — проговорил он с набитым ртом.

— Я ничего о себе не помню, — отрывисто ответила я. — Что значит благородной? Кто я?

Сайорис довольно хохотнул и продолжил есть уже медленнее, стали проступать манеры.

— Вот теперь мы и подошли к самому главному, к моему предложению и нашей сделке, — ответил он, неотрывно глядя на меня. Его глаза в свете масляной лампы горели каким-то бесовским пламенем. Я невольно подумала, что он хоть и мразь конченая, но красив безусловно. Впрочем, мой жизненный опыт моментально записывал теперь это в недостаток.

— Что вы хотите мне предложить, — спросила я, делая вид, что тоже ем. Только чтобы не выдавать своего страха и нервного состояния.

Сайорис не торопясь налил себе в кружку эля, осушил её до дна и только потом ответил:

— Я говорю вам кто вы родом, всё, что знаю о вас, открываю вам имя вашего жениха и вы больше обо мне не услышите и не увидите меня. За это я требую у вас сумму вполовину меньшую, что назвал ранее.

Я почувствовала невольный интерес и Сайорис точно это заметил, потому что плечи его расслабились и он с удовольствием оглядел меня.

— Если бы не моё трудное положение, я бы с удовольствием взял с вас плату иным способом. При вашем горячем согласии, разумеется.

Меня невольно передёрнуло и глаза его похолодели.

— Итак? Мы договоримся?? — резко спросил он.

Я молчала, не зная, что ответить. Мне нужна была помощь, нужен был совет, нужен был Алан!

— Скорее! — рыкнул этот юноша, которого бог знает как судьба повела этой дорогой, дав изначально, наверное, всё.

— Договоримся, — едва слышно произнесла я, — только завтра. У меня всё равно нет здесь при себе денег. Было бы странно, если бы я держала их при себе, вы же должны понимать. Приходите завтра. Я согласна.

Некоторое время он сверлил меня глазами, а затем кивнул.

— Договорились, леди Шарлотта. — поднялся, а затем шагнул к двери, — только не пытайтесь обмануть меня! — и вышел.

Я откинулась к стене и закрыла глаза. Сердце колотилось быстро и больно.

Затем я встала, и не торопясь заперла дверь. Стала собирать посуду со стола, остатки еды и бокалы. Сев перед очагом, поворошила угли. Потом налила воды в небольшую миску и спокойно перемыла посуду.

Словно собираясь спать, я умылась, почистила зубы и довольно долго расчесывала волосы. Окна у меня пока еще не были занавешены — я не успела сделать это, поэтому я точно знала, что какое-то время Сайорис будет следить за мной. За тем, что и как я буду делать.

Прошло, наверное, не менее двух часов, прежде чем я загасила лампу и какое-то время сидела, не шевелясь.

Потом сняла башмаки и бесшумно открыла заднюю дверь. Прислушиваясь к звукам вокруг, я морщилась от досады — всё заглушало биение моего сердца.

Сделав шаг, потом второй, третий…я бросилась от своего дома изо всех сил. Так я бежала только раз в жизни — когда убегала тогда от банды Сайориса. Я бежала к дому Алана и всю дорогу мне казалось, что Сайорис гонится за мной и нагоняет меня.

Мой стук в дверь Алана и Гретты, казалось, звучал на весь город. Не выдержав, я закричала:

— Алан, Алан, откройте! Впустите меня!

Дверь немедленно отворилась и я рухнула внутрь.

Приходя в себя, я поняла, что держу в руках кружку с водой и мои зубы стучат о неё. Я сделала глоток.

Рядом со мной сидел Алан и ждал, когда я приду в себя. Гретты не было, наверное, верный данному мне слову, что она ни о чем знать не будет, Алан как-то сумел удалить её. А может, она стала более сговорчивой, когда догадалась, что их материальное положение улучшилось благодаря мне.

— Что случилось, госпожа Шарлотта? — мягко спросил он.

Путаясь в словах, я рассказала ему всё, что помнила — с момента, как очнулась в лесу, мой побег от разбойников, мою жизнь в доме Лливелина и побег оттуда.

Конечно, я деликатно опустила часть о своей прошлой жизни. У Алана и так глаза были на лбу, при всей его невозмутимости.

— Алан, что мне делать? Может, заплатить ему за сведения и пусть уходит?

Алан крепко задумался. Он молчал, наверное, минут десять. Я ждала, что он скажет.

— Леди Шарлотта, не стоит платить ему ни пенни. Потому что от вас он направится прямёхонько к вашему жениху и продаст ему информацию о вас. Поэтому не надо кормить этого преступника, вам еще дело поднимать. Скоро сюда в любом случае явится ваш будущий муж и расскажет вам всё бесплатно.

— А что делать, когда он снова придет? Этот Сайорис?

— Не придёт, — сказал, как отрезал, Алан. — Об этом больше не беспокойтесь. Я обещаю.

После того, как утром Алан привез меня домой, я еще долго ощущала запах Сайориса. Странное было чувство. С одной стороны я ненавидела и боялась его, с другой мне от чего-то было его болезненно жаль. Почему он, имея явно хорошее воспитание и происхождение стал таким отморозком?

— Алан, прошу вас, только не берите грех на душу, — страшась этого сейчас сильнее, чем самого Сайориса.

Алан невозмутимо ответил:

— Ничего не бойтесь, госпожа. И этого тоже. Я не стану марать о него руки, у меня есть другие возможности.

Я немного успокоилась. Хоть этот мерзавец и вынул из меня всю душу, смерти я ему не желала.

Алан поехал в кузницу за уже готовыми дверцами и противнями, также он должен был забрать уголь в лесу. А я села мастерить занавески, хотя это обещала сделать Винни. Мне просто нужно было чем-то себя занять, чтобы перестать вздрагивать от каждого шороха. А что будет, если Сайорис придет сейчас, когда я снова одна? На улице было оживленно, слышались голоса и шум рынка. Нет, сейчас он не придёт — слишком опасно для него.

Корзина яблок, который золотой человек Алан не забыл прихватить с собой, источала волшебный одуряющий аромат. И я наконец-то перестала чувствовать запах Сая.

Встряхнув готовую занавеску, я придирчиво рассмотрела её. Ткань была из отбеленного льна. С оборкой смотрелось очень симпатично и я полезла тут же вешать её на крюки, которые торчали из стены.

Комната сразу преобразилась, стала более обжитой и уютной. Свет рассеивался сквозь ткань и тени стали мягче. Надо было сразу это сделать. Настроение моё значительно улучшилось и я с энтузиазмом принялась обустраивать свою спальню, которая примыкала к основному помещению.

Она была небольшой, но милой. Стены побелены, на топчане был матрас, который я застелила шкурами, которыми меня снабдила Гвендолин. А вот подушек у меня до сих пор не было. Подумав немного, я решила пойти на рынок, купить их. Хотя нужно было дождаться девочек, чтобы им не пришлось меня ждать под дверью.

Они от чего-то задерживались и я успела приготовить простой обед — так же мясо с овощами, только в этот раз потушила их в котелке и с удовольствием поела.

Дверь дёрнулась, а потом раздался стук:

— Госпожа, это я, Алан, вы дома? Откройте!

Я совсем забыла, что заперла дверь и поспешила отворить её.

Алан был очень взволнован, по-моему я в первый раз видела его таким.

— Госпожа Шарлотта, присядьте. Мне нужно кое-что сообщить вам.

О господи, да что ж такое опять случилось! И я рухнула на лавку, потому что у меня внезапно ослабели колени.

— Госпожа, этот разбойник, Сайорис. Мы разговорили его немного и он выложил все, что знает о вас.

Я замерла, не понимая, хочу я вообще что-то знать или нет. Алан не заметил моего замешательства и продолжил:

— В общем вы — дочь покойного маркиза Бофорта род ваш Дорсеты. Вы — леди Шарлотта Бофорт. Примите мои соболезнования, ваш отец скончался совсем недавно.

— Спасибо, — пробормотала я, не испытывая сожалений по этому поводу — для меня это пока что была совершенно ничего не значащая информация.

— Ваш жених, — не останавливался Алан, — герцог Корнуолл из рода Плантагенетов. Вы — будущая жена герцога, леди Шарлотта!

Я поморщилась. Конечно, хорошо было узнать, что я была состоятельна, но замуж за незнакомца выходить мне совершенно не хотелось. Думаю, что просто верну ему слово, когда он появится и всё. Кивнув самой себе, я сказала:

— Спасибо, Алан. Пока еще не знаю, что мне со всем этим делать, память даже сейчас не вернулась ко мне. Как думаешь, скоро этот герцог найдёт меня?

Алан развёл руками.

— Ну это смотря как ищет! Если торопится жениться — то наверное скоро.

— Или если Сайорис сам его найдёт.

Алан покачал головой.

— Не думаю, что будет искать.

На всякий случай я не стала уточнять, почему он так думает. Пусть будет, как будет.

— Алан, давай просто продолжим работать, когда эти сведения понадобятся, мы с тобой узнаем об этом.

Он немного странно посмотрел на меня.

— Вы не хотите вернуть себе прежнюю жизнь? Вы богаты, жених сам герцог Корнуолл. А здесь вы думаете, как на жизнь заработать.

Я вздохнула. Скорее всего моё поведение действительно выглядело странно в его глазах, но объяснить всего я была не в состоянии.

— Не хочу ничего решать, пока память не вернулась, — неловко сказала я.

— Хорошо, госпожа, как посчитаете нужным.

В этот момент пришли девочки. Я решительно встала.

— Что ж, за работу. Алан, ты в кузницу и за углём, девочки, а мы с вами сейчас на рынок пойдём, нужно много чего купить.

И мы отправились на так называемый шоппинг. Я решила выбрать себе помимо ткани на постельное бельё еще и несколько отрезов на платья — мой гардероб был весьма скуден. А уж раз я маркиза, как выяснилось, как-то неловко было ходить в одном и том же. Подушки я купила готовые, хотя они и обошлись мне дороже на порядок, чем если бы я сшила их сама. Но так как я собиралась заниматься своей кондитерской, то времени у меня бы не было. И помощь девочек была нужна на кухне, грузить их домашними делами я не хотела. В общем, решила не экономить.

Также список покупок пополнил всякий домашний скарб — недостающая посуда, плоские блюда для готовых тортов, несколько домотканных ковриков, которыми я собиралась украсить свою спальню. Ещё мне было необходимо зеркало побольше, потому что видела я себя в своем маленьком только по фрагментам.

Морской запах поднимал настроение, солнце пригревало ласково. Хотелось бы подольше погулять, однако мы были уже нагружены покупками выше головы. Пора было возвращаться домой.

Я вспомнила, что Алан должен был привезти дверцы и закончить с очагом и заторопилась.

— Госпожа Шарлотта, если нужны какие-нибудь продукты, то давайте я потом за ними вернусь, — деловито сказала Милдред.

— Да, хорошо, сами мы уже просто не утянем, — согласилась я. Решив не говорить пока девочкам о своём титуле, чтобы не смущать. Пусть думают, что я просто состоятельная торговка с причудами. Так мне будет проще работать с ними, а им со мной.

Дома уже возился Алан, прикручивая дверцы и устанавливая крепления для противней. У меня зачесались руки наконец-то испытать чудо своей инженерной мысли. Получится ли то, что я задумала или вся эта возня зря?

Винни села дошивать вторую занавеску, Мередит отправилась за продуктами, а я решила приготовить тесто для шарлотки и нарезать яблоки. Свалив покупки в спальне, я затянула потуже волосы и принялась делать нехитрую привычную работу.

В итоге мы с Аланом закончили одновременно. Он распределил уголь и поджег его, потом закрыл дверцы. Мы сидели вчетвером перед нашим очагом и внимательно смотрели на него. Как перед телевизором.

Винни шепнула:

— А чего мы ждём?

Я ответила тоже от чего-то шепотом:

— Нужно подождать, пока духовка нагреется.

Мередит наморщила лоб.

— Духовка? — повторила она незнакомое слово.

— Такой вот очаг с дверцами, называется духовой шкаф. Или просто духовка.

Решив, что температуры достаточно, я всыпала в тесто яблоки и тщательно перемешала.

Винни наблюдала за движениями моих рук.

— Как интересно, — заметила она, — у нас такого не делали никогда.

— И у нас, — подтвердила Мередит.

— Это самый простой пирог, как мне кажется, — ответила я. — А называется он Шарлот.

— Прямо как вас, госпожа, — простодушно заметила Винни.

Я поставила чашу с тестом на решетку и закрыла дверцы. Угли тлели, огонь был низким, тяга была хорошая. Неужели всё получится с первого раза? С моим везением это было бы странно.

Пока выпекался пирог, я истолкла сахар в ступке, чтобы посыпать нашу шарлотку сверху. Наконец, пирог был готов. Всё идеально пропеклось. Все с нетерпением сидели за столом, наблюдая, как я режу пирог на ломти.

Попробовав его, я убедилась, что все получилось, как надо.

— Как же это вкусно!

— Ничего подобного в жизни не пробовал, теперь понимаю, зачем столько яблок.

— Госпожа Шарлотта, это восхитительно!

Я была довольна, как никогда. Насладиться реакцией гостей на свадьбе Гвендолин мне не удалось, это моё произведение оказалось более счастливым.

— Я всем заверну по куску с собой, холодный он еще вкуснее, — сказала я, — угостите своих домашних.

Винни взяла свою порцию так благоговейно, что я не могла не рассмеяться. Похоже, меня здесь ждёт успех.

Счастливая и довольная я закрыла за всеми дверь, пошла в спальню, решив, что нужно разобрать покупки и тут же уснула, даже не раздевшись.