Глава 21

На работу меня Игорь так и не отпустил. После того, как я выдала себя с потрохами, отнекиваться было глупо, и я рассказала ему о своём небольшом расследовании и о наличии у меня той самой записи, которую он сразу же у меня и забрал.

— Ты её смотрела?

— Нет, но если её выкрали у Эдуарда, то можно сделать вывод, что на ней есть доказательства поджога.

— Да, запись нужно срочно передать полиции.

— Игорь, я боюсь, что они не дадут ей ход, — засомневалась я.

— Не переживай, я отдам её надёжным людям, но перед этим мы обязательно сделаем копию.

Он прав, нужно подстраховаться и скопировать запись себе на ноутбук. Я уже было скинула туфли, как Игорь меня остановил:

— Нет, возьми ноутбук с собой, сделаем это у меня дома. Я тебя отвезу, а сам поеду в отделение. До передачи записи ты останешься в моём доме — это самое безопасное место.

В моём доме… Это дом Эммы, а не его. Понимаю, что думать сейчас нужно совсем не об этом, но… пока она рядом с ним, я буду постоянно ревновать.

— Хорошо, а твоя помощница ничего не скажет, когда увидит меня в своём доме? Что мне ответить, если она спросит, что я делаю в её доме?

— Во-первых, она мне не помощница, — надевая пиджак, спокойно прокомментировал Игорь, — а во-вторых, без моего распоряжения Эмму не пропустит охрана. Кем бы она ни была, охрана работает на меня.

— И давно она тебе не помощница?

Игорь положив руку мне на талию, привлёк к себе и легко прикоснулся к губам.

— Со вчерашнего дня, — мягко развернул меня к двери и добавил, — Поехали!

В доме у Игоря мы сделали копию записи, и он, не теряя времени, уехал в полицию. Боже, только бы всё сложилось удачно! Меня сейчас мало волновало моё повышение, скорее хотелось показать свой профессионализм, который был поставлен под сомнение. Не уследила за подразделением. Тогда какой из меня руководитель?… Рука чесалась позвонить региональному и рассказать про запись, но ещё рано. Возможно, на ней и нет ничего интересного…

Оставшись одна, первым делом позвонила и предупредила Сергея, что задержусь ещё на пару часов. Затем поднялась к малышам. Они спали, но услышав, как открывается дверь, тут же подбежали и, смешно виляя хвостиками, принялись прыгать вокруг, заигрывая. Потрепала их по голове. Здесь всё было убрано, пелёнки чистые. Кто-то за ними уже поухаживал, и это точно не Эмма. Больше она не помощница Игорю. Если бы не я, она бы так и работала с ним. Но мне было её совсем не жаль, напротив, я испытывала откровенное злорадство. Наверное — это неправильно… Думаю, сейчас самое время посмотреть видеозапись. Прикрыла дверь у щенят и спустилась в гостиную.

Включив ноутбук, и удобно разместившись в кресле, подрагивающей рукой вставила в гнездо флешку. Желания смотреть ещё раз, как они целуются, не было, но не посмотреть я уже не могла.

Запись была сделана с экрана монитора, на котором видно несколько открытых окон, транслирующих видео с разных камер. На одной из них я вижу, что Игорь разговаривает с Эммой в гостиной и передаёт ей какие-то бумаги. Он стоит спиной к камере, и я не могу разглядеть его лицо, зато мне хорошо видно улыбающуюся Эмму, она явно с ним флиртует. Игорь уходит, а Эмма ещё мгновение смотрит в окно, выходящее во двор дома, и торопливо следует за ним. Через пару секунд они появляются в окне другой камеры — в тамбуре. Улыбка Эммы и прикосновение к его груди. Он уверенно отстраняет её руку и между ними происходит напряжённый разговор, который явно не нравится Игорю. Тогда она кладёт свою руку ему на шею и одновременно с этим целует в губы. На записи видно, что он хватает её руку со своей шеи, и в этот момент вхожу я. Поставила видео на паузу.

Что ж, когда я вошла, то увидела очень интересную картину. И если не знать, что было до этого, то действительно, кажется, что он держит её руки, целуя и прижимая к себе. В тот вечер мне стоило просто чуть внимательнее посмотреть, и сразу бы стало всё ясно, но я убежала, как только увидела их. Обида и ревность застилали мне глаза. Теперь получается, что она увидела в окне, как я иду по территории к дому, и специально это подстроила. Вот же гадина!

Настолько погрузилась в воспоминания, что как будто наяву услышала, как я с грохотом хлопнула в тот вечер дверью. Даже подпрыгнула. Нет… Я в доме одна, показалось… Да и Игорь ещё не мог вернуться, прошёл от силы час. Но, заслышав в прихожей приглушённую возню, всё же решила посмотреть и встала с кресла. Не торопясь вошла в прихожую и застыла. В дверях, ведущих в тамбур, стояли двое невысоких мужчин в чёрных масках. Я похолодела. Ноги, словно приросли к полу, отказываясь слушаться. Несколько долгих секунд мы стояли и смотрели друг на друга, пока один из них не дёрнулся в мою сторону. От его движения я, наконец, опомнилась и опрометью рванула на второй этаж. Боже, как они смогли проникнуть в дом?! Ведь Игорь говорил, что охрана никого не пропустит! Неслась по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступеней и радовалась, что я в джинсах и босиком. Мужчины позади меня не сильно спешили, видимо понимая, что я никуда от них не денусь. Потом я много раз спрашивала себя, почему выбрала именно этот путь, но так и не смогла ответить. Ведь логичнее было бежать в гостиную, там выход на веранду, и в этом случае у меня было бы больше шансов, но я побежала именно наверх, сама загоняя себя в ловушку.

Оказавшись на втором этаже растерялась, и это секундное замешательство дало возможность одному из моих преследователей мгновенно меня нагнать. Схватив за волосы, он потащил меня в одну из открытых спален. Боль была просто адской, думала, что мой скальп так и останется в руках у этого урода. Выла от боли, впиваясь ногтями ему в руки.

С силой откинув меня к стене, он присел передо мной на корточки и заговорил:

— Где запись?

Из глаз не переставая текли слёзы, голову ломило от жуткой боли. От сильного испуга я не могла сказать ни слова.

Он слегка хлопнул меня по щеке, приводя в себя:

— Я спрашиваю, где запись? Чем быстрее ты нам всё расскажешь, тем быстрее мы уйдём.

— Я… Я… У меня её нет…

Он со вздохом опустил голову, и поднял на меня недовольный взгляд исподлобья. В этот момент в комнату вошёл его напарник, держа в руках мой ноутбук с флешкой.

— Кажется, я нашёл…

Мой мучитель поднялся и приказал:

— Проверь!

За то время пока его напарник копался в моём компьютере, невыносимая ломота головы начала понемногу отступать, оставляя после себя лишь ноющую боль.

— На компьютере была запись. Я её удалил. На флешке какая-то херня, — отчитался напарник.

Услышав это, мой мучитель стремительно подлетел ко мне. Пощёчина, и моя голова отлетела, больно ударившись затылком о стену. Острая боль прострелила всю голову, в глазах потемнело. Я застонала.

— Повторяю в последний раз, где флешка с записью? — прорычал он.

Его слова доносились до меня как гулкое эхо издалека… Пожалуй, даже если бы я тогда и хотела что-то сказать, то всё равно не смогла бы произнести ни слова. Язык меня не слушался. Перед глазами всё расплывалось. Я не могла даже вдуматься в его слова и сообразить, что именно он от меня хочет.

От моего молчания он просто озверел и, ухватившись за горло моей майки, с силой сжал её на моей шее. Начала задыхаться, хрипеть. Грудь горела огнём. Пыталась отцепить его руки, до крови раздирая их своими ногтями. Но внезапно всё закончилось. Я сразу повалилась на пол. Закашлялась, скорчившись и судорожно ловя воздух ртом. Послышались звуки борьбы, мат, а потом — темнота…

Открыв глаза, почувствовала мимолётное головокружение. Огляделась — больничная палата, и кроме меня в ней никого нет. Как я здесь оказалась? Убрав выбившуюся прядь за ухо, почувствовала резкую боль в пальцах. Посмотрела на свои руки и воспоминания нахлынули на меня волной. Дом Игоря, неизвестные люди в масках, насилие… Слёзы потекли по щекам сами по себе.

Услышав скрип двери, я быстро вытерла слёзы рукой и, приподнявшись, осторожно села на кровати, чем вызвала неприятную пульсацию в голове. Моим посетителем оказался Игорь. Зайдя и взглянув в мои глаза, он, не останавливаясь, пересёк палату, сел рядом и порывисто сжал меня в объятиях. И я не смогла сдержаться. Разрыдалась.

— Настён, девочка, не плачь… — гладя меня по волосам, успокаивал Игорь.

А я всё никак не могла остановить этот потоп. Мне было так себя жалко…

— Это ты меня спас? — всхлипывая, спросила я.

— Да. Я звонил тебе несколько раз, но ты не ответила, — слегка отстранился и, обхватив рукой мой затылок, посмотрел мне в глаза и хрипло произнёс, — Я так испугался за тебя… Прости меня.

— За что? — удивилась я.

— За то, что не смог уберечь.

— Игорюш, ты что, ты же спас меня, — прошептала я и положила ладонь на его щёку.

— Анастасия Юрьевна, я бы всё же вам рекомендовал, пока, не делать резких движений, — услышала мужской голос.

Перевела взгляд на вошедшего врача и смущённо улыбнулась. А Игорь разорвав объятия, встал с кровати и, поздоровавшись, протянул ему руку.

— Здравствуйте. Простите, как я могу к вам обращаться? — уточнила я.

— Игнат Алексеевич. Итак, что мы имеем? — задумчиво протянул доктор и взглянул на документы в своих руках.

Отпустить меня он был готов уже завтра, но мне совершенно не хотелось проводить ночь в больнице. Да и лечение, которое мне здесь окажут, я вполне могу выполнить и сама, в домашних условиях. Уколы делать умею, лекарства куплю. В итоге Игнат Алексеевич, смилостивился, но при условии, что я неделю буду выполнять все его предписания и рекомендации. Игорь подтвердил и пообещал, что лично за этим проследит.

— Пишите расписку.

Остались в палате одни, и я решила расспросить Игоря о людях, ворвавшихся в его дом:

— Их допрашивают. У полиции есть догадки о наводчике, но их необходимо сначала проверить. А чтобы ты не засунула свой носик ещё и в это дело, я повременю с рассказом.

Фыркнула.

— А Медведев? С ним что?

Игорь нахмурился:

— Его взяли, тоже допрашивают. Всё, хватит разговоров, тебе нельзя волноваться. Тишина и покой, помнишь? Пойдём, напишем расписку.

За неделю, проведенную в доме Игоря, произошло многое. Один из взятых под стражу людей раскололся и признался, кто его нанял. Хотя здесь и так всё указывало на Медведева. Так же это дело дополнили показания Эдуарда Шилова — хозяина магазина автозапчастей. Кстати, именно он и рассказал им, что отдал мне запись. Его поступок вполне объясним — страх. Сама не знаю, как бы себя повела в ситуации, когда мне или моей семье угрожают. Быть может, тоже выдала бы всё, как на духу.

Дальше им нужно было просто добраться до меня. И здесь они точно знали, что я в доме Игоря. Наводку им дала бухгалтер. Одна из двух девочек, оставшихся от прежнего состава бухгалтерии. Услышав телефонный разговор Сергея, она сразу доложила о моём местонахождении Медведеву. Напрашивался вывод. Приехав в город, необходимо было менять команду полностью.

Наступил подходящий момент для звонка региональному руководителю. Звонить и уведомлять о происшествии в доме Игоря само собой я не стала, ждала результатов следствия. Сейчас же мне было, что рассказать. Я хорошо обдумала, что буду говорить, и потому в понедельник смело осуществила задуманное. В целом мой рассказ её удовлетворил. Лишнего не говорила — только по делу. По итогу региональный пообещала переговорить с учредителем по поводу перевода меня на должность топ-менеджера, как только я перешлю все необходимые документы по делу о пожаре региональному юристу. Что я сразу и сделала.

Все дни моего восстановления Игорь старался быть рядом и огородить от любых раздражителей. Даже Сергею запретил мне звонить, но мы нашли с ним решение — аудио и видеозаписи в мессенджере. Правда, только если Игоря не было поблизости. Делать уколы самой себе не пришлось, так как этим с удовольствием занялся Игорь. Не забывая при этом шлёпнуть, а после и погладить мою попу.

Позвонила Лине и вкратце рассказала ей всё, что случилось, она в ответ поделилась радостной новостью — химиотерапия пошла её маме на пользу, и болезнь отступает.

Долго ждать звонка от руководителя мне не пришлось. Уже на следующий день раздался звонок, и я узнала, что мою кандидатуру одобрили и в ближайшее время назначат встречу в головном офисе. Но до этого мне необходимо передать все дела Сергею.

После разговора остался неприятный осадок. Странно, новость хорошая и долгожданная, а мне гадко. Хочу ли я эту должность? Определённо — да! А нужно ли мне всё это, если Игоря не будет рядом?… Зачем себе врать? Я люблю Игоря и не хочу уезжать. Не хочу без него. Но каждый раз вспоминаю его слова — «В моей жизни нет места женщине и семье». Тогда зачем мне оставаться? Наши отношения обречены. Но поговорить с ним сегодня нужно в любом случае.