20. Добрый доктор Айболит

С трудом поднимаю веки.

Где я?

Похоже, что лежу. На чем-то мягком.

- Фух! Ну, и напугала ты меня, Снегурка, - раздается совсем рядом голос, от которого вздрогнуть хочется. Хочется, а сил нет.

Медленно поворачиваю голову.

- Как ты, маленькая? – огромная ладонь ложится мне на лоб и я поднимаю на нее взгляд.

- Где я? – спрашиваю чуть слышно.

- У меня, - улыбается мужик. – Слушай, прости, а? Не рассчитал. Ты же не ела ничего и так резво за лопату взялась.

- Лопату... – шевелю пересохшими губами.

- Дай-ка, смочу, - он вдруг наклоняется и целует меня.

Губы такие теплые у него. Поцелуй нежный. Он едва касается меня. Чуть отпускает и проводит языком по моим губам.

- Сладкая какая ты, Снегурка, - улыбается и быстро целует меня в нос. – Так! Очнулась значит? – потирает ручки. – Продолжим?

- Откапывать? – смотрю на него испуганно.

Громко смеется.

- Кормить тебя буду, - подмигивает мне. – Садись.

Я пытаюсь приподняться и понимаю, что уже без телогрейки, но в штанах. Очень жарко и очень неудобно.

- Открывай ротик, - Мурат что-то подносит мне на вилке.

Пытаюсь рассмотреть. Честно признаться, боюсь представить, что он может мне подсунуть.

- Открывай, - он сам надавливает пальцами на мой подбородок и, пока я туго соображаю, засовывает мне в рот еду. – Жуй.

Но я не шевелюсь. Пытаюсь понять, что же там.

Хм. Вкусно. Медленно начинаю жевать. Блин, реально вкусно. Или я просто такая голодная?

- Будешь еще? – улыбается Мурат.

Киваю. И он дает мне еще.

- Вкусно?

- Да. А что это?

- Мое фирменное блюдо, - произносит с гордостью.

- Фирменное?

- Да. На Новый год приготовил. Думал, некому и есть-то будет. Ан нет. Не зря старался.

- Новый год... – с грустью вздыхаю я и опускаю взгляд.

- Эй, ты чего? – Мурат наклоняется, чтобы заглянуть мне в глаза.

- Это был худший Новый год в моей жизни, - меня пробивает на откровенность. Так хочется кому-нибудь душу излить! И, вроде, умом понимаю, что Мурат – так себе вариант для этого, но ничего не могу с собой поделать. Держать в себе это дальше невозможно.

- Ну нет, Снегурка, - улыбается он.

Обхватывает меня за затылок и впечатывает мою голову себе в грудь.

- Это был лучший Новый год! Ну? Чего ты?

Наклоняется и тянется ко мне губами.

- Дай Бог каждому Новый год так встречать-то!

И опять целует меня. Но уже сильнее. Обхватывает своими губами мой рот. И за затылок прижимает меня к себе.

- Блять, нет, - внезапно отпускает и матерится. – Сначала покормить. Ешь, Синеглазка.

И он и правда кормит меня как ребенка. Правда, когда промахивается с вилкой и пачкает меня, то вытирает мне губы не салфеткой, а поцелуем. И что-то как-то часто мажет. Через раз.

- Все, не хочу больше, - говорю я.

Наконец, мой желудок получил пищу. Так приятно. Я даже прикрываю глаза и улыбаюсь.

- Выпить?

Открываю глаза и смотрю на Мурата.

- В смысле «пить»? Пить хочешь? – уточняет он.

Киваю.

И мужчина тут же протягивает мне бокал.

- Что это? – подозрительно смотрю.

- Вино.

- Не-не, я не пью, - мотаю головой и тычу в него бокалом.

Мурат расплывается в улыбке.

- Это стресс был просто, - начинаю оправдываться я. – Ну, правда. А так я слово себе дала.

- Какое же? – наклоняет голову и медленно тянет с меня одеяло.

- Не ругаться матом. Не пить. И никаких мужиков в моей жизни больше.

- Ахахаха, - тишину комнаты разрывает его громкий смех. Он даже голову запрокидывает назад.

- Что смешного? – хмурюсь я.

- Ну, просто вчера ночью ты все три обещания и нарушила.

Ох, блин, стыдно-то как.

- Хотя нет, - приподнимает одну бровь и серьезно смотрит на меня. – Одно еще действует.

- Да? – радуюсь. Пусть это будет про мужиков! Пусть, Господи!

- Мата вчера я от тебя не слышал! – заявляет Мурат и улыбка сходит с моего лица.

Громко вздыхаю.

- Но нарушать так нарушать, - он обнимает меня за плечи и шепчет почти на ухо. – Я так считаю, Снегурка. Очень хочу услышать, как ты материшься. Скажи что-нибудь?

- Нет.

- Не скажешь?

- Нет.

- Тогда вместо третьего обещания можно одно из первых двух нарушить. Еще разочек. Да, Снегурка? – наседает на меня, не отводя взгляда своих черных глаз.

Я слышу, как учащается его дыхание.

Опять его губы накрывают мои.

- Что чувствуешь? – хрипит он, чуть отпуская их.

- Чешется, - честно говорю я.

- Хм, от бороды?

- Не здесь.

- А где?

Прямо ответить на его вопрос значит нарушить и третье обещание. Поэтому нет.

- Можно штаны снять? – прошу я и краснею.

- Ахахаха! – громыхает он. – Прости, Снегурка, я что-то так испугался за тебя, что про штаны-то забыл. Там чешется? – спрашивает уже вкрадчиво и тянет за конец веревку, которой сам же перевязал мне штаны на талии.

Кладу ладонь ему на руку, когда он берется за застежку.

- Ну, чего ты? Я только посмотрю. Вдруг помощь нужна? Вдруг лечение необходимо?

- Тогда в больницу?

- Зачем? Я сам полечу. У меня и диплом есть.

- Какой?

Мы не сводим друг с друга глаз весь этот диалог. И мне становится еще жарче.

Мурат тянет с меня штаны и опускает взгляд.

- Ууууу! Ай-ай-ай, - нежно проводит пальцами по животу. – Говорил ведь...

- Что там? – я тоже смотрю себе вниз испуганно.

- Надо лечить, - шепчет он и чуть отодвигается. – Срочно.

И я не успеваю уточнить, что именно лечить, потому что Мурат быстро наклоняется и целует меня туда. Ох, Боже! Я даже глаза закрываю, то того, что меня прошибает как током.