Глава 21

– Стой! – пытаюсь его остановить. Дурак! Что только делает? Из ума выжил? – Ты же взрослый, рассудительный мужчина!

– Только рассудок понемногу теряю, – вдруг проговаривает, целуя в самый низ живота, где от одного касания его губ вспыхивает огонёк. Тянущий, испытывающий и безумно нетерпеливый. – На меня не рассчитывай.

Да на меня, похоже, тоже не стоит…

Жмурюсь от его касаний. От нежных касаний на бедре.

Он…

Он с ума сошёл!

Мы же дома!

Напрягаюсь, понимая, что есть кое-что похуже.

– Двери, – выпаливаю и тут же поджимаю губы. Назар касается губами внутренней части бедра. Совсем рядом с краешком шортиков. Боже! Скользни чуть в сторону, и я сгорю от стыда! – Ты… Закрылся?

Дышать невозможно.

Меня там никто ещё не трогал.

Нет, пальцами было… Назар касался. И я сама. Но чтобы язык, который соскальзывает с бедра прямо между ног… Никогда.

Сжимаю пальчиками простынь и со всей дури поджимаю губы, лишь бы не издать рвущийся наружу стон.

Благо его язык быстро пропадает, давая мне фору, и он снова испытывает меня засосами, но только уже рядом. Чёрт… Не смогу в ближайшее время носить шортики. Я и так рисковала, когда надевала купальник… А теперь? Лето на дворе, а я в длинном платье. Дурдом.

– Зачем? – усмешка эта бьёт словно током.

– Назар, – пытаюсь отодвинуться. У меня есть благоразумие! А ещё чувство стыда и страха! А если папа зайдёт? Мама? А Алина?! Она ещё маленькая такое видеть! Если перед первыми я просто сдохну, то второй ещё и психику испорчу! – Если ты не перестанешь…

На удивление на моих словах замирает. Выпрямляется и подаётся вперёд, накрывая своим обнажённым телом и хмурясь. Только сейчас поняла, что он в одних штанах. Боже… Да мы оба полураздеты. Что подумают остальные?

– Да, работы ещё много.

– А? Работы? Какой ещё работы? – непонимающе лепечу. Упираюсь ладонями в плечи. Оттолкнуть! – Отпусти меня!

– И что сделаешь? – легко перехватывает мои запястья. – Закричишь? – усмехается.

– Аннулирую наши отношения! – делаю резкий выпад.

– Давай, – пожимает плечами. – Тебе нужен ребёнок. А не мне.

Чёрт.

Связалась на свою голову…

Пытаюсь всё разрулить, хотя в голове ни слова. Все мысли занимает то тянущее чувство внизу живота. И открытая дверь. Если кто-то увидит нас в такой позе… Мамочка…

– То, что ты вытворял, не сделает мне ребёнка. А у нас договор. Только на нейтральных территориях.

А у нас уже было у него дома, у меня… Всё не по плану!

– Продержишься минуту, отпущу, – хмыкает.

А?

Непонимающе смотрю на него, пытаясь понять о чём он говорит. Чего продержаться?

Не сразу до меня доходит. Назар снова обхватывает мои бёдра, а в следующую секунду его голова оказывается между моих ног. Горячее дыхание опаляет нетронутые до этого момента губы, а язык раздвигает мягкие складки.

Мама! С этого дня я буду носить трусы! Потому что эти свободные шорты ни отчего не защищают!

А от этого языка, что скользит на чувствительную горошину, не скроешься точно.

Одно прикосновение и как молнией бьёт.

Выгибаюсь, приоткрываю губы и не сдерживаю протяжного стона.

– Тише. Ты ведь не хочешь, чтобы нас услышали?

Отрицательно мотаю головой, закусывая губу и корю себя за эту слабость.

А как можно сдержать всё в себе?

Особенно когда он так искусно распаляет меня, делая мокрой за несколько секунд. Что уж говорить… Я возбудилась в тот момент, когда он прижал меня к стене. И теперь стыжусь, потому что там всё мокро. И Назар это чувствует, накрывая своими губами и играясь языком с клитором.

А я пытаюсь не сдохнуть!

Дыхания не хватает, грудную клетку сдавливает, а я сильнее поджимаю пальчики на ногах и раздвигаю колени, лишь бы эта пытка быстрее закончилась.

– У тебя-я, – говорить не могу. Просовываю палец между зубов и пытаюсь не застонать. Я его ненавижу! За то, что играет против правил!

Но ничего с этим сделать не могу. Он как дьявол. Нашёл невинную овечку, что не может ему противиться и раскрепощает. Портит. Меня уже испортил…

– Меньше мину…

Грудной стон вылетает изо рта, и я сильнее закусываю палец.

И всё прекращается.

Хочу спокойно вдохнуть кислорода. Пока он останавливается, наслаждаясь зрелищем вокруг. Вижу, как ему нравится. Глаза искрятся, затуманены похотью, а бугор в штанах уже вопит о сильном желании.

– Я в курсе. Мне хватит.

Ёрзаю на кровати, и сама отсчитываю эту минуту. Когда это прекратится? Вдруг нас застукают?

Боже…

Язык снова дотрагивается оголённого нерва. Хочется качнуть бёдрами навстречу, лишь бы желанная разрядка накрыло тело.

Прикрываю глаза, и тут же распахиваю их, слыша стук в дверь.

Мы оба замираем, и как нашкодившие подростки, подпрыгиваем с кровати. Я без слов, на адреналине в крови и ничего не понимая, сигаю на пол и закатываюсь под кровать. Зажимаю рот рукой, чтобы не выдать своего дыхания. А ведь ничего толком не произошло.

Сердце в ушах барабанит, а пальцы трясутся.

– Войдите.

Какой войдите?! Тут входить только ты в меня можешь!

– Дядь Назар, вы не спите? – твою мать, мелюзга! Это ты!

– Не сплю. Что-то случилось?

Его тон смягчается и чуть убаюкивает меня. Какой он всё-таки с детьми добрый… И с нашим таким же будет? Я невольно представляю его в роли отца, хотя не должна этого делать. Ребёнок в его больших и сильных руках выглядит так необычно и… Классно.

Я растекаюсь как мороженое на солнце от одного представления.

Но тут же злюсь, потому что минута не прошла, а я свожу вместе бёдра, изнывая из-за влажности в шортах. Всю малину испортили!

– Нет, ничего не случилось, – головой мотает. И потом быстро забегает в комнату и тихо шепчет: – На самом деле, меня Карина к вам послала. Чтобы я узнала, спите вы или нет. И вот это дала.

Шелест купюр вызывает раздражение.

Маленькая продажная зараза! А Карина? Что ей надо?

– Я хочу быть честной девочкой. И вам врать не хочу.

– Я ценю честность, – опять мягко произносит.

Да он никогда со мной так не говорил! Я в бешенстве! От всего происходящего!

– Ты молодец. А теперь иди спать. Уже поздно.

– Да-да, спокойной ночи.

Пока они прощаются, я аккуратно вылезаю из-под кровати и ползу в сторону балкона. Он соединён с соседней комнатой, поэтому, как только хлопает дверь – сигаю на улицу и бегу в спальню. Мне всё равно, что он подумал, но мне срочно нужно отдышаться.

Нас чуть не увидела Алина.

Это то, о чём я говорила!

Злюсь на себя и на него. Поэтому так и вылетела. Щёки горят, тело полыхает, как и внизу живота.

Назар, ты…

Слов не хватает цензурных!

Я быстро лечу на выход, крепко сжимая ладони в кулаки. Аккуратно приоткрываю двери, вылетаю в коридор и иду в свою комнату. Мне уже плевать, увидят меня или нет. Скажу, что иду с кухни.

Захожу к себе в комнату, плюхаюсь на кровать и прикрываю горящее лицо холодными от волнения ладонями.

Это безумие.

То, что мы делали.

У меня дома…

Щёки снова вспыхивают, при воспоминании его языка. Там. Скользящего между влажных складочек и играющего с бусинкой, которая даже сейчас пульсирует.

Дурак!

И я дура! Что затеяла эту игру! Нужно срочно забеременеть от него и кончать с этим!

И не только…

Ладонь сама лезет под ткань спальных шортиков. Пытаюсь остановить себя, но не могу. Пальцы сами дотрагиваются до того, что пять минут назад Назар трогал языком. Закусываю губу, выгибаюсь и именно сейчас, как и в прошлый раз, представляю, как со мной всё это делает именно он.

Твою мать. Я сошла с ума.

***

Без настроения выхожу из комнаты. Всё из-за вчерашнего инцидента. Мало того, что я подалась похоти, так ещё и делала сама с собой ночью такое… Никогда в жизни такого не было. А это накрыло. И остановиться не могла. Чуть как умалишённая обратно не вернулась. Чтобы он всё же делал со мной ту минуту всё, что пожелает.

Злюсь теперь сама на себя. Буквально ненавижу.

Почему я представляла его?

Разве не я говорила себе ни в коем случае не привязываться к нему? Будущий ребёнок только мой. Точка. От Назара мне нужны его спермики. А я… Захожу слишком далеко. Нельзя. Нужно остановиться.

Напротив открывается дверь. Карина при полном параде выходит вместе со мной в коридор, недовольно прожигает меня взглядом, взмахивает кудрявыми волосами и идёт вперёд. Хм, кудрявыми? Она не выпрямляла их. Причём уже второй или третий день.

Наматываю свою пружинку на палец.

Глупость!

Сегодня же приду и выпрямлю их!

А пока спускаюсь в гостиную. Прохожу мимо мамы, Алины, собирающуюся в школу. Выхожу на улицу, за ворота и направляюсь в сторону остановки. Пораньше ведь встала, зная, что сегодня машину отца взять не получится – он уедет позже и точно заметит, что второй его тачки нет в гараже.

– Тебя подвезти?

Я вздрагиваю от бархатного, чарующего голоса, от которого всё тело парализует. В приятном ключе.

Я снова вспоминаю ночные приключения и ругаюсь про себя.

А другая я хочет развернуться, поцеловать его на виду у всех и сказать Карине: «иди в жопу!». Я ведь не дура, понимаю, что он ей тоже нравится. И подсказывает мне чуйка, она не остановится, пока не получит своё. Но я верю Назару – он не поведётся на неё. Хотя… Мне же решил помочь.

А если и ей ребёнка заделает?

Всё! Не о том думаю!

– Нет, – быстро отрубаю и дальше иду по дорожке из камня. Ничего, прогуляюсь. Май, солнышко светит, птицы поют. Подумаешь, на каблуках ноги болеть будут, а я вспотею, пока доберусь до университета. Так это так, мелочи.

Отхожу буквально на несколько метров.

– Ой, Назар, а не подкинете меня до остановки?

Резко останавливаюсь.

Звиздец. Полный.

Я дура. Так и не сказала Назару про то, что Карина нас подозревает и ему пока лучше не появляться перед нашим домом на красном спорткаре. Но… Кажется, уже слишком поздно.