Глава 29

Дарина

Платье падает на пол. Не держу его, демонстрирую чёрное кружевное бельё. С подвязками и чулками. Уверена, для Назара это – неожиданность. Ещё в машине он пустил колкую шутку, что в такую жару я ношу колготки.

Нет, дядя, тут совсем другое.

– Нравится? – игриво спрашиваю, пальчиками проходя по бёдрам. Специально цепляю ноготком резинку чулка и отпускаю её. Слышится тихий шлепок.

Скольжу выше, обводя пальцами ремешки.

– Для тебя старалась.

Немигающие, уставившиеся в меня и жадно пожирающие глаза говорят обо всём сами. Как и рука, которая зависает в воздухе вместе с зажигалкой.

– Не нравится? – с притворным удивлением шепчу. – Могу снять.

– Снимай, – летит быстрый и короткий ответ.

Нет и нет!

Мне нравится его реакция. Удивлён. Шокирован. И взгляда отвести не может.

Хм, ошеломлённый и обездвиженный…

Хотя… Ладонь с зажигалкой отмирает, и он всё же прикуривает сигарету.

– Я жду.

Откуда этот требовательный, но в тоже время предупреждающий тон, а? Что будет, если я не послушаюсь?

Делаю первые шаги к Назару. Не буду играть по его правилам. Только по своим. В прошлый раз я проиграла, когда он дотронулся языком меня там, внизу.

Я это так легко не забуду.

Приближаюсь к дивану. Перекидываю ногу через колено Назара и быстро, пока не передумала, опускаюсь на напряжённый пах. Чувствую его каждым миллиметром, что скрывается под тонкой тканью белья. Особенно это большое, твёрдое, упирающееся прямо в цель оружие. По-другому назвать не могу!

Назар меня чуть не убил в прошлый раз им…

Но в этот раз будет не больно – я знаю.

– Вот как, – медленно, делая затяжку. Назло ему выхватываю сигарету и усмехаюсь. Зажимаю её губами и только хочу повторить за ним, как сильная рука перехватывает запястье. Крепко сжимает.

Больно!

Вторая выдёргивает мой трофей изо рта и тут же тушит о новый диван.

– Ты что?.. – спрашиваю шокировано. Мебель портит!

– Куплю новый, – цедит сквозь зубы. Наконец-то отпускает моё запястье и перемещает руки мне за спину. Пальцы наощупь находят застёжку лифчика и ловко расстёгивают её.

Слишком быстро!

– Никогда в жизни не кури, – слова звучат так сердито, что я пугаюсь. Синие глаза становятся тёмными, а до этого и так чёткие скулы вырисовываются еще острее от напряжения.

– Но ты же куришь, – обвиваю его шею, а сама стараюсь удержать лиф на теле. – Почему мне нельзя? Я пока не беременна. Одна затяжка ведь.

– Лёгкие больные будут, – не отводя взгляда.

– Но у тебя ведь всё нормально, – бью его фактами.

Горячие пальцы скользят от застёжки вверх. К лопаткам. Чуть касаются, вызывая дрожь и мурашки.

– Я болен, – сипло выдаёт. Взгляд на губах концентрируется. – Лёгкие у меня заполнены. Но не дымом.

Шустрые пальцы касаются волос и снова сжимаются на затылке.

Я его когда-нибудь убью, но не сейчас.

– А кое-кем.

Надавливает на голову. Заставляет наклониться. И сердце быстрее застучать.

Кем заполнены? Мной?

Мне никогда в жизни подобного не говорили. Поэтому сейчас расплываюсь в довольной улыбке. Которую тут же стирают жёсткие и ненасытные губы.

Я дёргаюсь вперёд, проезжая промежностью по твёрдому паху. И целую в ответ. Сама набрасываюсь на Айдарова, как одичалая, впервые чувствуя такую необходимость в поцелуе. Нуждаюсь в мужчине, как в кислороде. И радуюсь, когда этот ураган под названием Назар забирает всю инициативу.

Цепляет лямки лифчика, тянет – и освобождает требующую ласку грудь.

Мысленно представляю, как его губы оказываются на чувствительных сосках. Посасывают, накрывают большую ареолу. Но пока довольствуюсь только ладонью, поглаживающей холмик.

Не знаю, что со мной происходит…

Мне хочется большего и как можно скорее.

Я возбудилась ещё в лифте. И жажду ещё. Несмотря на пугающий вид за окном.

Айдаров не знает, что я переборола свой страх. Почти. Точнее, нашла способ избегать его. Концентрироваться на Назаре, который для меня как якорь в глубоком океане.

Вот что он со мной сделал? Я ничуть не против. И готова на всё.

Разочарованно выдыхаю, когда он прерывает поцелуй.

– Ты пиздец как сводишь с ума, Дарин, – шепчет, припадая к шее, и скользит вниз, достигает груди. И я сама отстраняюсь, лишь бы сделал это. Исполнил моё маленькое желание. А он будто слышит меня. Заменяет ладонь губами.

Сосок простреливает ярким разрядом, который быстро и решительно стремится вниз по телу, закручивая сильнее узел в животе. Между ног давно влажно и после этого действия мне явно потребуются полотенца…

А всё из-за его игры с бусиной.

Мои зубы сами сжимают нижнюю губу, а я импульсивно двигаюсь на каменном пахе.

Тихое рычание вызывает очередную вспышку возбуждения.

– Не нравится? – ехидно проговариваю и снова повторяю это действие.

Это ненормально.

Нет, не то, что я творю.

А о чём думаю.

Представляю, как орган Назара заполняет меня, а сам он жёстко и быстро вбивается в моё расплавленное тело.

Да что ж со мной такое?..

– Убил бы тебя, – клацает зубами сосок. Оттягивает его.

И всё.

Ещё один звонкий стон срывается с губ.

Хочется отпрянуть сама. Сдернуть с него штаны. И резко сесть.

Но этот мужчина опять оттягивает самое вкусное!

– С каких пор ты не боишься высоты?

Сглатываю и не могу спокойно усидеть на нём.

Почему именно сейчас, а?

Наклоняюсь, зарываясь в короткую причёску мужчины пальцами. Сжимаю волоски и дергаю, желая сделать ему больно за все его проступки.

– Я жутко хочу обмануть тебя, – выдыхаю прямо в губы.

– Только попробуй сделать это – и завтра на работе кто-то будет полировать языком мой член, сидя под столом. Весь день.

Эти порочные слова звучат так дико, пошло, непривычно, но в моём воспалённом от возбуждения сознании – очень притягательно. И картинка долго не заставляет себя ждать. Мгновенно появляется в голове.

Господи… да я сейчас готова соврать.

Но вместо этого…

– Я до сих пор боюсь. Но… Когда мой взгляд на тебе, мне пофиг. Будь там хоть Биг-Бен или Эйфелева башня.

– Вот ка-а-ак, – протягивает. Костяшками пальцев водит по плечу.

А в следующую секунду его ладони впечатываются в мою талию.

Поднимают. И всё. Лиф падает, оставляя меня в одних чулках, трусиках и завязках.

– Что ты делаешь? – нервно покусываю губы, когда мы идём к окну.

– Я уже расстроился, что не увижу тебя с этой стороны.

– С какой? – вместе с вопросом сердце делает ещё один гулкий удар. Ускоряется, будто меня выкидывают из окна.

Но нет. Пока только подходим к нему. Меня опускают на пол, и я хочу рухнуть на колени. Ноги дрожать начинают. Потому что только что я случайно посмотрела вниз…

А теперь трясусь от тёмного взгляда Назара. Что он задумал?

Его ладони давят и специально разворачивают меня лицом к окну.

– Т-ты чего?

Одно движение – и взор устремляется вперёд. На ночной город, поблёскивающий в свете белых и жёлтых фонарей. Красота неописуемая. В буквальном смысле лишает воздуха. Дышать не могу. От вида, от страха.

Внимание переключается вниз.

Машины разъезжают по дороге, в многоэтажках горит свет. А вдалеке – мост, украшенный по всей длине разноцветной лентой.

– Как тебе?

Пошевелиться не могу.

Боюсь даже вздрогнуть от прикосновения его пальцев к резинке трусиков. Назар поддевает их и снимает. Ткань медленно скользит по бёдрам и опускается на пол.

– Перешагни.

Не могу.

Я упаду.

Тяжёлый ком в горле не даёт ничего сказать.

– Ты такая трусишка, мелкая, – горячее дыхание опаляет ухо, и я дёргаюсь. Именно от него, а не от рук, обнимающих меня и скользящих вниз, между ног.

– Идём на кровать, – умоляюще шепчу.

Пытаюсь развернуться.

Но жёсткие пальцы сжимают талию. Один толчок – и грудь впечатывается в холодное стекло. Пытаюсь отстраниться, но жаркое тело сильнее вжимает меня в окно.

– Не-е-ет, – довольно звучит позади.

Разве он не понимает?..

Я дышать не могу!

Ничего сделать!

– Я хочу, чтобы ты перестала бояться высоты. Хотя бы со мной.

Руки неожиданно пропадают, а я чуть не падаю, осознав, что Назар больше не обнимает меня.

– Держись!

Я, как утопающая, пытаюсь схватиться ладонями за прозрачную преграду, отделяющую меня от свободного полёта.

Лязг пряжки ремня. Звук расстёгнутой ширинки.

И секунды, что кажутся вечностью.

– Я не дам тебе упасть. Веришь мне?

Почему-то мне хочется сказать «да». Но я только киваю.

Горячие и сильные пальцы хватают за бёдра. Тянут назад. И нежная кожа касается твёрдого члена, скользящего между ног.

Мамочки…

Толчок.

Один грубый, быстрый толчок, заполняющий меня почти на всю длину. С лёгкостью, из-за влаги, появившейся благодаря ему.

– Горячая, мокрая…

Распахиваю рот, чтобы глотнуть воздуха.

И я дышу. Выгибаюсь, оттопыривая попку, позволяю Назару сделать со мной всё, что захочет.

Ладони скользят вниз, оставляя на чистом стекле отпечатки моих вспотевших от страха пальцев.

Но мне сейчас плевать…

– Так быстро возбудилась, – и опять опаляющее и жаркое дуновение, посылающее мурашкам приказ атаковать меня.

Но дело не только в его дыхании.

Он внутри. Горячий, твёрдый и жутко гигантский. Я чувствую каждую венку. Головку, которая подаётся назад, почти выскальзывает до входа и снова погружается вглубь.

Второй толчок вырывает стон.

– Я больше, – начинаю с трудом. Ещё один удар прерывает меня. Это так классно, нереально, что голос отказывается слушаться. Между ног всё полыхает так, будто огнём обдаёт. Но мне нравится. Настолько, что разум затуманивается. – Не буду с тобой спать.

Дура.

Почему я это говорю?

Мне ведь так хорошо…

Его орган мощными и грубыми толчками вбивается в меня. Не даёт передышки. И ускоряется с каждой секундой.

Грудь трётся об холодную преграду, и это так офигенно! Тело как в агонии горит, колотит. Чистый кайф… Я чувствую его каждой клеточкой. И готова принимать.

Это порочно, неправильно, особенно для вчерашней девственницы, но… Мне так хочется просить ещё. Быстрее.

Тихий смешок пролетает мимо меня.

Я жмурюсь от удовольствия, пронзающего тело, хотя ещё не поймала тот вкусный оргазм, заставляющий обостриться все нервные окончания.

– Уверена?

– Н-нет, – внезапно заикаюсь. И просто дышу, прижимаясь к стеклу и смотря вниз.

Мне не страшно.

Вообще плевать.

Потому что он рядом. Во мне.

Испытывает, доводит до помутнения.

Грязные стоны вырываются из горла после каждого хлюпающего, звонкого шлепка. Это я такая… Мокрая извращенка.

И мне не стыдно!

Плевать.

Я хочу одного.

И я это получаю.

Сжимаю пальцы, и неприятный скрип пробивается в уши, а щека впечатывается в стекло от того, что мы оба останавливаемся.

Жмурюсь, распахивая рот и проклиная тот день, когда я додумалась попросить о помощи Назара.

Я была дурой.

Жутко правильной дурочкой, что приняла верное решение.

Да…

Иначе бы не кричала бы сейчас так, как никогда раньше.

Ноги бы не тряслись, а там, внутри, стенки лона не сжимали бы орган, который довёл меня до этого.

Короткий укус за мочку уха простреливает импульсом тело, но моё внимание всё равно сконцентрировано внизу. Настолько сильно, что я чувствую, как горячая жидкость наполняет меня до предела. Там столько влаги, что я разобрать не могу…

– Твои стоны возбуждают меня сильнее, – шепчет Назар на ухо. – Я хочу ещё.

Я тоже.

Но не могу прийти в себя.

Фейерверки не только внизу, но и перед глазами.

– Дай я чуть-чуть оклемаюсь… – прошу его.

– Нет, – твёрдость в его голосе не оставляет и капли пощады.

Назар выходит из меня. И тут же пустота появляется. Чувствую её как никогда раньше.

Он подхватывает меня на руки, пока я пытаюсь отдышаться. И несёт на огромную двухместную постель, укладывает бережно. Я уже не стесняюсь, показываю все свои прелести. Неважно, что на мне лишь чулки и подвязки. Перед ним я готова быть абсолютно голой.

Не торопится. Хватается за футболку и осматривает меня сверху, пока я смело хватаю себя за грудь. Чуть сжимаю. Для него.

– Пока ты там стоишь, я представляю твои руки на себе, – заигрываю. Чтобы поторопился. Секунда – и никакой футболки нет. О, да… теперь роскошный вид идеального пресса радует глаз.

– Можешь представить много чего, – дерзко кидает.

Минус и так расстёгнутые брюки. Падают на пол. А за ними летят и трусы, открывая взору то, что минуту назад довело меня до первого оргазма.

Я рассчитываю как минимум на четыре.

– Ты чего улыбаешься, а? – Назар в какие-то мгновения оказывается надо мной.

– Представила кое-что, – решаю схитрить и сохранить в тайне то, что мне однажды сказала Карина.

– Не надо представлять, – в этот раз ни капли игривости в словах. – Я воплощу всё в реальность. У меня есть много желаний. Но так и быть. Что ты хочешь, чтобы я с тобой сделал?

Вихрь разнообразных картин проносится перед глазами.

И вместо того, чтобы выбрать что-то одно, я тихо выдыхаю:

– Всё…

Пошлая усмешка говорит сама за себя.

Как и мужчина, который обхватывает одну мою ножку, отводит в сторону и прижимает к корпусу. И быстро, словно выстрел, входит в моё влажное, податливое тело.

– Как скажешь, мелкая.