Глава 7.

Наконец, запах мяса становится почти невыносимым. Желудок тянет от боли, и когда языка касается первый щипящий кусочек, я почти чувствую себя на небесах.

– Мм, господи… – не могу не высказать. Отрываю кожицу, смакую ее на языке. Вгрызаюсь в белое мясо. Проглатываю и тут же запиваю горячим чаем.

Вытираю рот салфеткой и вдруг замечаю на себе внимательный взгляд похитителя. Он так и не укусил мяса. Поднес ко рту и замер.

– Что?

– Да нет, ничего. Просто, никогда не думал, что женщина может есть настолько привлекательно.

– Ты, реально, извращенец, – усмехаюсь я. – Я ела как свинья.

– А ты, смотрю, самокритична.

– Я? Не смеши меня. Я себя очень люблю. И ценю, если хочешь знать. Поэтому, кстати, предлагаю бартер. Я прекращаю убегать, убираю эту халупу, готовлю тебе, при этом, заметь, стараюсь, чтобы не оглох от криков требующего внимания ребенка, а ты меня не домогаешься.

Поднимаю глаза, наконец, решаясь во время своей речи взглянуть на этого косматого медведя. Он усмехается в бороду, оглядывает меня с нечесаной пару суток головы до кроссовок, которым требуется стирка. Не забывая при этом остановить внимание на груди.

– Нет.

– Что значит, нет?! – возмущаюсь я. – Да на такое любой нормальный мужчина согласился бы!

– Любой нормальный мужчина никогда не откажется от секса с такой девушкой, как ты, ради того, что он и сам вполне может сообразить.

– И приберешься сам? – спрашиваю, смотря в огонь и думая о его невольном комплименте. Я красивая, это естественно. Но я не помню, чтобы тот же Сережа хоть раз мне это говорил. А этот Булат даже не говорит – утверждает.

– Нет, конечно. Хочешь жить в грязи, твое дело. Только потом не ной, когда я тоже в твою постель грязный завалюсь.

– Ты просто животное! Тогда я буду пробовать убегать. И однажды сбегу, понятно?

– Ну, и дура. Твой проснулся. Покорми, – облизывает он губы, а я встаю резко, прижимая к себе малыша.

– Тут стало холодно. Лучше пойду в дом.

Он меня не беспокоит, что удивительно. Я почти каждую минуту жду, когда он ворвется и начнет срывать с меня одежду, словно неандерталец из порно роликов. Самой смешной. Я никогда не любила грубый секс. Мне не нравится, когда дергают за волосы или оставляют следы. Как вообще боль может возбуждать? Но в этом лесу, где совершенно нечем заняться, кроме анализа собственной никчемной, по сути, жизни, я вдруг понимаю, что женщины во всем пытаются найти положительные стороны.

Вот даже я. Мне встретился опасный мужчина на дороге. Он мог просто зарезать меня ради машины или пришибить кулаком. У него огромные ручищи. Он принял роды, другой бы пнул и пошел дальше. И я, вместо того, чтобы злиться на него и бояться его, благодарна ему, прекрасно понимая, что более ощутимого вреда, чем запихнуть мне член в рот, он мне не нанесет. Вот так и с болью, наверное. Когда других ощущений нет, женщины даже в боли ищут спасение. Бьет, значит, обращает внимание. Бьет, значит, ему не все равно. Полная чушь, конечно. И связано с тем, как многие женщины одиноки, на самом деле. Даже в браке они очень часто матери – одиночки. Неудивительно, что многие сходят с ума, а потом либо налево ходят за недостающими эмоциями, либо становятся сумасшедшими матерями – наседками. Даже интересно, какая меня ждет судьба в браке с Сережей?

– Васька! – в мир моих раздумий буквально врывается грозный, как гром, шепот. – Спишь?

Молчу. Подумает, что сплю, и уйдет.

Но не тут-то было. Он подходит и начинает активно меня трясти

– Спишь, спрашиваю?

– Спала, да ты и мертвого разбудишь.

– Пошли, дело есть.

– Я не хочу сейчас!

– Кто о чем, а Вася о минете. Ну, как хочешь, пойду помоюсь всей водой в теплом душе.

– Что? – подскакиваю. Да, это оно! Поиск положительных сторон. Душ после целого дня в пути и ощущения, что на тебе комок грязи. – Теплая вода? Душ? Мне не послышалось?

– А тебя легко соблазнить, красотка. Бери люльку и пойдем.

Я подрываюсь с кровати, хватаю крепко спящего малыша, только что наевшегося до отвала. И выхожу на прохладный ночной воздух. Но рядом вижу пар и шторку.

– Откуда все это?

– Уже было. Давай, раздевайся и под воду, пока не остыла. Второй раз топить не буду.

– Я же не могу малыша с собой взять, – стону в голос.

– Бедааа, но ты можешь мыться с открытой шторкой, чтобы следить за тем, чтобы я не съел его, – делает он вид, что широко рот открывает.

Ему смешно, а у меня выбор между стыдом и безопасностью моего ребенка. Второе побеждает. Я торопливо скидываю одежду, вешая на крючок, и иду в душевую, где тут же начинает течь реально теплая вода.

Никогда не думала, каким она может казаться наслаждением! И никогда не думала, что мыться под восхищенным взглядом мужчины может быть тоже весьма приятно!