Глава 13

Мирослава

Отчаянно краснея, рискуя заработать инфаркт в двадцать лет, с осторожностью сапера сползаю с мужа. Закусив губу до крови, пячусь к смежной двери и молюсь, чтобы Даян не проснулся.

Каким-то чудом мне удается это сделать, и в своей комнате я прямиком бросаюсь в душ. Долго стою под прохладной водой, чтобы хоть немного прийти в себя. Обтираюсь пушистым полотенцем, надеваю висящий тут белый халат, затягиваю пояс потуже. Промакиваю волосы и позволяю им сохнуть естественным путем.

Спускаюсь на кухню и, решительно выдохнув, собираюсь приготовить для нас завтрак. Я понятия не имею, что предпочитает мой фиктивный муж, поэтому решаю остановиться на классическом завтраке: глазунье с беконом и овощном салате.

- Доброе утро.

Вздрагиваю от неожиданности и того, как прокатывается по моему телу этот низкий голос. Отвлекаюсь, и острый нож проезжается по пальцу. Капли крови сразу же окропляют разделочную доску.

- Ай!

Бросаюсь к раковине и сую ладонь по ледяную струю.

- Сильно порезалась? – Даян вырастает рядом немедленно. – Дай посмотрю.

Пока Османов, нахмурившись, разглядывает мою рану, я, переборов смущение, медленно скольжу взглядом по нему.

Лучше бы я этого не делала.

Теперь мне хочется и голову засунуть под этот кран. Чтобы остудиться. И вымыть напрочь порочные мысли.

Мой муж идеален. Как греческий Бог с картинки.

Его торс мощный и очень просушенный. Ни грамма жира. По его коже, как в рекламе, медленно стекают капельки воды. И у меня появляется неуемное желание слизать каждую из них.

Черт! Черт!

Вместо того, чтобы отвернуться, глаза падают на косые мышцы живота, уходящие под полотенце, что низко сидит на бедрах.

С трудом заставляю себя подобрать слюни и отвести взгляд в сторону.

Господи, Османов, что, как пионер, всегда готов?!

- Порез неглубокий. Зашивать не придется, - абсолютно спокойно выносит свой вердикт Даян, не представляя, с какими желаниями я сейчас стоически борюсь. – Кровь, кажется, остановилась. Я сейчас обработаю и заклею пластырем.

Муж разворачивается и отходит к дальнему ящику. И возвращается с перекисью и пачкой пластырей.

- Даян.

- Что? – погружает меня в свои невероятные зеленые омуты. – Больно?

- Нет, все в порядке. Ты…не мог бы одеться?

Османов зависает на несколько секунд на моих губах. Склоняется, как будто хочет поцеловать. Но уже в следующий миг изгибает вопросительно бровь и насмешливо выдыхает практически мне в губы:

- Обычно меня просят об обратном…

- Надень, пожалуйста, штаны, - лепечу, густо краснея. - В доме ребенок. Наташе еще такое рано видеть, - стреляю глазами в его пах.

Даян растерянно зависает на несколько секунд. А потом кухню наполняет его раскатистый смех.

- Мне, кажется, что Наташа может и нам с тобой еще преподать анатомию. И, поверь, мы узнаем много нового. Но, еслитебя, - выделяет голосом последнее слово, - смущает мой внешний вид, то я переоденусь.

- Будь так добр. Завтракать будешь?

- Не откажусь.

Пока я накрываю на стол, Даян возвращается уже в футболке и спортивных штанах. Вместе с ним входит и Наташа, которая весело болтает с Османовым.

Мы быстро завтракаем, сестренка вызывается убрать со стола и помыть посуду. Я оставляю ей рекомендации касательно обеда и ее досуга на весь день и ухожу к себе. Переодеваюсь в заранее приготовленные платье и босоножки, наношу капельку духов на шею и запястья и спускаюсь к мужу.

Даян уже обсуждает с кем-то рабочие моменты по телефону и стоит ко мне спиной, широко расставив ноги. Услышав стук каблуков, оборачивается и осекается. Проезжается по мне глазами. Они вспыхивают двумя изумрудами, а губы дергаются в улыбке. А я от подобного молчаливого комплимента густо заливаюсь краской и одергиваю низ платья-карандаш, проходя мимо мужа.

По дороге в офис я все время ловлю горящий взгляд Османова на своих голых коленках в разрезе платья. Отворачиваюсь, складывая руки на груди, чтобы скрыть, как мое тело реагирует на фиктивного мужа. Как меня тянет к нему.

Как…хочется вернуться обратно в это утро и его постель…

Божечки…

Одно дело – знать и чувствовать, что мужчина вызывает у тебя сексуальный интерес, острое желание, и совсем другое – когда тебя тянет к нему, как магнитом, и хочется совершать глупости…

Безумие какое-то…

- Слушай, мне сейчас неудобно говорить, - неожиданно заявляет Османов, в очередной раз расстреливая мои ноги. Хотя до этого мой муж преспокойно общался с абонентом. – Я тебе позже перезвоню.

Даян кладет мобильный в карман пиджака и крепко задумывается, барабаня пальцами по рулю. Как будто обдумывает что-то, что может повлиять на его жизнь. И, судя по косым взглядам в мою сторону, – я занимаю значимую часть его мыслительного процесса. Если не самую главную.

Остаток пути проделываем молча. На мое счастье, на парковке к нему подходит один из замов, и всю дорогу, даже в лифте, они обсуждают рабочие моменты.

Наконец-то створки лифта расходятся на моем этаже, я желаю всем хорошего дня. Делаю шаг вперед, но сильная рука мужа ложится на мое плечо, останавливая. Даян прижимается ко мне сзади и шепчет на ухо, чтобы могла услышать только я:

- В следующий раз утром можешь не сбегать. И не нужно меня бояться. Мне…понравилось просыпаться с тобой. Под тобой. И я всегда готов продолжить.

И клянусь, я чувствую, как к моим ягодицам прижимаетсята самая«бита».

Кажется, это сумасшествие заразное…